Ничего равное всему.

Спячка. Боль утихла, агония закончилась. Субстанция из тысяч трупов паразитов бесцельно летая по космосу, измотавшись, наконец могли отдохнуть. Сил не было, в спячку паразиты провалились сразу. Созданная силой сингулярности мини вселенная начала расширятся с неимоверной силой, буквально разделяя территорию с основной вселенной. Миллиарды лет развития, формирования планет и одноклеточных жизней, которые вымирали так-же быстро как и появлялись. Лишь единицы планет смогли сдержатся на волоске от вымирания благодаря условий содержания на планете. Многоклеточные организмы быстро переросли в цивилизацию гумманойдов, особо не отличавшись от людей. Лишь светло-серая кожа и ярко желтые глаза, у которых не виднелись зрачки, могли выдать их. Пробуждение. Паразиты, после миллиардов лет спячки, наконец пробудились. Первое что они почувствовали - неизмеримый голод. Инстинктивно они попытались проесть хоть какой-то материи, будь то пролетавшая мимо комета или целая звезда, но главная дилема - из-за множественных деформаций во время впитывания силы сингулярности, они потеряли первоначальный свой вид, став массой из трупов без какого либо отверстия для принятия "Пищи". Инстинкт самосохранения. У паразитов не было разума, лишь сознание, но и они могли понять что нужно придумать хоть что-то. Приучившись к новому телу, они летали по космосу, медленно но верно подлетая к планете гумманойдов. Тенебрис. Подлетая к планете, они попутно наблюдали за всей ее цивилизацией. Небольшие племена, религии, рабство, грязь. Но одно было ясным, выбора у паразитов особо не было, а расса была не самой слабой. Дополнительным фактором послужил мозг рассы, который быстро усваивал информацию. Судьба. Паразиты, смотря на цивилизацию, смотрели какого им живется, они обретали почву для развития разума, от чего паразиты могли усваивать информацию намного яснее. Увидев неизвестный для них цикл сна, они уже понимали что лучше забрать сосуд во время сна сосуда, но какого? Идеальным сосудом оказался обычный смышленый мальчик, показывая свою силу и способность усваивать большой материал с юного возраста. Он не был самым сильным, но был ловким и не самым тупым. На вид он был худой, с темными волосами и желтой, как буд-то ихорной меткой под глазом в виде неровной линии, уходящую под подбородок далеко по шее до солнечного сплетения. На нем была обычная кожанная одежда, больше напоминающая одеяние. На поясе у него была лента из грубой кожи, завязанная сбоку, прижимающая к спине и не давая выпасть золотому кресту, заточенному с края. Прерванный сон. Звезда начала освещать незаселенную часть планеты, наступила ночь. Мальчик тихо посапывал во сне. Паразиты спустились на планету. Большая часть сгорела в атмосфере. Бессильные и настрадавшиеся паразиты подползли к мальчику, откидывая от себя большую часть трупов своих сородичей, оставляя лишь самое важное - разум, скомканный в один шарик мяса и плоти. Подползя с открытому рту мальчика они залезли внутрь. Не зная ничего об анатомии этой рассы, паразиты через рот ползли куда не попадя, после немного поранив внутри тело мальчика, чуть не вызывая внутреннее кровотечение, они проползли через разрез к грудной клетке, основавшись за грудной костью и буд-то корнями вжились в сердце, используя кровь, тоесть материю для того что-бы прорасти по телу, соединяясь с нервной системой мальчика, проходя к мозгу. Внутренняя борьба. Иммунитет не был рад от вторжения, начав уничтожать клетки паразитов. Паразиты корнями на пролом рвались к мозгу, в итоге получив над ним контроль - отключили своеобразную сигнализацию организма, получив полный контроль над телом. Но что-то не так. Воссоединяясь с мозгом мальчика, вползая в гиппокамп, они прочувствовали что-то. Эмоции? Проползя дальше, они увидели воспоминания, как мальчик обнимал свою мать, как питался ее грудным молоком. Как играл с друзьями, как ему было весело с пустяков. Паразиты начали ощущать то-же самое, соединяясь с личностью мальчика. Вот он выучил первое слово, вот делает первые шаги, вот помогает матери по дому. Они не понимали этого, но в их разуме начала появлятся эмпатия. Им было жаль, но отпускать мальчика они не собирались.