Часть 1
2 декабря 2025 г., 18:57
Примечания:
Посвящается 10-летию моего творческого пути и пребывания в фандоме.
Приветствую вас, дорогие читатели!
Сегодня наша беседа коснётся весьма необычной темы - недостатков оригинального романа "20 000 лье под водой". Мысли на этот счёт бродили в моей голове довольно длительное время, некоторые были даже вдохновлены дискуссиями в комментариях к различным фандомным работам, но долго не оформлялись во что-то конкретное. Однако лучше поздно, чем никогда, поэтому в данной статье я постараюсь провести собственную суровую аналитику, обобщить кое-какие личные наблюдения и раскрыть некоторые недостатки нашего любимого канона. Перед тем, как мы перейдём непосредственно к разбору, минутка пояснений для тех, кто, увидев название статьи, решил предать меня анафеме за нападки на непогрешимую классику (если таковые у нас присутствуют).Дисклеймер 1
Любой, кто знаком со мной и моими работами, знает, как сильно я уважаю Жюля Верна и его книги. В конце концов, я не стала бы посвящать годы творчества произведению, которое не считаю достойным широкой публики и народной любви. Поэтому у меня нет цели раскритиковать этот роман забавы ради - я лишь хочу указать на недостатки и нелогичности, которые за время неоднократного перечитывания раздражали и набивали оскомину и которые, я уверена, можно было прописать куда лучше, чем они по итогу вышли. Поэтому в статье содержится моё субъективное мнение, впрочем, с некоторой претензией на объективность.Дисклеймер 2
Я принимаю во внимание, что для Жюля Верна книги были не просто хобби на выходных, а основным источником дохода, что он писал их в условиях жёстких дедлайнов и по контракту обязан был выпускать 2 романа в год, поэтому где-то был вынужден торопиться и комкать повествование. Плюс, поиск информации для матчасти в те времена был делом очень долгим и утомительным, а иногда и безуспешным. Поэтому большая часть фактических ошибок и неточностей (кроме уж совсем вопиющих) не вменяется ему в вину - с учётом возможностей XIX-го века, этот человек проделал огромную работу. Тем не менее, с позиций века XXI-го я всё равно должна отметить эти ошибки ради достоверности сюжета.А теперь поехали!
Для удобства восприятия пойдём по роману хронологически и поделим все претензии на группы, в зависимости от типа недочёта: фактические ошибки, стилистические ошибки и неудачные сюжетные решения.Часть 1. Фактические ошибки
1. "Наутилус" Вот так вот с места в карьер! И дело вовсе не в том, что субмарина слишком крута для своей эпохи (она и для нашей крута), а в том, что подводный корабль в принципе не может существовать в той конструкции, в которой описан. Это противоречит законам физики. > Начать с того, что у "Наутилуса" немыслимо, просто НЕМЫСЛИМО огромный объём. Два корпуса с пространством между ними, просторный салон, библиотека на 12 тысяч томов (можете представить себе этот зал с рядами шкафов?), отдельная столовая как в дорогом ресторане, не говоря уже о всяких трюмах, складах, лаборатории и жилых помещениях, сопоставимых с небольшими комнатами - причём потолки везде тоже не в макушку упираются (в салоне так вообще орган в полный размер входит). Не буду грузить вас столь же объёмными расчётами, обойдёмся логической прикидкой: каждый свободный кубометр воздуха требует компенсации балластом, чтобы только погрузиться под воду; и двойной-тройной компенсации, чтобы опуститься хотя бы на среднюю глубину. Таким образом, учитывая какие бездны иногда исследует "Наутилус", его балласт должен быть в несколько раз больше его самого. И это не говоря о том, что такую гигантскую массу должен тащить соответствующей мощности двигатель, расходуя уйму калорийного топлива. И не просто тащить, а ещё и развивать при этом скорость до 50 миль/ч... Мне довелось побывать на настоящей подводной лодке (ранее действовавшей, ныне музейной) - там буквально негде развернуться. Тамошний кубрик похож на сплющенную казарму, с узкими откидными полками в два ряда по всей длине (после него плацкарт РЖД реально люксом кажется); индивидуальные офицерские каюты - меньше купе проводника; в рубке от силы поместятся двое; салон для совещаний - расширение коридора с узким длинным столом и скамьёй возле стены, а сам коридор... При росте 158 см я смогла пролезть в некоторых местах, только пригнувшись. И даже с учётом такой жёсткой экономии места, балласт был весьма внушителен. Помыслить в таких условиях роскошные залы-библиотеки просто невозможно. > Вторая придирка к техническим характеристикам "Наутилуса" - его чересчур длительная автономия. Проследим за датами из книги. Троица попадает на субмарину 6 ноября. Капитан Немо приводит корабль к подводным копям 20 февраля, то есть, к тому моменту "Наутилус" автономен уже 107 дней - и не факт, что на момент встречи с "Авраамом Линкольном" у него был полный запас натрия, а не половина или треть в остатке. То есть 107 дней - это нижняя граница автономного плавания; верхнего предела мы не знаем. Для сравнения: современные атомные подводные лодки (я подчёркиваю - атомные!) 4-го поколения автономны, максимум, 100 дней; дизельные и дизельно-электрические в 2,5 раза меньше. Чем обусловлены настолько длительные плавания "Наутилуса" от заправки до заправки, да ещё при таком расходе энергии на всякие удобства - тайна, покрытая мраком. Короче, вся затея с "Наутилусом" ненаучна от начала до конца. Особенно обидно за ту парашу, которую несёт капитан Немо в главе "Некоторые цифры", когда пытается обосновать то, что обосновать невозможно. Уверена, большинство читателей её банально промотали, как непонятное и занудное нечто (в детстве уж точно). Но поясняю вкратце суть. Немо с умным видом уверяет профессора, что: 1) Раз в надводном положении из воды выступает лишь 1/10 часть судна, то и балласт должен составлять 1/10 часть веса судна (за счёт чего остальные 9/10 остаются под водой при таком количестве воздуха внутри - непонятно; никакая стальная обшивка и меблировка не компенсирует вес этих пустот). 2) Чтобы погрузить эту 1/10 в уровень с морем, хватает балласта в 6,57 тонны воды, а раз в резервуары входит 100 тонн, то "Наутилус" может погружаться на значительные глубины. (Может и мог бы, если бы весь "Наутилус" состоял из этой 1/10. Но у него есть ещё 9/10, которые Немо по-прежнему не учитывает в расчётах). Дальше профессор задаёт капитану вопрос о давлении воды на глубинах - хотя я бы, на его месте, спросила о силе выталкивания, которую этот корабль в принципе не способен преодолеть, чтобы попасть на глубину - и разговор завершается гениальным выводом Аронакса: "Что можно было возразить против чисто математической выкладки капитана?" Вот уж действительно, месье Аронакс. Действительно. Предлагаю считать это задуманной самоиронией Жюля Верна, потому что в противном случае... Ладно, "Наутилус" как таковой можно охотно простить - это авторская условность, без него история не могла бы случиться вовсе. Но вот подробные псевдонаучные объяснения - ни в какие ворота. Лучше бы Немо засекретил эту информацию, и оставил бы всех в неведении и изумлении, чем так открыто позориться. 2. Снотворное для пленников Казалось бы, каким образом оно попало в число фактических ошибок. Однако не всё так просто. Снотворное - это хороший сюжетный ход, неожиданность его применения создаёт подходящую моменту атмосферу и наводит читателя на мысли о тайнах "Наутилуса". Как врача-биохимика, меня заинтересовало, какое вещество использовалось в качестве усыпляющего средства или, по крайней мере, из какого сырья оно сделано. И вот здесь оказался главный подвох - такого вещества не существует! Точнее, его не может существовать на тот момент времени, в тех условиях. Большая часть снотворных препаратов той эпохи производилась из растительного сырья: валерианы, лаванды, мака, то есть, они либо являлись сильнодействующими успокоительными, либо обладали наркотическим эффектом. Из химических веществ (которые могла бы произвести лаборатория субмарины), можно отметить только бромиды, выделенные из водорослей и весьма популярные в то время; но бромиды - лишь слабые успокоительные, им не под силу погрузить человека (особенно хорошо выспавшегося) в принудительный сон. Остальные же группы лекарств - барбитураты, бензодиазепины, этаноламины и т.д. - на момент истории ещё не были открыты. Единственное возможное вещество, которое удовлетворяет почти всем условиям - хлоральгидрат. Он известен с 1832 года, действительно использовался как седативное и снотворное средство, и его порошок хорошо растворим в воде, чтобы добавлять в еду и питьё. Тем не менее, у него резкий запах, своебразный горький вкус и куча побочных эффектов, так что подсыпать его незаметно невозможно. Как и проснуться утром в отличном состоянии. Поэтому хлоральгидрат тоже отпадает. А значит, как ни крути, но авторский произвол имел место. 3. Жемчужина ценностью в десять миллионов Насчёт цены спорить не стану, особенно учитывая, что стоимость денег тогда и сейчас сильно отличается; поспорю насчёт другого факта. Жюль Верн описал эту жемчужину величиной с кокосовый орех как драгоценность, цитирую, "безупречной сферической формы, чистейшей воды, бесподобного отлива!" Всё бы ничего, но гигантские тридакны не способны производить жемчуг с подобной характеристикой. Чтобы разобраться в сути претензии, придётся привести небольшую справку для понимания. Жемчуг делится на перламутровый (элитные сорта) и неперламутровый (менее ценные сорта, производимые моллюсками, не имеющими перламутрового слоя). Среди морских моллюсков, способных вырастить столь совершенную по качеству жемчужину, как в описании Жюля Верна, есть лишь 2 родственных рода двустворчатых - Pinctada ("жемчужные устрицы") и Pteria ("радужногубые устрицы"). Именно их используют в современном производстве натурального морского жемчуга. НО! Размер их раковин не превышает 8 см, а самих жемчужин - пусть прекрасных и перламутровых - до 8 мм (очень редко до 13 мм). А согласно канону, капитан Немо нашёл эту редкость внутри гигантской тридакны. Надо сказать, гигантская тридакна действительно самый большой двустворчатый моллюск на Земле; экземпляр из Книги рекордов Гиннеса имеет длину 115 см и массу 333 кг. Ещё и живёт эта громадина больше 100 лет. И жемчуг тоже производит сообразно размеру - до 34 кг весом. В чём же тогда проблема? В том, что этот жемчуг некрасив и не имеет ювелирной ценности вообще. Размером он может быть не то что с кокосовый орех - с пушечное ядро, но это тот случай, когда больше не значит лучше. Иными словами, жемчужина может быть либо огромной, либо красивой, но никак не одновременно. И описанное в главе не может иметь места в реальности. 4. Аравийский туннель Вся глава, по сути, является сюжетным костылём для того, чтобы перебросить "Наутилус" из Красного моря в Средиземное. Весьма очевидным костылём, так как никакого подводного Аравийского туннеля под Суэцем, конечно не существует. "20 000 лье..." датируется 1870 годом, а внутри повествования у героев 1865-66 года. Вероятно, Жюля Верна настолько впечатлило долгожданное открытие Суэцкого канала в 1869, что в книге он решил обогнать не только технологии, но и время, предоставив капитану Немо личный секретный проход с очень удобным попутным течением (ну, разумеется не встречным - вот был бы облом), чтобы оказаться в Средиземном море через 20 минут. Да-да, верно, через 20 минут, ибо скорость течения в туннеле такова, что, по словам Аронакса, "судно, увлекаемое стремниной, неслось как стрела, несмотря на все усилия судовой машины затормозить скорость хода, сообщив винту обратное вращение". Запомните этот любопытный факт, он нам ещё пригодится. 5. Атлантида Пам-парам! Вот мы и добрались до момента, когда дедлайн в издательстве начал ощутимо сказываться на достоверности книги. Несмотря на то, что отсюда и далее нас ждут самые яркие эпизоды романа с самым запоминающимся сюжетом, нельзя не отметить, что они также являются самыми абсурдными и необоснованными с точки зрения фактов. Смею предположить, что Жюль Верн, как опытный автор, решил поставить самое вкусное поближе к финалу, когда персонажи уже успели узнать друг друга и научились взаимодействовать. Проще говоря, если первая часть романа была размеренной и больше рассказывала, как герои оказались на "Наутилусе" и как устроен там быт; то во второй произошли, собственно, все приключения. Подряд. Одно за другим. И именно тогда, когда автор, наконец, закончил долгую организационную предысторию и готов был перейти к своей любимой стезе: непосредственно приключениям, случилось страшное - на автора начали серьёзно давить сроки! Разумеется, это лишь моя гипотеза, но ниже я постараюсь объяснить, какие подтверждения ей я нашла в тексте. Итак, Атлантида! Естественно, существование Атлантиды не доказано, а гипотез о её размерах и местоположении столько, что можно уйти в глубокую конспирологию. У меня нет претензий к тому, что Жюль Верн использовал этот миф, он и правда хорошо ложится в историю о подводных странствиях. Да и научная фантастика вполне одобряет сюжеты в стиле "не доказано, но факты и домыслы есть" - это нормально, людям такое нравится. Претензия у меня к тому, как именно Атлантида показана. Начать с того, что там есть действующий вулкан, чья извергающаяся лава буквально освещает улицы Атлантиды. Лава. Извергающаяся достаточно близко, чтобы быть мощным источником света в толще океана. Как думаете, какой температуры должна быть окружающая вода, в которой гуляли капитан и профессор? Близкой к точке кипения, однозначно. И ни резиновые скафандры, ни металлические шлемы (с высокой теплопроводностью, ага) не позволят часами плавать в кипятке. Далее профессор описывает увиденные по пути сонмы рыб, ракообразных, целые ковры ламинарий и фукусов... Алё, блин! Там всё должно быть сварено до состояния ухи! Включая самого рассказчика. Во-вторых, сам город описывается в лучших традициях древнегреческих руин, но тоже не выглядит так, будто тысячи лет подвергался действию высокой температуры. Можно было бы сказать, что всё вокруг покрыто вулканическим туфом и сохранилось под ним как погребенные улицы Помпеи, но ведь нет! Все эти античные колонны и арки лежат открыто для глаза - настолько не изменившись, что профессор без труда узнает, где был храм, где водопровод, а где набережная. И в-третьих, как вам эта замечательная фраза: "В эту минуту луна проглянула сквозь водную толщу и бросила свои бледные лучи на потонувший материк. То был только отблеск лунного света, но впечатление создалось незабываемое!" Напоминаю, что действие происходит на дне моря, куда не достают даже яркие солнечные лучи. Но волею автора, слабый отблеск луны сюда без труда проник. Ну, либо Атлантида затонула так неглубоко, что её видно с поверхности моря - чего ж её тогда найти никак не могут? Понимаете, к чему идёт? Если раньше законы физики всего лишь удобно прогибались под капитана Немо, то сейчас они перестали работать в принципе. Тысячи лет сильнейшей эрозии испортят пейзаж? Отменим эрозию! Лава мешает гулять по улицам Атландиды? Оставим ей только функцию фонаря - почему нет! НедостаточноЧасть 2. Стилистические ошибки
А вот теперь уже без шуток. Этих ошибок всего две, но глаз мозолят не хуже фактических. 1. Избыток матчасти Прелесть научной фантастики как жанра в том, что она сочетает в себе научный и художественный стиль - то есть, в равной степени выполняет познавательную функцию (сподвигает читателя больше интересоваться знаниями и миром вокруг) и развлекательную (позволяет следить за сюжетом и приключениями героев). В хорошо сбалансированном научно-фантастическом романе эти две функции находятся в равновесии. Если взять творчество самого Жюля Верна (а я прочитала несколько десятков его романов), то он добился успеха и популярности именно потому, что умел так гармонично сочетать первое и второе, как никто до него не делал. Можно сказать, это особенность его творческого стиля, чётко прослеживающаяся в каждом романе. По иронии судьбы, единственной его книгой из мне известных, где этот баланс нарушен просто критически, является "20 000 лье под водой". И чтобы объяснить, что подразумевается под этим, я должна подробно рассказать, как сама вижу творчество любимого автора. Романы Жюля Верна можно условно разделить на 4 группы по соотношению сюжетных линий и науки. (К науке я отношу не только исследования, но и все текстовые отступления, когда автор описывает историю страны, где сейчас герои, особенности климата, флоры, фауны, быта местных жителей - словом всю фоновую добавочную информацию в перерывах между активными действиями персонажей). > "Горящие туры" - 60% сюжета/40% науки Типичные представители: "Дети капитана Гранта", "Вокруг света за 80 дней", "Пятнадцатилетний капитан", "Матиас Шандор - или новый граф Монте-Кристо". Экшн-романы с быстро меняющимися декорациями и, как правило, значительными географическими скитаниями. Основное внимание в них уделяется героям и сюжету, а наука идёт небольшим и ненавязчивым дополнением. Отступлений от повествования мало - в основном перед нами всегда какое-то действо без долгих пауз. Более характерны для раннего творчества писателя. Легко воспринимаются большинством читателей, даже не знакомых с Жюлем Верном ранее. > "Ленивый all-inclusive" - 50% сюжета/50% науки Типичные представители: "Таинственный остров", "Гектор Сервадак - приключения в околосолнечном мире", "Михаил Строгов - курьер царя", "Жангада - 500 лье по Амазонке". Романы с неторопливым повествованием и обстоятельным туристическим осмотром всего вокруг. Чаще всего сюжет в них привязан к какой-то одной стране/территории, а не к кругосветным странствиям, но зато по пути к собственным целям, герои увидят всё: достопримечательности, дороги, сцены быта, местные обычаи, богатства природы и т.д. Это основная масса романов писателя. Читаются чуть медленнее, но с ровным и стабильным интересом, особенно ценятся теми, кто не привык глотать информацию запоем и хочет максимально почувствовать себя внутри истории. > "Деловая командировка" - 40% сюжета/60% науки Типичные представители: "Путешествие к центру Земли", "В стране мехов", "Миссис Брэникен", "Пятьсот миллионов бегумы". Это творчество в основном для бывалых фанатов Жюля Верна и поклонников науки - ибо такую плотность фактов на один разворот не каждый вынесет, особенно у кого проблемы с удержанием внимания. Чаще всего эти факты в памяти и остаются - в отличие от взаимоотношений героев друг с другом. Возможно, это моё личное впечатление, но, даже будучи искушённым читателем, из всех книг этой категории я хорошо запомнила, кто главные герои, где они были и к чему пришли - а вот какие приключения произошли с ними в процессе, в памяти практически не задержалось, лишь отдельные яркие сцены. Потому что сюжет местами настолько разрежён, что воспринимать его целостно непросто. Если вы читаете романы как я - по пол книги за раз, это не бросится в глаза; но если по паре глав в день, то вряд ли вы с ходу вспомните, на чём остановились вчера. > "Отпуск насмарку" - соотношение сюжета и науки неважно; думать в конце книги вы будете над совсем другими вещами Типичные представители: "Ченслер - дневник пассажира Ж.-Р. Казаллона", "В погоне за метеором", "Необыкновенные приключения экспедиции Барсака". Реже среднее, чаще позднее творчество Жюля Верна, разительно отличающееся от ранних и известных романов. В ту пору писатель уже разочаровался в прогрессе, поняв, что общество в целом низкоморально и, получая всё больше технических возможностей, плохо осознаёт последствия безответственного применения этой силы. В этих книгах акцент всегда сделан на отношении героев с общественной системой, последствиях их поступков. А также о том, до какой жуткой степени аморальности способны дойти люди, вынужденно оказавшиеся в критических условиях или добровольно поддавшиеся низменным порокам. Проще говоря, это книги о червоточинах в обществе и тёмной стороне человеческой натуры. Сюжета в них много, сюжет внятный, но это далеко не лёгкое чтение на ночь, а напряженный триллер, когда ты реально не знаешь, все ли главные герои доживут до финала (на второстепенных можно даже не ставить). Так, о чём это я? Ах да, "20 000 лье под водой"! Этот роман, хоть и является ранним, по сути, относится к категории "деловая командировка" (профессора Аронакса по долгу работы, да-да). Но с тем отличием, что автор всё-таки смог составить разнообразный маршрут и интересный сюжет с действительно яркими персонажами. Почему же тогда при таком огромном потенциале столькие читатели жаловались, что книга похожа на лекцию и невероятно суха для романа о кругосветном путешествии? Проблема в том, как именно подана здесь наука. Она не привязана к происходящему в сюжете напрямую и потому часто смотрится чужеродно. Морская тематика у Жюля Верна была любимой, внушительная часть его библиографии прямо или косвенно связана с путешествиями на кораблях. А здесь подвернулся шанс заглянуть в глубины этих самых океанов - наверняка писатель хотел вместить в роман как можно больше красочных описаний подводного мира и подробностей о его обитателях. Как знать, может, в те годы он ещё недостаточно обладал навыком подвязывать такую информацию к сюжету. Сперва о хорошем. Автор прекрасно справился с подачей исторических фактов - их выдаёт в беседах капитан Немо или читает в библиотеке профессор, пересказывая потом друзьям. Есть эпизоды, поставленные в этом плане просто потрясающе - например, история про золотой запас бухты Виго (важная для понимания действий капитана) или рассказ о жемчужных промыслах близ Цейлона (готовящий почву для последующих событий). Есть, конечно, и те, от пропуска которых ваше восприятие книги никак не пострадает; к примеру, глава "Ваникоро" - этакий филлер: уберите её, и ничего не изменится. Однако это мелочи - настоящая беда начинается там, где профессор решает перечислить подробным списком всех подводных тварей, виденных им за стёклами иллюминаторов... Дело в том, что читать подобные перечни в атласе/энциклопедии - совсем не то же самое, что читать их в художественном произведении. Формат книги не предполагает визуализации десятков неизвестных читателю видов рыб, моллюсков и прочих водорослей. И это не вопрос плохого воображения. Вы без труда можете представить стаю сельдей, морского окуня или медузу, потому что знакомы с ними. Но такие существа как гавайская каталуфа, бугорчатый астерофитон и кольчатая кладостефа не говорят вам ни о чём и не вызывают ассоциаций (ну правда, без интернета вы даже не определите, что из этого рыба, а что водоросль). И именно в этом основная претензия к писателю - читатель не должен быть вынужден обращаться к сторонним источникам или обладать специальными знаниями, чтобы понимать написанное. В некоторых местах стиль текста настолько резко меняется от художественного к научному и обратно, что невооружённым глазом видно, в какой момент Жюль Верн переписывал на чистовую из своего черновика, в какой он отложил черновик и списал следующие два абзаца прямо из справочника, и в какой снова начал писать сам. Перегруженность непонятными названиями организмов, часто без малейшего их описания, создаёт ощущение что перед тобой пособие-классификатор видов. (Если профессор реально воспринимает окружающий мир вот так, как описывает в своём дневнике, то не удивительно, почему годами находиться рядом с ним смог только Консель, у которого фетиш на сухие классификации ещё сильнее). Очевидно, что уйма разнообразной номенклатуры, по задумке писателя, должна была придать происходящему толику научности (что после всех фактических ошибок весьма затруднительно), а также создать ощущение многообразия и красоты природы. Но эффект, увы, получился обратный. Без красочных описаний и пояснений, эти списки живности не сформировали у читателей внятной картинки, которой можно было бы полюбоваться, а так и проскочили мимо. Ей-богу, лучше бы вместо десяти непонятных существ, Жюль Верн выбрал 2-3 для каждой сцены и максимально ярко описал их и интересные факты о них. По крайней мере, мой авторский опыт показывает, что это намного более эффективный способ подачи научной информации. 2. Самоповторы в сюжете Эта стилистическая ошибка не столь явная, как предыдущая - скорее, на неё обращаешь внимание уже при неоднократном перечитывании романа. Замечали ли вы, что несколько сюжетных арок "20 000 лье..." написаны по одному и тому же сценарному шаблону? А именно: "Наутилус" куда-то плывёт -> Аронакс узнаёт, куда -> пассажиры уверены, что это жуть как опасно и будут последствия -> Немо самонадеянно понтуется своей гениальностью и/или "Наутилусом", уверяя, что всё будет зашибись -> в итоге это самое "зашибись", естественно, случается -> все разгребают последствия; до следующего раза. Не, ну, сами посудите. Торресов пролив? Да всё в порядке, на мель не сядем. Южный полюс? Без комментариев. Чуть не погибли самой страшной смертью. Жемчужные промыслы Цейлона? Настоящий джигит ходит на акулу с одним кинжалом, гарпуны для идио... ой, мистер Ленд, благодарю, что спасли мне жизнь. Такое впечатление, что капитан, при всём его интеллекте, раз за разом не может выучить один и тот же урок - что излишняя самонадеянность не лучший помощник в этой жизни. Либо повторяющийся шаблон историй снова связан с дедлайнами в издательстве и попросту ускорял процесс написания глав.Часть 3. Неудачные сюжетные решения
Напоследок несколько моментов, которые не являются ошибками как таковыми - это просто сюжетные моменты, которые лично мне не слишком понятны и (опять же, по моему мнению) могли быть прописаны лучше. Это субъективно-спорные детали, и возможно, вы не согласитесь с моей критикой в их адрес, но я всё равно хотела бы обсудить эту тему. 1. На переговоры к капитану ходит только профессор Аронакс Хоть убей, не понимаю, почему это так. В том, чтобы вернуться на сушу, заинтересована вся троица. Аргументы для беседы с Немо на этот счёт, они также обсуждают втроём. И в первой беседе с командиром "Наутилуса" тоже участвовали все (то есть, нельзя сказать, что друзья профессора косноязычны/не способны вести продуктивный диалог). И побег они, логично, планируют совместно. Но когда речь заходит о том, что капитана надо попробовать убедить отпустить их по-хорошему, весь груз исполнительства падает на одного Аронакса, который, к слову, из всей троицы самый неуверенный в себе тип, и вплоть до финала книги вообще не знает, хочет ли вернуться на сушу. Это безусловно, лучший кандидат, чтобы противостоять жёсткой и бескомпромиссной позиции капитана... А, нет - ни одна его попытка договориться с Немо не увенчалась успехом. Подозреваю, что он слишком мягкий человек для такого сурового оппонента - и это ещё одна причина, почему друзья Аронакса тоже должны были пойти с ним. И прежде чем вы скажете: "Ну, Нед Ленд бы точно всё испортил, и вообще у Немо хорошие отношения только с Аронаксом", я возражу: нет, неправда. Во-первых, Нед Ленд способен вести себя адекватно в присутствии капитана и общаться с ним без оскорблений, это наглядно демонстрировалось в нескольких главах. В конце концов, он больше всех заинтересован в возвращении домой и не стал бы выпендриваться, зная, что это в текущий момент сорвёт переговоры; он холерик, но не дурак. И в одном моменте книги гарпунёр даже сам предлагает пойти поговорить с Немо, на что профессор реагирует почти испугом и сразу отвергает этот вариант. Фактически, в способностях Неда к переговорам сомневается только профессор, а не сам Нед. А хорошие отношения здесь вообще не важны. Много они Аронаксу помогли, что ли? Как только капитан услыхал тему разговора, сразу встал позу, пресёк дискуссию и чуть за дверь его не вытолкал. А вот троих человек он бы так просто не вытолкал и силой характера не задавил. Словом, Нед и Консель могли не участвовать, но хотя бы постоять рядом молчаливой поддержкой, чтобы профессор не оставался в этой моральной схватке один на один с противником заведомо сильнее него. Стоило ли удивляться, что переговоры не удались... 2. Команда "Наутилуса" совершенно не раскрыта как персонажи Несмотря на то, что боевые товарищи капитана очень разнообразны по национальности, внешности и навыкам, им практически не уделено сюжетного времени. Причём не только в плане имён (фиг с ними, с именами, Немо и сам всю дорогу инкогнито), но и в плане их личностей. Экипаж подводной лодки как будто бы представляет собой серую массовку с двумя, универсальными для всех качествами - невероятной дисциплиной и фанатичной преданностью своему командиру, намного превосходящей простое уважение к начальству. Причём даже эти единственные характеристики остались нераскрытыми. Откуда взялась такая преданность? Как капитан смог собрать столь разномастных людей на борту? Как из группы революционеров (людей не слишком склонных к соблюдению правил) получились матросы-синхронисты, мгновенно и слаженно повинующиеся одному жесту Немо? И почему вообще никто из команды не проявил к пассажирам интереса, за 9 месяцев плавания не перемолвившись с ними даже словом? Капитан запретил? А смысл? Если эти люди должны остаться на борту навсегда, то, напротив, логичнее понемногу вводить их в общий коллектив - новые связи, новые друзья, общение, совместный быт и наглядная демонстрация плюсов подводной жизни - глядишь, через год и бежать бы никто не захотел! А так, изолировали троицу ото всех остальных - конечно, им жизнь не в радость и все мечты только свалить отсюда. Словом, косяк с командой это или намеренное отсутствие проработки, чтобы сосредоточить всё внимание на капитане Немо, или же очередное печальное последствие сжатых сроков, когда Жюль Верн просто не имел возможности тратить время ещё и на второстепенных героев. Грустно. Такой потенциал пропал. 3. Развития отношений между персонажами почти нет, как нет и их морального роста А вот эта шпилька довольно неприятная. Опять же, в первое прочтение из-за любопытства к кругосветному путешествию и обилия научных фактов, этого не замечаешь. Но по мере перечитывания выявляется признак, значительно снижающий ценность книги в глазах любого критика - отсутствие хоть каких-то изменений в персонажах. Приключения и путешествия это идеальная возможность испытать себя на прочность, раскрыть тайные таланты, осознать что-то новое, словом стать лучшей версией себя через пережитый опыт. И очень странно, что при таком обилии передряг в "20 000 лье под водой" этого не произошло ни с одним из четырёх главных героев. Профессор как был в начале романа мягким, любознательным и дружелюбным любителем науки, так и остался им в конце, не приобретя новых качеств. Консель как был приложением к нему с первых глав, так и остался - какие-то другие стороны, кроме страсти к классификациям и отказа от личного мнения в основополагающих вопросах, нам не показали. Консель, по моим наблюдениям, стал самостоятельной личностью только в фанфикшне и экранизациях. В оригинале, к сожалению, это профессорский аналог команды - молчаливый, дисциплинированный и преданный подчинённый, следующий за тем, кому он верен, даже на смерть. Не изменился. Нед Ленд на протяжении путешествия тоже не меняется - ни его взгляды на мир, ни факт отвращения к капитану Немо, ни отношение к "Наутилусу" и его обитателям - всё, чего он хочет, вернуться к своей прежней жизни (с китами, плаваниями и пабами по возвращении) и ничего в ней не менять до конца своих дней. Капитан Немо - отдельная песня; про его самонадеянность и клиническую необучаемость на своих ошибках, уже сказала выше. Взгляды Немо тоже не меняются: он как в начале презирал людей, так и в конце, как в начале топил корабли, решая, кому жить, кому умереть, так и в конце. Полное отсутствие любых переосмыслений и личностного роста (вплоть до глубокой старости и знакомства с колонистами в "Таинственном острове"). Кого ни возьми - никто не поменялся, не изменил свою жизнь, ничего не осознал, не поборол свои недостатки и не научился ничему новому. Как будто уникальное подводное путешествие вокруг света длиной в 9 месяцев не повлияло на героев от слова совсем и не оставило им никакого опыта. Вошли и вышли - приключений на 20 000 лье. Если рассматривать персонажей не отдельно, а во взаимодействии, картина та же самая - кто с чем пришёл, тот с тем и ушёл. Аронакс и Консель всегда заодно; Аронакс и Ленд в ненавязчивой дружеской конфронтации из-за разности характеров; Консель и Ленд - то же самое; Ленд и Немо - в презрительном антагонизме; Консель и Немо не взаимодействуют; Аронакс и Немо движутся от взаимного любопытства и лёгкой симпатии на почве науки к охлаждению интереса и открытым ссорам в конце книги. Да, леди и джентльмены - единственные отношения, которые хоть как-то изменились, изменились в худшую сторону. Естественно, при таких вводных, классического хорошего конца у книги быть не могло - финал тут, скорее, закономерный, но эта авторская честность даже радует.Итоги
Итак, перемыв кости всему тексту "20 000 лье под водой", можно сказать, что подавляющее большинство эпизодов романа можно причислить хотя бы к одной из категорий ошибок. Тем не менее, многие из них не выглядят и не воспринимаются плохо в глазах читателя, по крайней мере, при первом-втором прочтении, если не задаться целью докапываться до каждой детали. В конце концов, скучные перечисления всего и вся можно пролистать, на фактические неточности закрыть глаза в угоду зрелищу, а нелогичности сюжета вообще признать авторским видением. Хуже становится, когда на одну сцену приходится сразу по 2-3 ошибки разного рода - в этом случае проблема уже бросается в глаза довольно явно. Лично для меня на верхушке антирейтинга так и остался момент из экскурсии по "Наутилусу", когда капитан объясняет профессору всю эту альтернативную физику. Эта сцена - просто микс 3 в 1: сильно перегружена техническими описаниями (стилистическая ошибка), которые абсурдны от и до (фактическая ошибка), и сама попытка их озвучить рушит образ Немо как инженера и человека с претензией на гениальность (неудачное сюжетное решение). Худший эпизод всей книги. Считала и считаю, что если уж автор сам не технарь, то надо было или проконсультироваться с технарями, или вовсе засекретить информацию о судне, чтобы не вдаваться в неё. Однако я не отказываюсь от своих слов из дисклеймеров и вполне признаю, что если бы не горящие сроки сдачи, "20 000 лье под водой" могло бы стать намного более проработанным и лёгким для восприятия, и, несмотря на все шероховатости, исходя из реалий, в которых работал Жюль Верн, он всё равно проделал значительную работу, сотворив роман, герои которого интересны нам и поныне. А кого что прямо совсем не устраивает - ну, для этого и создано фанатское творчество. Флаг вам в руки, как говорится. И нам тоже.
