Положение

Ким Чжун Хи всегда считала себя достаточно сильной девушкой. В конце концов, ей хватило сил сбежать из дома, как только отчим начал поднимать на неё руку, а мать никак этому не препятствовала. Ей хватило сил найти свою первую работу в 12 лет и даже кое-как совмещать её со школой, поселившись в маленькой подсобке без нормального освещения. Силы были и на то, чтобы не унывать и не отчаиваться, вести свою обычную жизнь и выглядеть, как все остальные девушки, а не загранный в угол зверёк, которого хорошенько так пнула судьба. Хватило сил и на поиски своей единственной и самой настоящей любви, коей оказался молодой начинающий блогер, которому на первых порах девушка даже помогала со съёмками его обзорных видео. На что сил не было — так это на прощение. Ким так и не простила свою мать, которая спустя несколько лет приползла к ней чуть ли не наколенях и распиналась в мольбах и стенаниях, уверяя дочь, что делала все, чтобы её защитить, хотя на деле не ударила и пальцем о палец. Не простила свою бывшую школьную подружку, которая за её спиной растрепала всем о бедственном положении девочки, из-за чего несколько лет в неё с презрением тыкали пальцем. Не простила и парня, который оставил её с огромными долгами и не менее огромными проблемами, и просто исчез, перестав брать трубку и читать сообщения в соц.сетях. А впрочем, нет, проблемы были ещё не так уж и велеки — на тот момент только второй месяц, ещё можно было спрятать все под футболкой большого размера. Но не сейчас, не полгода спустя. И теперь, когда все тот же парень стоял напротив неё в точно таком же зелёном спортивном костюме и неверяще смотрел на давно округлившийся живот, Ким чувствовала, что сил в прощении к другим людям у неё так и не прибавилось за все это время. А вот праведной злости — да. — Ты же говорила, что сделаешь аборт, — медленно произнес Мён Ги и попытался коснуться живота девушки, чтобы лично удостовериться, что ему не показалось, но она тут же сделала шаг назад, не дав ему такой же возможности. — А ты говорил, что любишь меня. В итоге выходит, что мы оба соврали, — напомнила Ким и приобняла живот руками, сразу выстраивая между собой и парнем невидимую стену. — Ты издеваешься? Ты пришла сюда беременная и надеешься выиграть? — У меня нет выбора, если ты вдруг забыл, я вложилась в твой проект, как ты и хотел, и осталась должна. У меня ничего нет. А ты, вместо того, чтобы исправить ситуацию, решил делать вид, что ничего не произошло. Хорошо, это твоя стратегия. У меня друга. — Ты не сможешь играть одна, — не отступал 333-й игрок. — Ты просто не выдержишь. — Я и не одна, — спокойно заметила девушка. — Нас двое. Это ты один. Кстати, сочувствую по этому поводу, уже слышала, как какие-то парни обсуждали то, что с удовольствием раскрасят твоё лицо парой синяков. Вряд ли их кто-то здесь остановит. Ким осмотрела бывшего парня с ног до головы, обошла его и немного неуклюжей походкой пошла за остальными игроками. По обе стороны от них шли охранники в розовых комбинезонах, и по фасону, и по цвету больше похожих на детские. Девушка по привычке погладила верх живота. Она прекрасно чувствовала, как скручивает внутренности, ещё ей ужасно хотелось есть и тошнило одновременно, но вместе с тем она понимала, что сейчас все её силы понадобятся ей как никогда ранее. Здесь слабой быть нельзя — это чревато. — Мы все сможем вместе, — пообещала она ребёнку, который незамедлительно сильно пнул её изнутри в ответ, слабо скривилась и зашла в первую игровую комнату. Перед её взором открылся большой, просторный павильон с одной единственной громадной куклой, расположенной у дальней стены. Все было раскрашено в стиле классического детского сада, но почему-то это обстоятельство только больше напрягало и настораживало. К горлу подкатил очередной рвотный ком. — Пожалуйста, не сейчас. Пожалуйста, — тихо взмолилась она и прошла мимо немного комичной пары очевидно матери и сына. За край ворота куртки женщина наклонила сына поближе к себе. — Эта девочка странно ходит, — тихо произнесла она, обратив внимание на игрока 222. — Я не знала, что сюда пускают беременных. А вдруг это опасно. — Это опасно и для тебя тоже, мама. А она может быть просто ногу натерла, — тут же попытался успокоить женщину её сын, на что тут же получил ладонью по лбу. — Вот балда, я роды принимала у всей нашей деревни, ты что же думаешь, я ребёнка от мозоли не отличу? — возмутилась старушка и подошла к Ким поближе. Девушка постаралась сделать вид, что не заметила этого. Дверь за игроками с треском закрылась. Большая механическая кукла начала медленно поворачивать голову к толпе. — Уважаемые игроки, добро пожаловать в игру «Красный свет-зеленый свет». Правила игры следующие: за пять минут игроки должны пройти от стартовой линии до финишной. Идти разрешается. Бежать разрешается. Ползти разрешается… Уже на этом моменте некоторые опасливо переглянулись. -…Игроки могут двигаться только пока горит зелёный свет. Как только загорается красный — все обязаны замереть и не двигаться до повторного включения зелёного света. Кто двинется — навсегда покидает игру. Кто не успеет преодолеть указанное расстояние за 5 минут, навсегда покидает игру. Желаю удачи. В толпе начались бурные обсуждения. До начала игры оставалось меньше минуты. Ким озвученные правила показались до одури простыми, но все равно все происходящее выглядело так, будто есть какой-то подвох, о котором пока никто не знает. — Держась нас, девочка, если вдруг понадобится какая-то помощь, — вдруг услышала она, и обернулась на голос. К ней с милой улыбкой обратилась та самая старушка, мимо которой она прошла двумя минутами ранее. Женщина красноречиво опустила взгляд на живот девушки, что отчётливо дало Ким понять, что она сразу догадалась о её непростом положении. Из вежливости девушка слабо улыбнулась в ответ. — Спасибо, — негромко произнесла она, хоть и не была уверена в том, что ей понадобится какая-то помощь от этих людей. Один из охранников, стоявших неподалеку от куклы, дал старт началу игры. — Зелёный свет, — объявила кукла и отвернула голову к дереву. Игроки двинулись вперёд. Ким старалась не отставать от остальных и не быть ни для кого-то преградой на пути к финишу, хоть с ее скоростью ей это давалось непросто. — Красный свет, — резко оборвала все та же кукла, что заставило игроков застыть на месте в забавных позах. Воцарилась идеальная тишина, которую, впрочем, тут же нарушила какая-то девушка, вскрикнувшая от опустившейся на её шею пчелы. Щелчок, оглушительный выстрел — момент замирания сердца. Все игроки без исключения медленно перевели взгляд к эпицентру событий. Ким не стала исключением. Игрок под номером 196 действительно навсегда покинул игры из-за неосторожного движения. Без права на второй шанс. Как и обещали объявленные правила. — Всем стоять! — закричал кто-то сзади, чем ещё сильнее напугал толпу. — Они застрелят всех, кто только подумает дернуться. Без паники. Не шевелитесь, сохраняйте спокойствие. От страха Ким закрыла глаза. Несмотря на предупреждение неизвестного мужчины, вокруг начался хаос и дикая паника. Люди, побросавшие свои места, устремились обратно к закрытой двери. Послышалось ещё несколько пулеметных выстрелов. Песок вокруг стал быстро приобретать багровый оттенок. — Не двигайтесь! — снова закричал мужчина, прикрывший рот собственным локтем. А Ким от страха и не могла. Все тело сковал леденящий ужас от осознания реальных условий этой детской игры. — Зелёный свет, — послышался механический голос. Оставшиеся в живых люди, как безумцы, рванули вперёд. — Двигайтесь в колоннах за более высокими игроками, — раздавал указания игрок под номером 456 и шёл чуть ли не последним в этой толпе. Мимо девушки уверенно пронёсся мужчина в очках. За руку он крепко держал свою маму, в любой момент готовый завести женщину за собственную спину. — Иди-ка сюда, — на бегу бросила старушка и осторожно, но быстро схватила Ким за локоть. — Будешь за мной. Это ужас, что твориться, не нужно тебе одной это все проходить. Девушка не сопротивлялась. Почему-то ей показалось, что эта женщина знает, что делает, а потому Ким послушно пошла след в след за ней слегка пригнув голову. — Красный свет. Все замерли. Мужчина впереди закрыл собой их обеих и изо всех сил старался избегать даже малейшего движения, на всякий случай задержав и дыхание тоже. Его мама прикрыла рот рукой. — А ты дыши, маленькая, иначе заболит низ живота — не сможешь идти, — тихо посоветовала она Ким. — И ничего не бойся Так нервничать — вредно для малыша. — Зелёный свет. Их небольшая цепочка из трех человек снова двинулась вперёд. Девушка заметила, что за ней тоже начали пристраиваться другие игроки. 456-й все продолжал раздавать приказы и советы остальным, а сам замыкал одну из подобных колонн, чтобы контролировать количество убитых людей. Страх медленно покидал её тело, на смену ему пришло непреодолимое желание выжить. — Осталось ещё немного, — заверила её женщина впереди и немного выглянула из-за спины своего сына. — Сколько там ещё? — Метров 40, — ответил мужчина, прежде чем снова объявили красный свет. Ким глубоко дышала, чтобы подавить тошноту. Старушка, услышав это, не разжимая губ, начала напевать какую-то старую колыбельную. Девушка постаралась сконцентрировать на мелодии все свое внимание. Она даже приблизительно не знала, где сейчас находился игрок номер 333, но была уверена, что с его-то наглостью и безразличием ко всему и вся он точно не умрёт, а потому даже не отвлеклась на мысли о его судьбе. Её больше заботил ребёнок, как и все последние полгода. — Давай, милая, последний рывок, — женщина покрепче взяла её за руку и потянула за собой. Ким поддалась. За полторы минуты до конца все трое пересекли победную финишную линию. Старушка тут же обняла девушку за плечи. — Все хорошо? — сразу спросила она. Ким несколько раз кивнула. — Я благодарю вас и вашего сына, — все еще негромко произнесла она, на что женщина, как истиная мама, лишь погладила её по волосам. — Нас не за что благодарить, святой долг каждой матери — помогать другой матери, каждого мужчины — помогать женщине. Все закончилось, и это главное. Ким Чжун Хи тепло улыбнулась. — Чжун Хи, — позвал её 333-й игрок, как только точно так же добрался до финиша. Девушка вдрогнула от неожиданности и опустила глаза. Женщина, заметившая это, снова завела её за свою спину и сложила руки на груди. Мён Ги подошёл ближе. — Ты чего её так пугаешь, хочешь, чтобы она прямо здесь разродилась котятами? — строго спросила старушка и не позволила парню сделать ещё хоть шаг. — Пожалей девочку. Иди. Потом подойдёшь. Может быть. Ей дышать нечем, слишком много людей. Мён Ги попытался поймать взгляд бывшей возлюбленной, но она упорно избегала любого контакта, прячась за спиной женщины. В конце концов, парень сдался и ушёл в другую часть комнаты. — Отец? — поинтересовалась 149-я, на что девушка не ответила. — Тьфу, не нужны нам такие отцы. Идём, поищем, как отсюда выйти. Женщина взяла Ким за руку. Краем глаза девушка все-таки приметила Мён Ги в толпе, но быстро отвернула голову. Не он позаботился о ней в этой игре, не ему касаться их с ребёнком руками, которые по локоть в сгоревшей крипте.