Проклятый

- Магистр, вставай! Магистр! Кто-то пытался разбудить его, активно тряся за плечо. Кто-то хорошо знакомый. Но ему так не хотелось вставать… Ещё пять минуточек… - Ебанный рот, КАИН!! ПОДЪЁМ, СУКИН СЫН!! Глаза раскрылись сами собой. Причины для такого обращения к нему должны были быть очень весомыми. Наведя расфокусированный взгляд на говорившего, Первый Грешник сквозь муть похмелья сосредоточился на нём. Бело-голубой прямоходящий пёс. Гаррет. Его рыцарь. Один из основателей Ордена. Одетый по полной выкладке, при мече, с выражением крайней озабоченности на морде. Но почему… - Что такое? - невнятно пробормотал Тёмный Рыцарь, схватившись за голову. - Мы взяли штурмом дворец Люцифера? Сожгли одну из фабрик Кармайн? Вырезали Район Каннибалов? - Хуже. Скорее одевайся, приводи себя в порядок и пойдём, - подчинённый протянул ему банку. Рассол. Отец Убийства дрогнувшей рукой принял ёмкость и осторожно присосался к ней. По голове разлился приятный холод, вымывающий остатки тумана. - Ты мне не ответил, - напомнил он Гаррету, щелчком пальцев прикрывая свою наготу привычными одеяниями. - Рай решил передвинуть Чистку. На шесть месяцев. Каин застыл. По спине пробежался неприятный, мерзкий, давно забытый холодок. - Очень хуёвая шутка. Постарайся ещё раз. - Я нахуй убийственно серьёзен, - по его взгляду Первый Грешник понял - не врёт. - Сука. Он вскочил с кровати. Постоял. Сел. Отпил ещё из банки. Снова вскочил, начав нарезать круги по довольно маленькой спальне. - Сука-сука-сука-СУКА-СУКА, БЛЯТЬ, УЁБКИ! - банка устремилась на судьбоносную встречу с ближайшей стеной, разлетевшись на кучу осколков и брызнув во все стороны остатками содержимого. - ТВАРИ ЕБАНЫЕ, ГНИДЫ, НЕНАВИЖУ! Он подскочил к той же стене и со всей силы врезал по ней кулаком. Рука с лёгкостью пробила кирпичную кладку хренового качества, по локоть скрывшись внутри неё. По строению мгновенно расползлись трещины, а с той стороны кто-то завизжал. Постояв так некоторое время, Тёмный рыцарь с треском вынул руку из отверстия, откряхнулся от крошева и пыли, после чего стремительно направился в сторону выхода. Пёс поспешил за ним. - Где назначен сбор? - выскочив на улицу уточнил он. - В нашем районе, в заведении Освальда. Отец Убийства хорошо представлял, где это. Знать карту местности, по которой будешь прятаться от стаи ебанашек с крыльями, было для него жизненной необходимостью. Кивнув своему рыцарю, он продолжил движение в нужном направлении. Сука, Аргайло! … - СУКА, АРГАЙЛО! С этими словами Каин пинком раскрыл дверь небольшого, грязного бара. Внутри стояла четвёрка грубо сколоченных прямоугольных столов, на данный момент сдвинутых вместе в центре. Вокруг них стояли такие же дрянные стулья, а единственным украшением стола выступала застиранная до потёртостей, накарахмаленая скатерть. - Не тот получил обличье ебучего ворона, совсем не тот ублюдок! - От ублюдка слышу, Магистр. Я просто предполагал, что эта хуйня рано или поздно случится, и оказался сука прав! Так что отъебись. Все члены Ордена были в сборе, при полном параде и стояли возле своих стульев. Гаррет устремился к пустому стулу среди других рыцарей. Отец Убийства направился к самому удобоваримому стулу, установленному во главе столов, раздражённо дёргая хвостом на каждый шаг. Осталось только два пустых места. Места Орунда и Розберри. Постояв в молчании несколько секунд, Первый Грешник неуловимым движением вытащил прямо из воздуха меч из ангельской стали. Перехватив его за клинок, он водрузил его на столешницу, направив остриём на свой стул, а рукояткой к центру столов. - Магистр Ордена готов открыть Собрание, - произнеся традиционную фразу, Каин сел. - Рыцарь Аргайло прибыл, - последовал его примеру козлоголовый. - Рыцарь Жан прибыл, - лев со скорпионьим хвостом. - Рыцарь Мордред прибыл, - трёхглазый ворон. - Рыцарь Гаррет прибыл, - бело-голубой пёс. - Рыцарь Паслён прибыл, - пламенный скелет. - Рыцарь Вольфганг прибыл, - рогатый волк. - Рыцарь Ламберт прибыл, - шипастый ящер, примеривший серое сюрко и новое имя. - Квацарь Кванселот квабыл, - жабоголовый обернул змеиное тело вокруг стула. Он возложил на стол только один меч. Меч Ланселота, заменивший ему один из скимитаров. - Рыцари Орунд и Розберри всегда в этом зале, - закончил после всех Отец Убийства. - Собрание открыто. Помещение погрузилось в молчание. Члены Ордена думали о том, что стоило обсудить. Наконец слово взял Паслён. - Не думаю, что у нас осталось время для развлечений. Мы едва оказались готовы к их напору во время недавней чистки, а теперь… Блять. - Придётся мобилизовать жителей района. Всех. Иначе не справимся, - выдвинул предложение Гаррет. - И нас пошлют дуть в хуй, разбежавшись по всему Пентаграмм-Сити. Они не для того живут здесь, чтобы горбатиться ради спасения чьей-то жопы. Наоборот, это мы сука каждую чистку берём на себя основной удар, повышая шансы на их ебаное выживание, - со злостью выпалил Мордред. - Контракты как мера удержания, - задумчиво протянул Гаррет. - Слухи разносятся быстро, - возразил Жан. - Стоит заарканить сотню-другую, и район опустеет. - Скрытно не выйдет. Если, конечно, не ставить одним из условий контракта молчание, - Вольфганг почесал затылок. - Да похую на молчание, - угрюмо вмешался Ламберт. - Нужно сосредоточиться на другом. Я насмотрелся на этих ублюдков по горло, и ни один из них даже сука не подумает заключать контракт, каким бы тот ни был. Тем более, если он что-то от них блять требует. Вот это главная проблема. Все замолчали, обдумывая сказанное. - Кваставлять? - неуверенно сказал Ланселот, посмотрев на Каина. Все остальные тоже повернулись к Магистру. - И нарушить один из основных законов Ада, - тихо сказал Аргайло. - Но мы и так вне закона, - всё так же зло добавил Паслён. - Пока что - нет, - возразил Гаррет. - Просто на самом дне. - Скорее - глубоко в жопе, - произнёс Каин. - Из которой надо выбраться, - вставил Ламберт. - Если придётся - любыми методами. - Это на усмотрение Магистра, - осадил его Мордред. - Этот метод блять слишком рискованный. Пауза. - Есть другой путь, - голос Жана был громким, уверенным. - Мы можем слегка тряхнуть мошной и нанять всех, кого нужно. Принуждать не силой контракта, а жадностью. Всё-таки наше полугодовое веселье пошло псу под хвост, прости меня Гаррет, и откладываемые на него средства лежат мёртвым грузом. В текущей ситуации… Стоит ими воспользоваться в этом направлении. Они станут толчком. Сильным, по моему личному мнению, но недостаточным. Нам придётся проделать большую работу для выживания нашего Ордена. Он закончил, и некоторое время все обдумывали его слова. - Деньги - хуёвый стимул, - покачал головой Ламберт. - На них клюнут только откровенные отбросы. Для хороших специалистов потребуется что-то весомее… - А может… - Думаю… - Предлагаю… Первый Грешник погрузился в свои мысли, почти не слушая соратников. Свои руки он положил на колени, обхватив их ладонями, а хвост обвил вокруг ножки стула. Чтобы они не дрожали, выдавая его страх. Лицо он ещё мог держать, а вот их… Соратники. Ха! Да, у него были соратники. Аргайло, Жан, Мордред и Гаррет. Те, кто с ним с самого начала всего этого пиздеца. Те, кто не раз прикрывали ему спину. Те, кто настолько сильно замазаны в его делах, что стоит ему умереть, как их смешает с дерьмом половина Ада, а другая помочится на получившуюся кучу и сожжёт на ритуальном костре, устроив вокруг него самую весёлую вечеринку с момента самого появления Ада. Его “друзья” не могли допустить его смерти. Это сплотило их получше всяких высокопарных речей и обещаний в вечной преданности. Даже лучше самых каббальных контрактов. Они зависели от него так сильно, что готовы были умирать за него, чем и занимались с завидной регулярностью с начала Чисток. Настолько завидной, что в один момент Каину пришлось сначала выдумывать Орден, защищающий “невинных” жителей Ада от агрессивной политики Рая, в который можно было попасть после жесткого отбора, а потом и вовсе отказаться от их помощи во время Чистки, чтобы не остаться совсем одному. И даже так, его рыцари умудрялись дохнуть пачками. Он становился всё более открыт, беззащитен. Ведь новые члены Ордена… Напыщенные индюки, вроде как “проникшиеся” их “идеей”. А на самом деле присоединившиеся к самой сильной группировке Пентаграмм-Сити, исключая официальные власти, чтобы безнаказанно творить всё, что им вздумается. Да, за это приходилось платить муштрой и шансом умереть. А где в Аду безопасно-то? Правильно, нигде. Тем более что Тёмный Рыцарь умело доказывал необходимость дисциплины, тренировал их на совесть, и в итоге его рыцари вполне могли противостоять хоть десятку экзорцистов. А это… Непередаваемое ощущение гордыни и превосходства, когда крылатые надменные сучки беснуются вокруг и ссутся от ярости, не имея ни малейшего шанса даже коснуться тебя своим оружием. Чувствовать их злость, бессильную ярость, дразнить ещё сильнее и выводить из себя - блять, да это лучше, чем секс! Было. Первые несколько лет. А потом… Чистки превратились в полноценную охоту на волков. Беззубых, с вырванными когтями, которые только и могут, что убегать в бессильной злобе и прятаться по тёмным углам. Да, у них были ангельские клинки, и Каин знал об их силе, однако... Клинки были с его Печатью. Осквернённые. Убить грешника - легко. Ангела - даже не пробуй, отскочит от кожи, как мячик. Чистым был только его собственный меч. Быстро стало отнюдь не до смеха. Сейчас уже ангелы своими беспрерывными нападками бесили до такой степени, что хотелось поубивать их всех, до единого. Сорваться в кровавый угар. И лишь подарок от белоснежного нытика удерживал его. Метка Люцифера. Его отца. Ебаного мудака, нюни, и размазни, наконец-то проявившего характер после сотен лет страдания хернёй именно в тот момент, когда для этого вот сука совсем было не время и не место! Почему он не послал нахуй всех этих райских уебанов?! Почему он наказал за слова не их, выдвинувших унизительные, живодёрские и просто ублюдские требования, а своего, сука, собственного блядь сына, хоть и внебрачного, который посмел воспротивиться этому гнусному акту геноцида?! Почему, блять?! Почему?! - Каин, - негромко позвал его Аргайл. Открыв глаза, которые он закрыл на время размышлений, Первый Грешник оглядел своих рыцарей. Они ждали его решения. Ладони до хруста в суставах сжались на коленях. - Мне необходимо обдумать всё высказанное, - негромко, но достаточно твёрдо произнёс Отец Убийства. - Как и всем вам. Выдвинувшим предложения - продумать их хорошенько и представить полноценные проекты через три дня, на внеочередном Собрании. Остальным тоже хорошенько подумать, можете присоединиться к другим и помочь им с их проектами. Покидать район только с моего разрешения. Данное заведение объявляется нашим временным штабом. Следующее внеочередное Собрание я назначаю через три дня, здесь же, в то же время. Я не буду покидать комнат наверху до этого срока. Сегодня и завтра меня не беспокоить, после - можете прийти за советом или с вопросами. Объявляю данное Собрание закрытым. Он встал со своего места, подхватил меч и вернул в ножны. Одна рука осталась на рукояти, крепко ухватившись за неё, а вторую он будто бы ненароком заткнул за пояс, придерживающий сюрко. Хвост висел ровно вниз, как не живой. Остальные члены Ордена продолжали молча сидеть, глядя на него и обдумывая услышанное. Не став их дожидаться, Проклятый развернулся и двинулся в сторону лестницы. Позади него заскрипели стулья и зашелестели клинки, возвращаясь в ножны. Только оказавшись в отдельной комнатушке наверху и заперев дверь, Каин выдохнул, прислонился спиной к грубо обработанной древесине и сполз по ней на грязный пол. Руки и хвост обхватили колени. В его голове роилось множество мыслей, вызывая мигрень, но он не мог ухватиться ни за одну из них. - Магистр, - из-за двери раздался голос Аргайло. - Ты в порядке? Первый Грешник не ответил. - Я буду в комнате напротив, - добавил через десяток секунд его подчинённый, и, судя по звуку шагов, направился именно туда. Аргайло. Хитрый сучий сын, чей характер сильно переменился за семь столетий в Аду.