Врежь

      Чувствуешь, что тебя сейчас ударят? Бей первым, замахнись и врежь себе как следует. Должно полегчать по идее, а ещё это может шокировать подозреваемого в будущем нападении. Возможно, он подумает, что ты сумасшедший, пожалеет больного мальчика и бить не станет. Против амбала все средства хороши.       Максим никогда не был лукистом, вы не подумайте. Просто страх делает всё за нас. Тяжело не быть дискриминатором перед дракой. Уже и не столько лукист, сколько талантливый оценщик возможных скорых увечий.        Если в живот ударит — можно от внутреннего кровотечения умереть. Если голову пробьёт — существует риск потери сознания. Молись о пощёчине, однако такие люди пощёчин не дают. Обычно не дают. По крайней мере, Максу так кажется.        Сжатия руки в кулак вроде не происходит, пока напротив только удивлённое лицо (даже свои волосы перестал поправлять — это странно). От этого немного кружится голова, неизвестность заставляет испытывать любопытство. Есть время убежать — но как можно не узнать, что будет дальше?        — Это чё было? — вопрос разрезает воздух.       Стоит ли рассказать сначала? Обычно такой позор стараются забыть, а не пересказывать каждому знакомому, чтобы заполнить неловкие паузы в диалоге, но Макс такое не забудет. Это точно. Свои позорные моменты он помнит очень хорошо.

***

        Это случилось пару месяцев назад, историю можно записать в дневник принцессы и перечитывать перед сном, но Макс пока этого не сделал: то ли из-за отсутствия дневника, то ли из-за других дел.         В любом случае в тот день Максим решил выйти из дома. Прогулка — это вроде полезно. Сегодня он планировал созвониться с Настей и Егором, они собирались приехать, но с датой пока не определились. Макс спокойно размышлял о работе, пока не увидел парня перед собой, кажется, он уже давно говорил с ним. Может, действительно что-то важное?        — …задумался? — наверное, перед этим он уже успел сказать главную информацию или спросить что-то, но способность Максима — погружаться в свои мысли без остатка — работала круглосуточно, поэтому он ничего не услышал.        — Что? — резко спросил Макс. В Питере обычно не такие приветливые люди, чтобы останавливать кого-то ради комплимента или интересующего их вопроса. Понаехи —да. Для недавно прибывших — это норма, но не каждый день увидишь такого одновременно приветливого и серьёзного парня.        — Прикольный ты, говорю, — парень улыбнулся, протягивая ладонь для рукопожатия. Рыжий, глаза голубые, высокий — что ещё можно сказать о человеке? От такого страшно отхватить. Выглядит так, будто сильно бьёт. Может, это странные ассоциации, но для Макса небезосновательные.       — И вам добрый день, — Максим задумался в своём ли рассудке сейчас этот парень, выглядел вроде нормально, он был в стандартной мешковатой одежде: куртка, широкие штаны, худи–хуюди, кроссы какие-то в последних Макс не разбирался. Протянул руку, у собеседника, как оказалось, довольно тёплая ладонь.         — Я вообще хотел спросить, на каком трамвае отсюда дотяпать до… — парень не тараторил, говорил вроде приятно.       Большая разница в росте и телосложении немного смущала Макса. Он вроде был дружелюбным, что радовало, но рядом с ним было как-то беспокойно. Макс даже в мыслях не хотел оскорблять его, хотя всё равно начинал подумывать, что это не понаеха, а местный заблудившийся гопник. От них никогда не понятно, чего ожидать, поэтому было немного страшно.         Раньше Макса часто останавливали гопники, поэтому были причины бояться. Однако Максим одновременно пытался себя настроить и на дружелюбный лад, чтобы не обидеть собеседника, вдруг он действительно неплохой парень.       Он смотрит на него. Он уже очень долго смотрит на него своими голубыми глазами. Что-то случилось? Что случилось?        Макс, кажется, задумался и прослушал всё, что парень ему сказал:         — Извините, я немного пропустил то…       — Да ладно, забей, щас такси закажу, — его перебили, — ты так на районе не задумывайся, украдут ещё чего.         «Точно гопник», — пронеслось в голове у Максима. — «Ещё и угрожает».       Макс развернулся, чтобы пойти домой, этой прогулки хватило: может быть, у него уже что-то украли.   

​​​​***

        — Цыганёнок, может?       — Да говорю ведь, не похож, — Макс сидел на кухне, одновременно обедая и общаясь с Настей по видео связи. Мимо ходил Егор, что-то постоянно перенося в чемодан.       — Ничего не украли, и славу богу. Оставь эти домыслы, а то ещё неделю думать будешь. Тебе надо чаще выходить из дома, чтоб таких ситуаций было больше, и ты обо всех не успевал распереживаться, — Настя пересела, показывая Егора, складывающего парные свитеры. — У нас матриархат.        — Это здорово, — Максим передвигал овощи по тарелке, — если ты имеешь в виду, что я какой-то обсессивно–компульсивный чел, то это неправда. Я не фокусируюсь на таких моментах, уже практически забыл, что сегодня произошло.         — Конечно, Макс, — Настя подложила под подбородок кулак и слегка улыбнулась.       — Так, вы уже с Яном договорились? — успешный перевод темы, плюс 100500 очков Максиму Тарасенко.         — Да, он сказал, что встретит нас! — Егор подал признаки жизни.       — Понял, тогда буду ждать.        — Не переживай, мы не скоро приедем, побудешь еще один в своей квартире, — Настя нырнула лицом в подушку.        — Да, круто. А как было бы хорошо, если б вы вообще не приезжали? — продолжать Настину эстафету иронических высказываний было легко.        Егор подошёл ближе к телефону и улыбнулся.        — Всё, мы с Егором тебя целуем, не влюбись в цыганского гопника! — Настя быстро закончила звонок.        Макс поставил телефон на зарядку сразу после отключения связи.   

*** 

        Дорога в офис и снег. Что лучше: быть закованным в лёд на девятом круге Ада, смотря на то, как твоих, по сути, сокамерников грызёт Люцифер, терзая их тела когтями, или стоять в пробке в час пик в центре Питера, опаздывая на работу? Не иметь возможности даже выйти из машины. Прижали с четырёх сторон, твари.       Каким бы ни был ваш ответ, Макс бы с вами поспорил. В обеих ситуациях есть как плюсы, так и минусы.         Макс поднял взгляд на таксиста, тот стучал пальцами по рулю. Пассажир посмотрел в окно — куча машин. Зачем они едут? Почему не остались дома?        Макс откинулся на сиденье, ожидая продолжения поездки.        Минус 20 минут, небольшое путешествие до офиса на ногах, рабочее место и открытые жалюзи.        Макса устраивала его работа: правильно мама говорила, с высшим образованием возьмут куда угодно (иногда даже неважно, что за специальность). Однако Макс закончил факультет, связанный с его будущей профессией, поэтому теперь абсолютно спокоен за своё родное место рекламщика в компании.       Он начинает рабочий день с проверки почты, отвечает нескольким серьёзным пиджачным ребятам насчёт билбордов, разбросанных по городу, и идёт в кафетерий. Может, хоть Яна встретит, они не виделись на работе уже несколько дней. Последний раз лично они разговаривали почти неделю назад, когда к Максу приезжали Настя и Егор,а Ян забирал их с вокзала и отвозил назад. А в переписке всё договаривались увидеться.       Макс шёл по коридору, его чашка шла с ним. Она вообще всегда «шаблалась» рядом, в этот раз тоже не отпустила его одного, захотела прогуляться.         В кабинете Кати поменяли дверь, ну, охуеть. Надо тоже как-то попытаться надавить на смену своей, а то многие выпрашивают у начальства, что хотят, а Макс так не может. Очень совестливый мальчик. Однажды ему за его совестливость дверь поменяют. Или пизды дадут. Прям, как сейчас.        Широкий парень, шедший в противоположном Максу направлении, сильно задел его плечом. Чашка выскользнула из рук Максима и разбилась, превратившись в ларёчную шипучку из детства пострадавшего, впрочем, и большие осколки были.        — Блять, — парень рядом с Максом почесал голову.        Максим смотрел на пол и думал, что ему её жаль. Она много лет прожила с ним душа в душу, а теперь её нет. Воистину страшная смерть. Ещё сегодня они сидели утром вдвоём, а теперь… Интересно, знала ли она, что они так расстанутся?        — Чувак, мне очень неудобно, торопился, сам понимаешь, я… — парень что-то говорил, глядя то на пол, то на часы на стене.        Максим посмотрел на человека, сбившего его плечом.         — О, — парень, наконец, увидел лицо Макса, и его глаза расширились, — это же ты, пугливый с улицы. Слушай, а ты тут работаешь или тоже оформляться пришёл? — да, это тот гопник, Максу везёт.       — Оформляются у участкового, а здесь можно подать заявку на рассмотрение и…       — Понял, — парень улыбнулся, поправляя рукой рыжие волосы, может быть, он стряхнул перхоть, Максу, наверное, стоит отойти. — Значит, работаешь тут, я Данила, — одна его рука держала какие-то бумаги, на которые Макс только сейчас обратил внимание, а другая — тянулась к его.        — Максим, — он пожал руку новому знакомому, а Данила сильно сжал её в ответ, улыбаясь во все зубы.       — Ну, Макс, ты вроде умный, очки даже носишь, поможешь с этой хуйнёй разобраться? Не за бесплатно, конечно, — Даня протянул ему бумаги, показывая титульник разрешения на эксплуатацию супербордов.       — Их все просто продлить надо? Так это пять минут, секунду, — Максим достал из кармана телефон и зашёл в избранное в телеграме.       Данила посмотрел на бумаги, а затем на Максима:       — Да не, я реально заплачу, мне за так не надо, чё ты, — он снова начал поправлять волосы, видимо, это было привычкой.        Максим уже листал пальцем какой-то документ.       — Всё нормально, у меня перерыв, так что сейчас сделаем, — Макс взял документы у нового знакомого и пошёл в свой кабинет.       — Слушай, бро, а к тебе можно как-то… ну…       — Чего? — Максим удивлённо посмотрел на Кашина Данилу Владимировича 1996 года рождения, судя по документам.       — Ну переформатироваться… вот, переоформиться.         — Если вы имеете в виду, могу ли я взять вас к себе в качестве клиента, то, скорее всего, нет. У коллег не ворую, извините.       — Мы ж на «ты» с тобой, не смущай, а то щас как покраснею, — Данила серьёзно посмотрел на собеседника.       — Так, идём док перепечатаем, с собой он есть?       — В телеграме есть.       — Скидывай, — Макс повёл парня в свой кабинет.       — Как-то неудобно, у тебя перерыв и… — забавно было смотреть, как такой большой парень будто стесняется побеспокоить его.       — Да всё нормально… Даня. Даня, правильно? Ты не против такого обращения? — Макс отвлёкся от бумаг и посмотрел на собеседника.       — Да, нормик, как угодно, — Даня зашёл в светлый кабинет. — У тебя тут прикольно.       Данила сел напротив Макса за стол, вытянув ноги. Максим же уставился в компьютер, что-то внимательно читая. Даня сначала рассматривал свои кроссы, потом переключился на человека напротив: он выглядел как настоящий офисный планктон: костюм, рубашка. Данила, например, в такое место решил прийти в толстовке и вансах, штаны тоже были, если что, он про них не забыл.        Максима он сразу вспомнил, парень на улице сохранился в памяти, несмотря на то, что прошла почти неделя, благодаря тому, как он внимательно его не слушал. Уж очень погружённый в себя, очень задумчивый, хотя сейчас кажется ровным поцом. Это ещё надо проверить, конечно, но отвращения Макс точно не вызывал, так ещё и сразу помочь захотел — солнечный парень. В хорошем смысле, добрый он.         Ну, а с другой стороны, и по маньякам никогда не скажешь, маньяки ли они. Зачем он отдал ему документы? Вдруг он их испортит? Хотя, что Даня потеряет в этой ситуации? Просто снова придётся идти к этому странному челу, который почти наорал на него. В этом нет ничего страшного. Мужик просто останется без зубов.         — Всё, — Макс протянул ему только что распечатанные листы бумаги, — готово. ​      Даня удивлённо посмотрел на него.       — Мне говорили, что нужно будет пойти на первый этаж, и что-то из этих листов отдать девчонке на входе, а потом опять вернуться на четвёртый и сходить к этому мужику из 405-ой.       — Не, Алёне можно не нести, я ей написал уже, она сказала, что я могу сам всё проставить, я просто тоже когда-то начинал работать на том месте. А по поводу твоего мужика из 405-ой. Ну, сходи — если хочешь, — Макс поднялся с кресла, а Данила повторил за ним. — А так, остались только твои подписи, в целом, всё… ​      Максим не успел закончить фразу, как его втянули в объятья, а точнее зажали со всех сторон сразу, не давая даже согнуть руки, чтобы обнять в ответ или оттолкнуть. Макс просто стоял, как истукан, не имея возможности двинуться.       — Макс, ты мне теперь как брат! — Данила отпустил его на секунду только для того, чтобы с новой силой обнять свой помогатор. — Сколько я тебе должен?        — Может, ты меня поставишь, — наверное, Макс произнёс это неразборчиво, потому что почувствовал, как его ноги уже не ощущают той земли, которая ещё несколько секунд назад была его родным домом. ​      Не то чтобы Максим боялся высоты, просто немного некомфортно, когда тебя без разрешения поднимают и кружат. Особенно, когда это делает парень, которого ты знаешь минут 30 от силы. Хотя он вроде милый. ​       Данила всё-таки решил поставить его на место, он поправил волосы и, широко улыбаясь, сказал:       — Макс, теперь буду обращаться только к тебе со всеми этими тёрками, спасибо огромное. Почему у вас щиток перед зданием не весит, что тут только ты нормально в этих бумажках разбираешься?       — Электрический щиток? Не переживай, я проконсультируюсь, сделаем пилларс со мной на въезде.       — Это ж маленькая хуетень, суперсайт с собой въеби, норм будет.       — О, так ты разбираешься, всё-таки? — Максим улыбнулся. ​      И Данила подвис.       — О… матур, — вообще он так не делал обычно, Даня давно зарёкся, при людях, не знающих татарский, на нём не говорить. Его когда-то осадили, не хорошо, в общем, получилось, невежливо или типа того. Однако иногда рыжая душа, несмотря на все насмешки об отсутствия таковой, уходила, её сменял татарский маленький мальчик, удивляющийся всему и любующийся улыбкой человека напротив.       — Чего? — Максим, как и предполагалось, Даниного языка не знал.       — Ну… — Данила отвис, — говорю, разбираюсь, да. ​      Он неловко махнул рукой, свалив со стола чёрную подставку с документами, за ней упал дырокол.       — Да ёб твою налево, — Даня начал доставать из-под стола упавшие предметы. ​      Максим, казалось, просто смотрел в пустоту. Уже и не хотелось называть Данилу гопником, вроде парень приличный, хоть и маты из его рта покрывали весь этаж. Но количество тех предметов, которые пострадали по его вине, росло в арифметической прогрессии.         — Да я сам подниму.       — Бетте диярлек, матур, — Даня стукнулся головой об крышку стола. — Да блять, извини, ладно?       — Ладно, — Максим уже давно не понимал, что происходит, но ему не сложно сказать: «ладно», когда знакомый просит.       — Вот, — Даня положил все вещи на стол. — Слушай, не хочешь на одно мероприятие сходить?  

​​​​​​***

        — Серьёзно? — Настя, казалось, была чересчур рада за Макса.       Максим мыл посуду и разговаривал с ней по видеосвязи. Типичный ритуал: Ян помогал на работе, Настя и Егор — после работы — они все спасали его от тишины, три друга — больше и не надо — все хорошо общаются между собой — рай.        — Я ещё не решил, может, не пойду, — Макс положил вымытую тарелку на полотенце. — Специфическое мероприятие.       — Ты шутишь? — Настя почти выкрикнула. — Ты же говорил, что он клёвый.       — Во-первых, это ты сказала, во-вторых, я никогда не хожу на концерты, и всякое такое меня не особо интересует, — Макс убрал посуду в шкафчик гарнитура и услышал писк.       — Привет, чё у вас тут за созвон? — Ян неожиданно присоединился к конференции.       — Привет, да ничего особенного…       — Макс не хочет идти на свидание с любовью всей его жизни.       — Чего? Почему я не знаю об этой любви? — Ян тяжело вздохнул. — Макс, как можно такое скрывать? Это просто не по-человечески, даже немцы так не издевались, как ты сейчас надо мной.       — Прекратите это всё, иначе я удалюсь из вашей группы, — Макс отвернулся от телефона, чтобы не быть уличённым ни в чём подобном.       — Максим, некрасиво молчать о своём парне, ты должен был рассказать Яну… — Настя продолжала отчитывать его в шуточной форме, явно радуясь реакции только что пришедшего друга.       — Да, Максим, мы же встречались сегодня с тобой, и ты так подло молчал…       — Заткнитесь все, — Макс лёг на диван, отключая камеру.       — Какие слова, очень некрасиво, — Ян потёр виски, кладя телефон на стол, — кто позволил тебе так с нами общаться, я запрещаю тебе говорить плохие слова. ​      Настя засмеялась, а Егор фыркнул на заднем фоне.       — Вы придурки, — Максим улыбнулся.       — Представляешь, тот рыжий чел с улицы позвал Макса на свой концерт, он музыкант или… подожди, Максим, или он рэпер?       — О, это принципиально важно, — Ян улыбнулся, — сейчас Настя спросила, является ли твой парень настоящим человеком.       — Он занимается электронной музыкой, — Максим пробубнил.       — Короче, Ян, он типа рэпер, но под другой звук. В общем, неважно, он влюбился в Макса и позвал его на концерт, — Настя в радостном жесте подняла руки вверх, улыбаясь.       — Что за чушь? Я ему помог, он пригласил на концерт в качестве благодарности, я просто от денег отказался, а ему, видимо, было неудобно. Я вообще не собираюсь идти, у меня…       — А псевдоним какой? — дальнейшее нытьё Макса Яну было неинтересно.       — DK, — видимо, Насте тоже.       — Да, билеты ещё есть в зал, мы с Настей можем сходить, на твоего парня посмотреть.       — Я в випке буду, — Максим постарался сказать это тише, но уже знал, что будет после его слов.       — О, ну, нихуя себе, — Ян выкрикнул, — Насть, он точно втюрился в Макса.       — Да все приглашённые будут в випке…       — А я что говорю, конечно, втюрился, — всем было глубоко всё равно на то, что им хотел донести Максим.       — О, Макс смотри, — Ян что-то сбросил в общий чат, — тут девчонка о тебе написала.       Содержание сообщения не удивило Максима: «Моя мечта: я на концерте Дани Кашина. Кашин: я хочу признаться в любви кое-кому... Все фонаты кричат кто кто??? Даня кричит мое имя. Я в шоке. Он приглашает меня на сцену и говорит... I LAVE YOU».       — Всё, отъебитесь, — Максим, улыбаясь, попрощался со всеми под смех Насти и Яна и пошёл исследовать квартиру, ища капли для носа.  

***

  ​      Данила не переживал. Это был не первый концерт, почти все билеты были куплены, ребята потихоньку подходили. Всё было как всегда, локация та же, выступать на ней было приятно. Аня разбиралась с какими-то уже совсем привычными вещами, поэтому всё было в порядке. И Даня вообще не переживал. ​      Искандер, Лера, Коля, Слава и ещё несколько пацанов и девчонок уже были на месте.         — Там пришёл новый гость, сам его проведёшь? — Аня, наполовину находясь в гримёрке, а на другую половину — в коридоре, ожидала ответа.       — Да, иду, — Данила поднялся с кресла, последовав за Аней. ​       Несколько поворотов, все в сборе. Макс уже спокойно общается с ребятами, это не может не радовать. В этот раз Кашин не будет кривить душой, он переживал, что Макс мог чувствовать себя не очень комфортно в новой компании: вот он такой задумчивый, тихий — вампир из «Сумерек» не иначе. В этот раз небольшая улыбка Максима успокоила Даню, он поправил волосы и подошёл ближе к гостям.       — Ещё раз привет всем, — он быстро обнял Макса. — Как добрался?       — Всё нормально, здесь круто.       — Скоро будет ещё круче, не скучай, — Даня услышал своё имя.       Наверное, Аня позвала, он ещё раз махнул всем рукой и ушёл.

***

        Максу действительно понравилось, он легко нашёл общий язык с Лерой, она напомнила ему Настю. У неё были розовые волосы и очень красивый голос. Макс чувствовал себя рядом с ней спокойно, однако, пока он стоял рядом с Лерой, за её спиной всегда был Искандер. Первую половину концерта Максим его побаивался, вторую — обнимал его вместе с Лерой, пытаясь исполнять незнакомые песни.       По поводу концерта. Максим, никогда не любивший такие мероприятия, почувствовал странные эмоции. Взрослые и подростки были мокрыми – как и сам исполнитель – но такими счастливые. Пол ходил ходуном, а с потолка капала вода, однако довольны остались все, даже те, кого вынесли из зала в обмороке.       А, да, Данила. Крутой парень, хорошо заряжал толпу. Он подошёл после концерта. Спросил у ребят мнение о проведении мероприятия и эмоциях, всех обнял. Максу даже подмигнул: не то чтобы это так сильно запомнилось, просто Максим подумал, что это можно было бы упомянуть. Ребята восприняли всю информацию о концерте так же, как и новость о походе на концерт. В целом ничего особенного, просто приятное воспоминание в копилку.       Сейчас Максим спокойно поднимался в свой кабинет, ожидая начала рабочего дня. Нужно было проверить почту, затем…       Цветы.       Цветы на столе.

***

      Лера уставилась на него. А что, собственно, он сказал не так?       — А как ты вообще пришёл к такому решению? — не зная, получит ли ответ, спросила Лера.       — Что в этом такого? — Даня продолжал наматывать спагетти на вилку. — Просто поблагодарил его за присутствие на моём концерте, я был рад, что он пришёл.       ​Даня действительно не сомневался, когда покупал букет. Для него это не было чем-то странным, просто букет, просто цветы. Клёво пахнут, Макс заценит.       — Понимаешь, это может быть расценено по-другому.       — В смысле? ​      У Леры появилась мысль о том, что всё так и должно было случиться. Кажется, Даня ещё ничего не понимает, но Лера знает, что он никогда не дарит цветы людям, которых просто приглашает на свой концерт.       — Коромысле, забей, — Лера протянула руку через весь стол кафешки, чтобы немного разбомбить рыжие волосы этой чучи.       — Лера, — он принялся всё поправлять с недовольным лицом.       — Люди такие пешки, — Лера закатила глаза. — Я знала, что ты это скажешь.       — Пиздуй, сок купи.  

***

      Сообщение: «Понравились?», — ещё больше озадачило Макса. Он посмотрел на телефон, потом снова на цветы. Кажется, ребята были правы, теперь понятно, к чему всё идёт. Макс не был против. Он мог бы многое написать сейчас в ответ. Однако мысль о том, стоит ли писать вообще, может, лучше позвонить, прервала все дальнейшие действия.       Цветы красивые, они чем-то похожи на Максима — это интересно. Неужели этот рыжий парень, говорящий на непонятном языке, когда нервничает, действительно так запарился ради улыбки Макса? Видимо он реально ему нравится, это… волнующе. Он медийный, Макс — нет: скорее всего, он быстро разочаруется во всём этом, но какие же красивые цветы и какие же качественные объятия.        Ладно, стоит написать ему о том, чтобы встретиться и всё обсудить. Макс ещё раз смотрит на цветы. В них бумажка. И как он её пропустил? То, что написано в ней, заставляет Максима усомниться во всех мыслях, посетивших его сегодня, эта надпись побуждает парня ответить на сообщение Дани: «норм».       ​Кажется, что ответ был грубым? Он был явно не грубее и тупее того, что было написано на этой дурацкой бумажке: «От друга». 

***

      Даня скинул скрин переписки Лере, вообще он надеялся на благодарность или на какие-нибудь добрые слова, однако он не получил ничего из этого. Может, Лера объяснит ему, что он сделал не так, почему Макс решил на приятный дружеский жест ответить: «норм».       Норм — это так грубо. Сложно представить что-то грубее, разве что: «ясно».        Лера вскоре позвонила ему, она была на какой-то шумной улице, пыталась говорить с ним, однако её наушники стали преградой для их общения.       — Может, позже я тебе звонькну, а? — Данила поправил волосы. Почему они не лежат всегда так, как он хочет? — Нихуя не слышу, честное слово.       ​Даня попрощался с ней, однако усидеть на одном месте не удалось, поэтому он решил, что гадать бессмысленно.       ​Стоит сходить к Максу самому. За последние несколько дней они вроде стали друзьями, так, что произошло?        Даня заказал такси до офиса и быстро оделся. Поправил волосы. Может, их как-то уложить? Может, побриться налысо? Идея хорошая, ещё можно ирокез себе въебать — тоже неплохо. Быстро это сделать — не выйдет, поэтому пока просто ворошит их руками. Нормально получилось? Вроде нормально.        По дороге таксист молчал, а Даня сидел в наушниках, смотря в окно. Алёна на входе, теперь лифт. Ну, он уже близко, немного осталось. Данила стучит в дверь кабинета. Тишина. Он стучит ещё.       Дверь приоткрывает какой-то парень. На Макса не похож, он совсем другой.         — Вы Данила, здравствуйте, — парень улыбнулся, полностью открывая дверь.        ​Теперь Даня видел Максима, сидящего за столом, чёрную подставку с документами и дырокол. Его цветы были в вазе на столе. Он быстро зашёл в кабинет.       — И в чём тогда дело? — Даня и сам не знал, почему он решил начать диалог так. Ни тебе «здравствуй, друг», ни тебе «привет, роднулькинс» — сразу к разговору о важном.       — Привет, ты о чём? — Макс не поднимал на него глаз, продолжая что-то печатать. Будто нервничал, почему?       — Макс, — Данила провёл рукой перед его глазами, — я тут стою вообще-то.        — Я вижу, — Максим на секунду отвлёкся, посмотрел на собеседника и вновь вернулся к своей работе.         — Это «что-то» важнее, чем наш разговор сейчас? — Даня наклонился к Максу.       ​Смех парня около двери отвлёк обоих от разговора. Тот, увидя, что на него обратили внимание, скрылся в коридоре.       — Ян! — Максим встал с места, смотря на уже закрытую дверь.       — Кто это был? Он твой коллега? — Данила быстро произнёс вопросы, тут же осадив себя за лишнюю любопытность — это вообще не его дело.       ​Макс удивлённо посмотрел на него, будто не понимая, что может быть в голове у этого человека, постоянно поправляющего свои волосы. Кстати, сейчас они хорошо лежат, ему идёт. Кажется, Макс пялится.       — Ян — мой друг, он здесь работает. А что, ревнуешь? — звучало тупо, Макс надеялся, что не слишком кринжово. Ему вообще не хотелось этого говорить, но он не знал, как ещё можно было узнать хоть что-то об истинных мотивах Дани — оставалась только шуточная форма.       — Ты о чём вообще? — отлично, он ещё и не понял. — Я узнать хотел, тебе чё, цветы не понравились, да?       — Понравились, — ещё и с темы съехал, вот рыжая гнида.       — Тогда чё ты так? «Норм». Как будто не понравились, я ж выбирал — старался, — Данила почесал нос.       — Да как-то… решил так ответить.       Даня тяжело вздохнул:       — Тут курить можно?       — Нет, конечно.       — Хуёво, может, перекур тогда? — Данила махнул головой в сторону окна.       — Пошли.  

***

        Данила выдыхает. Максим наблюдает за улетающим облачком. Он ещё и курит, может, не нужно Максу это всё? А волосы всё-таки красивые, и кто вообще мог подумать, что та чушь, которую Настя говорила о нём, станет правдой. Для Макса уж точно, а для Дани, видимо, нет, для него простая вежливость, наверное. В любом случае, Максим уже принял решение.       — Я просто подумал, что это странный ответ. А потом начал себя накручивать: вдруг я обидел тебя случайно на концерте и не понял этого. Или, может, я что-то не так сказал, или… матур? ​      Какой же он невероятный, как тяжело было продолжать слушать его — хотелось просто обнять — он действительно переживал, что обидел Максима. Даня, скорее всего, увидел, как на него смотрят, и перестал говорить, он убрал сигарету от губ и посмотрел в карие глаза напротив. Макс решил, что думать уже поздно. Он коснулся своими губами его, кладя холодные руки на открытую шею Дани. Он ожидал какого-нибудь ответа на свои действия. Поэтому, когда через секунд десять его не последовало, Максим отошёл от Дани на шаг и в его голове закрутились мысли о том, как этот невероятный человек врежет ему.         — Это чё было? — жёсткий вопрос, Макс даже не знает, что на него ответить. — Ты типа... Макс… ​      Максиму было интересно, что будет дальше, но для своей безопасности, он решил сделать несколько шагов назад, однако это действие не возымело эффекта. Данила быстро приблизился к нему, схватив за плечи. Он долго смотрел ему в глаза, не моргая. Его ступор быстро испарился.       — Дань, я пойду, наверное… спасибо, мне надо работу закончить… — за что он сказал «спасибо», никто не знал. Может, за цветы. ​      Максу просто хотелось вернуться в тёплый кабинет, сесть в кресло, немного успокоиться. В тот же самый момент ему хотелось получить по лицу от парня, держащего его за плечи. Если бы Данила ему врезал, он хотя бы понимал, что тот чувствовал. Неизвестность тяжело воспринимать.       — Стой.        Макс, который даже не имел возможности сейчас уйти, внимательно смотрел Даниле в глаза. Возможно, они видятся в последний раз, хотелось запомнить всё:        — Подумать мне дашь? ​      Максим ошарашенно посмотрел на Данилу, когда тот отпустил его, и сделал шаг назад:       — Дам. ​      Данила улыбнулся и поднёс сигарету к губам:       — Ну, это попозже.