Свет Первого Дома

Оказаться вне паучьего леса оказалось на удивление приятно. Боевой дух эльфов возрос многократно, даже в отсутствие Маглора они стали напевать песни и постукивать своими ногами в такт. И сам Феанор приободрился, когда увидел свет и нормальную природу. И при этом вокруг не было ни единого следа пауков. Уже даже появилась надежда, что и правда вся паучья армада погибла в Гаванях. Надо найти дракона… Но ещё более удивительным оказался довольно большой город, который эльфы заметили на другом берегу реки. И, похоже, он был весьма населённым — из него исходил сильный дым, кукарекала какая-то домашняя птица. — Надеюсь, не очередная ловушка и не иллюзия, — заметил Маэдрос. Нет, Маитимо. Теперь только Маитимо. — Быть может, Глаурунг где-то рядом. И чудовища боятся приближаться, так что здесь могут жить люди или эльфы. Я считаю, надо посетить этот город и расспросить местных. Отправлюсь я, Саурон и Карантир, остальные встаньте лагерем и ждите нас. Эльфы подчинились и постарались разместиться на краю леса, чтобы их не было видно слишком хорошо. Теперь уже не было так страшно оставаться в лесу — ведь было хорошо видно, где его край, да и пауков так близко к живому поселению много быть не могло. Эльфы принялись развешиваться на деревьях и готовиться к отдыху. Принцепс и его спутники же нацепили плащи, под которыми их величественная броня не была видна, и направились к поселению. Через реку был переброшен весьма большой мост, что было очень кстати, так как река Гелион отличалась толщиной. По нему удалось пройти дальше, в город, который практически не охранялся — были какие-то вооружённые алебардами стражи, но они на путников даже и не посмотрели. Оказалось, что жили здесь в основном люди, но также имелось и некоторое количество гномов, занимавшихся разработками рудников. И тут герои вышли на след, который они так ждали — эти малыши работали в местных шахтах, но несколько месяцев назад там завелось множество пауков. Первым делом Феанор осмотрел все вывески и дома на предмет известных ему символов, и даже разочаровался, ничего не обнаружив. Что ж, отдых потом. Довольно быстро, проплатив где надо золотыми монетами, а где надо применив дар убеждения и осанвэ, Феанор смог войти в дом одного из гномиков — они жили как бы параллельно с обычным городом, в своеобразном норном городе. Жили они под землёй, под обычными зданиями, и высокорослому эльфу пришлось сильно нагнуться, чтобы войти в подземное жилище. Саурон с Карантиром остались снаружи и принялись наблюдать за вяло летающими над поселением серыми гусями. Феанор же принялся допрашивать старого гнома, который с явным неодобрением на него глядел: — Мы — странствующие борцы с чудовищами, ваша пещерность, и нас интересуют пауки в шахтах. — Сколько стоит? — немедленно перешёл к делу пожилой гномик. Его суровое бородатое лицо смотрело на Феанора без всякой тени насмешки. Он говорил всерьёз. — Мы уничтожим пауков, но нам нужна информация. — Вот как, но зачем-то вам это надо? Не надо тут этих сказочек про добрых защитников всего живого, ладно? — Говорят, недалеко живёт дракон. Это так? — А! Хотите его завалить и продать потом шкуру? Говоря, у эльфов Дориата чешуя дракона очень ценится. — Вроде того… — решил не спорить с бородатым коротышкой Феанор. Гномы были весьма прагматичны и ценили только деньги. Из-за этого с эльфами у них регулярно случались стычки. — Был тут дракон. Пронёсся как молния, ночью. Только мы его и видели. Направился в сторону заброшенных шахт. Большой, золотой, бескрылый — словно червяк, но бронированный. Долго мы потом боялись в ту сторону ходить. А потом приползи пауки. Ящер ли их привлёк, или что. Они там ползали, гнездились, но на нас не нападали. А несколько дней назад десятки тысяч пауков направились строго на Запад. Мы все по домам попрятались, люди тоже, но они на наш город даже не посмотрели. Ползли, ползли и ползли. Так что пауков в шахтах осталось, думаю, мало. — Десятки тысяч? — уточнил принцепс. Он вспомнил количество пауков в разрушенных Гаванях и подумал, что мертвых пауков там было от силы две-три тысячи. Никто не стал вести учёта членистоногих трупов, их и касаться то было противно — и восстанавливать Гавани было сочтено бессмысленным — но десятков тысяч пауков там не было. Куда же они направились? Снова в Аман, по морю, как первая волна, которая и привела нолдор в Средиземье? — Именно. У нас молодой гномик ноги сломал, работать не мог. Сидел у окна и считал. Говорит, тысяч пять мимо точно прошло. А ведь они в несколько рядов ползли. Значит, было их ещё больше. Жирные, толстые, некоторые были с двухэтажный дом. — Благодарю вас, почтенный Калдор. Феанор отдал гному десяток золотых, сочтя информацию весьма ценной, пообещал обеспечить безопасность шахт, и на глазах удивлённого гнома покинул его нору. Тот лишь качал головой — и правда что ли, великий и благодатный герой? Не только не взял денег, так ещё и сам заплатил… А император эльфов не терял времени даром и немедленно повелел Карантиру привести два десятка преторианцев, из нового набора, и немедленно отправился в шахты вместе с Сауроном, сказав, что подождёт их там. Дракон был совсем близко. А с пауками, тем более высокими, которых в Гаванях не было — и куда только они отправились — разберутся потом.

***

Шахты были основательно пропаутинены, но самих пауков не было. Феанор приказал отряду соблюдать максимальную осторожность и они начали своё продвижение по шахтам. Но и внутри, похоже, никаких чудовищ не было, хотя расслабляться было нельзя. Что, если пауков тут и правда нет, но внезапно вылезет какая-нибудь гидра, как в гаванях? Хотя отряд и углубился довольно глубоко, так что даже обычные факелы уже практически не работали, спасал лишь Саурон, который освещал путь магией. Преторианцы плелись сзади и прикрывали тыл, но в условиях довольно тесного туннеля им было тяжко одновременно следовать за господарями и сохранять бдительность. Казалось, в них и вовсе нет смысла — кто тут может напасть? Однако вскоре пещера значительно расширилась и Феанор вышел на большую площадку, рядом с которой обрывалась гигантская пропасть, дна которой не было видно. Дальнейший путь спускался вниз по краю пропасти, которая постепенно сужалась — видно было, что гномы здесь добывали что-то важное, и выдалбливали путь вниз в формате своеобразной воронки. Феанор начал спускаться вниз. Вокруг был древний камень, на котором, как и на стенах воронки было огромное количество паутины. Похоже, здесь было логово, из которого десятки тысяч пауков отправились в свой мрачный поход. Император стал спускаться вниз, и внезапно под его ногами стал рушиться камень. — Назад! — успел выкрикнуть он и свалился в пропасть. Великий принцепс падал, и падение оказалось достаточно долгим. Он уже ожидал, что спустя несколько секунд, на крайняк — пару десятков — его тело обрушится на дно шахты, на камни, или на минералы, и его дух отлетит в Мандос, конвоируемый духами Намо, которые немедленно подлетят на запах мертвечины, но он всё падал и падал. Затем он заметил, что над ним падает кто-то ещё и понял, что это Саурон, который видимо сразу же спрыгнул и теперь магией замедлял время, а вместе с ним и падение. Саурон был весьма сосредоточен, хотя сильный ветер потрепал его одежду и сорвал с него штаны, так что стал виден его питоша, который под действием гравитации — или не только — был призывно направлен вниз — прямо на Феанора. Он развевался как флаг. Это придало Феанору надежды. Он стал ждать. Жди и надейся, как говорили величайшие из нолдор. Магия действовала, и вскоре принцепс словно парил в воздухе, медленно спускаясь на дно шахты. Оно всё было в острых камнях и сомнений не было — если бы падение состоялось обычным образом, он бы уже был мёртв, а подлые духи повелителя залов мёртвых крутили его душу. Наконец он приземлился, а рядом опустился Саурон. — Всё в порядке, главк? — спросил мощный рыжий чародей. — Не забудь напомнить, чтобы по возвращении выдал тебе ещё несколько званий, — отвечал Феанор. Маг действительно сработал очень оперативно и смог предотвратить весьма вероятную смерть Императора. Такой подвиг следовало вознаградить, — надо выбираться. Он заметил, что со дна пропасти куда-то шёл довольно просторный тоннель и направился туда. Саурон следовал за ним, а сам Феанор двигался медленно и наготове держал свой большой меч, готовый вонзить его во врага. Тоннель был длинным, и в нём почти не было освещения. Слегка мерцали лишь грибы, росшие на потолке, и Феанор попросил чародея не создавать магический свет. Он опасался, что где-то здесь пребывает паучиха Унголиант — кто ещё, как не она, могла породить и отправить такие орды пауков? Он усилил своё чутье нолдорана, готовый среагировать на малейший квант движения. Но двигались только они с Сауроном. И вот они оказались в большой просторной пещере. Под ногами Феанор заметил множество остатков яиц — именно из них вышли пауки, которые затем направились в Гавани и перебили там всех эльфов. — Зажги свет, парень, — наконец сказал он. У дальнего края пещеры лежало нечто массивное, но оно не шевелилось, и Феанор уже успокоился — это была не гидра. Но всё же очертания были какими-то странными. Саурон организовал свет, и Феанор вскорости смог разглядеть. Это были покрытые паутиной кости, внутри которых находились тысячи и тысячи яиц. Точнее, остатков яиц — это была колоссальная кладка. Эльф подошёл и стал рассматривать кости — прочные, толстые, древние. Затем он стал обходить останки и заметил на костях чешуйки — золотые чешуйки, которые были ему хорошо знакомы. Это были останки Глаурунга. Пауки и правда опутали дракона сетями, а затем использовали его тело как источник тепла для того, чтобы породить немыслимые орды тварей. Вероятно, помимо тепла они подпитывались и магической энергией дракона, полностью пустив его на топливо. Теперь стало понятно, откуда было настолько много пауков. Мелкие твари поглощали силу Глаурунга, которая была действительно колоссальной, и за счёт этого Унголиант смогла за короткое время произвести огромное воинство. Так погибли все надежды Феанора на то, что он сможет найти дракона. Ящерица решила уползти в Средиземье, и нашла там свою смерть. Его экспедиция не имела смысла с самого начала. И ведь не удалось найти и убить Унголиант — она была здесь, она оплела сетями ящера, но затем покинула эту шахту. — Поднимаемся, — кратко гавкнул Феанор, не оставляя время для раздумий.