Если бы он мог вернуться в прошлое

      Не делай резких движений. Будь осторожен.       Сердце бьётся ровно. Лёгкое и спокойное. Глаза прикрыты. Тачихара спит.       Ночь приносит с собой кошмары, но Дзëно не боится страшных снов — он их создаёт. Он привносит ужас в жизнь жертв с необыкновенной щедростью.       У Тачихары кошмаров целая коллекция. Где-то среди его страшных снов Дзëно раз за разом чувствует и собственное присутствие, ужас, созданный его руками, оставшийся в памяти.       Но ничего нового Тачихара не получит — Сайгику больше не смеет играть с ним, слушать, как бьётся перепуганное сердце, и получать удовольствие, ощущая, как ещё одна жертва загнана в угол.       Он больше не может этим наслаждаться.       В какой момент Тачихара вдруг становится тем, кто дорог и кого не хочется терять, — Дзëно не знает. Но помнит все дни, когда показывал ему, кем является на самом деле.       Воплощением кошмара, в чьих руках рассыпается жизнь.       Пока спит, Тачихара абсолютно беззащитен, и Дзëно может остаться в тëмной комнате, слушая его ровное дыхание. Дзëно облегчённо выдыхает, ощущая, что сейчас сон Тачихары спокоен.       Если бы Сайгику мог вернуться в прошлое, не позволил бы себе заигрываться в его присутствии.       Ведь всё неправильно — холодное дуло пистолета не должно было касаться его щеки, Дзëно не должен был мучить и убивать пойманных преступников при нём, не должен был выкалывать глаза или касаться ледяных тел, зазывая сделать то же самое.       Всё неправильно — Дзëно не надо было обнимать Тачихару, прятать в своих руках.       Он касался резко, он делал это неосторожно.       Дзëно садится на пол у кровати Мичидзо, склоняет голову. Не трогать его руки, не гладить по голове — Мичидзо спит, он устал, и ему нужно отдохнуть. Ему снятся спокойные сны, и Дзëно не должен обрывать их, впуская каждым прикосновением новые ужасы.       Под утро кошмары рассеиваются и рассыпаются на частицы. Дзëно отсыпается днём.       

***

      Прячущегося в коридоре корпуса Тачихару хочется обнять, укладывая голову на плечо. Он возвратился на какое-то время, оставив позади Портовую мафию и принося с собой звуки тяжёлого сердца.       Дзëно скучал.       Он приветствует тихо, улыбаясь мягко и немного. Он помнит. И Тачихара помнит. Пистолет, кровь, ледяной труп. Слова, что не нужно было произносить. Действия, которые не стоило совершать.       За ошибки приходится платить, и Дзëно не позволяет себе обнять Тачихару, погладить по спине осторожно и медленно, деля тепло на двоих, ведь знает — Мичидзо его всё ещё боится.       Страх ощущается и в тот момент, когда Тачихара просто слышит приветствие.       Если бы Дзëно мог вернуться в прошлое...       Дзëно не говорит, что скучал. Он немного склоняет голову на бок, спрашивая про обстановку в мафии, но Тачихара отмахивается и заверяет, что уже слишком поздно и он устал.       Сайгику мог бы спросить о его самочувствии, но у Тачихары тяжёлое сердце, когда он рядом. Дзëно молчит.       Время разбивает воспоминания на куски и притупляет чувства. Но этого недостаточно, чтобы страх отступил. Дзëно знает это. Помнит, когда провожает Тачихару в мафию. Дуло пистолета, касающееся щеки. Трупы. Выколотые глаза. Трясущиеся руки. Его собственный больной шëпот — он развлекался, как мог, пугая Тачихару.       — Будь осторожен, — произносит в спину, зная, что Мичидзо в большей безопасности, пока его нет рядом.       За ошибки полагается платить. И Дзëно платит сполна, ощущая, как тяжелеет сердце Тачихары, стоит ему оказаться поблизости.       Тачихара просто кивает, не прощается, ничего не произносит. Но Дзëно и не нужно его слов, чтобы понять. После всего, что натворил, ему стоило бы держаться подальше.       Мафия забирает Тачихару с собой, прячет в своих объятиях, погружая во мрак.       Дзëно остаётся в Ищейках. Слушает удаляющиеся шаги и звук мотора. Если бы мог вернуться в прошлое, если бы он мог предотвратить это...       Не рождать кошмаров. Не мучить. Не касаться кровавыми руками, не быть образом в чужих страшных снах.       Не сливаться с тьмой, прячась в комнате Тачихары, слушая его сердцебиение.       И ничего не чувствовать.

***

      Если бы он мог вернуться в прошлое, сумел бы отстранить себя от Тачихары?       Но Дзëно слишком эгоистичен. И в настоящем, когда поддерживает его успехи в мафии и впервые чувствует, что мог бы просто уложить руку на его плечо, едва коснуться, — со временем сердце Тачихары уже не такое тяжёлое рядом с ним. Дзëно знает, что просто времени недостаточно.       Он мог создать не только страшные сны. Создать что-то тёплое, уютное, хрупкое и едва уловимое.       Не быть воплощением кошмара рядом с Тачихарой. Чтобы жизнь того, кто ему дорог, не рассыпалась в его собственных руках.       Он бы не простил себя за это.       Тачихара не сбрасывает его ладонь. Улыбается неловко. Кивает.       Дзëно чувствует и другое — Тачихара действительно делает успехи, хорошо скрывая свои чувства. И где-то там, спрятанное в глубине, хранится воспоминание, как та же ладонь, но только кровавая, касалась плеча так же, а Мичидзо хотелось сбежать. Это воспоминание с ним навечно, он не мог так просто забыть об этом и хорошо скрывал, что оно не пробивается на поверхность, стоит Дзëно оказаться рядом, — Дзëно не мог отвертеться от этих мыслей.       Расплата не должна быть короткой. Он этого не достоин.

***

      Если бы он мог вернуться в прошлое, если бы он мог...       Он этого не мог.       Время разбивает воспоминания на куски и притупляет чувства. И он ждал, прежде чем в один вечер, находясь рядом с Тачихарой, сказать ему:       — Прости меня.       Тачихара поворачивается. Смотрит, нахмурившись.       — О чëм ты? — спрашивает, волнуясь.       — О том времени, когда ты только появился в Ищейках. О наших совместных миссиях. Меня действительно не волновало ничего, кроме самого себя. Я так много думал, как поступил бы, если бы мог вернуться в прошлое. Если бы мог не пугать тебя. Я не хотел причинять тебе боли.       — Эй, — засмущался Тачихара. — Ты нашёл, когда вспомнить об этом. Это было два года назад, и, — Тачихара почесал затылок, нервничая, — ты был добр ко мне в последнее время.       — А до этого убивал при тебе и глаза выкалывал. Этого не выкинешь из памяти, — Дзëно разозлился.       Тачихара вздохнул.       — Не выкинешь, — согласно кивнул он. — Но какой смысл вспоминать это сейчас? Я тебя простил уже давно. А ты сам себя простил?       Дзëно молчит. Но как он мог так просто простить себя, зная, что стал частью кошмаров человека, который так дорог ему?       Зная, что остановил бы себя в следующий раз лишь в том случае, если бы рядом был Тачихара. Что-то не поменяется никогда, и даже если бы он мог создать что-то прекрасное, его руки по-прежнему будут рождать страшные сны.       Если бы он мог вернуться в прошлое... Если бы он мог отпустить это и выпустить самого себя из кошмара.