Я здесь

Знал бы Драко какую боль он испытает от злосчастного Национального Героя, то никогда бы не заговорил, и, тем более не протянул бы руку в первый день встречи с Мальчиком-Который-Выжил. Хотя он знал себя лучше всех. Он бы сделал это в каждой из вселенной. Даже если Поттер отвергал его инициативу раз за разом. В голове словно разноцветным калейдоскопом проносились все его попытки привлечь внимание мальчика с шрамом. На протяжении многих лет, которые длились для него будто кто-то специально замедлил время, чтобы он страдал, Малфой всячески задирал, оскорблял и порой даже дело доходило до тумаков. Он никогда не забудет разочарование и презрение в глазах Поттера, когда он в очередной раз назвал Грейнджер грязнокровкой, а Уизли неотесанным нищим. Самому Гарри прилетали менее язвительные клички, но всё же это укоренилось в нем словно вторая кожа и избавиться от такого поведения было невозможно. Каждый восхищенный вдох, каждый взгляд, что он бросал на брюнета он скрывал ото всех, особенно от слизеринцев. Скрывал даже от самого себя, намертво отказываясь принимать горькую действительность. Спустя время становилось легче контролировать эмоции на лице, сохраняя презрительные усмешки и грубые слова. Однако чувства неволей разгорались. И когда Поттер появился в его мэноре, он чувствовал одновременно облегчение и обреченность, ведь в реальности всё обстояло не так, как в его фантазиях. Брюнет ненавидит его, логично. Он бы тоже ненавидел. За боль, которую он принес его родным, за то, что является Пожирателем Смерти, хоть и не по собственной воле, за то, что втянул в это слишком много невинных людей. Он виноват, но не мог чувствовать ничего, кроме разъедающей его пустоты. И сейчас он снова оказался напротив маленького Гарри, стоя на лестнице чуть повыше него, Драко протягивает ему руку, даже слегка потную от волнения, хотя он всем видом выражал спокойствие и уверенность. Уверенность в том, что они станут друзьями, легче легкого. Проникнется их компанией, бросив этого рыжего и заучку и присоединится к Малфою с Кребом и Гойлом. Но он даже не мог представить тогда, что тот предпочтет ему этих двух. Всё же гриффиндор и слизерин никогда не были приятелями. Вот он говорит что ему всё равно на неравность семей волшебников и друзей он будет выбирать по собственной воле, и рука Малфоя так и повисает в воздухе, не успев пожать ту руку, того самого мальчика, о котором он много слышал из рассказов родителей и книг. Вокруг смешки и шепотки других учеников, а внутри блондина разбилось кое-что очень хрупкое, такое маленькое, но ценное, на мелкие кусочки. Собрать которые он не в силах даже спустя время. Он чувствовал как горло сдавило горьким комом прямо там, окруженный учениками других факультетов, глядя прямо в зеленые глаза Поттера, которые скрыты под круглыми очками, кристально чистых как мелкое озеро, которое он посещал вместе с мамой в детстве гуляя по аллее магглов. До чего же идиотское сравнение. И резко он почувствовал легкое поглаживание на виске, такое невесомое, но до боли знакомое и невольно прильнул к прикосновению. Спустя пару секунд к нему пришло осознание и он медленно открыл глаза. Мягкий свет прорезал комнату, давая солнечным зайчикам прыгать по белоснежным стенам и играть на его лице, отчего он снова на пару секунд закрыл глаза. Почувствовав чье-то присутствие он повернул голову и только потом заметил человека, сидящего на стуле рядом с его кроватью. Человек одной рукой поглаживал светлые волосы Драко, заправляя непослушные пряди за ухо, а другой рукой уперся в матрац, наклонившись над лежащим. Слизеринец ожидал что угодно, только не его. Кошмар, что мучает его всю жизнь и одновременно несбыточная мечта. Так то был всего лишь сон из прошлого… Поттер склонил голову над ним и глухо рассмеялся, облегчение сквозило в его голосе. — Ты наконец пришел в себя, Драко. Я уже собирался отправить письмо Гермионе. Ты не просыпался долгое время, я подумал, что даже если лекари в Мунго говорят, что у тебя нет серьезных проблем с ранами, но вдруг они ошибаются. Гермиона лучше всех разбирается в медицине, ты же знаешь. Поток его слов словно отрезвил блондина. Он аккуратно приподнялся на локтях при помощи Гарри и поморщился от резкой боли в затылке будто туда без конца били заклинаниями и под конец засунули гвозди. Он бросил короткий взгляд на брюнета и хмыкнул, осознав насколько потрепанным выглядит он. Видно, что он сильно беспокоился, хоть и выглядит чертовский довольным с этой его улыбкой. Наконец он понял, что то, что он чувствовал и видел буквально минуту назад было всего лишь кошмаром, сном, который он привык видеть. Но действительность была намного намного лучше. Ощущая мягкое прикосновение рук Поттера, нежный взгляд его зеленых глаз, что он задерживал на нем. Всё доказывало, что он не в том самом месте, в холодных стенах школы, а здесь, рядом с особенным человеком. Блондин усмехнулся, чем немало удивил гриффиндорца и сказал тихим голосом словно их мог кто-то услышать. — Ты здесь. Эти два слова оживили Гарри и он радостно накинулся на Малфоя, обняв за плечи. Они оба испытывали счастье, разделенное на двоих. Кошмар, который преследует Драко с самых малых лет, испарился в мгновенье под надежными объятиями возлюбленного. Он точно знал, что теперь эти сны больше не будут его беспокоить. Гарри уж точно не даст ему впасть в этот мрак снова.