Вечерок

Хвала Аду и Бездне, что у архитектора наконец завтра выходной, иначе он бы очевидно не смог стерпеть своего соседа на сей раз. Сколько не проси не убираться в его комнате, всё совершенно без толку. —Ты думаешь я просто так прошу? Или твой великий и ужасный мозг не воспринимает слов: "там могут быть важные чертежи"? — спрашивал, выходя из себя, Кавех. —Я просил тебя убрать это ещё две недели назад, — спокойно сказал Аль-Хайтам и перелистнул страницу книги. —И что? Я сказал, что уберу! Просто не сейчас! — Кавех схватился за голову и сел в противоположной стороне от младшего, —Можно было хотя бы дождаться меня и спросить. —Тебя не было на час дольше, чем должно было быть, — сказал Аль-Хайтам, вздохнув. Кавех взял чашку чёрного чая и отпил из неё пару глотков. Горьковато-кисловато-подстать Аль-Хайтаму. —Почему именно чёрный чай? — спросил Кавех, ещё немного повертев кружку, с похожей на его цвет глаз жидкостью. —У него самый яркий вкус, в отличие от всех остальных, — проговорил тот и потянулся следом за второй чашкой. —Не думаю. —Не думаю, что ты способен думать. —Эй, я вообще-то чувствительный. —По тебе заметно, — сказал Аль-Хайтам, нахмурившись, и отпив чай. —Правда? Мне казалось, я научился контролировать эмоции. —А ты пытался? —Да, но никогда хорошо не выходило, слишком болтливый и прочее по списку, что тебе там во мне не нравится, — засмеялся от упоминания "списка" Кавех. —То, что ты резкий и... —Да-да, я знаю его наизусть, — протянув последнее слово, сказал Кавех, —Самому не тошно? Аль-Хайтам посмотрел на него прищурившись: —Очевидно, нет. —"Нет" — протянул Кавех, —А, по-моему, тошно, просто ты не знаешь. Аль-Хайтам вздохнул и положил книгу на стол, за окном шёл снег и мерцали огни ночного Сумеру. Кавех лёг на спинку дивана, обращая голову вверх, а руки раскинув в обе стороны: —Есть что-то чего ты не знаешь? —Много чего, — сказал задумавшись Аль-Хайтам, отпив чай. —Например? —Зачем людям так нужны чувства? Кавех звонко рассмеялся и в пылу даже ударил того по плечу: —Людям нужны чувства, чтобы выжить. Аль-Хайтам посмотрел на него с прежним непониманием. —Страх — позволяет избежать опасности, радость — получить дофамин, грусть — серотонин и так далее, вплоть до любви — даёт возможность довериться человеку и не бояться за себя. —Врёшь, даже испытывая любовь, ты будешь бояться за себя. —А ты то откуда знаешь? —Это очевидно. —Правда? —Да. —Тогда человек, которого ты люби... —Так человек или сама любовь? —Любовь должна быть чем-то вызвана! —Да? По-твоему, любовь невозможна без объекта любви? —А, по-твоему, не так? —Испытывать любовь можно только к чему-то.... Это имеет смысл. Но выходит, что если радоваться и грустить можно без особой причины и не из-за чего-то, то любовь невозможна без причины. —Когда последний раз ты радовался без причины? Любые эмоции должны быть вызваны чем-то. Аль-Хайтам проморгался пару раз: —А если ничего у тебя не вызывает эмоций. —Это.... Не знаю. Люди живут с эмоциями. Какими бы те ни были, — Кавех смотрел в потолок, считая звёзды и снежинки. —Это странно. —Эмоции? Люди? —И то и то. —Ну, перед тобой эмоциональный человек, я странный? — Кавех засмеялся. —Да, и очень. —С кем ни бывает. Люди без эмоций тоже странные. Как вы вообще живёте, если буквально в каждой вещи можно найти что-то, что хоть что-то у тебя вызовет? —Легко, — только и сказал Аль-Хайтам. Кавех улыбнулся. «Легко» — это вряд ли, знал Кавех с самого чёртового начала. Даже так никому не легко. —Рад за тебя. Аль-Хайтам стиснул зубы, заметив, что не положил в книгу закладку.