UNDERCOVER

Светловолосая внимательно изучала её, пытаясь уловить любые намёки на её настоящие намерения. Она заметила, как взгляд голубоволосой пробегает за происходящим внизу так цепко. Она словно выжидала удобного момента для атаки. Но Аида следила не только за ней. Она продолжала отслеживать ситуацию внизу, одновременно оценивая каждую реакцию Джинкс на происходящее. Это был идеальный баланс наблюдения и анализа, который был нужен для того, чтобы понять её игру. На мосту нарастало некое напряжение между людьми, которые ещё даже не дошли до самой группы полицейских. Аида была готова действовать, как только ситуация начнёт выходить из-под контроля.

===

   (1)На мосту становится всё напряжнее. Экко уверенно походкой идёт впереди, а за ним следуют Вай и Кейтлин. Вдруг Вай останавливает их. Она что-то говорит им, её выражение лица выглядит так, будто она находится между двумя огнями, яростно пожирающими ещё изнутри. Красноволосая прощается с Кейтлин, обнимая её своей крепкой хваткой, а после идёт обратно. - "Ну и что случилось?" - подумала Аида, наблюдая за происходящим, а после перевела взгляд на Джинкс. Та в свою очередь, начала странно подёргиваться, увидев, как её сестра прощается с миротвроцем. Видимо, ей это не очень понравилось. Джинкс продолжила наблюдать за Кейтин и Экко, которые уже были у гарнизона.    Один из миротворцев уверенно подошёл к ним и начал требовать показать кристалл. Экко замялся, но вскоре выполнил его просьбу, но вместо того, чтобы пропустить его и Кейтлин, миротворец сделал выстрел. Резкий, оглушающий, внезапный разрыв тишины, заставил сердце Аида замереть на секунду, напомнив о её прошлом. Эхо выстрела разносится по мосту, отражаясь от металлических конструкций и усиливая ощущение неизбежности происходящего. Это был не просто звук оружия - это что-то вроде символа переломного момента, который поменял всё вмиг. Пуля миротворца попала в Экко заставив его упасть, а горячий ствол пистолета нацелился в прямиком сердце Кейтлин, которая, не шевелясь от нахлынувшего, так резко, шока, стояла рядом.    Аида так и знала, что что-то пойдёт не так, но пока она не решалась действовать. Её глаза начали слезиться от пронзающей боли. Они горели, они чувствовали что это ещё не конец. Миротворец держал Кейтлин на мушке, все были в ожидании нового выстрела, его новой жертвы, но выстрел так и не произошёл...    Миротворцев окружило множество маленьких светящихся различными цветами  бабочек. Одна из них изящно приземляется прямо на пистолет главы гарнизона.    И уже через секунду территория наполняется ещё более громким звуком. Все эти маленькие создания, созданные рукой человека, одно за одним начали взрываться, создавая что-то наподобие большого салюта, уничтожая всех миротворцев, охраняющих вход в город.    Глаза Аида соскользнули на Джинкс, которая ехидно ухмылялась происходящему. Очевидно, это была её затея. Вдруг девушка начала спускаться вниз. Аида поняла, что это была  только разминка для неё. Её цель вновь совпадает с целью наёмницы - забрать кристалл. Только вот, Аида не желала такой жестокости сейчас... - "Что с ней стало..." - наблюдая за диверсией своей давней подруги, поражалась Аида.    Через густую пелену дыма от взрыва девушка едва могла различить происходящее на мосту. Оценив ситуацию, она поняла, что времени больше нет. Она не может так просто допустить то, чтобы Джинкс забрала кристалл. Только не в её руки. Это слишком опасно.    Спустившись ниже, девушка обнаруживает то, что абсолютно все миротворцы мертвы. Взрыв также задел и Кейтлин, которая оказалась тогда рядом с его эпицентром. Вай вернулась, чтобы помочь девушке, но не успели они пройти и пары метров, как Джинкс, заметив это, начала палить по ним со своего пулемета. В их лицах читалась боль. Вай видит свою сестру, Паудер, и её сердце разрывается из-за того, кем она стала, что она делает. В глазах самой Джинкс сейчас была видна лишь агрессия и глубокая боль.    Чем больше Аида наблюдала за ними, тем больнее становилось и ей. Она не понимала, что произошло между сестрами, что служит такому поведению младшей из них? Почему в тот момент её не было рядом? Почему она буквально выпала из реальности без возможности что-либо сделать? Почему всё так?(2)    Практически в самый последний момент в этот ужас врывается только что очнувшийся Экко. Он быстро облетает Джинкс, отбирая у неё капсулу с самоцветом и ударяя её по голове своим посохом. Кинув им капсулу, он кричит девушкам уходить, пока есть возможность, беря на себя полную нестабильность Джинкс. Увидев, что девушки сразу же ринулись в сторону Пилтовера, держа с собой железную капсулу с кристаллом, Аида спустилась прямо в гущу событий. Вай с Кейтлин в своём побеге в непроглядном дыму не заметили её темную фигуру стоящей около окраины моста. Зато Аиде открывался отличный вид на Экко и Джинкс. - Ооо, кто тут у нас? Мальчик-спаситель! - язвительно протянула голубоволосая, её голос источал насмешку и злорадство.    Пока Экко и Джинкс готовились к битве, напряжение вокруг становилось ощутимым, словно мост, на котором они стояли, скрипел под тяжестью их конфликтов. Аида понимала, что сейчас кристалл находится в более безопасном из возможных для него месте, поэтому наблюдала за ними, её взгляд скользил от решительных глаз Экко к хаотичным движениям Джинкс. Для неё это было не просто противостояние - это был трагический спектакль, от которого невозможно было отвести взгляд.    Она видела, как Джинкс, однажды Паудер, сохраняла долю той ранимой девочки, которая когда-то была ей ближе всех. В её хаотичных действиях было что-то болезненно знакомое, как отголоски их прошлой дружбы. Аида чувствовала, как её сердце сжимается от страха и жалости, от желания остановить всё это. Она боялась за неё, ведь она была близка с ней, как с родной сестрой, которой у самой Аиды никогда и не было. Она не хотела вновь терять её, хоть и знала, что она уже не та, которой была ранее...    Экко, напротив, действовал хладнокровно, будто каждая деталь уже была спланирована. Его движения наводили на мысль, что он ищет не просто победы, а справедливости, равновесия, чего-то, что могло бы, наконец, прекратить этот хаос, разрывающий их жизни. Но даже его уверенность не могла скрыть ту боль, которую он нес внутри - боль утраты и разочарования, скрытая за его спокойными шагами.    Мост стал ареной их борьбы, словно представляя раскол между двумя мирами - Пилтовером и Зауном. Аида видела в этом не просто личную битву, а отражение более глубокого конфликта.    Она чувствовала, как её пальцы дрожат от напряжения, а внутри борются желания - вмешаться, чтобы сохранить остатки связи с Джинкс, или остаться в стороне, понимая, что её действия могут только усугубить всё. Но одно она знала точно: этот бой изменит их жизни навсегда, и она не могла оставить свои чувства без внимания. Ведь где-то глубоко внутри, несмотря на всё, она всё ещё надеялась на чудо.    Пока девушка была сосредоточена на своих эмоциях, мыслях, решая стоит ли ей вмешиваться сейчас, Экко не терял ни минуты. Он активировал свои часы, и время словно замедлилось вокруг него. Каждое его движение было идеальным и выверенным, каждый прыжок - началом новой комбинации. Пули Джинкс летели с оглушительным звуком, но он проскальзывал мимо них, будто был в одном шаге от настоящего танца. Он заранее знал, когда следует уклониться, когда ускориться и когда пойти на риск, чтобы сократить расстояние между ними. Экко обдумывал каждое мгновение, как шахматист, планирующий идеальный ход, всё сокращая расстояние между ними. Он двигался так, словно предсказывая её шаги, будто что-то подобное уже было...    В это время Джинкс яростно атаковала, её хаос словно становился физическим, воплощаясь в взрывах и вспышках, рвущих пространство. Её оружие кричало, а руки были как живое продолжение её эмоционального беспорядка. Она действовала интуитивно, хаотично, доверяя только своим инстинктам, но за этим скрывалась её собственная сила - безудержная решительность, которая делала её опасной.    (3)Неожиданностью для Аиды становиться то, что буквально через пару секунд Экко уже бил Джинкс по лицу, прижимая её своим посохом к земле. Она не ожидала, что та Джинкс, которая продумала такую облаву для всех здесь находящихся, которая пару минут назад уничтожила весь гарнизон и практически расстреляла свою родную сестру с Кейтлин, так быстро проиграет одному парню.    Девушка, ни секунды не раздумывая, подлетела к ним и, взяв парня за шиворот, оторвала от Джинкс. В ярости, увидев её слегка растерянное лицо в крови, она активно начала наносить ему удары.    Её глаза сияли белым светом отображая всю злость за сделанное им только что. От неожиданности он даже не сразу смог сообразить, что происходит, а после пары пропущенных ударов по лицу, его глаза не могли уже сконцентрироваться на одной точке, а его кровь, смешавшаяся с соленым потом, начала попадать в глаза, раздражая их. В порыве агрессии девушка услышала, какой-то щелчок, исходящий со стороны Джинкс. Она обернулась...    Мост пылал. Воздух был густым от дыма и боли. Джинкс лежала на спине, её голубые волосы растрепались по мокрой от крови земле. Тело ныло от боли - рёбра сломаны, лицо в синяках, пальцы непослушно дёргались, прижимая к груди уже оторванную чику бомбы, её пальцы дрожали - не от страха, а от адреналина. Она слабо улыбалась, но не той безумной ухмылкой, которую Аида видела ранее, а чем-то... грустным. В глазах отражались всполохи огня, а в ушах звенели: голоса прошлого, злобный крик Вай, смех Кейтлин, гул приближающегося взрыва.    Экко, едва стоявший на ногах после схватки, увидел её. Увидел бомбу. Его тело двинулось назад на инстинкте, но вдруг чья-то сила резко отбросила его назад. Аида - её тень мелькнула, как вспышка. Она кинулась к Джинкс, толкнув Экко так, что он рухнул на землю, потеряв сознание от удара о твёрдую поверхность земли. - Нет! - крикнула Аида, но её голос мигом потонул в грохоте. Аида рванулась вперёд и накрыла Джинкс собой, отгородив её от взрыва своим телом и сильно прижав к земле, словно пытаясь заключить в объятия всю её боль, весь её хаос. В момент их соприкосновения, их взгляды пересеклись: в глазах Джинкс застыли смешанные удивление и недоумение, словно она пыталась осознать происходящее сейчас, в то время как лицо Аиды излучало лишь страх - и страх не за себя, а за Джинкс, глубокий и всеобъемлющий. Это была встреча огня и пепла, безумия и жертвенности, запечатлевшаяся в долю секунды, в которой весь мир готов был сгореть.    Огненная волна ударила в них, подняв в воздух небольшие обломки моста. Взрыв разорвал пространство, отшвырнув Аиду в сторону, как тряпичную куклу. Её тело приняло удар на себя, а одежда вспыхнула. Казалось, мир на секунду стал полностью белым для неё. В момент самого взрыва Джинкс почувствовала жар, но не боль - лишь крепкие руки, державшие её, как когда-то держала её Вай...    Через некоторое время, дым чуть рассеялся. Голубоволосая лежала оглушённая. Её тело изрезано осколками, одежда тлела. Она едва могла пошевелиться, но сознание ещё цеплялось за реальность. В метре от неё, в луже крови, лежала Аида - накидка уже догорала, её костюм был порван, обнажая кожу, покрытую ожогами, а рука неестественно вывернута в сторону, пальцы сжаты в последней судороге. Грудь еле поднималась - совсем неглубоко, прерывисто. Экко валялся без движения намного дальше без сознания, дыхание его было также слабым, но взрывная волна его практически не задела. Она его спасла.    Джинкс медленно повернула голову, глядя на Аиду. Глаза застилала пелена - от крови, дыма и усталости. Та ещё дышала. Капли крови стекали по её лицу, смешавшись с грязью. Голубоволосая слабо дёрнула губами, пытаясь засмеяться, но вместо этого из горла вырвался только хрип. Сейчас она смотрела только на Аиду, а в груди, рядом с привычной пустотой, что-то новое...за существовало где-то глубоко внутри.    Вдруг её глаза распахнулись чуть шире, будто осознав что-то безумно важное для неё. Слегка приоткрыв рот и вдыхая больше воздуха в свои лёгкие, она ещё раз осмотрела человека, попытавшегося спасти её от взрыва. Она заметила знакомый костюм, но лицо девушки разглядеть ей так и не удалось, так как оно было воткнуто в землю, уже обильно пропитанной её собственной алой кровью. Силуэт начал расплываться в её глазах, но слегка выпадающие пряди светлых волос, также пропитанных кровью и грязью, она могла различить... - Ч-что...реальна? - прозвучало что-то, что сложно было разобрать с первого раза, из её уст в сторону наёмницы.    Вскоре она закрыла глаза. Последнее, что она увидела - это здоровую руку девушки, слабо протянутую в её сторону... словно та всё ещё пыталась дотянуться. В ушах звенело, и боль уже почти не чувствовалась - только холод, ползущий от сырой земли в спину. Сил держаться больше не было. Где-то далеко, сквозь туман в голове, ей почудились шаги. А темнота всё накрывала её, как волна. - "Наверное, смерть наконец-то решила представиться", - последнее, о чём она успела подумать перед тем, как мрак поглотил её полностью, резко утянув в свою бездонную бездну.

Чуть позже

   (4)Глубокие колотые раны в мягкой плоти. *Глаза режет* Алая кровь, стекающая по острому стеклу, смеивающаяся с чем-то ярким, белым, создавая жуткий контраст. *Мужской крик* Голова трещит от боли, как будто череп сломан, а мозг вырывается наружу, тело становиться ватным, теряя связь с реальностью. *Белые глаза, окружённые кромешной тьмой* - "Ч-что...это?" - Аида слышит свой собственный голос где-то вдалеке, словно доносится из другого мира. Её мозг не может выполнять свою функцию. *Дикий холод или жар* Она не может связать и пары слов, появляясь, мысли сразу же рассыпаются, как песок сквозь пальцы. Существует только дикое напряжение, давящее на мозг так, будто вот-вот он вытечет прямо из её ушей. - "Ааай...".    Кажется, девушка корчится от боли, пытаясь что-то произнести, но не осознавая, что её как её тело, так и её мозг, сейчас предательски кидают её. *Удушье* Тело напрочь отказывается её слушаться, мозг тщетно пытается сопротивляться. *Чей-то безумный смех* Появляется ощущение, будто её душу насильно вырывают из тела. *Темнота или яркий свет* Мир вокруг рушится, оставляя её в абсолютном одиночестве.    Глаза, радужка которых была полностью заполнена ярко-белым сиянием, оставляя лишь слабый отблеск их родного цвета, резко распахнулись, словно пробуждаясь от долгого сна. Они медленно осмотрели территорию, пустынный мост, где не было никого, кроме неё. Её лицо оставалось безучастным, лишённым эмоций, а глаза, прикрытые и стеклянные, излучали холод, который пробирал до дрожи. Но в этой картине читался дикий, первобытный страх. Аида выглядела неестественно, словно сама смерть приняла её облик. Казалось, что эти безжизненные глаза готовы уничтожить всё, что осмелится попасть в их поле зрения, всё, что посмеет шевельнуться. Они жаждали жестокости...    Девушка медленно начала подниматься, но, почувствовав неудобство в правой руке, перевела на неё взгляд. Вывих. Без лишних эмоций она поднялась на ноги и, с пугающей хладнокровностью, вставила кость обратно, будто это было обыденным делом, будто боль была ей чужда. Ещё мгновение назад она лежала в луже собственной крови, израненная и сломленная, но теперь её движения были уверенными, почти механическими. Взгляд её упал на сумочку, которую она всегда носила с собой ещё с того периода, когда сбежала от безумного учёного. Сейчас из неё на землю капало то же вещество, что наполняло и её глаза. Сквозь разорванный костюм виднелись осколки пробирки, глубоко впившиеся в плоть. Аида безразлично оторвала сумку от себя, вытянув осколки из ноги, словно это была лишь мелкая неприятность. Её лицо оставалось неизменным, лишённым даже намёка на эмоцию.    Не находя мост более интересным для неё, Аида посмотрела в сторону Пилтовера и через мгновение её фигура уже стремительно исчезала в воздухе, словно тень, летящая на паутине. Она не замечала ничего вокруг, её разум был сосредоточен лишь на новой цели - странной, навязанной её израненным сознанием.    В этот раз казалось, что она стала намного сильнее и быстрее, чем когда-либо прежде. Её движения были хищны, а скорость поражала воображение. Потеря контроля была очевидна...сейчас здесь была совсем не Аида. Может быть, это был всего лишь мрачный уголок её разума, который наконец взял верх?

Через пару минут

   (5)Аида в потрёпанной и изрядно испачканной одежде, но находящаяся в относительно  хорошем физическом состоянии, резко влетела в окно своей комнаты. Опустившись на колени, она прижала руку к области солнечного сплетения, словно пытаясь унять пламя, разгоревшееся внутри. Несмотря на её внешний вид, можно было бы подумать, что она всё это время провела здесь, взаперти, словно ничего и не происходило. Но сейчас её широко распахнутые глаза, устремлённые в одну точку, и застывшее в неподвижности тело говорили совсем о другом. Она напоминала реалистичную статую, застывшую в болезненной позе, с лицом, искажённым гримасой ужаса.    Через некоторое время единственное, что начало шевелиться, это её зрачки. Они словно пульсировали, заменяя сердце в организме, отчаянно пытаясь вернуть её к жизни. Глаза, с каждым пульсацией, постепенно теряли свой неестественный блеск, обретая знакомый родной цвет. Это процесс происходил достаточно быстро, а, когда наконец радужка её глаз вернулась к своему прежнему состоянию, девушка с надрывным вздохом рухнула на землю, лишённая всех сил.    Оставаясь в таком положении всего несколько мгновений, девушка медленно раскрыла свои глаза, мутные от усталости и пережитого. Постепенно осознание вернулось к ней, и, стараясь не потерять вновь хрупкий контроль над своим телом, она аккуратно поднялась на ноги. Её взгляд скользнул по комнате, изучая каждый её угол, словно пытаясь найти зацепку, объясняющую происходящее. Окно было открыто настежь, и холодный воздух беспрепятственно проникал внутрь. Скоро рассвет. - "Как?...что я здесь делаю?", - глядя в открытое окно, она непонимающе задала этот вопрос самой себе, будто ожидала ответа от пустоты. Но ответа не последовало. Наконец девушка перевела взгляд на себя. Её костюм был в ужасающем состоянии, истертый, порванный и грязный, требующий неотложного ремонта. Сняв остатки плаща, она внимательно осмотрела его. От ткани, как и от неё самой, несло стойким запахом дыма, пота и металла. Она выкинула остатки своей накидки в мусорку, а сама направилась в душ, будто сама вода могла смыть не только грязь и запах, но и воспоминания, которые остались о сегодняшней ночи в её памяти. Каждая прохладная капля казалась очищением, дарящим хотя бы на мгновение облегчение от разрушающей тяжести.    Она ляжет спать, укрывшись тонким покрывалом, которое не сможет защитить её от холода раздумий, терзающих её разум. В тишине ночи, когда лунный свет мягко освещает комнату, её мысли будут метаться между образами Джинкс и Экко. Она задумается, что Экко, возможно, забрал Джинкс с собой, но это предположение сразу же отдастся сомнением. Почему он просто не убил Джинкс? Почему не убил её саму, видя, как отчаянно она пыталась защитить девушку?    Эти вопросы, словно острые иглы, будут вонзаться в её сознание, заставляя её снова и снова обдумывать мельчайшие детали произошедшего. Может быть, его мотивы были куда сложнее и скрывали что-то, чего она не могла понять? В конце концов, Аида пришла к выводу, что, скорее всего, они каким-то образом смогли сбежать. По одиночке. Это казалось логичным, но в то же время оставляло болезненный привкус неопределённости. - "Неужели Паудер так и не поняла? Но...этот её последний взгляд на меня...", - с этими мыслями девушка и проваливается в сон, который всё так и притягивала усталость. Она закрывает глаза, надеясь, что сон сможет унести её от вопросов, на которые не было ответа, и от тяжести, которая болезненно овладела её мозгом и сердцем.

Утром

   (6)Девушку разбудил стук в дверь. Едва разлепив глаза, она заметила, как дверь в её комнату медленно распахнулась, и из-за неё с любопытством выглянула голова. Это была Элора. Её взгляд выражал лёгкое удивление, смешанное с небольшими нотками облегчения, пока она внимательно наблюдала за всё ещё сонной Аидой. Через мгновение дверь раскрылась шире, и фигура Элоры полностью предстала перед девушкой. - Доброе утро, Аида. Вас вызывает советница Медарда, - спокойным и собранным, как обычно, голосом сообщила она. - Да...сейчас соберусь только, - сонно пробормотала Аида, принимая сидячее положение на кровати, её движения были медленными, будто туман сна всё ещё держал её. - Хорошо, но она вызывает вас в срочном порядке, - предупредила помощница советницы, делая явный акцент на необходимости поторопиться. Аида бросила растерянный взгляд в её сторону, не оборачиваясь полностью, и с сомнением спросила: - Что-то случилось? - Да. Она вас уже ожидает, и...возьмите с собой плащ с маской, - быстро добавила Элора, закрывая дверь, явно не желая углубляться в объяснения. - "Даа...это было странно", - согласившись с собственными мыслями, девушка поднялась с кровати. Быстро умыв лицо прохладной водой, она надела простую одежду: мешковатые синие брюки и рубашку. Однако плащ и маску, о которых говорила Элора, она так и не нашла.    Осматривая своё отражение в зеркале, Аида поймала себя на том, что осталась недовольна своим видом. И с едва заметным вздохом она стремительными шагами направилась к комнате советницы.    Два уверенных стука в дверь. Ответ последовал незамедлительно. И вот она уже оказалась внутри, лицом к лицу с Мел. Советница выглядела совсем не так, как обычно. В её взгляде читалась тревога, блуждавшая то на Аиде, то на предметах, попадавшихся ей на глаза. После долгого напряжённого молчания, темнокожая женщина медленно опустилась за свой стол и, не отводя взгляда, тщательно изучила наёмницу с ног до головы. - Я смотрю, вчерашний салют был особенно удачным? - её голос прозвучал резче, чем ожидала Аида. В словах явно ощущалась нота агрессии, от которой девушка внутренне сжалась. - В каком смысле? - растерянно переспросила она, почувствовав, как её собственный голос дрогнул. - Не стоит заставлять меня повторять вопрос, Аида. Говори правду, как ты делаешь это всегда...или нет? - Мел немного смягчила тон, но напряжение в её голосе всё равно оставалось ощутимым, словно невидимая стена между ними. - "Неужели она знает? Откуда?", - мысли Аиды стремительно закрутились в её голове, вызывая всё больше удивления из-за уверенности, звучавшей в словах советницы. Осознав, что она уже должна была бы ответить, девушка, немного растерявшись, произнесла: - Мел...я не понимаю...    Ответ явно не понравился Мел - её голос резко повысился, эмоции, которые она так старалась держать в узде, вырвались наружу. - Не смей мне лгать! Ты не была сегодня ночью в своей комнате. Не было тебя именно тогда, когда на мосту произошёл теракт! Удивительное совпадение, не правда? - Ладно, послушай... - попыталась оправдаться Аида, но Мел резко оборвала её. - Я не желаю слушать твои оправдания, Аида. Просто запомни одно: моё доверие к тебе отныне подорвано...чем ты вообще думала? Забыла о договоре? Одно моё слово в Совет - и тебя уничтожат. Ты прекрасно должна это понимать. Ты не можешь противостоять всем.    Аида почувствовала, как небольшой страх окутал её. Однако она всё же решилась объясниться: - Мел, я правда ничего такого не делала. После нашего разговора, я решила, что лучше достать кристалл самостоятельно, чем просто давать ему плыть по течению. Я хотела перестраховаться, чтобы ничего не случилось. Ну и...как ожидалось, это "ничего" и произошло.    Советница пристально посмотрела на неё, а в её взгляде мелькнуло любопытство, словно она изучала каждую деталь её слов. Но потом она снова ответила строго: - Я уже сказала, мне не нужны оправдания. Я знаю, что это была не ты. - Эээ...что? Так зачем... - начала было Аида, но Мел снова её перебила. - Это не отменяет того факта, что ты ушла без моего ведома. С этого момента я полностью ограничиваю твоё обучение. Ты можешь иногда пользоваться тренажёрным залом, но учить тебя больше никто не станет, - её голос звучал твёрдо и решительно. На мгновение она отвела взгляд от светловолосой девушки, чей образ сейчас был воплощением потрясения. И добавила, почти отстранённо: - Разве Элора не говорила тебе взять плащ и маску? - этот вопрос вернул Аиду в реальность и она спешно ответила. - Они сгорели вчера, - советница Медарда устало закатила глаза и позвала Элору, которая ожидала окончания приёма за дверью. Она вежливо попросила её принести новый плащ и маску для Аиды, а после того, как та закрыла дверь, вновь обратилась к Аиде: - Твои "старания" вчера были напрасны. Кристалла до сих пор не у нас в руках, - сообщила она. - Сейчас мы с тобой пойдем на заседание Совета. Кейтлин. Она была на мосту в эту ночь и её мать, по просьбе самой Кейтлин, собрала Совет, чтобы она рассказала нам какую-то информацию о Нижнем городе, которую она смогла добыть. - Ааа...разве она не доставила кристалл? - непонимающе спросила у неё наёмница. - Ты хочешь сказать, что кристалл у неё? - переспросила Мел. - Да, я видела, как она с В...с кем-то смогла пройти через мост вчера. Они забрали с собой железную капсулу с кристаллом, - решившись, не вдаваться в подробности о её знакомых, сообщила она. Мел с подозрением посмотрела на неё, а после сказала: - Хорошо, я упомяну это сегодня. Ты должна внимательно слушать и запоминать все детали разговора, понимаешь? - Да, Мел. - И тебя не должны распознать или как-либо запомнить, поэтому ты наденешь плащ и маску, - махнув головой в знак согласия, Аида посмотрела в сторону двери. Элора принесла длинный синий плащ и чёрную маску, которая закрывала и шею, и лицо. Передав её в руки наёмницы, девушка быстро удалилась. - Кстати...сейчас нужно быть вдвойне аккуратнее, что мне, что тебе. Из Ноксуса сегодня утром приплыла моя мать. - А, можно спросить, зачем?    Тяжело выдохнув, советница с какой-то тяжестью во взгляде посмотрела в окно, откуда в комнату струился яркий луч дневного света. После недолгой паузы она спокойно ответила: - Она считает, что сможет помочь Пилтоверу в данной политической обстановке...И это ложь. Она никогда не решала всё как-то косвенно. Решением всегда была жестокость или война, - её грустный, от воспоминаний каких-то моментов из прошлого, медленно опустился куда-то в пол. Аида заметила резкую смену её настроя. - Хорошо, Мел. Я буду аккуратнее и...прости за ночь, - советница задумчиво оглядела девушку, а после встала и направилась к двери, пригласив её за собой. - Нам пора идти.

Через некоторое время после начала заседания Совета

   (7)Советница Медарда жестом указала Аиде занять место чуть в стороне от стола, где уже собрались все советники, и настойчиво попросила её не двигаться во время самого приёма. Взгляды советников говорили больше, чем слова: им явно не понравилось, что Мел привела её на заседание. Обычно всё, что обсуждалось в этих стенах, никогда не выходило за их пределы. Однако открытых возражений никто не стал высказывать, особенно учитывая, что в зал уже вот-вот должна была войти дочь советницы Кирамман.    Кейтлин не заставила долго себя ждать. Но оказалось, что она пришла не одна. Позади неё, робко переступая порог, появилась красноволосая девушка. На её лице и шее виднелись татуировки, создававшие контраст с внешним видом горожан Пилтовера. Её одежда также выделялась, явно не соответствуя здешним обычаям. Она явно не здешняя и это чувствовалось. - "Вай!" - единственная, кто узнал девушку была Аида. Она заинтересованно всматривалась в девушку, пользуясь моментом, пока их разделяло относительно небольшое расстояние. Теперь у неё была возможность внимательно понаблюдать за ней. Аида сразу заметила, как сильно изменилась Вай. Было видно, что жизнь явно не щадила её. По физическому состоянию Кейтлин также было заметно, что вчера есть пришлось не сладко, но тем не менее девушка держалась уверенно.   Как только девушки вошли в зал, советница Кассандра медленно поднялась из-за стола. Все взгляды тут же обратились к ней, и она громко, но сдержанно объявила: - Советники, моя дочь досконально изучила ситуацию в Нижнем городе и сейчас хочет поделиться ею с нами, - её уверенный голос звучал как команда, а утончённая фигура и безукоризненная осанка только подчёркивали её авторитет. Несмотря на цвет седых прядей и тонкие морщинки, касавшиеся её лица и рук, Кассандра производила впечатление женщины моложе своих лет. Этому способствовали дорогие наряды и идеальная ухоженность. Она, как и Мел, всегда держалась с величественной грацией, соответствующей строгому придворному этикету. Объявив дочь, Кассандра неторопливо уселась обратно за стол и внимательно посмотрела на неё, словно передавая поддержку одним лишь взглядом.    Кейтлин, коротко поблагодарив мать, решительно начала свою речь, слегка повернувшись к Вай, которая выглядела немного неловко, стоя рядом: - Советники, это - Вай, из Нижнего города. Мы во многом виноваты перед ней, но она рискнула собой, чтобы показать мне, какова жизнь в Зауне. Люди голодают, болеют, их губит Мерцание. Они живут в постоянном страхе перед кучкой зарвавшихся преступников, во главе которых стоит один человек - Силко, - её голос, в котором звучали укор и решимость, наполнил зал напряжённым вниманием.    Вай посмотрела на неё, в глазах отразилась едва уловимая теплая искра, а затем её взгляд медленно скользнул к советникам, словно она пыталась прочесть их мысли через выражения лиц. Внимательно изучая каждого, её внимание вдруг остановилось на тёмном силуэте, стоящем чуть поодаль от стола. Этот образ показался ей странно знакомым, что заставило её слегка прищуриться, желая рассмотреть больше деталей и раскрыть загадку человека перед собой. - Мы расследовали деятельность Силко. Данные о его преступной деятельности не подтвердились, - начал говорил советник Болбок. - А кто вёл расследование? - уверенно парировала синеволосая. На её вопрос в зале повисло тяжёлое молчание. - Чего этот Силко хочет от нас? - задал вопрос советник Таллис. - Независимости для Нижнего города. Называет это "нация Заун", - произнесла Кейтлин, как будто бросая вызов. Зал мгновенно оживился: обсуждение вспыхнуло, словно искра в сухом лесу. Парень, ухмыльнувшись, потянулся под стол и достал странный предмет. Это была, похоже, самодельная бомба, ярко разрисованная, как будто кто-то превратил её в произведение абсурдного искусства.    Всё это время взгляд Вай метался то на говорящего советника, то на тёмный силуэт девушки вдалеке. Когда её глаза задержались на ней, девушка медленно подняла руку и мягко прислонила указательный палец к маске, словно предупреждая её молчать. После этого она махнула головой в сторону советника, будто подавая знак обратить внимание на предмет в его руках. Вай проследила за движением и, увидев вещицу, буквально впилась глазами в неё. Для неё не оставалось сомнений - она точно знала, кто был создателем этой бомбы. - А это что? Знаешь, кто автор? - его голос был напряжённым, звучал как укор. - Нет! Ну...эээ, - Кейтлин замялась, явно не ожидая такого вопроса. Аиде показалось, что она пытается скрыть правду. Взгляд миротворицы то и дело возвращался к зловещему предмету, пока Вай не взяла её за руку и спокойно, но твёрдо шагнула вперёд, притягивая к себе внимание. - Её зовут Джинкс, - лаконично и без лишних эмоций сказала Вай. Зал на мгновение погрузился в тишину, но внутри Аиды разразился шторм. Холод пробежал по её коже, услышав знакомое имя. - "Она сдает свою сестру? Откуда вообще он достал эту бомбу?", - её мысли наперебой боролись друг с другом, не давая ясности. - И самоцвет сейчас у неё? - голос прорезал воздух, но ответа не последовало. Парень раздражённо поднялся из-за стола и заявил с явной угрозой: - Придётся забрать его силой. - То есть начать войну? - не столько вопросом, сколько утверждением произнесла советница Медарда, её тон звучал холодно, как лёд. - Там немало хороших людей! - начала защищать Нижний город миротворица, её голос звучал настойчиво, почти умоляюще. - Равно как и плохих, - сухо заметил кто-то из советников, его слова прозвучали как холодный удар. - Даже если мы решим нанести удар, у них мерцание, - попыталась возразить Мел, её голос сохранял спокойствие, несмотря на напряжённую атмосферу. - У нас хэкстек! - жёстко и уверенно парировал Джейс, его слова прозвучали так, словно спор уже был решён. - Да что с тобой? - резко спросила Кейтлин, едва сдерживая всплеск эмоций, которые начали переполнять её. - Мы неделями ведем пустые разговоры, а там отмывают мост от крови! Когда же мы наговоримся? - сказал советник Таллис как-то иронично, но не с меньшей агрессией в голосе, чем раньше. - Джейс, ты не видел войну...а я да. Военный рейд - последнее средство. Найдем дипломатическое решение, - твёрдо произнесла Мел, её голос был твёрдым, словно она уже который раз пыталась открыть парю глаза на что-то очевидное. - Она права, - поддержала её другая советница. - Что? Хотите договориться с ним? - поражённо переспросила Вай, её шаг был резким и уверенным, когда она вышла в центр зала, став прямо между всеми советниками. - Пока что это единственный способ избежать кровопролития, - также сдержанно, но твёрдо продолжила темнокожая советница, её взгляд был наполнен спокойным убеждением. - Это - безумие! Вы ничему не научились?! Вам нечего с ним обсуждать! Он ненавидит вас и все ваши ценности. И он не оставит вас в покое, - голос Вай переходил на крик, в нём звучала отчаянная злость. Её слова заставили всех присутствующих удивлённо взглянуть на неё, напряжение в зале нарастало, пока советник Сейло медленно не поднялся из-за стола. - Охрана! Проводите их на выход, - холодно приказал он, не выражая ни капли сомнения в своих действиях. - Не утруждайтесь. Я помню, где ваши понтовые двери, - с раздражением бросила красноволосая, её движения были уверенными, когда она направилась к выходу, не оглядываясь. (8)

После собрания в комнате советницы Медарды

   Мел сидела за своим рабочим столом, задумчиво уставившись в одну точку. Её переплетённые пальцы поднимались к лицу, словно помогая скрыть нахлынувшие мысли. После заседания остался неприятный осадок, который тяжёлым грузом оседал в её внутреннем мире. - Мы должны узнать точно...и как можно скорее, - твёрдо, будто подводя итог, сказала она. - А сейчас...можешь идти. Готовься к моим дальнейшим указаниям.    Аида одобрительно кивнула и покинула кабинет. Однако в её душе зарождалось странное чувство - как будто что-то неумолимо приближается, как будто назревает нечто крупное и неизбежное. Когда она пришла сюда, её цель была ясной и жёсткой: отомстить Пилтоверу за своё прошлое. Но теперь... случайно вновь обретя своих давних подруг, наблюдая за жизнью людей в разных городах и за тем, что происходит вокруг, она начала теряться в своих намерениях. Чего она хотела на самом деле?    Чтобы немного развеяться и привести мысли в порядок, девушка решила пройтись по зданию. Она бродила по длинным коридорам, позволяя своим ногам нести её без определённой цели. Её взгляд скользил по высоким окнам, через которые виднелись тёмные очертания внешнего мира. Останавливаясь у массивных колонн, она касалась их холодной, гладкой поверхности. Тихий звук шагов отзывался эхом в просторных залах, создавая особую атмосферу покоя и напряжения одновременно.    Наконец, спустившись на самый нижний этаж, её внимание привлёк приглушённый шум - диалог. Голоса раздавались из-за одной из дверей, словно скрывая нечто важное. Она аккуратно подошла чуть ближе и прислушалась...