Принц из Слизерина

      Мои сны ушли. Только я никак не мог понять почему… Из-за отсутствия стресса или присутствия Драко. Мне очень нравилось засыпать и просыпаться с ним. Утром Тео и Блейз извинились перед нами. Я простил их быстро, потому что особо не злился. Я больше нервничал, думая, что Драко отдалится от меня, переживая за свою репутацию, но он видимо решил, что дружба со мной ему нужна больше, чем мнимая репутация. Хотя я сам в это не верил. Возможно, он не думал, что такие слухи ему навредят, я же всё-таки «герой». Но я знаю, что его семья всё ещё на стороне уже мертвого маньяка-психопата. Я не понимал, почему Драко не может простить своих близких друзей, ведь его реакция не была такая уж буйная и отрекаться от Забини и Нотта явно не было нужды. Несмотря на это, Малфой всё равно долго водил носом от Тео и Блейза, те ему на завтраке чуть ли не прислуживали. Но когда поняли, что это бесполезно, стали приставать ко мне. Сначала я отнекивался и просил разбираться с Драко самостоятельно, но когда их нытьё стало надоедать, мне пришлось просить у наглого и вредного хорька сжалиться.       – Малфой, может хватит им? Вот я их еще утром простил, а ты все дуешься и дуешься! – я пытался его пристыдить, но тот только возмутился такой моей дерзостью:       – Поттер! Они смеялись над нами ВМЕСТЕ с этими вшивыми львами! Как ты мог их так просто простить? – вот теперь мне всё понятно… Его раздражает, что они поддержали гриффов, а не его. Да, обиднее всего был смех Блейза, но что с ним делать? Такой уж он человек. Кстати мулат переживал сильнее Тео, что было понятно. Но от слов Драко он прям сильно приуныл и я даже начал переживать за него. Поэтому решил действовать вообще нелогично, зато по наитию. Оно меня никогда не подводило. Поэтому я прошептал бедняжке на ухо «Блейз, бери Тео и идите куда-нибудь далеко, я поговорю с ним», он уверенно кивнул, схватил Тео и побежал так быстро, что только пятки сверкали.       – Эй! Вы куда? Что стыдно стало? – крикнул Драко и посмотрел на меня. Я улыбнулся схватил его за локоть и потянул к ближайшем подоконнику, чтоб не мешать остальным. – Чего ты меня тянешь? Да что случилось? – блондину очень не нравились мои действия и он жутко шипел на меня.       – Хорек, может хватит их терроризировать? Вон наш Блейзи места себе не находит! Уже завтрак прошел, а он еще ни разу не пошутил! Можешь попросить у них что-нибудь, а не игнорировать Блейзи… Ладно Тео, он особо не переживает, но он толком и не смеялся над нами!– я говорил очень тихо и смотрел в глаза Драко таким взглядом будто умираю от всего этого.       – Раз ты решил называть меня животным, я тоже буду! Так что смотри, не обижайся, хитрый Лис. И не смотри на меня так! Убирай эти жалостливые глазки, помилую я этих предателей! – я довольно улыбнулся и как девчонка захлопал в ладоши, но быстро осёкся. «Черт! Это все Панс, уже перенимаю её привычки». Малфой тыкнул меня в плечо и мы пошли на уроки.       Драко сдержал обещание и простил этих двух несчастных «предателей». Блейз был безмерно рад и получил штрафной балл за крики во время занятий. И наконец начались спокойные будни, мы учились, гуляли, играли, делали домашние работы и слушали сплетни от Панс. В неделю песни проиграли гриффы. Малфой был так счастлив! Он собирался насмехаться над ними всеми своими возможностями. Зелье мы смогли получить с трудом. Просто так декан что-то давать не собирался, истинный слизеринец! Он потребовал пройти тест нашим кандидатам и если хотя бы кто-нибудь справиться, то победитель сварит нужное нам зелье под личным наблюдением профессора. Блейз и Малфой решили попытать удачу. Справились оба, но блондин решил уступить место мулату. Забини под наблюдением Снейпа сварил отличное зелье и профессор дал ему дополнительную литературу по его науке, сказав, что такой талант упускать нельзя.       Пели гриффы в разнобой и было это очень смешно! У меня начинали болеть щёки и живот, а львы краснели. Рон пищал, Невилл хрипел, Дин завывал, но это всё цветочки! Выделялась больше всех Гермиона, которая пела как оперная актриса. Наше соревнование набрало оборот и все вокруг о нём говорили. Поэтому на это воскресенье в читательском зале было полно народу. Все также смеялись, слизеринцы радостно вскрикнули, когда узнали о нашей победе, гриффы разочарованно простонали из-за проигрыша своих. Нашим оппонентам было очень неприятна такая толпа и я полностью их понимал… Если бы мне пришлось петь почти перед всей школой, я бы обязательно забыл текст и превратился в заику. Допустить такого позора было нельзя и нужно было срочно что-то придумать. У меня в голове родилась невероятная идея и я попросил львов дождаться когда все уйдут.       – Наше с вами соревнование набрало небывалую популярность! Тут очень скучно и нет никаких развлечением, я понимаю народ. Но позориться перед всей школой не хочется, поэтому предлагаю устроить всем им квест! – слизеринцы не понимающе на меня уставились и я в двух словах объяснил смысл слова «квест». Это было достаточно сложно, потому что сам был очень поверхностно проинформирован. – Мы с вами пустим слух, что место будет каждый раз меняться, но где именно оно будет никому не расскажем и пусть самые хитрые и умные найдут нас. Поэтому вы, львы, должны найти заброшенный класс и сообщить где оно ближе к концу недели. Как вам?       Все стояли с открытым ртом, Забини начал хныкать «я тоже хочу участвовать в квесте, а не играть в нём шутом», гриффы сильно задумались, взвешивая все за и против. Я в свою очередь терпеливо ждал. Начал переговоры Уизли и опять с наезда… Как же это напрягает! Знаю, что у него такой характер, он не глупый, но слишком гордый, везде видит предательства и готов защищаться как в последний раз. Но почему он такой? Может из-за количества старших братьев?       – А почему это мы должны класс искать? – ответ на его вопрос у меня был, поэтому не растерявшись я быстро ответил.       – Ну зелье сегодня принесли мы, теперь вы ищите класс. Можете искать помощи у взрослых, но ученики никак не могут помогать, а то опять народу набежит. – рыжий опять нахмурился, а Дин важно закивал и сказал, что все честно и он полностью согласен с моей идеей. Рон сдался через пол минуты и тоже дал добро, за ним согласились и остальные. Хм, это что получается, среди Львов начальник Рон? Интересно!       – Отлично, мы сейчас пошепчемся и предложим наказание!       Да, мы все подумали о предстоящем штрафном позоре, но так и не решили чья идеи подходит. Я повернулся к друзьям, Панс осталась с нами, ибо была частью нашей компании и прогонять её не в наших интересах. Все начали что-то предлагать и снова спорить чья идея лучше. Что-то было скучным, что-то нельзя исполнить, что-то слишком позорно. В итоге мы предложили не плохую, но не идеальную идею:       – Мы предлагаем, чтобы проигравшие в понедельник пришли на завтрак с нарисованными усами, потом можно будет их стереть. – парни явно были не против, но Гермиона сильно смутилась и сразу возмутилась.       – Я против! Нет, ни за что! – Драко, который предлагал идею тяжело вздохнул и повернулся к нам расставив руки по разные стороны. Это было смешно, но посмеяться мне не дала очередная идеальная идея. Да я просто гений в сфере фантазии! Я вскинул палец вверх и сказал, что у меня есть новое и шикарное предложение. Все повернулись ко мне и я продолжил.       – Это магловская игра, очень веселая. В ней надо показать животное, которое тебе скажут на ушко, а остальные должны угадать! Давайте победители будут задавать животное проигравшим?       На мое удивление слизеринцы не стали воротить нос от этого предложения и согласились. Из львов сразу согласились Дин и Гермиона, видимо потому что знали эту игру. Невил и Рон посмотрели на товарищей, но заметив уверенность в глазах тоже согласились. Грейнджер заручилась научить играть своих товарищей, а я пообещал тоже самое на счет моих. На том и разошлись. Учеба и спокойная жизнь продолжилась, слухи про смену места разошлись на всю школу и даже учителя знали про наши игры. Последние почти все были «за» и тоже хотели бы участвовать в нашем маленьком квесте, кроме Маккошки. Она нудила нам всем, что школа это место для учебы и мы не должны забивать наши головы ерундой. На мое удивления все недовольства уладил директор, который на одном из ужинов сказал, что поддерживает соревновательный и развлекательный дух. И бедная МакГонагл ужасно расстроилась и перестала читать нам лекции о предназначении школы.       С деканом мы начали видеться реже из-за прибавления у него обязанностей связанных с подготовкой старших курсов к экзаменам, но вместо вечерних чаепитий я стал углубляться в свою родовую магию.       Оказалось, что легилименция и окклюменция прочно связанны между собой. Я погрузился в изучение теории с головой! Каждая новая глава влюбляла меня в эту магию. Мне очень понравилась система защиты разума и само его описание. В ужасно ветхом филиале, который мы нашли на дальних полках библиотеки, было написано, что разум это место или помещение. В нем есть двери и за каждой из них прячется воспоминание, на которые я могу вешать замки. Так же там говорилось, что чтобы погрузиться в свой разум требуется медитация, но мне казалось, что большую роль играет фантазия. Я представлял место и двери, пробовал открывать их, но внутри не было никаких воспоминаний. И на одной из встреч я пожаловался на это декану, но тот только фыркнул и казалось сдерживал смех.       – Гарри, фантазия это не то! Используя фантазию, ты можешь представлять каждый раз разные места, но при погружении в разум место или помещение меняться не должно, могут только прибавляться замки на дверях. Поэтому если так хочешь погрузиться в разум пробуй медитацию.       – Хорошо, профессор! – потом разговор ушёл в другое русло.       Ближе к отбою мы вернулись в гостиную, но веселиться и отвлечься у меня никак не получалось. Я все рассуждал сам с собой о разуме и фантазии, о ответе декана на вопрос и его снисходительном тоне. Это всё давило на меня и никак не отпускало. Позже мы пошли спать, Блейз и Тео быстро уснули, а Драко только начинал сопеть, но сон его уходил. А все из-за меня. Ночью я никак не мог уснуть, потому что мне было очень стыдно. Моё тело все ворочалось, мой нос фыркал, хотя я пытался прекратить, мои предательские губы с громким чмоканьем открывались. А голову и мысли затопляли страхи и сомнения в себе. Как я мог предположить такую глупость? Но тут Драко резко сел, задвинул балдахин и опять наложил заглушку на нас.       – Ну… Рассказывай! – Хорек смотрел на меня укоризненно. А я только подумал, что меня сейчас выгонят за «громкое и жалкое дыхание»! Блондин пихнул меня ногой и опять сказал «Рассказывай, Поттер!». Я вообще не хотел открывать свои переживания кому-то, но это был Драко, поэтому после короткого молчания мне пришлось всё рассказать.       – Я думаю о том как опозорился перед Северусом… – Малфой непонимающе на меня уставился, а я тяжело вздохнул и начал объяснять – Я на самом деле очень боюсь, что надоем твоему крестному и он откажется от меня! Я стараюсь всеми силами… Учусь, не нарушаю правила, не шалю на переменах. Да я весь такой хорошенький мальчик! И тут так глупо провалился. Фантазия, Хорь, я подумал, что фантазия и разум похожи! Я такой глупый. – Драко тяжело вздохнул, лёг на мое плечо и тихо сказал:       – Как я мог подумать, что ты Лис? Глупых Лисов не бывает, а ты глупый! Буду называть тебя Кроликом, глупый трусишка Кролик! – Малфой улыбнулся и перекинул через мою грудь руку поудобней устраиваясь на мне, а я больно ущипнул его в знак протеста такому новому прозвищу. Хорь не обратил на это внимание и продолжил – Тебя уже приняли. Со всей любовью, что может дать чёрствый человек. И не бросит он тебя! Северус самый упёртый человек, которого я знаю. Он даже более упёртый чем мой отец! Он из тебя сделает самого молодого великого мага-аристократа, даже если ты будешь сопротивляться! Если не веришь в чистоту его намерений, посмотри на это с другой стороны, м? Ты последний из рода его матери, ты должен будешь продолжить род, а всякий дурочек с этим не справится. Так что готовься, Поттер, крёстный замучает тебя! И никогда не отвяжется, ахаха. – я улыбнулся, пару слезинок вытекло из моих глазах. Я секунду помялся, но потом крепко обнял своего друга. Как так получается, что он понимает меня лучше всех? Никак не могу поверить, что за три недели можно настолько сблизиться с человеком. Я принял четкое решение начать медитировать и стать могущественным магом, чтоб оправдать надежды Драко и нового дядьки! Как непривычно называть пугающего декана, жуткого профессора и великого зельевара своим дядькой. А как сам «ужас студентов и подземелий» отреагирует на моё «Дядя». С такими мыслями я медленно засопел куда-то в макушку уже пускающего на меня слюни Малфоя.       Видимо я недооценил силу и сложность магии, но медитировать никак не получалось. А если и получалось, то никакого разума я не видел. В некоторые отчаянные моменты я думал, что никакого разума у меня и нет вовсе! Я считал, что нужно чаще пытаться погрузиться в себя, но везде были люди и суматоха, а ночью мне нужен был сон, желательно с Хорьком, который очень чутко спит. Учебу прогуливать я не решался и очень расстраивался, что никак не мог найти место для медитации. Конечно можно было попытать счастье на выходных, но в субботу у нас будут излюбленные прогулки, на которых Драко будет рассказывать нам истории связанные с магическим миром, войнами и легендами. Пропускать это считалось преступлением, да и не хотелось вовсе! Малфой был бы идеальным преподавателем, слушать его одно удовольствие. Но в эту субботу я украл у него чуть-чуть времени и объяснил суть нашей игры-наказания.       На завтраке, в воскресенье нам передали листочек с местом встречи. Гриффы действительно хорошо справились с местом и нашли его только парочка когтевранок, трое мальчишек с Пуффендуя, трое гриффов, а именно близнецы Уизли и Ли Джордан и двое старших из Слизерина. Ну и мы конечно взяли с собой Панс. Людей было не так много как в прошлое воскресенье, но достаточно для распространения слухов, поэтому не идеально.       Проиграли снова львы, но с отрывом в один балл, поэтому они очень расстроились, ведь победа была так близка. Было заметно, что из-за проигрышей их близость и дружба рвалась по частям. Они все зло смотрели друг на друга, обвиняя в провале. Я не стал залезать в личные отношения гриффов, ведь это точно не моё дело.       Время наказаний началось! Рону задавал Блейз, Гермионе в свою очередь Тео, а я Дину, Драко же достался Невилл. В этот раз это снова было очень смешно. До боли в животе и щеках. Уизли краснел и пытался рычать, показывая грозного льва, Грейнджер прыгала пародируя лягушку, Дин махал руками и издавал звуки, пытаясь стать правдоподобной совой, а Невилл пыхтел и крутился туда-сюда показывая хвост павлина. Конечно дольше всех мучились Томас и Лонгботтон.       Прошел месяц с момента моего первого появления в стенах этой школы. Моя жизнь стала насыщенной, я узнал о биологической маме, о родственнике-волшебнике, о странном директоре. А ещё о невероятной дружбе и верности. Мы стоим друг за друга горой даже если не согласны с поступками или мнениями человека из нашего Дома. Старшие ребята всегда помогают нам, объясняют новые темы, защищают и дружно сбегают из школы по субботам. Я влюбился в этот мир и в волшебство. Начал ощущать как оно из грудной клетки перетекает в мои пальцы, а после в палочку, когда я занимаюсь творением чудес.       В понедельник уже половина школы знала о наших заданиях со всеми подробностями. В обед мы уже стали местными знаменитостями. Парочка старших когтевранцев хлопали Рона по плечам и называли львёнком. Уизли сначала сильно злился и собирался оставить наше соревнования, чтоб прекратить издевательства. Но его быстро переубедили собственные братья-близнецы, принимающие ставки.       А вот нас позвали в закрытый клуб слизеринцев, с которым помог в своё время Снейп. Мы были очень удивлены, что такое вообще существует. Оказалось, что в нашей школе есть кружки по интересам и этот клуб представили именно таким мероприятием. Каждый год выбирают старшекурсника, который будет отвечать за весь процесс работы тайного клуба слизеринцев. Профессор поддержал желание старших тренировать боевые заклинания, заниматься спортом и учить принципы дуэли, но потребовал обучать смышлёных детей. Поэтому слизеринцы тренируются сами и берут под крылышко младших, но только с третьего курса. Когда я и мои друзья узнали, то были так горды собой. Мы первые первогодки, которые вступили в этот клуб. Жаль только, что похвастаться нельзя.        Эдриан взял нас под своё начало, но потребовал полного подчинения, с которым мы без каких-либо противоречий согласились и начали ещё одни дополнительные занятия. Каждый вечер мы ходили в старый дуэльный класс, который был тут ещё при основателях. Оказалось, раньше такой клуб был у всех факультетов и был обязательным, но с приходом новых традиций и устоев клуб был закрыт и забыт. Но Слизерин никогда не забывает о традициях своих предков, поэтому родители сделали летний лагерь для своих детей, в котором те тренировались и становились лучше. Но с появлением Снейпа нужда в лагере отпала и его тоже закрыли. Заниматься спортом и заклинаниями было просто невероятно захватывающе. Мне казалось, что каждый вечер я становился сильнее и умнее в сто раз, чем был утром.       Было так тяжело везде поспевать. В клубе мне пришлось рассказать, что я чистокровный, не раскрывая всех карт, и очень хочу стать достойным наследником. Конечно об этом узнал весь Дом, который стал помогать мне всеми своими силами. Во время обеда девочки учили меня этикету питания, который подходит для тех или иных ситуаций. На ужин их сменяли парни и рассказывали про традиции, которые должен знать каждый уважающий Лорд и аристократ. Всё это было очень интересно! Я внимательно слушал и делал себе мысленные пометки.       Но под конец недели я был ужасно вымотан. Было ощущения удушья, часов в сутках не хватало вообще, родовая магия, клуб слизеринцев, обычные уроки, этикет и традиции чистокровных от всех слизеринцев разом. Все пытались помочь мне стать прекрасным наследником, подсовывали мне очередные талмуды, которые я был обязан прочитать. И в итоге спать я стал ещё меньше, Драко, замечая мои светлые синяки под глазами и усилившуюся сонливость, отбивал меня ото всех с криками, вёл в свою кровать и участливо укутывал в одеяло и просил засыпать. А после я слышал злобные крики лучшего друга из гостиной, он вообще не разбирал на кого повышает голос и кому говорит «не мучайте его». Вся моя учеба с усилием начиналась в понедельник, но ближе к четвергу или пятнице у меня оставались силы только на обычные уроки и родовую магию.       Так подошёл месяц октябрь, я поглощал в себя различные знания как губка, Блейз изучал зельеварение, Тео прислали книги по артифакторике, Драко активно занимался в клубе, Панси что-то скрывала от нас, но тоже упорно училась. За всеми своими заботами мы не заметили раскол в львиной группе соперников. Гермиона ходила одна, пропадала в библиотеке, уходила в себя на уроках. Я невольно начинал переживать за неё, поэтому решил сходить к ней, поговорить и спросить что произошло.       Я уговорил своих друзей оставить меня одного в библиотеке или хотя бы отсели на другой стул. Возможно разговор пойдёт лучше, если я буду один. Потому что ссоры у нас прекратились, но доверять друг другу все мы вряд ли стали. Гермиона сидела за дальним столом и читала очередной огромный талмуд связанный с травологией и зельеварением, глаза её были чуть-чуть красными, в волосах оказался ещё больший беспорядок, на который Панс тяжело вздохнула и покачала головой. Я понимал, что ей до ломки в руках хочется исправить это безобразие и она уже знает 10 причесок которые подойдут гриффиндорке.       – Привет, Грейнджер! Дополнительная литература? Похвально! – я сел рядом с девочкой и достал пергамент и письменные принадлежности.       – Привет, Гарри! Да, хочу разобраться в растительных ингредиентах для полезных зелий, чтоб случайно не затоптать их. В этом мире столько всего! Вот у нас пустырник просто чай, а тут добавить ещё пару листочков мяты, корень валерьяны и прощай паническая атака! Я влюблена в этот мир! – она говорила это всё так быстро и немного с придыханием что ли. Эта девочка немного рассмешила меня и я тепло ей улыбнулся.       – Ох, дорогая, я так тебя понимаю! Я когда только-только появился на Косой алее тоже был в шоке, но только из-за творящегося там хаоса. А вот то, что ты говоришь есть и в нашем мире… – она непонимающе на меня уставился и я расплылся в широкой улыбке – Ну Герм, успокоительные травяные сборы! Паничку конечно не остановят, но успокоить смогут! Я понимаю твою любовь к этому миру, я его тоже люблю. Но если твои слова услышат те, кто живут тут с рождения… Уверен, поднимут тебя не смех все кому не лень! – девочка опустила голову, пряча глаза. И я понял, что эти хвалённые львы издеваются над ней. Мне пришла мысль, как девочку можно успокоить, поэтому положил ей руку на спину и начал говорить       – Хочешь сказать, что рыжий идиот и Невилл издеваются над тобой? – Гермиона отрицательно покачала головой и начала плакать. Она тихенько прошептала чуть заикаясь.       – Рон и Лаванда… Они подружились и называют меня заучкой и бобрихой! – я прижал ее к себе и поглаживал по плечам. Меня это так сильно разозлило, я нахмурился и пытался что-то придумать, проучить этих балбесов. А девчонка закрыла лицо руками и уткнулась мне в грудь.       – Герми, ну ты чего! Быть поглощённой в учебу это куда лучше, чем играть в игры в гостиной, а внешность мы тебе поправим. Заметила какой я теперь красивый? Это всё Панси, она просто бог красоты! Давай позовём её, спросим поможет ли она тебе? И парней тоже, они не плохие, – Грейнджер едва заметно кивнула и я свободной рукой позвал друзей к себе. Когда они к нам подошли первым заговорил Тео, правда почти сразу пожалел об этом.       – Ты чего ревёшь, красавица? – от его слов Гермиона только сильнее расплакалась и проблеяла «Издеваешься?». Бедный Нотт аж растерялся, глупо хлопая глазами, а Панс подошла к нам сзади положила свои ручки на трясущиеся плечи лохматой девочки и сказала:       – Герми, ты же правда красивая! Хочешь я тебе прическу сделаю, а на рождественских каникулах приезжай ко мне, сходим к одной прекрасной даме и станешь просто принцессой! Ты замечала, что все чистокровные без прыщиков, с ровными зубками и розовыми губками? Особенно те, которые повзрослей… А рыжего пошли… Блин забыла как у вас говорится, так секунду! Рыжего пошли нахуй! Вот! – я рассмеялся, потому что однажды вечером я учил их плохим словам из моего мира. Оказалось, что у нас больше матов и они пришлись по вкусу слизеринцам! А вот Гермиона развернулась к Панс, глядя на неё как-то недоверчиво. На это моя подруга завела глаза к потолку, потому что искренне хотела помочь и уже собиралась начинать ругаться, но гриффиндорка кинулась ей на шею и на ушко прошептала «Спасибо». Курносая девчонка сначала впала в ступор, но быстро собралась и обняла заплаканную Гермиону в ответ. Вокруг воцарилась такая тишина, что стало уже неловко. Девчонки обнимались, мальчишки переглядывались и улыбались, люди вокруг смотрели на эту сцену с открытыми ртами. Но всю идиллию нам оборвали два несносных льва, а именно Уизли и Браун. Они зашли в библиотеку и прошли к нам. Я тихо прошептал «Неужели учиться пришли», но не тут то было. Они подошли к нам и Лаванда тыкая в нас пальцем громко сказала:       – Смотрите-ка, наша заучка нашла себе друзей! – кучерявая девчонка так противно рассмеялась, но на нее шикнула мисс Пинс и ей пришлось заткнуться. Как же они меня бесят, надо что-то придумать. В голову пришло пару идей, но все они не такие действенные как хотелось бы. Ругаться с этими безмозглыми идиотами не хотелось, поэтому мы быстренько собрали вещи, схватили Гермиону и пошли на выход. Рон меня вообще удивлял! Кто ему домашку списывать давал? Грейнджер! Кто ему на зельях подсказывал? Грейнджер! А он с ней так обошёлся. Вот и посмотрим кто ему теперь помогать будет! Вряд ли это будет Браун, она сама хреново учится! И кто там только учится… На этом Гриффиндоре! Ужас просто.       На встречу к нам бежал Невилл. Он кинулся к Гермионе на шею и просил прощения, что не уберег от идиотов, благодарил нас за помощь, хватая за руки. Вся наша компания была в шоке от такого поведения и мы дружно попросили объяснений. И Лонгботтом выдал нам всё как на духу, пока Грейнджер смущённо прятала глаза. Оказалось, что девочка еще летом начала всё учить и изучать, сейчас была самой лучшей на курсе. Также она начала читать дополнительную литературу, книги за второй курс и вообще поглощать все знания, которые были ей доступны. И вроде бы всё хорошо, каждый занимается тем, что интересно. Но Рона начали шпынять, мол маглорождённая его по всем фронтам обходит и вместо учебы рыжий начал издеваться над Гермионой. А она никак понять не могла за что он с ней так, пыталась поговорить, обещала помочь с учёбой, но Уизли только фыркал и обзывался. Невилл как мог сглаживал углы, защищал бедняжку, пытался вразумить идиота, но ничего не помогало. Всё чего достиг защитник стал новой жертвой издевательств. Под конец бедолага указал на синяк на щеке, наша слизеринская чета не понимала как так можно. Гермиона расплакалась опять, корила себя. Мол это она виновата, не надо было за неё заступаться. Драко так разозлился, Блейз впал в ступор от истории, Тео с интересом косился на плачущую девочку, Панс обнимала её за плечи успокаивая. А я всё негодовал и причитал:       – Какой-то у вас странный Дом, вы же на одной стороне фронта! Между собой должны защищать друг друга, а получается… – мне стало так обидно за Грейнджер, которая только успокоилась и шмыгала носом. Продолжать соревнования с Роном не хотелось совсем, хотелось врезать ему хорошенько и магией добавить. Пока я представлял как я мщу Уизли, Драко подал голос:       – А старшие? Они у вас что делают? В потолок сопли пускают? – Лонгботтом усмехнулся и пожал плечами. А я взглянул на хорька, который не правильно запомнил маггловский фразиологизм и теперь в потолок у него не плюют, а сопли пускают… Но вернувшись в суть диалога, я понял, что мой Дом куда лучше львиного. Видимо у них там каждый сам за себя. Я подумал и решил послать этого Рона далеко и надолго. Гермиона пролепетала «Его братья тоже защищают… Фред и Джордж». Я удовлетворённо кивнул и решил, что рыжего надо бы проучить.       – Ребят, я предлагаю бросить соревнования, бросить Рона прям при всех! На ужине в Большом зале! – мои друзья согласно кивнули, а гриффы удивлено на нас посмотрели. Я решил объяснить им наше решение. – Те кто издевается над своими союзниками не стоят и кната! С Уизли я бы теперь даже срать рядом не сел! Принципиально! – от моего выражения все вокруг рассмеялись и мы пошли к ближайшей лавочке. У нас всех оказалось свободное время перед ужином, который начнётся через 20 минут. Мы общались о школе, о уроках. Тео рассказывал про интересные артефакты Грейнджер, а Блейз про зелья Невиллу. Гермиона слушала с большим интересом, задавала вопросы, а Невилл смущался. Он обожал травологию, но зелья никак не мог понять и Забини пообещал его подтянуть. Тут мимо нас проходил Эдриан со своей девушкой из Пуффендуя и я окрикнул его. Они остановились, а я подбежал к нему.       – Эдриан! Мне нужен совет! Вон видишь девочку и мальчика гриффиндорцев. В процессе соревнования мы с ними подружились. Над ними издевается Уизли младший, а за это мы решили его послать. Но красиво, перед всеми студентами и преподавателями. Как тебе идея? – я закусил нижнюю губу и умоляюще посмотрел на старшего друга. Он глянул на заплаканную Грейнджер, на синяк Невилла и сказал:       – Ну я наложу тебе сонорус, чтоб все тебя все слышали, но никаких оскорблений! Только голые факты, чтоб очки не снимали! – я улыбнулся, а он потрепал меня по волосам. Я подбежал к лавочке и сказал, что всё будет на высшем уровне.       Мы пошли на ужин и когда все собрались, я встал на лавочку. Эдриан запустил в меня Сонорус и я начал говорить.       – Прошу минуточку внимания! – все вокруг посмотрели на меня и я продолжил, – Вы все знаете о наших соревнованиях с Гриффиндорцами – все вокруг захлопали и засвистели, а я поднял руки с целью их заткнуть – Но моему Дому стало известно о ужасных действия наших соперников! Рон Уизли и Лаванда Браун издевались над своими же однокурсниками! А именно над Гермионой и Невиллом… Доказательством выступает синяк на щеке Лонгботтома и ужасное состояние Грейнджер! – все вокруг стали шептаться и смотреть на гриффиндорский стол, а я продолжил – Наша сторона решила не иметь ничего общего с теми, кто издевается над своими же союзниками. Поэтому наши соревнования заканчиваются здесь и сейчас! Так же просьба к преподавателям более внимательно следить за тем, что происходит с учениками. – Все замолчали и во все глаза смотрели на стол преподавателей как и я. С меня сняли сонорус и тут я почувствовал адскую боль во лбу. Я сел на лавочку и уткнулся головой в руку Драко.       – Хорёк, голова раскалывается – от боли заложило уши, поэтому я не слышал вопросы слизеринцев. Только хватался за лоб и тихенько мычал. Меня уже хотели отвести в больничное крыло, но боль резко отошло, да так, что от облегчения круги в глазах начали расплываться.       – Всё, больше не болит, что это было? – я размытым взглядом окинул людей вокруг и тут один из старших спросил «Болел именно лоб?». Я положительно кивнул и он окинул всех вокруг взглядом, потом остановился на Квиррелле, который поднимался с пола.       – Поттер, быстро в гостиную, поесть мы тебе принесем! Драко ты с ним! – мы непонимающе уставились, а он на нас рявкнул – Быстро!       Мы не стали спорить и побежали к нам домой. Сидя в гостиной мы ни о чем не разговаривали и думали о своём. Я не понимал паники, который устроил Кассиус Уоррингтон. Но начал очень сильно переживать, ведь он нас учил проклятиям и основам тёмной магии в клубе. Тут упомянутый слизеринец вбежал в гостиную как ураган и упал рядом с нами в диван. За ним подтянулись почти все и тоже уселись вокруг.       – Так, Поттер, слушай меня внимательно! – я уверенно кивнул, а Драко взял меня за руку в знак поддержки, – Помнишь, что я рассказывал о проклятиях и тёмной магии? – я уверенно кивнул, ведь его своеобразные лекции были самыми интересными – Теперь вопрос! Как давно у тебя этот шрам? Я не верю всему, что пишут в пророке, Джей!       – Сколько себя помню! Тётка рассказывала, что из него черная кровь текла, когда она меня с порога забрала… – Все опять ошарашенно смотрели на меня. Рассказывать, про переохлаждение в годовалом возрасте я не стал, а вот Кассиус продолжил:       – Если Темный Лорд убил твою маму буквально за минуту до тебя и ты действительно отбил лбом Аваду и тем самым грохнул Лорда, то готов тебя поздравить! Тебе срочно нужно в Мунго! Желательно прямо сейчас, там надо найти специалиста по темным проклятиям и мозгоправа! – меня начало трясти от страха и задавать вопросы я был не в состоянии, но в этом мне помог Драко       – А что с ним? Жизни угрожает?       – Я сейчас буду задавать вопросы, ты кивай в зависимости от ответа! Голова болит не первый раз и именно на месте шрама? Угу. Снятся сны, которые похожи на не твои воспоминания? Всё сходится! Сейчас тебе ничего не угрожает, но в Мунго надо доставить тебя и поскорее! Может кто-то сбегать к декану? – на эти слова Тео и Блейз подорвались и побежали на выход, а Флинт протянул мне бутерброд. Я только один раз его укусил, как Снейп уже ворвался к нам в гостиную. Уоррингтон подошёл к нему и тихо что-то прошептал ему на ухо, глаза декана широко раскрылись и он схватил меня за руку, а Драко всё ещё не отпуская меня пошёл за нами. В кабинете профессора я рассказал, что боль в шраме у меня не первый раз, но настолько сильную я почувствовал именно сегодня и не смог её скрыть.       – Поттер! Почему ты не рассказал мне об этом раньше? Когда был первый раз? Как часто боль появляется? – декана аж трясло от злости, я уже хотел ответить, но меня перебили, – Я ищу информацию о твоих снах уже в каждой дыре, носом землю рою! И ничего не подходило под твою ситуацию! А тут ещё одна очень важная подробность и всё встало на свои места! Ты понимаешь, что тут даже чих может значить многое вкупе с какими-либо другими подробностями! Давай отвечай! – мои глаза защипало, горло сдавил комок, а в носу будто муравьи ползать начали. Хорёк взялся двумя руками мое предплечье и со страхом на меня посмотрел, а я начал шёпотом отвечать       – Я думал, что голова болит из-за усталости. Я сейчас столько всего изучаю, что это вполне объяснимо… Первый раз был первого сентября на праздничном ужине. Болит пару раз в неделю, каждый раз сильнее. Дядь, прости меня пожалуйста! Я видел какой ты был уставший и не стал тебя загружать собой! – Северус тяжело вздохнул, потер одной рукой глаза, ущипнул переносицу и притянул нас с Драко к себе в объятия.       – Мы с вами сейчас идём в больницу, там у меня есть парочка старых верных друзей, которые обследуют тебя, Гарри, и потом обратно в Хог – мы только кивнули и шагнули поочереди в камин.       В Мунго Снейп повёл нас в кабинет на котором было написано Гиппократ Сметвик. Этот мужичок задавал мне кучу вопросов, потом вызвал другого мужичка Януса Тики. Они вместе стали задавать мне вопросы. Сметвик был довольно ворчливый и грубый, называл меня парнишкой, подозрительно щурил глаза и постоянно наводил на меня какие-то тихо пищащие железяки, а вот Тики был весёлым и добрым, подмигивал мне, дёргал палочкой перед моим шрамом. Чуть позже меня положили на кушетку и рассказали про крестражи, про разделение души во время убийства, про подозрения связанные с моим шрамом, про способы лечения.       – Готов сегодня вытащить у себя из головушки эту чертовщину? Будет очень больно, но усыпить тебя мы не можем, к сожалению, – Янус жалостливо смотрел на меня, а я хлопал глазами и смотрел на своих близких, ища в их поведении ответы. Драко был в таком же шоке и при встрече взглядами уверено и быстро закивал, а Снейп хмурился и явно злился. Меня всё ещё трясло, а нервы не выдержали и я вовсе не аристократично просипел:       – Да! Вытаскивайте эту блядину из меня! – Северус и Сметвик услышав мат из моих уст нахмурились, а Янус и Драко весело улыбнулись. Меня перевели в другой кабинет, близких выставили и дальше начался сущий ад.       Два этих изверга что-то шептали надо мной, тыкали в меня палочкой. Изначально всё было терпимо, лоб жгло изнутри, а снаружи что-то вытекало. Но потом боль стала невыносимой, я сжимал кляп, который был в моем рту, из глаз текли слёзы, всё моё тело вспотело и тряслось, ногами я бил по кушетке. Когда я начал инстинктивно вырываться прибежали какие-то люди и стали привязывать мои конечности, отдалённо я почувствовал как моя нога врезалась в чьё-то лицо. Ощущения были такие, будто мой череп расходится и мозги сейчас вывалятся, моё сознания начало отключаться. И тут я почувствовал как на меня льётся ледяная вода. Боль постепенно начала отступать, но голова всё ещё болела, два целителя продолжали что-то шептать надо мной. Я начал чувствовать усталость, постепенно глаза слипались и единственная мысль, которая осталась в моей голове была «Спать». Но как я понял отключиться мне не дадут. Через какое-то время меня отвязали от кушетки, когда меня начали поднимать, я чувствовал себя овощем даже сидеть сам не мог. В меня влили какое-то зелье и вывели в коридор. Там передали в руки Северуса и Драко и уже у них я отключился. Просто выпал из реальности.       Очнулся я уже в своей спальне, на мне буквально лежал Драко, который обнял меня руками и ногами, а лицом уткнулся в шею горячо дыша. Вокруг была глубокая темнота, свободной рукой я коснулся своего шрама и почувствовал открытую воспаленную рану. От прикоснования мне стало больно, поэтому я непроизвольно шикнул и дёрнулся. От этих моих действий резко проснулся Драко, который сел в кровать, распахнул полог. А я только шептал «Драко, ты чего?», «Хорь, прости, что разбудил!», «Драко, ты чего делаешь?». А мой друг молча перекладывал кучу скляночек и баночек с тумбы на кровать, а когда закончил, то закрыл полог и наложил заглушку.       – Гарри, я делаю то, что мне сказали! Ты прошёл сложнейшую операцию очень стойко, отключился всего один раз! Ты большой молодец! Но я должен теперь поухаживать за тобой, ибо ты должен был остаться в Мунго… Но Снейп решил ничего не говорить директору, поэтому ты на мне! – он протянул мне зелья, которое я без вопросов выпил, потом уложил меня на спину и намазал охлаждающую мазь. Потом мне пришлось выпить очередное зелье, сразу после этого меня переложили на колени к Хорьку и начали делать массаж головы. Все эти манипуляции сопровождались рассказом о моей «операции», о жутких переживаниях сопровождающие Драко, о таком же состоянии Снейпе, о моих слёзах во сне. Оказалось будить меня было категорически запрещено, но как только я проснусь нужны были определенные манипуляции, которые только что закончились. Бедный Малфой толком не спал и следил за моим состоянием.       – А учиться то мне можно? – на самом деле после пятнадцати минут бодрствования у меня слабо начала болеть голова. Малфой усмехнулся и пригрозил мне пальцем.       – И не надейся отлынивать! Можно, но нужно по времени пить зелья, я буду за этим следить – я только кивнул и улегся на кровать раскинув руки, приглашая в свои объятия Драко. Он улыбнулся улегся на меня как было до пробуждения.