Папина радость

Гарри был донельзя избалованным мальчишкой. Если спросить окружающих его людей, то, по мнению восьми человек из десяти, он капризный высокомерный задира. Ему всего восемнадцать лет, он на первом курсе престижного университета щеголяет в дизайнерской одежде, дерзая перечить даже преподавателям, словно он избранный. Самое первое и последнее, что его всегда интересовало — это деньги и деньги. На них можно было купить всё. Нет, его нельзя было в полной мере отнести к золотой молодёжи. Предки Гарри не имели за спиной славной родословной, являясь действительно титулованным людям только седьмой водой на киселе. Это со стороны отца. Со стороны матери ситуация была ещё грустнее: Эвансы пусть и обладали хорошим капиталом, ничем кроме этого в обществе похвастаться не могли. Да ещё и эта фамилия — Поттер. Горшечники. Не элита, одним словом. Отношения с отцом и матерью у него сложились весьма прохладные. Кажется, все свои отеческие и материнские функции родители изжили в момент его зачатия и рождения. Наследник имелся, а что там с ним дальше — это была уже явно не их забота. Со временем и сам Гарри перестал воспринимать родителей как людей, чьего одобрения он непременно должен был добиться. Чем больше становилась цифра в его паспорте, тем больше он воспринимал мать и отца только как денежный мешок. Так Гарри и рос вечно предоставленный чужой скорее профессиональной заботе. Многие даже сказали бы, что вырос он в юношу совсем без души. Он был просто рабом своих собственных капризов. Статус, привилегии и деньги — едва ли не единственные вещи, что его волновали. Гарри хотел бы владеть многим, но аппетиты юноши были несоизмеримы с возможностями его семьи. Особенно это стало критично после одного поворотного момента. Главу семейства публично застали за недвусмысленным занятием не со своей супругой, и матери пришлось организовать громкий развод во имя сохранения репутации. По отцу Гарри не скучал, но те два года казались пыткой. Он чувствовал себя угнетённым и не получающим того, чего всегда заслуживал. Денежный ручеёк в его жадный кармашек ощутимо истончился. К счастью, всё изменилось с появлением отчима. Честное слово, Гарри не представлял, как его мать смогла завоевать внимание такого мужчины, да ещё до такой степени, что он сделал ей предложение. Мистер Реддл был по-настоящему красив. Даже как мужчина Гарри мог оценить это. Чёрные слегка вьющиеся волосы, красивая линия скул и волевой подбородок с небольшой ямочкой — вот кого точно можно было бы записать в аристократы. А уж его крепкое тренированное тело и высокий рост возводили его в ранг объекта всеобщего желания. Гарри и сам был лакомым кусочком, и прекрасно понимал обширные возможности мистера Реддла. И при всём этом он выбрал его мать. Все завидовали Лили. Гарри надеялся, что он окажется достойным мужчиной. Не из-за особой любви к матери, а из жажды спокойной обеспеченной жизни. Впрочем, даже это интересовало его не так сильно, как то, что отчим был владельцем пятидесяти процентов акций крупной корпорации и являлся её генеральным директором. Что значило: плюс один денежный мешок. С него можно будет повить верёвки. Если же он окажется несговорчивым, то всегда можно будет нажать на мать. О, она не любит, когда Гарри создаёт проблемы, а он при желании мог. Довольно скоро после шикарной свадьбы они переехали в роскошный особняк мистера Реддла, и Гарри зажил совсем счастливо, не отказывая себе ни в чём, что значило: аппетиты росли в соответствии с открывшимися возможностями. А раз они росли, то следовало их удовлетворять. Гарри размышлял, как бы так подобраться к мистеру Реддлу и настроить с ним дружеские отношения, однако ключик к сердцу отчима оказался отнюдь не в руках его матери. Поднимаясь однажды на второй этаж в одних плавках после часа солнечных ванн у бассейна, Гарри столкнулся на лестнице с отчимом и не мог не заметить, как при этом потемнели его глаза и каким стал взгляд. Да этот извращенец буквально пожирал глазами юное мускулистое тело, маленькие тёмные соски и дорожку волос, скрывающуюся за пляжными трусами. Это было интересно. За кого же его мать вышла замуж? Теперь Гарри если и спускался к завтраку, то непременно в коротких шортах, игнорируя другие предметы одежды. «Лето ведь», — отмахнулся он на возмущение матери. Её причитания мало интересовали парня, пока голодный взгляд мужчины напротив него скользил по груди и кубикам на прессе. С тех пор отчим взял себе за правило непременно перед сном заглядывать к пасынку, чтобы пожелать спокойной ночи, и Гарри этому не препятствовал. Он прекрасно видел, какой эффект производит на мужчину: как тёмные глаза наполняются вожделением. Цепкий взгляд Реддла в такие моменты следил за каждым движением парня. Если мужчина и пытался сдерживать себя, то получалось это у него настолько плохо, что Гарри всё было очевидно: мистер Реддл хотел его в самом грязном из возможных смыслов. Это открытие было Гарри только на руку. Через свою мать он мог стрясти с отчима многое, но своими собственными руками мог бы добиться куда большего. Метафорически выражаясь, конечно же. Парочки намёков и двусмысленных бесплодных обещаний вполне будет достаточно. Он не собирался заходить далеко. Всё же парень не имел никакого опыта с мужчинами, пусть даже и не считал себя стопроцентно гетеросексуальным. Отчим снова заглянул к нему перед сном и сел на краешек кровати, разглядывая лежащего на животе парня. Они особо не болтали, только один из них сколько мог разглядывал молодое поджарое тело, а второй позволял ему это делать. Обычно он желал пасынку спокойной ночи и, потрепав по непослушной гриве волос, удалялся в свою спальню. На этот раз Гарри решил следовать новому сценарию. Следовало начать действовать. Гарри лежал на животе в своих возмутительно коротких шортах. Он облокотился на руку и, слегка прогнувшись в пояснице, повернул голову к вошедшему мистеру Реддлу. Гарри знал, что у него аппетитная попка, и своей позой пытался подчеркнуть это, решив продать себя подороже. Это будет неплохим дополнительным аргументом для его просьбы. Он уже имел достаточно для шикарной беззаботной жизни, но знал, что бывает и лучше. А у отчима денег было навалом. — Папочка, — начал он, неслучайно выбрав именно такое обращение. Густые брови на идеальном лице мистера Реддла поползли вверх, но он быстро взял себя в руки и сдержанное выражение вернулась на его красивое лицо. — Да, Гарри, — хрипло отозвался отчим и положил свою руку на его плечо. Мужчина слегка сжал его и погладил спину до лопатки. Это движение подбодрило Гарри говорить дальше. — Не знаю, может, лучше мне обратиться с этой проблеме к маме, но у неё столько дел. — Не стоит беспокоить Лили по пустякам, — мистер Реддл гладил его спину и уже спустился ладонью до поясницы, — я всегда готов помочь тебе. Мы же семья, верно? — Верно, — ухмыльнулся Гарри. Колено отчима прижималось к его боку. Мужчина был в шёлковой пижаме, и его ноги были слегка раздвинуты. У Гарри был не самый лучший ракурс для наблюдения, но проступающий на штанах рисунок выпирающего члена внушительного размера был весьма красноречив. Пусть мистер Реддл думает, что сможет получить от него больше, а пока Гарри возьмёт с него то, что ему нужно. Потерпеть не такие уж неприятные поглаживания и знаки внимания от взрослого мужчины — не такая уж сложная задача. Гарри поелозил под руками мужчины, чтобы у него не осталось сомнений, что пасынок наслаждается происходящим. — Если бы у меня была своя собственная карточка, то мне не приходилось бы так часто обращаться к маме со своими запросами. Мне совсем не хочется лишний раз её тревожить. — Ты этого хочешь? — ласково спросил мистер Реддл, массируя его плечи уже двумя руками. Это было приятно. Гарри прикрыл глаза и протяжно промычал. Оказывается, его мышцы так затекли! — Будет тебе карточка, — пообещал мужчина. — С небольшим месячным ограничением по тратам, но я уверен, что ты разумный мальчик. — Конечно, папочка. Гарри мило улыбнулся, хотя хотел он выторговать больше. Ну ничего, у него ещё есть время. Он сладко зевнул, немного двинув бёдрами. Мужчина рядом с ним сглотнул, а Гарри мысленно усмехнулся его поддатливости. — Пора спать, — хрипло пробормотал отчим и поднялся с кровати. — Спокойной ночи, Гарри. — Спокойной ночи, папочка. Член мужчины стоял колом, и он даже не пытался скрывать это. Гарри было интересно, что мистер Реддл сделает со своим стояком. Подрочит ли он в душе или развлечётся с его матерью? Это было не суть как важно, ведь цель была достигнута такими небольшими усилиями. Вскоре на юношу напал сладкий сон.

***

Сумма на карточке оказалось достаточно удовлетворительной, но это всё ещё было не совсем то, поэтому визиты отчима в спальню Гарри продолжились. Эти поглаживания горячих рук были похожи на массаж, и Гарри искренно наслаждался процессом. Он тихонько мычал в подушку и медленно двигал бёдрами, стимулируя отчима продолжать эти вечерние встречи. Мистер Реддл всегда уходил с налившимся кровью достоинством, но ничего большего не просил. Интересно, догадывалась ли его мать хоть о чём-нибудь? Или она как дура полагала, что они нашли что-то общее и теперь им нравиться перед сном немного пообщаться друг с другом? Опять же, Гарри это не интересовало. Вопрос, зачем отчим женился на его матери, если каждую ночь всё равно приходил к нему, тоже мало волновал парня. Через две недели мистер Реддл как обычно зашёл в спальню к Гарри и застыл в проёме, прикрыв за собой дверь. Его аура была подавляющей и немного пугающей. — Как дела, дорогой? — вкрадчиво спросил он. — Всё прекрасно, как и всегда, папочка. Гарри слегка прогнулся в пояснице и наградил отчима выжидающим взглядом из-за плеча. Он заранее знал, что прозвучит сегодня, поэтому старался смягчить для себя этот удар. Мужчина вздохнул. Он сел на своё привычное место. — Гарри, Гарри. Горячие крепкие ладони сжали плечи чуть больнее, чем обычно. Это заставило Гарри напрячься. Мужские руки привычно гладили его по спине. Они прошлись по позвоночнику, остановились на пояснице и впервые легли на мускулистые ягодицы парня. Гарри замер, то ли предвкушая, что же ждёт его дальше, то ли опасаясь перечить. Мужчина сжал его ягодицы сквозь ткань шорт. — Дай мне посмотреть на тебя. Приподними бёдра. Гарри послушно слегка выпятил попку и почувствовал на своей талии руки отчима. Тот просунул пальцы за пояс шорт и начал медленно стягивать их с парня. Гарри ощущал, как обнажается его пятая точка и покраснел от стыда. Он услышал, как шумно выдохнул мужчина. — Прекрасно, — пробормотал отчим. — Ты иногда можешь быть послушным мальчиком. Нетерпеливые ладони легли на нежную кожу ягодиц и начали поглаживать их, то с трепетом, то с нажимом, пока не сжали. — Хороший мальчик. — Папочка… — Тише. Ты не заслужил права голоса, ведь уже дошёл до лимита на карточке. Какой же ты жадный. При этом мужчина ни на мгновение не переставал гладить прекрасное мускулистое тело перед собой. Ладони его спускались вниз, а затем медленно поднимались вверх. Гарри сам немного инстинктивно двигался под его руками. Ему хотелось большего. Чего большего, он сказать пока не мог. Парню просто нравилось, что его трогали и смотрели на молодое тело с такой жадностью, отчего член немного окреп и просил уделить ему внимание. Это было необычно. — Хочешь большего? — Ммм, — промычал Гарри. — Я немного увеличу лимит, — пообещал отчим. Только в этот раз Гарри имел в виду совсем не деньги. Его тело зашлось сладкой истомой от такой незамысловатой ласки. Он робко положил ладонь на колено мужчины и начал поглаживать его. Вверх по мощному бедру и вниз. Вверх и вниз. Всё выше и выше. Впрочем, так и не касаясь выпирающего члена. Только небольшое обещание. Их общее дыхание стало медленным и шумным. Мистер Реддл переменил позу. Кровать прогнулась под весом мужчины. Он сел на ноги Гарри, не забывая поглаживать мягкие полушария. Его тело приятной тяжестью ощущались на бёдрах, а нетерпеливые руки мяли, ласкали и пощипывали. Конечно Гарри ощущал и твёрдый бугорок, прижимающийся к его попке. Он не мог разобраться, какие именно чувства вызывала в нём эта провокационная поза. Он наедине с отчимом и позволяет ему делать с собой такое, но мистер Реддл был щедр, а значит его сыночек мог и закрыть глаза на такое неподобающее поведение. Сладкая пытка продолжалась, пока Гарри не почувствовал, что отчим немного приподнялся и склонился над ним. Он оставил на его правой ягодице горячий страстный поцелуй. Чёрт. Гарри немного завело это. Член, подмятый под его телом, дёрнулся. Хотелось почувствовать на себе чужие губы ещё. Податься бёдрами, чтобы тёплое дыхание отчима опалило его кожу снова. Ещё больше жадных прикосновений и его тяжёлого дыхания за спиной. Но время было позднее. Мужчина поднялся с места. Гарри не смог сдержать разочарованного вздоха, но то, как мистер Реддл сжал свой член через ткань штанов, странно пришлось ему по душе. — Это наша маленькая тайна, правда? — Конечно. — Спи сладко, Гарри. — Спокойной ночи, папочка. Мистер Реддл улыбнулся, закрывая за собой дверь.

***

Жилось теперь Гарри просто великолепно. Ночные приставания отчима его не слишком волновали, пока он получал жизнь полную развлечений. Он мог посетить любой ресторан и купить в бутике что душе угодно. Золотая карточка мистера Реддла не была бездонной, но могла удовлетворить все сиюминутные желания парня. Мать или ничего не замечала, или предпочитала не замечать, соорудив себе прекрасные шоры из денег. Гарри это не волновало. Теперь у него совсем не осталось забот. Жизнь налаживалась, а девушки висли на нём, но отчего-то ни одна не вызывала жгучего желания. Он мог взять власть над любой из них, но скорее хотел отдаться в руки своего отчима и наслаждаться всеми ласками, что тот готов был ему предложить. Гарри замечал, что с каждым разом тот всё дальше отодвигал грани допустимого. Вскоре он начал покрывать поцелуями всё его тело: ягодицы, бёдра и поясницу, а каскад поцелуев по позвоночнику вызывал в парне сладкую дрожь. Через некоторое время их каждодневных ночных игр поцелуй уже отмечал место в опасной близости от промежности, а потом Гарри почувствовал, как влажный палец мужчины скользнул туда и огладил контур ануса. Гарри замер и инстинктивно сжался там, но позволил отчиму повторить это движение несколько раз, пока по телу распространялось приятное напряжение. В своих мыслях Гарри ещё сопротивлялся, но его член реагировал честнее, болезненно ноя после пары минут такой ласки. Палец не погружался внутрь, он кружил вокруг, слегка надавливая и поглаживая, при этом отчим не забывал покрывать поцелуями кожу рядом. Вся чувствительность парня устремилась прямо в это место, он ощущал каждый сантиметр кожи. — Мой сладкий мальчик. — Да, папочка. — Тебе нравится? — Да, блять. — Какой же у тебя грязный язычок. Пальцы любовно погладили дырочку. Рядом посыпались горячие поцелуи, и Гарри искренне наслаждался процессом. Постанывая, он начал лизать оказавшиеся у него во рту длинные пальцы мужчины, а потом почувствовал их на себе. Идеально. Другая рука Тома начала поглаживать его напряжённый член. Нет, его целью не было подарить освобождение, он продолжал заводить юношу, обещая ещё больше наслаждений в следующий раз. Это был неплохой момент, чтобы озвучить следующую просьбу Гарри. Он хотел новую машину: спортивную или кабриолет. Том отстранился и сказал, что подумает об этом. Он пожелал спокойной ночи, пообещав, что на следующий раз его ждёт нечто большее. Он и так был слишком терпеливым всё это время. Гарри заснул со странными ощущениями. Во-первых, он не был до конца удовлетворён. Во-вторых, он не понимал, как всё вообще зашло так далеко с тех невинных ласк, которые он снисходительно позволял отчиму. Ему нравилось чувствовать на себе эти ладони. Том уверенно исследовал его тело и Гарри узнавал о себе то, о чём раньше и не догадывался. В голове вдруг мелькнула шальная мысль: «А как бы ощущался его толстый член внутри»? Внизу живота сразу же начало тянуть, а кожу на анусе слегка покалывать. Гарри облизнулся и потянулся рукой за резинку пижамных шорт.

***

За завтраком Том начал дразнить парня почти перед глазами его матери. Пока Лили готовила блинчики — единственное, что она умела готовить — мужчина, сидящий рядом, ласково поглаживал член её сына, пробравшись к нему в трусы через широкую брючину коротких пляжных шорт. Гарри раздвинул ноги, он был уже твёрд и во всеоружии. В последнее время в нём поселилась вечная неудовлетворённость, отчего он легко заводился. Тёплая ладонь высвободила плоть из нижнего белья, и теперь головка члена пульсировала, выглядывая из одежды. Том нарочито медленно нагнулся над бедром парня, его горячее дыхание на члене заставило Гарри податься вверх, чтобы ощутить на разгорячённой коже чужие губы. Влажный язык скользнул по головке, надавливая на уретру. Гарри от этого чуть не поперхнулся воздухом. За спиной хозяйничала его мать, а отчим вытворял такое. Словно Тому было мало того времени, что удавалось урвать перед сном. Мужчина ещё немного помучил его, слегка пососав вершину, а затем вернулся к завтраку, будто ничего и не бывало. Отправил в рот порцию блинчиков и облизнулся. — Ммм, очень вкусно, — оставил он свой комментарий непонятно к чему. Мать уехала на два дня к подруге. Гарри предвкушал день полный разврата, но Том, как занятой человек, пропадал на работе. Устав ждать его, Гарри отправился на вечеринку к ещё одному счастливчику судьбы в поместье Малфоев. Это было шумно, весело и с крепким таким привкусом алкоголя. Отцепляя от руки повисшую на нём очередную девку, Гарри решил, что на сегодня хватит, и засобирался домой. Теперь его если и интересовала разрядка, то только с Томом. Он всмотрелся в огромное антикварное зеркало в холле, чтобы привести себя в порядок. Непослушные вихры растрепались. Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, и из проёма проступали ключицы. Выглядел он вполне горячо, с этими лихорадочно блестящими глазами и пухлыми чуть влажными губами. Ему не было надобности прихорашиваться перед отчимом, тут скорее требовался душ, чтобы смыть с себя запахи этой жаркой вечеринки. Оставалось только надеяться, что отчим поймёт его. Свет в родном поместье был выключен. — Папочка, — позвал его Гарри и облегчённо вздохнул, когда понял, что дома никого нет. Ему не хотелось, чтобы мужчина начал отчитывать его. Как же он ошибся. Отчим сидел на диване, молча скользя по парню нечитаемым взглядом. — От тебя разит, — отчеканил он. — Быстро в душ. Гарри поспешил выполнить указания. Он тщательно намыливал себя в душе, гадая, где на этот раз захочет прикоснуться к нему Том. Он ждал его в своей постели. Гарри быстро юркнул под одеяло и прижался к мужчине. Дрожь наслаждения прошлась по его телу, когда он понял, что на Томе нет одежды. Прижиматься кожей к коже было возбуждающе. Он почувствовал член отчима, упирающийся ему в живот. Плоть была восхитительно твёрдой и обжигающе горячей. Руки Тома блуждали по всему телу Гарри, уделяя понемногу внимания каждой части. Он приласкал вмиг ставшие твёрдыми коричневые сосочки, погладил рёбра и прошелся по бёдрам, прежде чем начать исследовать внутреннюю их сторону. Гарри застонал, ощутив на сосках горячий язык партнёра. Они не были слишком чувствительными, но рядом с таким мужчиной ему казалась, что вся его кожа стала чрезвычайно восприимчива к любым прикосновениям. Отчим ущипнул его за сосок и слегка потянул, затем успокоив это место поцелуем. Боль от этого действия быстро растворилась в наслаждении, и Гарри протяжно застонал. Через мгновение он ощутил властную руку внизу. Мужчина сжал его член и погладил яйца. Он водил рукой там, внизу, распаляя своего юного любовника. — Прикоснись ко мне, — приказал он. Гарри с удовольствием подчинился. Ладонью он нащупал внушительный горячий член. До этого он никогда не прикасался к мужским половым органам, но ощущать, сколько удовольствия он доставляет этому мужчине, наполняло парня предвкушением. Гарри размазал проступившую смазку и погладил большим пальцем контур головки, отчего Том промычал прямо возле его уха и лизнул его, пососав мочку. Тяжёлое дыхание и несдержанные постанывания наполнили спальню. Поттер продолжил свои исследования, обхватив ладонью такой горячий каменный стояк своего папочки. Каждая венка прекрасно ощущалась на этой нежной упругой коже. Он сделал движение вниз до основания и вверх. Том толкнулся бёдрами ему навстречу. Вниз и вверх. Вниз и вверх. Гарри сглотнул, ощущая скопившуюся во рту вязкую слюну. Он сам не забывал двигать в такт бёдрами, ощущая, как отчим трахает его руку. Горячая влажная головка прижалась к его бедру. Едва выдерживая такой накал сладострастия, он слегка повернулся к Тому, схватил свой член в свободную руку и соединил их сочащиеся соками естества. Головка к головке, они потёрлись друг о друга. Так естественно, так правильно, влажно, так по-извращенски. Том прижал парня к себе. Он был такой горячий и сексуальный. Как Гарри раньше не замечал этого? — Я должен был бы наказать тебя, — прошептал Том. — Ты хочешь? — Можешь считать, что это первое предупреждение, но дальше я не буду таким милосердным. — Хорошо, папочка. Том от такого обращения задышал ещё тяжелее. Гарри рискнул, и потянулся к желанным губам, уже давно мечтая дотронуться до них. Лёгкое прикосновение выбило из Гарри весь дух. Он начал извиваться в сильных руках партнёра и пробовать его рот. На вкус он был как виски и что-то ещё. Неуловимое. Только его. Том впустил в рот жадный язык Гарри, его руки сжались на мягких полушариях. Палец начал поглаживать пылающую дырочку, пока они терзали губы друг друга, посасывая и покусывая. Их языки сплелись в бешенном танце. Любовники с трудом отрывались друг от друга только для того, чтобы немного отдышаться. Сердце гулко отдавалось в каждой клеточке тела. Гарри простонал и двинулся бёдрами, подставляя анус под пальцы мужчины. Ещё, ещё… — Такой нетерпеливый, — прошептал Том в перерывах между поцелуями. Его палец слегка погрузился внутрь. — Только мой. Он развернул Гарри к себе спиной и изогнулся, чтобы достать с полки смазку. Согрев её в руках, он начал медленно втирать её в промежность своего партнёра, который отзывался на каждое его движение. «Хорошо», «Ты такой молодец, мой сладкий», — шептал он вперемешку с проклятиями. Горячая скользкая рука спустилась на мошонку и начала поглаживать болезненно твёрдый член. Затем пальцы вернулись к промежности, он оттянул в стороны ягодицы и два пальца мягко скользнули в уже податливую плоть. Раздались тихие хлюпающие звуки. Гарри протяжно застонал. Эта пытка была мучительно восхитительной, но к его разочарованию, вкоре пальцы исчезли. — Мы не будем доходить до конца, ты ещё не готов, — успокоил его Том. Но его член недвусмысленно прижался к подрагивающей дырочке. Он быстро отстранился и всей длиной своего мужского достоинства скользнул по промежности парня, затем невесомо толкнулся внутрь. Гарри почувствовал, что был готов принять его. Даже хотел этого. Но горячий член скользнул дальше, пройдясь по нежной коже мошонки и начал тереться о член Гарри. Эта пытка повторялась несколько раз: они скользили по половым органам друг друга, и Том лениво толкался внутрь, совершенно не собираясь заходить так далеко. Только подразнивал и иногда шлёпал своим большим агрегатом по мягким ягодицам. — Ты такой похотливый. — Да, папочка. — Хочешь мой член внутри себя? — Очень хочу. — Он довольно большой. Уверен, что готов принять его? Том взял оба члена в свою большую руку и начал поглаживать. Гарри толкнулся в его кулак. Было до безумия приятно ощущать чувствительной кожей горячий орган Тома и скользить по нему, разделяя наслаждение. Они стонали в унисон, упиваясь тем, как переплетаются их тела. Гарри хотел быть ещё ближе, стать единым целым. — Я хочу, чтобы ты оттрахал меня так, чтобы я весь день сидеть не мог. Том со свистом выпустил воздух сквозь сжатые зубы. Пока одна его рука ласкала их естество, вторая потянулась к промежности Гарри. Палец легко скользнул внутрь и начал двигаться в едином темпе, ударяя в чувствительную точку. Незнакомое до этого удовольствие пронзило парня, усиливая удовольствие от полового акта. — Да, да, там. Они уже были давно готовы, распалив себя предварительными ласками. Гарри впился в губы отчима, продолжая двигать в такт бёдрами, пока мощный оргазм не накрыл их обоих. Они долго приходили в себя. Гарри никогда так ярко не кончал. — Это было нечто, — прошептал он, пробуя на вкус мускусную кожу Тома на шее. — Ты был неподражаем. Такой податливый. Я хочу поиметь тебя на каждой плоскости этого особняка. Его пальцы скользнули по нижней губе Гарри, и Том склонился над ним для поцелуя, слегка посасывая мягкую упругую плоть. — Мой сладкий мальчик. Потные и испачканные в сперме они безмятежно лежали на кровати, обмениваясь ленивыми поцелуями и поглаживаниями. Гарри чувствовал себя глубоко удовлетворённым, опустошенным и счастливым.

***

Отчим не явился к Гарри перед сном. Он зря прождал его целый час. Этот трудоголик опять задерживался на работе! С каким-то остервенением Гарри стянул с себя нижнее бельё, закинул его куда-то в угол и улёгся на кровать, притянув с полки давно позабытую книгу. Полчаса чтения, а он так и не мог уловить смысл написанного. Он был зол. Неужели Гарри так ждал визита мистера Реддла? Он переменил позу и подложил под живот подушку, и даже не заметил, как погрузился в размышления. Гарри осознал, что не знает о мистере Реддле совсем ничего. Теперь, размышляя о странном союзе своей матери и Тома, он понял, что занимал отчима больше, чем его симпатичная мать. И так было с самого начала, просто Гарри предпочитал не обращать внимания на эту ненавязчивую заботу. У Гарри была лучшая комната, все его капризы исполнялись, а возражения матери стирались не терпящим возражения взглядом мистера Реддла. Словно он получил в свои руки такого долгожданного сыночка. Но что чувствовал сам Гарри кроме всепоглощающей похоти? Отца он по большей части просто терпел, на мать не обращал внимания, девушки ему докучали и раздражали своим поведением, друзья подлизывались, и только Том вызывал любопытство и удовлетворение. Рядом с ним было хорошо. Надёжно. А ещё Гарри с нетерпением ожидал каждой их новой встречи. Он поймал себя на том, что мог вдруг залюбоваться потрясным телом своего любовника, обратить внимание на то, как перекатываются мышцы под гладкой кожей. Как темнеют его красивые глаза, когда он замечает, как податлив его названный сыночек. Том смотрел на него так, словно был готов сожрать живьём. Или словно готов начать драть прямо там, где поймал своим ненасытным взглядом. Гарри и самому становилось всё мало. Тело его молило о большем. Сколько ещё оттенков наслаждения был готов подарить ему мистер Реддл? Размышления его прогнались лёгким шумом внизу. Вскоре отчим сам появился в проёме двери любимой комнаты во всём особняке. Негодование Гарри было изгнано простым и искренним: «Я так скучал по тебе, Гарри. Не мог дождаться окончания собрания». Том позволил стянуть с себя одежду. Обнажённый Гарри сел на его колени и, оставив лёгкий поцелуй на губах, начал стягивать пиджак, разобрался с галстуком и запонками, а затем расстегнул пуговицы рубашки. Довольно скоро он почувствовал, как в задницу ему упирается внушительный бугорок. У него у самого член налился кровью и умолял о внимании. Гарри поелозил на коленях отчима и, разобравшись с рубашкой, начал гладить грудь Тома, оставляя поцелуи на горячем теле. — Ты ждал меня? — спросил Том. — А теперь будь хорошим мальчиком, и ложись на живот. Приподними для меня свою попку. Гарри послушно всё исполнил. Эта поза была довольно смущающей, но уже привычной. Горячие губы Тома отметили поцелуем нежную кожу. Руки мужчины легли на ягодицы и слегка раздвинули их. Это было волнительно, но Гарри не сопротивлялся и вскоре почувствовал, как влажный язык отчима лизнул его на месте поцелуя. Гарри промычал от удовольствия. Кончик языка Тома прошёлся по промежности, и они синхронно застонали. Том начал вылизывать его дырочку и покрывать её поцелуями. Горячий влажный язык раз за разом проходился по чувствительной точке, уделяя внимание каждой складочке. Пошлые хлюпающие звуки наполнили комнату. Том вылизывал его и при этом стонал. Большие руки вцепились в нежную кожу бёдер Гарри, раздвигая ягодицы. Из рта отчима то и дело вырывались проклятия и смущающие слова. — Какой же ты вкусный, мой самый сладкий мальчик. — Само, блять, совершенство. Широкий и жадный язык толкнулся в дырочку. Гарри не представлял, что может быть так приятно, когда тебя пробуют на вкус. Он был такой влажный и скользкий. — Да, папочка. Да, там, — скулил он. Ещё никогда ему не было так хорошо, но когда ладонь отчима сомкнулась на его члене, то Гарри показалось, что он уже сходит с ума от удовольствия. Язык мужчины медленно трахал его дырочку, чуть-чуть погружаясь внутрь. Гарри стонал и двигал бёдрами, словно хотел насадиться ещё глубже. Так приятно, его тело словно плавилось. — Хороший мальчик, — пробормотал Том. — Тебе это нравится? — Да, папочка. — Какая развратная попка. Он начал ещё интенсивнее вылизывать его, постанывая и загоняя свой язык ещё глубже. Чёрт, похоже, Тома это действительно заводило, учитывая, с каким удовольствием он вкушал задницу любовника. Гарри почувствовал, как пальцы мужчины раздвинули ягодицы, и большие пальцы чуть погрузились внутрь. Первое мгновение было неприятно, но потом под напором ласк он расслабился и потихоньку начал получать удовольствие от пальцев в своей жаждущей большего дырочке. Гарри вдруг понял, что хочет, чтобы его наполнили. Словно угадав его настроение, Том погрузил внутрь ещё один палец и начал медленно ими двигать внутри парня. — Вот так, — прошептал он. — Тебе нравится? Ты хочешь чего-то большего? Ненасытность взяла верх над остальными чувствами Гарри. Правду говоря, он немного боялся, но был готов пройти дальше. Насаживаться на пальцы Тома было уже недостаточно. — Твой член. — Нет, Гарри, скажи это правильно. Гарри повернулся и одарил отчима похотливым взглядом. — Я хочу твой член, папочка. — Конечно же ты хочешь член папочки в своей дырочке. Том удовлетворённо хмыкнул. Он вытащил пальцы и ещё несколько раз лизнул языком припухшую от ласк дырочку. Набухший член с пошлым звуком несколько раз шлёпнул о промежность Гарри. Том уже давно был в полной готовности. Он несколько раз толкнулся в свой кулак, прежде чем приставил горячую головку к входу. Все их яркие ощущения сконцентрировались в одном месте долгожданного соприкосновения. Горячая головка потёрлась о влажную дырочку. Руки Тома сжали ягодицы Гарри, мужчина медленно толкнулся вперёд и Гарри почувствовал внутри себя его плоть. Она медленно входила внутрь, сантиметр за сантиметром, позволяя парню ощутить всю его длину. О, он был огромный! Запредельное наслаждение вперемешку с небольшой болью от размера члена, растягивающего его, наполнило Гарри. Он забыл, как дышать. Вскоре член отчима до основания был внутри Гарри. Том помедлил, давая пасынку время свыкнуться с его размером, прежде чем его блестящий от смазки член медленно вышел. Это было восхитительное чувство наполненности. Гарри мечтал, чтобы оно не покидало его. Он изнывал от удовольствия. Ему казалось, что все его нервные окончания остались только вокруг пульсирующего ануса, сочащегося смазкой и слюной отчима. — Какая похотливая дырочка, так жадно принимает мой член. — Ещё, — выдохнул Гарри. Том медленно толкнулся внутрь. Ноги Гарри задрожали, а задница горела огнём, но ему ещё никогда не было так хорошо, как с членом своего отчима внутри. Рука Тома властно опустилась на мягкую ягодицу и сжала его, чтобы он мог рассмотреть получше место их любовного соединения. Он глухо застонал. — Какой послушный у меня сыночек. Член до основания погрузился внутрь. — Да, папочка. — С таким удовольствием засасывает мой член. Плоть скользнула обратно, разрабатывая дырочку. — Да, так. — Какой чудесный вид. Гарри повернул голову в сторону и поймал их нечёткое отражение на полированной поверхности шкафа. Бёдра мужчины позади него плавно двигались, погружая каменный стояк внутрь Гарри и выскальзывая обратно. Силуэт его крепкого тела и очертания большого члена, исчезающего в растянутой дырочке Гарри, заводили ещё больше. Том постепенно наращивал темп. Вскоре комнату заполнили нетерпеливые шлепки и несдержанные стоны. Гарри начал подстраиваться под заданный темп и толкаться бёдрами в ответ движениям мужчины. Руки Тома обхватили плечи парня и крепко держали, пока мужчина со смачным звуком впечатывал свои мощные бёдра в тело Гарри. Член как влитой скользил по растянутым его членом стенкам, доставая до простаты и посылая волны удовольствия по телу его мальчика. Вскоре в Гарри уже бешено вколачивались, а он только и мог что скулить, постанывая: «Да, папочка», «ещё глубже, папочка». Он уже не мог выдержать, и рука сама потянулась к стоявшему колом члену, чтобы, наконец, даровать себе долгожданное освобождение. Том тоже был близок. — Я же могу кончить внутрь? — прохрипел он. Да Гарри был бы только рад получить всё от оргазма Тома. — Всё что угодно. Толчки стали всё более беспорядочными, Том уже не сдерживался в своих эмоциях. Ещё несколько резких движений, и он излился внутрь с протяжным стоном. Гарри кончил вместе с ним. Блять, это было слишком хорошо. Потрясающе. До искр в крепко зажмуренных глазах. Только один человек мог подарить Гарри такое неземное блаженство. Обмякшая плоть выскользнула из его ануса, и Гарри почувствовал, как по бёдрам потекла горячая сперма отчима. Ноги его не держали. Он устал и хотел лечь, но Том остановил его. — Я хочу посмотреть, как из тебя вытекает моя сперма. Горячая вязкая жидкость толчками выходила наружу, но даже под этим пристальным взглядом любовника Гарри не было стыдно. Пальцы Тома собрали немного жидкости и протолкнули её обратно внутрь. При этом он нежно погладил ноющую дырочку партнёра. Кажется, его заводило то, что он видел. Том лёг и, наконец, позволил Гарри присоединиться к нему рядом. Одной рукой он прижал к себе парня и оставил лёгкий поцелуй на его пухлых губах. — Это было горячо, — прошептал он и снова завладел его ртом. Они безмятежно лежали на кровати, полностью обнажённые и удовлетворённые. Страстные медленные поцелуи утихомиривали бурное соитие, что случилось недавно. Языки переплетались, лениво играли друг с другом. Очередной стон был заглушен глубоким поцелуем. Они долго приходили в себя, позволяя прохладному воздуху в комнате охлаждать их разгорячённые тела. Гарри нравилось ощущать на себе успокаивающие руки Тома. — Мне ещё многому надо тебя научить, — промурлыкал мужчина. Гарри воспринял эти слова как обещание.