Дельта Семиречья

В дельте Семиречья, в светлых лесах водится кукушка сирин Семиречья, Семижды-кукушка. Гномы носят медные колпаки и чистят их каждое утро, отчего колпаки горят золотом. На конце колпак завивается в тонкий стебелёк, мало не доходя до того, чтобы стать узором улиткиной раковины. Трубочка на конце колпака срезана. Гномы ходят в лёгкие леса дельты Семиречья слушать Семижды-куукушку. Когда её песня, семижды кукук попадает в колпак гнома, она наполняет его таким звуком, который проходит звоном до самых его пяток гнома. Таким сладким звоном, таким нежным, нежнее налимьих печёнок. Едал-ли ты налимьих печёнок? Нет, не ел. Не представить тебе сладости звона, который наполняет гнома. Когда же звук доходит до верха колпака, где загнутая трубка, то из неё выходит такой сладкий уюй, что гном сел на траву и заплакал от счастья, то прислоняя маленькие и плотные ладони к мокрому лицу, то хлопая ими по груди. Над простором воды было вечернее иссине-тёмное небо, подбитое снизу розовой кистью, где село солнце. Гном сидел в высокой траве, в которой поднимались белые цветы и купой, лежали поверх неё, и распространялись россыпи мелких жёлтых. Сзади гнома был лёгкий лес, зеленое облачко на вершине волны, поднятое легко-коричневым снизу. Гном встал и подошёл к тихой воде. На траве лежал и спал водяной. Когда гном принялся хлопать водяного по толстому лицу ладошками, щёлочки глаз на лице водяного, верчёном слоями плоти, распахнулись, и водяной увидел лицо гнома: тающее, плачущее, счастливое. - Бог с тобой, бог с тобой, - забурчал водяной и на спине пополз к неподвижной вечерней воде, и только живот - белая вишня последний скрылся под водой. @helloyauthor