дело привычки

      Виктории снился какой-то удивительно приятный сон, сквозь который она даже улыбалась. Вероятно, предвкушая целый день работы над проектом.  Джейс так и застал её - навалившуюся на лабораторный письменный стол, уткнувшуюся в сгиб локтя, с лёгкой блаженной улыбкой, отмечая про себя насколько на самом деле трогательно это выглядит.  Он однако не позволил себе долгих разглядываний, чтобы затем не умирать от неловкости, укладывая ей на плечо руку и аккуратно похлопав пару раз - достаточно для размеренного пробуждения.  Виктория же подскочила, резко открывая глаза, но увидев перед собой Джейса расслабилась, снова коротко пряча лицо в сгибе локтя, давая себе время проснуться и осознать себя как личность. И избавляя себя от необходимости делать это на глазах у своего партнёра.   Затёкшие ноги неприятно гудели.        По ощущениям на щеке остался след от блузки. Но это ничего: вероятно хуже дела обстояли на голове, однако её это не особо волновало – в сравнении с бесподобным Талисом даже не было смысла переживать. Она отдавала ему победу в конкурсе утренней красоты даже не потрудившись поучаствовать. — Я доделал! — Ага, — кивнула, — Что ты доделал? — со сна сипло, потирая бедро, будто это спасёт от всех неприятностей на свете. Нет, конечно, но морально это очень даже успокаивало.  Но всё таки бросила взгляд на доску, на которой не прибавилось ни строчки. И на соседний стол, где всё так же царил творческий беспорядок. Одним словом - ничего нового.  Вместо ответа перед ней на стол опустился чертёж. Новый ортез. Он даже смешную родинку на рисованном бедре добавил – заметил ведь, когда она разрешила посмотреть поближе. Это было единожды, но впечатлений хватило надолго.  — И что? Смело конечно, но дополнительные расчёты и изготовление займут примерно-… И тут Джейс прерывает, вытаскивая из-за спины то, что так долго скрывал. На самом деле, Виктория даже не заметила, что он что-то прятал. С таким же успехом он мог просто принести его в руках: — …Займут примерно полчаса - чтобы подогнать всё под тебя окончательно.  Виктория нахмурилась, прищурившись подозрительно: — С чего бы тебе этим заниматься?  Джейс неловко положил ладонь на затылок. Хихикнул - нервно. Погладил себя по волосам и покрутил ортез, не зная чем ещё себя занять. Всё это время девушка ждала ответа с удивительным для неё терпением.  — Ну. Просто так?.. — Виктория продолжила смотреть на него въедливым взглядом, не сказав при этом ни слова, но Джейс тут же сдулся, добавляя, что: — Я всё не мог выкинуть из головы мысль: что, если перераспределить нагрузку?! Простая физика, но я уверен, что мой вариант будет эффективнее твоей предыдущей модели. А ещё потому что ты слишком часто лупишь меня своей тростью. В моих же интересах, чтобы ты не перешла на костыль - там удар будет ощутимее! Виктория рассмеялась - внезапно, со сна не успев заползти под свою маску отстранённости.  О том, что Джейс действительно с этой мыслью прожил неприлично долго, втихую проводя крупицы свободного времени в кузне, лишь бы ей стало хоть капельку легче - он решил умолчать, чтобы не усложнять и без того странные взаимоотношения.  — Так можно я?..  — Нет, — он почти успел расстроиться такому резкому отказу, но ненадолго, — Сначала я хочу посмотреть. И имей совесть, я только что проснулась. Мне нужно в уборную, — она поглядела на него со смешливым укором, — Потом можно попробовать.   Он посмотрел с таким восторгом, что немедленно захотелось потрепать его по волосам. Но этот порыв она сдержала, вставая, и быстро поправляя длинную юбку, которая успела порядочно измяться.        Возможно ей стоило почаще заходить домой, но последние дни были слишком увлекательны, чтобы отвлекаться на наряды. Теперь какая-то часть об этом остро жалела, однако оставалось лишь смириться: уход домой сейчас стал бы непозволительной роскошью, ещё и расстроил Джейса, который кажется умирал от желания попробовать.        Конечно, благородный Джейс бы не сказал ни слова, и даже попытался помочь, подхватить вещи, но это означало, что все их научные изыскания отложились на пару часов - минимум. Лучше провести их в лаборатории.        В туалете она умылась, после вытирая лицо жёстким бумажным полотенцем, разглядывая, как на бледном лице появляется румянец - всего лишь от трения кожи, но она всё равно коротко хмыкнула: в обычной жизни подобным реакциям у неё места нет. Да и случая, чего таить.  Подумать об этом не получилось: в следующую секунду жёсткие края предыдущего ортеза неприятно зацепили кожу, заставляя нахмуриться: кажется, не стоило спать сидя. Отёки здорово усложняли жизнь.  Джейс тем временем уже успел сделать кофе, разобрать свои завалы, и вообще представлял собой понятие хаотичного добра, устроив проветривание, и даже, что это, свежие булочки? Да. Даже выложив свежие булочки.  — Завтрак, — шаркнул он ногой смущённо.  — Круто, — ответила она, опускаясь в кресло, и без тени сомнений забирая выпечку, — Дай мне кофе.  Он с готовностью поставил перед ней кружку, ловя благодарный кивок головой. И этого правда было достаточно, чтобы довольно улыбнуться. Вероятно он слишком слаб.  Держа в одной руке кофе, а другой потянувшись с интересом за новым ортезом - Виктория удивительно просто смирилась с этой мыслью - она уже заметила кое-что, что вызвало невыносимый приступ смеха, который удалось замаскировать под покашливанием.  — Джейс Талис, — начала она пафосно, обводя пальцем крепления, и даже разглядывать долго не надо, чтобы распознать на каждом герб дома Талис, — Ты решил меня заклеймить? Уши Джейса Талиса запылали, и он судорожно начал перебирать бумаги, зачем-то вытащив их из подставки: — Да я просто… Привычка у меня такая! Ничего предосудительного, просто… — Да забей, — смилостивилась Виктория, наконец откладывая его работу на стол, — Я над тобой прикалываюсь. Не ожидала иного от человека, который подписывает страницы у себя в дневнике.  — Вик!.. — Не называй меня так.  — Ты будешь припоминать это мне вечно? — Именно так.  — Тогда так же навечно останешься «Вик».  — Мы всё ещё можем поговорить о твоей попытке отметить меня как свою собственность.  На этот раз Джейс демонстративно затолкал в рот булочку с сыром. Вообще-то это выглядело довольно отвратительно со стороны. Но так ему и надо. 

***

— Я согласна.  Послышался звук, символизирующий, кажется, недоумение.  — А?! Иногда Виктории хочется модифицировать трость так, чтобы она вытягивалась, давая возможность стукнуть Джейса в каком бы углу лаборатории он не находился.  — Поменять ортез на твой. Помоги мне.  Он оказался рядом через пару секунд, отвлекаясь от своих инструментов, и протягивая руки, чтобы… Чтобы подхватить её под мышки и усадить на стол?! Виктория безоговорочно хлёстко шлёпнула по его рукам, на всякий случай отгораживаясь кружкой: — Ещё чего! У тебя грязные руки. сначала удосужься вычистить ногти! — Вообще-то я хожу на маникюр время от времени.  Ну ещё бы.  — Вообще-то руки надо мыть чаще.  Джейс не отвечает исключительно от большой любви - разумеется, партнёрской. И оттого, что засобирался в уборную, увольняя себя от наблюдений за тем, как Виктория в пару движений неожиданно резво перебирается на стол, резко задирая юбку и придирчиво осматривая неказистое железо.  Вообще-то Джейс только что это видел, и пылающие уши - фигня, по сравнению а тем, как заалело лицо целиком. Пожалуйста, не осуждайте его: это правда было горячо. Хотя осмелься он произнести это вслух - было бы странно.

***

      На следующие полчаса, Джейс выпал из жизни, вместо себя оставляя, если угодно, творца, замысловатую конструкцию закрепляя и подтягивая детали там, где это необходимо. Случайные прикосновения к голой коже были неизбежны. Как и то, что ему пришлось устроиться между девичьих ног с поднятой юбкой - к чести Виктории она носила внизу шорты, будучи готовой ко всяким ситуациям, - но со стороны вероятно это выглядело довольно компрометирующе. Однако Джейс забыл как смущаться, погрузившись в работу с концами.  Честно, Виктория ему за это благодарна, сама едва удерживаясь от того, чтобы хотя бы ногой повести вслед за прикосновением. Но: а) это не соответствует технике безопасности. И: б) это недопустимо.  Никто не отменял этики. И того, что на неё Джейс посмотрит исключительно как на партрёрку. Максимум - хорошую знакомую. И портить хорошие взаимоотношения своими глупыми желаниями было бы… Непродуктивно.        Пока она расхаживается, осторожно ступая, испытывая это приятное ощущение от новизны, когда тут же думаешь «как же я жила без этого раньше?» – пока она восторгается, на плечи вдруг опускается джейсов пиджак. Пижонский. Белый. Тяжёлый и бессовестно тёплый.  — А это ещё зачем? — Ты же замёрзла. У тебя на ногах даже были мурашки.  Ну да.  — Точно, — показательно продевая руки в рукава, представляя как комично выглядят мощные наплечники на её плечах. И лучше пусть он над ней посмеётся, чем думает о глубинной причине мурашек на ногах, — Кстати, Джейс. Ты гений.  Неожиданно он отмахивается: — Снова… — он задумался, вспоминая слово, — Снова надо мной прикалываешься.  — Нет же! Это правда. Мне сейчас в два раза легче.  — О… — недоверие из его голоса пропало предательски быстро, сменившись радостью от похвалы, — Спасибо, Вик! — Ну нет! Никакой Вик здесь нет, и не было никогда! — Да? Что ж, тогда тебя не заинтересует как я смог всё стабилизировать, и что ещё надумал? Он знает на что надавить. Абсолютно точно. Стопроцентно.  — Ладно, я здесь. Как? — Расскажу тебе это на прогулке. пошли.  И на самом деле не оставляет ей выбора, кроме как пойти с собой, подставляя лицо солнцу, что ещё не вошло в полную силу, давая возможность даже таким затворницам как Вик насладиться собой.