Ведь самые лучшие уходят слишком рано

Ваймак никогда не тешил себя надеждами, что он идеален. Даже более того, в плохие дни он не мог описать себя никак иначе чем посредственным, наивным и узколобым. И сегодня был именно такой день. Это началось душным жарким летним утром, Дэвид проснулся от острой боли в ноге и на прикроватной тумбочке не оказалось стакана воды. Ему пришлось стиснуть зубы и ковылять на кухню. Звук слишком резко открывшейся двери разбудил Нила, впервые уснувшего нормальным сном за всю неделю нахождения в квартире тренера. Парень искусно притворился спящим, но Ваймак уже видел как его рука на секунду дернулась под подушку, будто ища под ней что-то способное защитить его. Дэвид не хотел сейчас думать об этом. Долгожданную таблетку и стакан с водой он получил лишь несколько минут спустя, потратив большую часть этого времени на то чтобы вцепиться в стол и постараться не шипеть от боли. Крепко стиснутые зубы отвратительно скрежетали, а пальцы шли ходуном пытаясь вытрясти таблетку и не рассыпать все содержимое баночки на пол. Дэвид чувствовал, что если протянет ещё хотя бы мгновение, то раскрошет свои зубы или начнет действительно выть от этой пытки. Ещё несколько минут спустя Дэвид пошаркал обратно в свою комнату, стараясь игнорировать бледное лицо Нила. Вероятно, это снова были кошмары и даже после пробуждения Джостен все ещё не мог избавиться от того, что преподнёс ему сон. День был испорчен с самого начала, поэтому мужчина даже не пытался снова лечь спать. Во время работы проще игнорировать тянущее чувство в всех местах, где он когда-либо был ранен. И ранен не только физически. Легче уйти в анализ статистик, чтение новостей, заполнение журналов и отчетов, отправку заявок на участие команды в мероприятиях. Только бы не оставаться наедине с своими мыслями. Лишь бы не видеть перед глазами образ белого как смерть Нила, покрытого испариной, не видеть его ужас, когда Дэвид в очередной раз говорит слишком громко, размахивает руками или просто смотрит каким-то взглядом, на который у Нила особая реакция. Он очень хочет заставить себя забыть тщетную попытку парня скрыть шок, когда Дэвид бросил перед ним на диван упаковку хлопьев для завтрака и семь йогуртов со словами "теперь это твое, делай что хочешь, но к концу недели это должно быть съедено". Потому даже такой невнимательный и негостеприимный хозяин, как он, заметил, что Нил рефлекторно избегал использовать чужие вещи без крайней нужды. Ваймак не знает, где этот скользкий тип доставал еду, если ничего не ел в квартире, и думать не хотел об этом. И так во всем с этим проблемным ребёнком. Как бы мужчина ни пытался остановить мысленный поток, неминуемо один за другим на ум приходили десятки моментов, когда Дэвиду хотелось завернуть Нила в одеяло, накормить стряпнёй Эбби и сказать как он гордится им за то, что тот насколько хорошо он справляется с всем дерьмом в своей жизни. Или другой случай. Это были их первые совместные выходные за время сожительства без тренировок и отлучек на весь день, поэтому он заказал овощи гриль, фахиту с говядиной для себя и отдельно для Нила курицу терияки. Дэвид не понимал логики и границ парня, поэтому решил проверить на практике. И, к сожалению, Нил даже не прикоснулся к овощам, только с растерянным видом жевал свою курицу. Был ли Ваймак зол? Без сомнений. Но не на Нила, а на тех, кто заставил его поверить, что даже после прямого разрешения парень не должен чувствовать себя комфортно. Или ещё один схожий момент уже через несколько дней. Ваймак отчетливо понимал, что парень был серьезен насчёт восьми футболок и трех пар штанов на весь год. Нил бы справился с этим даже имея меньшее количеством одежды, если бы не одно "но". И этой загвоздкой стал Ники. Серьезно, не известно как он мог целыми днями крутиться вокруг Нила и не пропадать с поля зрения Эндрю, параллельно с этим не давая тренеру увидеть очередной шедевр деятельности затуманенного разума Миньярда. Итогом этой ситуации стало то, что у Нила закончилась чистая одежда. Не критично и легкопоравимо, если бы не это самое "но". Ники был везде. Даже Ваймак уже сочувствовал Нилу и предложил подвезти его до прачечной на машине, чтобы не пересекаться с Хеммиком. Парень отказался и, вероятно, постирал одежду в раковине. Ваймак не мог сказать точно потому что ушел на собрание персонала университета и не возвращался до вечера, а после не захотел погружаться в пучину пессимистичных мыслей, которой являлся Нил. И вот сегодня, спустя несколько часов взаимного игнорирования и восстановления после тяжёлого подъема, они сидят на кухне и Нил с сноровкой опытного человека скрывает дрожь рук. Если бы Дэвид сам не пришел к таким же способам скрытия тряски конечностей, то никогда бы не догадался о том насколько плачевно состояние парня. От привычности Нила подавлять тремор становилось тошно. Не было ни одной приемлемой причины, по которой можно получить травмы, моральные или физические, чтобы едва совершеннолетний парень годами учиться жить с ними. Хотелось закурить и выдохнуть вместе с никотином все свое разочарование в мире. Но он этого не сделает. Дэвид пообещал себе не курить дома, пока на его диване ночует подросток с собственным пристрастием к сигаретам. – Мне понравились вишневые йогурты. – Неожиданно сказал Джостен в образовавшейся тишине, уже уходя с кухни. Он говорил осторожно, все ещё ожидая негативной реакции на прямую просьбу. Ваймак удивленно моргнул, но добавил это в свой список покупок. Впервые парень начал прощупывать почву и нельзя было не радоваться этому прогрессу. Никто ничего не сказал, если на следующий день в холодильнике на верхней полке стояли семь упаковок того самого йогурта.

***

Неделей позже ситуация с таблетками и водой повторилась, но не до такой степени критично - Ваймак все ещё мог не создавать лишний шум. Ему удалось не разбудить подростка на диване, который в данный момент беспокойно метался по подушке, все ещё не проснувшись. Уже на обратном пути Дэвид услышал это: –О-отец?... Нет... Нет. Мама, мама она... Её нет. – Невнятно и очень напугано мычал себе под нос Нил. Кровь застыла в жилах Ваймака. Он не должен был так остро реагировать, но то с каким отчаянием Джостен бормотал "Её нет" не могло не затронуть чего-то в груди мужчины. Парень казался ещё меньше, чем он есть, сжавшись в напряжённой позе и втянув голову в плечи. Дэвид прямо сейчас должен был сделать выбор: останется ли он или сбежит. И он решил остаться. Нил бы только больше запаниковал если бы его разбудил шум или прикосновение, поэтому Ваймак придумал лучший вариант - бросить ему в ноги запасную подушку. Быстро, тихо, мягко. И никто не пострадал, кроме итак кровоточащего сердца Дэвида. Нил резко распахнул глаза и одним точным пинком запустил подушку обратно точно в цель. Сон мгновенно сошёл, когда мутными глазами он посмотрел на Ваймака. Они расширились от ужаса и по старой привычке тело сжалось в ожидании удара. Ваймак развернулся на пятках и ушёл к себе в кабинет, все ещё держа подушку в руках.

***

Глаза Нила - вот что не давало Ваймаку покоя. Он достаточно раз видел Нила сразу после сна, и ещё в первые два инцидента убедился, что глаза у его подопечного голубые. И Дэвиду было в целом все равно почему он скрывал свою настоящую внешность, важнее было то, как он это делал. То есть, полностью и бесповоротно плохо в первую очередь для себя. Глаза Джостена часто слезились не от чувств (если честно, то Дэвид ещё ни разу не видел яркого проявления эмоций со стороны Нила, кроме как сразу после кошмаров) и белки казались жутко красными. Если бы Ваймак не знал лучше, то подумал бы, что Нил употребляет, но это определённо из-за неправильных линз или раствора для контейнера. После первой же мысли подговорить Эбби устроить команде полное обследование зрения в больнице, мужчина прикусил язык. Он не должен предавать хрупкое доверие Нила. Возможно, если когда-нибудь Джостен начнет верить в тренера, то они могли бы сходить к офтальмологу и получить новый рецепт. Дэвид очень хотел бы чтобы "если поверит", стало "когда".

***

Ваймак очень старался, ясно? Было сложно уследить за всеми лисами, особенно за Эндрю и его компашкой. Неудивительно, что он пропустил несколько деталей поведения Нила, когда он не создавал таких катастроф, как монстры. Это было совсем не очевидно. Кто бы ещё обратил внимание на то, как Нил время от времени съёживается и хватается за своё левое плечо (На самом деле это определённо было что-то на его груди, Дэвид мог бы отдать все, что у него есть на спор, что что-то не так с кожей около его левой ключицы или даже с ней самой)? Кто вообще заметил бы насколько дикими становятся глаза Нила, когда кто-то вспоминает про его телефон, который он всегда "забывает зарядить" (Ваймак мельком видел как он несколько мгновений напряженно смотрел на устройство в руках, а затем вынимал батарею)? Кому вообще есть дело до того, что Нил не притрагивается к еде Лисов и скрупулезно следит за своими напитками (к концу их недель вместе Нил мог без проблем взять все, на чем был стикер с его именем)? Дэвид облажался. Он так облажался. Этот ребёнок, по-другому нельзя сказать, совсем перестал следить за собой и скатывался по спирали паранойи из-за навязчивого внимания Лисов. Нет, Ваймак вне поля ни в коем случае не несет ответственность за своих игроков, но ведь это именно он обещал дать лисам на один шанс больше, чем все другие люди. И по итогу одному из его игроков становилось только хуже от присоединения к команде. Нельзя сказать, что Нил на грани, но Дэвид, как никто другой знал, что достаточно пары плохих дней для ужасных решений, а тяжелых времен и так хватало этому ребёнку. После тренировки Ваймак стоял в стороне, пока все выходили из раздевалки, и остался ждать Нила. Он всегда выходил последним. – Ты возвращаешься ко мне в квартиру. – Сказал он твердо, когда Джостен наконец-то выглянул. Парень застыл и затем с вопросом уставился на Ваймака. –Заводите себе любимчиков, тренер? –Да, пока они не научатся следить за собой и социализироваться без идиотского самопожертвования. – Гаркнул он, но смягчился, когда парень ещё больше напрягся. – Скажи мне, когда ты в последний раз нормально спал? Когда ел что-то помимо самой дешевой лапши быстрого приготовления? Когда стирал одежду без навязчивой компании? Когда вообще в последний раз расслаблял булки, расставаясь с своей сумкой? Нил втянул воздух, выглядя возмущенно, но затем сдулся и хмуро уставился на Дэвида. –Ты переезжаешь ко мне, Джостен. Возможно, было ещё нечто, что они оба хотели сказать, но это перестало быть нужным, когда игрок пожал плечами и выжидающе уставился на тренера. Путь до квартиры Дэвида был коротким и молчаливым, но будто глотком свежего воздуха для Нила. Если в чем-то Ваймак и был прав, так это в том насколько сильно парень скучал по тумбе с замком, безопасной еде и стенам квартиры, полностью пропитанным сигаретным дымом и приятными воспоминаниями, которые он захочет хранить в своем сердце ещё долгие годы. Возможно впервые в жизни он по-настоящему хотел жить эти "долгие годы" не потому что боялся умереть, а потому что был кто-то, с кем он хотел бы разделить все эти годы. Нил привычно взял свой вишневый йогурт с верхней полки холодильника, включил матч из плейлиста роликов, завалился на диван и ждал Дэвида, чтобы вместе комментировать игру, спорить о тактиках и делиться событиями дня. Это ощущалось как дом.