The poison is eliminated through love

Джинши и Мао Мао смотрели друг другу в глаза какое-то время, не смея прерывать этот зрительный контакт. И, в конце концов, они оба, как по сигналу, бросились в объятья. Юноша, наконец-то, со всей силы прижал к себе любимую девушку, полностью закрывая её от внешнего мира и зарываясь носом ей в волосы. Она рядом и она жива. Вся в крови, царапинах и грязи, но цела. Мао Мао же уткнулась лицом в грудь своего парня, переводя дыхание, и впервые за много часов почувствовала себя в безопасности. Как только длинноволосый студент заключил её в кольцо рук, вся усталость сразу же навалилась на девушку: в этот миг она поняла, как же, мягко говоря, заебалась на самом деле. Студентка полностью завалилась на Джинши, наплевав на то, что они оба сейчас в чужой крови, что здесь всё ещё может быть опасно. Не хотелось больше ничего на свете, лишь бы он отнёс её куда-нибудь к себе и никогда не отпускал. Мао Мао почувствовала, как её глаза начали непроизвольно закрываться, а юноша, гладя её по голове и целуя в висок, ситуацию вообще не облегчал. — Эмм… — Послышалось откуда-то со стороны. — Мао Мао, и ты… — Брат Лахана замялся, смотря на Джинши. — В общем, нам надо убираться. Длинноволосый парень кивнул и начал подниматься, собираясь взять Мао Мао на руки, однако, чужая реплика заставила его застыть на месте. Брат Лахана направил дуло пистолета куда-то за спину Джинши, туда, откуда доносился мужской голос. — Зуйгетсу, не думай, что вы так просто уйдёте. — Пробасил кто-то с угрожающими нотками. Джинши медленно повернул голову и увидел Гёку-оу, что направил ствол на них с Мао Мао. Студент сразу же прижал девушку сильнее, расправляя плечи и стараясь спрятать её как можно надёжнее. Если будет стрелять — пусть попадёт в него. Не в неё. — Опусти пистолет, или я выстрелю в них. — Сказал Гёку-оу, обращаясь к Брату Лахана. Тот не знал что ему делать, бегая голубыми глазами то к мужчине с бородой, то к Джинши с Мао Мао на руках, которая медленно моргала, стараясь не провалиться в сон. — Ты в любом случае собираешься нас убить. — Сказал студент, подавляя смешок. — Стреляй в него. — Аметистовые глаза со всей серьёзностью впились в Брата Лахана. — Только попробуй, шкет! — Прорычал Гёку-оу. — Он здесь один, стреляй, пока не набежали охранники! Если попадёт в меня, то ничего страшного! — Стоял на своём Джинши. Брат Лахана, на одну миллисекунду, взглянул в сторону, и выстрелил прямо в предплечье Гёку-оу, из-за чего оружие выпало из его рук. С другой стороны раздался ещё один выстрел в сторону мужчины, а затем и ещё, уже от самого Джинши. Гёку-оу отскочил назад и спрятался за деревом, прижимая к себе руку и крича во весь голос: — На выход, все! Из леса вышла Ах-Дуо, которая продолжала стрелять в сторону мужчины, не давая ему и шанса выйти. Брат Лахана открыл огонь по двери склада, откуда уже собирались выйти охранники, но теперь попросту не могли. Джинши покрепче перехватил Мао Мао, и резво подскочил вместе с ней на руках, двигаясь в сторону матери. Ах-Дуо и Брат Лахана всё продолжали огонь до того момента, пока длинноволосый студент с девушкой на руках не скрылись за кустами. За ними побежала сначала Ах-Дуо, а замыкал строй Брат Лахана. Они периодически оглядывались назад, спотыкались об корни деревьев, натыкались на ветки, но ни на миг не останавливались. Неизвестно, была ли за ними погоня, или Гёку-оу сам решил дать дёру, но медлить в любом случае опасно. Джинши, завидев машину, на секунду обернулся, чтобы убедиться, что все остальные тоже добрались сюда, что к счастью, так и было. Парень подбежал к автомобилю, поставил Мао Мао на ноги, придерживая её за предплечье, открыл заднюю дверь, где уже сидела Лишу, прижимая тряпку к плечу Чуэ, и посадил зеленоволосую девушку рядом с ними. Мао Мао придвинулась ближе к Чуэ, освобождая место для парня, куда он и сел через пару секунд. Места не очень много, однако, хорошо, что они вообще поместились все. Брат Лахана в спешке плюхнулся на переднее сидение, а Ах-Дуо, разумеется, за руль. Женщина со скоростью света завела машину и сорвалась с места, стирая все шины, которые даже оставили небольшие ямы на земле. Посмотрев в зеркало заднего вида, Ах-Дуо поняла, что они еле-еле успели. За ними всё-таки велась погоня. Пять-шесть человек выбежало из леса, оглядываясь и пытаясь найти их цель. А поняв, что они её упустили, те по очереди выстрелили в автомобиль, но смогли оставить лишь пару царапин. Они благополучно выбрались из этого места. Ну, насколько возможно. Мао Мао, немного очухавшись, начала осматривать ранение Чуэ, Лишу же делала то, что говорила студентка-медик: а именно, придерживала смуглую девушку и её плечо трясущимися руками, пока зеленоволосая прикидывала, насколько тут вообще всё серьёзно. С плечом необходимо в больницу, это точно. Придётся доставать пулю, но ранение не смертельное, и это главное. Студентка-медик проморгалась и ущипнула свою ногу, чтобы взять себя в руки и не отрубаться. — Лишу, аккуратно наклони её голову вправо, совсем немного. И держи так. — Мао Мао собиралась осмотреть повреждения на лице Чуэ. — Д-да… — Русоволосая студентка обхватила ладошками голову девушки и сделала так, как ей сказали. «Сломан нос, уже появляется отёк, но кровь остановилась». — Мао Мао выдохнула. Ничего приятного, но вроде не настолько опасно, как она думала ранее. Лучше нос, чем голова; во втором случае это может быть абсолютно не поправимым. — «Хотя, вероятность сотрясения исключать нельзя…» — Ну что? — Тихо спросил Джинши. — Порядок, но нам всё равно лучше как можно скорее отвезти её в больницу. — Сказала девушка, и откинулась на спину, ложась прямо на парня. — Лишу, придерживай немного её, чтобы не тряслась. — К-конечно. — Студентка нервно, но всё равно, достаточно уверено кивнула. Парень немного опешил, что Мао Мао так бесцеремонно на него завалилась, ещё не привыкший к такому до конца, но постепенно расслабился, обнимая девочку-кошку за талию и кладя подбородок ей на макушку. Если говорить непосредственно о Мао Мао, то выглядела та просто ужасно. Рваная, в нескольких местах точно, одежда; спутанные и грязные, от крови и пыли, волосы, которые приобрели болотный оттенок, когда как по обыкновению те похожи больше на тёмный драгоценный изумруд. Джинши даже смотреть не надо: он не сомневается, что на мягкой коже его любимой девушки сейчас красуется целая куча царапин и ссадин, и это до сих пор не отпускает его. Как только он немного успокаивается, гнев снова начинает жечь в области груди. Юноша взглянул на лицо Мао Мао, которое тоже было в грязи и крови, но хотя бы без серьёзных ран. Зато заметны синяки под глазами от усталости, и он ни капельки не удивился, когда понял, что студентка прикрыла веки и в мгновение провалилась в сон. «Как только появится связь, надо написать Лахану…» — Подумал он, доставая свой телефон, и по несколько раз обновляя мессенджер. Джинши посмотрел на раненую Чуэ, и его сердце вновь сжалось. Хоть это и её работа, парень никогда не привыкнет к тому, что люди должны жертвовать собой из-за него. — Эм… Джинши… — Робко и тихо позвала его Лишу. — А Басён… — Он сейчас с нашими друзьями, места себе не находил из-за того, что ты пропала. — Длинноволосый юноша вымученно приподнял уголки губ. — Как только появится связь, я ему сообщу. Девушка мягко ответила улыбкой и сказала: — Спасибо.

***

— Я-я-я в-вам клян-нусь… Я нич-чего не знала! — Вновь повторила рыжеволосая девушка, закрывая лицо руками и рыдая в три ручья. — Па-п-па обещал, что я выйду з-замуж за него… — То есть, это тоже, по-твоему, нормально? Как и слежка? — Раздражённо спросил Лахан. Яцин — дочь Гёку-оу, которая оказала своему отцу очень большую помощь, докладывая ему обо всём, что происходит в университете. И это означает, что не только Эньен и Яо были теми, кто занимался подобным. Куда ни посмотри — везде предатели. — Н-но ведь мы… — Что-то попыталась сказать девушка, но юноша в очках её не услышал. Это раздражало его. Нет, серьёзно, парень не понимал, как можно быть настолько наивной в такой ситуации. Неужели, ни подозрений у этой девушки не было? И даже совесть не мучила? Как она могла вести слежку, если не понимает банальных вещей? Бесила она, кстати, не только одного Лахана. Подле него находилась самая настоящая бестия. — Ты знаешь, что за такое сажают в тюрьму? Откосить с помощью папочки не получится. — Прошипела Шисуи, сложив руки на груди. — Каким таким, мать твою, местом ты вообще думала?! — Любительница насекомых резко и угрожающе придвинулась к Яцин. — Н-но мы должны были пожениться! — Вскрикнула рыжеволосая, поднимая руки в защитном жесте. — Так хотели наши семьи, это всё должно б-б-было… — Ты не в средневековье живёшь вроде. — Лахан закатил глаза, прекрасно понимая, что Яцин явно была всеми руками за этот брак. — Джинши встречается с моей сестрой, вероятность того, что они в будущем поженятся составляет примерно семьдесят процентов. — Парень выдохнул и продолжил. — У тебя такой вероятности нет, сожалею. — Нет, он не сожалел. Именно эта студентка отсылала своему отцу большую часть фотографий, и она, на самом деле, очень сильно помогла Гёку-оу. Так что нет, Лахан совершенно точно ни капельки не сожалел. У Яо история другая, а вот эта больше похожа на Эньен, в каком-то смысле. Но даже там были свои нюансы. — Я не знаю, почему мне приходится это объяснять, но без согласия вступить в брак невозможно, а даже если и устроить это с помощью манипуляций, то всё равно, ничего хорошего не выйдет. — Студент-экономист прошёл пару шагов, осматривая комнату девушки, но потом остановился и решил добить Яцин. — К тому же, твой отец не собирался вас женить. Он собирался убить Зуйгетсу. После этих слов Лахан развернулся и вышел, не желая больше слушать нытьё девушки. Он по своей природе всегда относился к ним уважительно, однако, уважать Яцин ему было не за что. Хватит с него на сегодня представительниц женского пола. Юноша спустился по лестнице и вышел на улицу, глотая свежий воздух. Наконец-то это можно сделать со спокойствием на душе, не ломая при этом голову над тем, как бы кого-то откуда вытащить. Или же, что можно сделать, чтобы никого не убили. Джинши отписался, что всё получилось. Пояснил ситуацию кратко и отправил адрес больницы, куда они сейчас едут - и этого было вполне достаточно для Лахана, чтобы восстановить душевное равновесие. Рихаку, Тянью и Басён поехали туда, а сам Лахан, Рикусон и Шисуи отправились к Яцин, чтобы выяснить всё до конца, что они, собственно, сейчас и сделали. А присмотреть за его сестрой вполне может и Джинши. В конце концов, он сам на это подписался, его никто не заставлял. Бедолага. Он ведь даже не представляет, что его ждёт. «Папа его в покое не оставит, да и у Мао Мао характер не сахар». — Юноша, поправив свои очки, улыбнулся этим мыслям. Студент-экономист так ушёл в себя, что не увидел, как к нему подошёл преподаватель философии. Когда же он всё же заметил его боковым зрением, то слегка дёрнулся. — Прости. — Рикусон улыбнулся, извиняясь за то, что напугал. — Всё хорошо, просто задумался. — Парень тоже выдавил слабую улыбку. — Где Шисуи? — С Яцин, наверху. — Он всем корпусом повернулся к молодому мужчине. — Она явно была зла, не очень похоже на неё. — Рикусон ухмыльнулся, имея ввиду Шисуи. — Ну… Я её понимаю, всё же, все мы настрадались. — Юноша в очках тяжело вздохнул. — Ты разговаривал с отцом. Что он сказал? — Могу поздравить вас, я сейчас арестовываю Яцин. — Весело пропел преподаватель по философии. — Гёку-оу теперь тоже не отвертится, осталось только поймать его. — Рикусон подошёл чуть ближе к Лахану и положил руку ему на плечо. — Вы сделали более чем достаточно, все вы. — Сказал молодой мужчина, смотря сквозь линзы очков в голубые глаза. От похвалы Рикусона глупая улыбка сама полезла на лицо, поэтому юноша опустил голову, стараясь скрыть это. — Спасибо. — Только это и смог тихо ответить студент. Мужчина тепло улыбнулся и двинулся к Яцин домой, чтобы забрать ту и отвезти куда надо. Но отходя от Лахана, Рикусон ненавязчиво, но ощутимо, словно случайно задев, провёл своей рукой по ладони парня. Юноша в очках остался стоять на месте, впав в своеобразный ступор. Определённо, больше никаких женщин.

***

«Вот ведь проклятые щенки! Меня теперь везде ищут, какого чёрта он успел сделать? Как это вообще произошло?!» — Думал Гёку-оу, сидя в мягком кресле в довольно приличном отеле, что принадлежит его хорошему другу. Благо для него, что есть такое место, где можно переждать какое-то время и скрыться в тени, чтобы всё устаканилось. Ему определённо свезло, что он не стал больше гнаться за теми щенками, иначе попался бы с более высокой вероятностью. Здесь же мужчина может спокойно расслабиться. В помещении играет не слишком громкая, спокойная, и одновременно с этим глубокая музыка. Неподалёку сидит тот самый друг, попивая виски. Окружённый несколькими девушками, одетыми в откровенные наряды, он казался полностью довольным жизнью. Гёку-оу, как только прибыл сюда, отгонял всех из-за своего паршивого настроения и дикого напряжения от произошедшего, однако теперь, он сумел по-настоящему успокоиться. И как вовремя, одна из таких девушек присела на подлокотник его кресла. — Вы скучаете, господин? — Спросил глубокий мелодичный женский голос. — Полагаю, у Вас тяжёлый день. — Не то слово… — Гёку-оу позволил себе расслабиться, когда эта мадам поднялась с кресла, встала позади него и положила свои нежные руки ему на плечи, начиная их мять. — Вокруг меня одни бездари, что не могут даже нормально выполнить свою работу. — Способные люди на вес золота, господин, не всем же быть как Вы. На то Вы и хозяин. — Конечно, это так! Но сука, могли хотя бы поручение выполнить! Им дали все инструкции, там даже думать не надо, и нет, всё равно всё проебали, скотины. — Гёку-оу залпом выпил стакан коньяка и поморщился, но продолжил ругаться. — Эти сучки все сбежали прямо из-под носа, ну как такое вообще могло произойти?! — Чтобы что-то хорошо выполнить, надо иметь хоть капельку ума, господин. — Хоть женщина и понимала, что этот мужчина больше разговаривает с собой, это было её работой, необходимо отвечать. — Так ещё и запалили весь мой товар, теперь всё сначала начинать, а мне ещё и как крысе в канализации прятаться. — Гёку-оу рыкнул, но физически всё равно расслаблялся всё больше. — Мало кто может заслужить доверие, но если кто и способен помочь по-настоящему, так это похожие люди. Вероятно, у Вас есть близкие люди, которые достаточно компетентны для этого. — Да эти такие же! Эта рыжая сучка только и смогла помочь с местом, а дальше побоялась заходить, предпочитая наблюдать, потому что далеко ей до такого. А ведь она в выигрыше была бы не меньше меня! — Мужчина грубо поставил стакан на стол и откинулся на кресло по удобнее. — Правее. — Он наклонил голову, открывая доступ к тому месту, где женщине надо было промять посильнее. — Разумеется. — Пропел мягкий и бархатный голос. — Тоже мне, блять, сестра называется… — Всё продолжал он ругать весь свет. Вдруг, люди в помещении засуетились, закричали и бросились в разные стороны, толкая друг друга и намереваясь убраться подальше. Гёку-оу взглянул в сторону входа, где только что люди в форме выбили двери, влетев в помещение и валя на пол всех присутствующих. Мужчина собирался и сам вскочить, дабы сбежать в другую сторону, где имелся запасной выход, да вот только нежные, но крепкие женские руки не дали ему сделать этого, прижав мужчину спиной к спинке кресла. — Господин, я бы и сама была рада свернуть Вам шею прямо здесь, но, боюсь, тогда Вы будете страдать недостаточно сильно. — Всё с тем же спокойствием прошептала женщина ему на ухо. — Я буду бесконечно рада наблюдать, как Вы будете плакать и умолять Вас отпустить, с Вашей никчёмной гордостью и завышенным эго, что спустили Вас на самое дно этой жизни. Женщина, махнув хвостом длинных волос, развернулась и направилась ближе к выходу, цокая каблуками. Гёку-оу, которого уже успели скрутить, только и успел подметить тот факт, что эту женщину никто из прибывших сюда людей не трогал. Она вполне себе спокойно и уверенно шла туда, куда ей надо. Самым последним в помещение вошёл мужчина средних лет в костюме тройка, лениво разглядывая весь происходящий хаос и поправляя монокль на лице. Когда взор его голубых глаз упал на женщину, идущую к нему, на лице появилась тёплая улыбка, а взгляд мгновенно потеплел. — Ты была потрясающа, дорогая. — Сказал он, доставая из кармана передатчик. — Я не сделала ничего особенного. — Женщина усмехнулась, словно не была до конца довольна своей работой. — Ты смогла найти это место, проникнуть сюда и передать всё нам. Этого более чем достаточно, не надо к себе относиться так жёстко. — Мужчина покачал головой. — Наоборот, я чувствую себя бесполезным. — У меня были свои причины, чтобы сделать как можно больше работы, милый. — Женщина провела рукой по плечу мужчины, отряхивая от невидимой пыли. — Можно сказать, это личное. — Как и для меня. — Лакан устало вздохнул. — И всё же, я рада, что не растеряла хватку, да и старые связи подсобили, никогда бы не подумала. — Фэнсян поправила выбивающуюся прядку изумрудных волос. — Есть ещё порох у меня. — А я в этом и не сомневался. — Мужчина протянул руку к лицу женщины и сам заправил прядь ей за ухо, всё с тем же восхищением смотря в глаза цвета бальзамина. — И тем не менее, как же тебе удалось? Обвести вокруг пальца стольких людей… Сколько тебя знаю, никогда не мог разгадать ни твои ходы, ни тебя саму. Фэнсян слегка рассмеялась, прикрыв рот ладонью, а затем сказала: — Быть женщиной — искусство, его не дано понять мужчинам.