Параллели

Инцидент, произошедший всего пару часов назад, разделил жизнь Хань Юя на до и после. Сначала позор поражения: «Девяносто седьмой рыцарь победил, — провозгласил рефери итог битвы. — Четвёртый проиграл и выбывает из состязания». Затем прилюдное унижение: «Ты, — заместитель главы Храма Рыцарей, с высоты своей трибуны, ткнул в него пальцем, — не достоин. Ты изгоняешься из рядов рыцарей». Потом жалость от противника, который одолел его: «Он не хотел мне вреда, — сделав шаг вперёд, Девяносто седьмой встал между ним и судьями, защищая от неминуемой позорной судьбы, — прошу дать ему шанс». А сейчас кульминация всего представления: боль от полной презрения пощёчины деда и, как итог, безысходность от представленного выбора. — Как я должен был поступить? — Упав от бессилия на четвереньки, Юй прожигает взглядом пол. Все его мечты о возмездии и дальнейшие цели в жизни рухнули после поражения Девяносто седьмому. Нескончаемая бездна внутри сожрала все его хорошие эмоции, оставив только ярость, злость и ненависть. — Ты больше не часть храма! — Мужчина взрывает все мосты назад и еще раз бьёт по самому слабому месту внука. — Или бери эти деньги и убирайся, — перед молодым человеком упал мешочек с монетами, — или станешь сквайром, оруженосцем Лун Хаоченя. Юноша с чёрными волосами не был готов к такому ультиматуму. Он испытал настоящий шок. Дальнейшие слова пролетали сквозь его сознание. Его рука инстинктивно потянулась и взяла мешочек с золотыми монетами. «Что? Да он издевается! Этого количества не хватит, даже чтобы заменить сломанный щит!» Он встал, сжимая в руке унижающую подачку, и подошёл впритык ко второму. Их глаза встретились, как две стрелы на лету, сбивая друг друга. — Для тебя я всегда был хуже других, — бесстрашно выплюнул фразу внук родному деду в лицо, с надеждой, что это будет равносильной пощёчиной, только эмоциональной. Хотя о чём это он, этот человек неспособен испытывать эмоции. — Ты никогда не давал мне права выбора. Дедушка! ... Теперь подавленный и опустошённый Хань Юй шёл куда-то, по нескончаемым и будто бесконечным коридорам Храма Рыцарей от кабинета родственника. Хотя чего он ещё мог ожидать от этой встречи? Итог разговора был предсказуем с самого начала. Он уже привык к такому к себе обращению от Великого Хань Цаня. Пренебрежительное, с детства он видел разочарование в его глазах, а тут ещё и такой повод подвернулся — как он мог упустить такой шанс. Воспоминания произошедшего вновь опустили его на эмоциональных качелях на самое днище. Как же он взбешён! Мало того, что косвенный убийца его родителей — его собственный дед, так он ещё выгнал его из храма, сделал изгоем, прилюдно опозорил. Какое светлое будущее он хочет ему после такого? Кто бы мог подумать, что единственный оставшийся родственник превратит его жизнь в ад? Он с трудом сдерживал эмоции, чтобы не натворить себе ещё больше неприятностей, чем уже сделал. Что теперь ему делать? Куда податься? Оба предложения он отверг. В храме ему больше нет места, но и пресмыкаться перед очередным любимчиком деда, которого тот ставит выше собственного внука, он не собирается. И вот вся злость и ярость, которые буйствовали в нём ещё мгновение назад, снова стали отступать, оставляя после себя опустошённость. Он был разбит, полностью погружён в свои мысли, отчего и не заметил, что оказался окружён в одном из малопроходимых коридоров. Сначала он не обратил внимания на нелепого рыцаря, который врезался в него, однако его-таки смогла остановить стена из трёх человек, которая преградила ему дорогу. Он огляделся. Вокруг него стояло пять человек: три рыцаря (одного он точно знал, во всяком случае, пересекались, когда обучались вместе, кого-то нет). Для удобства он решил не копаться в своей памяти, а просто присудил им номера, от первого до третьего. Другие двое были из других храмов — воин и ассасин. Прямо ассорти. Мага, жреца и призывателя для полной коллекции не хватает. Зачем они тут? Вперёд вышел незнакомый ему блондин. Первый по порядковому номеру. — Посмотрите на него, — усмехнулся он. — Тебя, рыцаря пятого уровня, в бою один на один одолел тот слабак четвёртого. Не стыдно? «Слабак? — загорелась мысль в голове брюнета. — Кого это он слабаком назвал? Если меня смогли победить значит, мой противник автоматически становится не слабоком, ты трусливый мешок дерьма! Сам бы попробовал выйти на арену. Никто из здесь стоящих с моим противником даже рядом не стоял, шушера! Стоп, что я сейчас только что сделал? Защитил его? Признал силу Лун Хаоченя?» Удивившись собственным мыслям, Хань Юй в ступоре просто стоял и слушал оскорбления в свой адрес. Ему в какой-то момент даже стало интересно, кто настолько лишён инстинкта самосохранения, что готов сказать ему в лицо больше гадостей. — ... Ты ничтожество позорное. Таким слабакам, как ты, нет места среди нас, — закончил наконец речь Первый. — Опозорил не только себя, но и главу нашего храма... — высказался ещё один из рыцарей, пусть будет Второй. У него были тёмные, с фиолетовым оттенком, волосы и нищебродская броня. Явно он из простолюдинов, и, скорее всего, он даже гордится этим, что своими силами всего добился. Но был бы он действительно талантлив, мог бы позволить защиту и получше. — ... а значит, и всех нас. Правильно он сказал. Ты недостоин зваться рыцарем. Проваливай. Явно молодыми людьми руководила зависть. Хань Юй всегда был особенным: талантливый внук заместителя храма, который до двадцати лет сумел добиться пятого уровня. Потому он и носил маску, чтобы не привлекать к себе много внимания. И теперь, потеряв всё, они пришли позлорадствовать, поглумиться над его болью и повысить свою самооценку за его счёт. Хань Юй сжал руки в кулаки. Он вновь ощутил, что сильные злые эмоции начинают брать своё. Чего они добиваются? Невооружённым глазом видно, что они все четвёртого уровня, кое-кто даже ниже. Потому и пришли толпой? Хотят взять количеством? Им этого не видать. В глубине души Юй даже рад такой встрече, не придётся ломать тренировочный инвентарь, выплёскивая негатив на нём. — Посмотрите на него, теперь не такой гордый? — Наконец слово взял третий, невзрачный, посредственный рыцарь. Скорее всего, у него даже каких-то особых умений нет, только основные рыцарские. Типичный солдат, но он взял на себя смелость быть тут и провоцировать более сильного. Интересно. Нельзя было не заметить, что нарывались только рыцари. Ассасин и боец молчали, скорее всего, они тут для подстраховки. Значит, они его главная угроза. Кто знает, какого они уровня и с какими умениями. — Веди себя, как подобает слабакам. — Встанька на колени, как на арене, и слёзно попроси. Может, тогда мы сжалимся и отпустим тебя. — Вы все посредственные, — наконец не выдержал Юй. Он покажет им их место, раз ещё никто этого не сделал. — Не смейте сравнивать меня с собой, а тем более себя с Девяносто седьмым. Разница между вами неизмерима. — Ой. Вы только гляньте, кто голос подал. Первый болтун глянул на воина и еле мотнул головой, давая сигнал, после чего тот сразу пошёл на Юя врукопашку. В надежде, что это смутит и выведет Юя из равновесия, что будет на руку его противникам, ведь стили разных храмов кардинально отличаются. Рыцари обычно сражаются на мечах, однако Юй был готов к такому повороту, как только заметил, что среди желающих получить по шее есть воин. От первого удара он уклонился благодаря своей маневренности и, наполнив кулаки маной, тоже бросился в атаку. Используя скорость, он, на удивление всех, мгновенно переместился за спину того, кого посчитал наиболее для себя опасным. За спину ассасина, который пока не вмешивался, потому что ждал своего сигнала, и из-за этого, скорее всего, абсолютно не был готов к подобной выходке. Хань ударил его со всей силы, и тот смог лишь послушно отлететь к стене. Юй на этом не остановился: он, не замечая, как на него нацелены другие, подскочил к ассасину и нанёс ещё несколько сильных ударов, от которых тот потерял сознание. Минус один. Сражение разных классов сам по себе довольно сложный процесс: нужно просчитать детали, знать сильные и слабые стороны не только себя, но и врага. И, похоже, рыцари, решившие напасть на своего, который к тому же выше их на целый уровень, думали так же. Они не были уверены в своей победе и потому решили подстраховаться, позвав членов других храмов, чтобы иметь превосходство, но они просчитались. Ведомый желанием мести Юй тренировался не только как рыцарь, он обучался основам и других храмов. Поэтому он смог отразить нападение воина, так как знаком с особенностями их тактик и не только. Удалив из сражения ассасина, Хань сильно облегчил себе жизнь. Теперь он сражался с бойцом, уделив ему всё внимание, ведь теперь он мог не переживать, что кто-то нападёт со спины. И в этом была его ошибка. Ведя себя недостойно, один из рыцарей, пусть будет Третий, подкрался сзади и обхватил Хань Юя за талию, и, скрестив ладони на его животе, провернул приём из борьбы, не очень популярного вида боя, так как его обычно применяют только в зрелищных боях для развлечения народа, ведь на поле боя борьба чаще всего бесполезна. Нападающий приседает, усиливая хватку, и делает сильный толчок. Юй чувствует, как отрывается от земли и парит, точнее, падает назад, и так вышло, что он оказался выше своего противника, поэтому его голова первая встречается с полом. Боль, оглушительный звон в ушах и темнота перед глазами вынудили его потерять ориентир в пространстве. Пока он приходил в себя от сильного удара, хорошо проведённого маневра, самый вспыльчивый рыцарь, под Первым номером, чьё поведение Юя больше всех оскорбило, что было ясно из его непрекращающейся болтовни, вышел вперёд, чтобы теперь самолично покарать. «Как он посмел забыть? Не выполнять десять заповедей?» — блондин забирается на брюнета верхом и начинает избивать Юя, пока тот ещё толком не способен отвечать. — «Как он посмел ослушаться судью? Как посмел дерзить старейшинам? Он заслуживает более жесткого наказания!» Юй инстинктивно ставит блоки, но остальные двое рыцарей, решили помочь своему лидеру и схватили руки Юя, разводя в стороны, чтобы они не мешали. Теперь удары, которые становились с каждым разом всё сильнее, попадали ровно в цель, по красивому личику изгоя. Всё-таки большой разрыв в уровнях давал знать о себе: сколько бы тот ни бил, он все никак не мог вырубить младшего Хань, и это одновременно бесило одного и смешило второго. – А хотя знаешь, — нападающий, тяжело дыша, внезапно остановился и вытер кровь с лица на спине лежащего. — В таком виде ты мне даже нравишься. Если обещаешь быть послушным, я возьму тебя в свои оруженосцы, будешь мой меч таскать и зад целовать. «Что? Опять? Они сговорились, что ли?!» — Юй внезапно взбесился. От того, что уже второй раз за день услышал это предложение, и именно это придало ему сил, что позволило совершить манёвр, вырвать руки и перевернуться. Теперь, оказавшись сверху, не медля, он замахивается, чтобы нанести ответный удар. Время для него замедлилось, он видел всё, как при замедленной съёмке, при этом успевая реагировать на ситуацию в режиме реального времени. Не дав времени подручным Первого как-то ему помешать, он — наследник рода Хань — мажет, как все в первое мгновение могли подумать, нанося удар не в лицо обидчику, а в пол возле. — Чёрная пустыня! — выкрикнул брюнет. И стоило руке только коснуться пола, как на его лице тут же появилась, неестественная ему, кривая ухмылка. Он получил истинное удовольствие, лицезрев страх на лице рыцаря, лежащего под ним, от осознания того, что твёрдый пол превратился в песок, который засасывает его. Рыцарь начинает тонуть, мелкие крупицы обволакивают его, попадают в лицо, нос и глаза. Он начинает паниковать и кричать, переполненный страхом смерти и желанием жить. Хотя все его ощущения накручены, гиперболизированы, проще говоря, лживы, ведь положение, в которое он попал, жизни не угрожает. Почти. «Чёрная пустыня» — это умение, усиливающее гравитацию поверхности, к которой оно применяется, до такой степени, что кажется, будто пол под ногами начинает засасывать стоящего на нём. Именно из-за этого ощущения у этого умения такое название. Однако это лишь индивидуальные ощущения, и ничего общего с реальностью они не имеют. Гравитация приковала всех к полу коридора, кроме хозяина умения. Он поднялся и, встав в гордую стойку, начал возвышаться над теми, кто теперь тянулся к нему за помощью с просьбами отпустить. Но им жалости не видать. Теперь они стояли на четвереньках, в позе, которая им очень шла и которая нравилась Юю. Он без особого труда вспомнил всё плохое, что случилось с ним сегодня: их гадкие словечки, поведение деда, проигрыш Девяносто седьмому. Испытав прилив негативных эмоций, Юй, скривив лицо в ярости, начал безжалостно избивать лидера этой компашки, пока тот не нырнул разбитым лицом в окровавленную лужу. Он тяжело дышал, восстанавливая дыхание. Вот это он отыгрался, вот это он дал волю чувствам. После такого его жертва хоть жива? Умение уже давно развеялось, и боец был первым, кто, почувствовав свободу, сбежал. Юй только сейчас это понял, когда поднялся на ноги и огляделся. — Рыцари так себя не ведут, — от страха перед подобной судьбой и, возможно, ещё и от глупости заговорил Третий. — Мы пожалуемся на тебя главе... И он... — Рыцари? — ухватился за многострадальное слово Юй. — Рыцари не нападают толпой на одного. Дерзость в его сторону открыла в Хань Юе второе дыхание. Он повернулся к говорящему, единственному оставшемуся, и сделал шаг в его сторону. — Рыцари не нападают со спины! — Ещё шаг, и он увидел в глазах перепуганного, что ещё хоть одно движение с его стороны, и тот обмочится. — К тому же, я и так уже не рыцарь, меня лишили этого звания, забыл? Могу делать что хочу и с кем хочу. Что мне сделают? — Он быстро подбегает, чтобы Третий теперь уж точно не успел сбежать, и с разворота пинает оппонента по голове, отчего тот падает, потеряв сознание. Закончив, он облегчённо вздохнул. Это то, чего ему давно не хватало, он выпустил пар. Сейчас бы оказаться в своей комнате, принять контрастный душ и, упав на кровать, уснуть лет на цать. Вместо этого он стоит в коридоре, перепачканный в чужой крови. Как он это будет объяснять? Хотя, если его не поймают за руку, то и объяснять ничего никому не придётся... — Ну что за слабаки? — Задал риторический вопрос Юй, взглянув на побитых. Сейчас, смотря сверху вниз на них, он заметил параллель между ними и собой. Они, как и он, недооценили своего противника, думая, что обладают каким-то преимуществом: у них больше численность и парни из других храмов, у него — пятый уровень и жидкая мана. Но итог оказался один... «А что, если он — Девяносто седьмой, действительно сильный, а моя предвзятость не даёт это увидеть? Думаю, стоит понаблюдать и оценить его. Лишним не будет».