Слава Богам, я не главный герой! Книга первая. Часть 1

      — Мистер Поттер? - спросил я, заходя на лужайку и видя, как подросток в рабочей одежде поливает клумбу.       — Э-э... Да-а... - растеряно ответил очкарик, оборачиваясь. Я улыбнулся во все двадцать восемь.       — Директор Дамблдор передаёт привет, - резким движением руки выхватываю из "воздуха" конверт с письмом и протягиваю Избранному.       Ооо, когда я увидел Поттера с шлангом в руках, я не смог удержаться и не повторить эту отсылку. Такой шанс упускать было нельзя!       Пацан дёрнулся и, запутавшись в штанинах, чуть не упал, но я успел его подхватить и рассмеяться.       — Извини, Гарри, я не удержался. Меня зовут Бьёрн Хельт, а вот этого здоровяка, - я помахал рукой, и Хагрид вышел из-за дерева, - Рубеус Хагрид, но он предпочитает просто Хагрид. Сейчас прозвучит то, что обычно говорят педофилы, но он друг твоих родителей. А теперь — читай письмо.       — А?       — Бэ. Вскрывай конверт и читай письмо. Вслух. С чувством, с толком, с расстановкой. Вперёд, день не резиновый.       — Э-э, ладно, сейчас, - пролепетало это взъерошеное чудо в очках и принялось читать. "Альбус-много-имён-Дамблдор, бла-бла-бла... Школа чародейства и волшебства Хогвартс, бла-бла-бла... Перья, котлы, мантии, бла-бла-бла". Так, ну вроде бы он дочитал и теперь смотрел на меня круглыми глазами.       — Чё непонятного?       — Я что, волшебник?       — Так, Хагрид, твой выход, - я отошел в сторонку, чтобы не стоять между канонической встречи. - Давай коронное — "Ты волшебник, Гарри".       — Эх, не так я себе это представлял, - вздохнул великан. - Да, Гарри, ты волшебник. Прям как твои мамка с папкой. И ты будешь учиться в лучшей школе чародейства и волшебства — Хогвартсе!       — И у тебя будет самый лучший директор — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор! - поддакнул я и, распахнув руки, выполнил "колесо".       — Но я должен буду учиться в школе Святого Брутуса, так дядя с тётей говорили. Они уже и форму мне приготовили...       — Да-а, тяжёлый случай. Хагрид, сходи-ка погуляй минут пять, мне надо побеседовать с будущим однокурсником...       — Э-э... Бьёрн, только не чуди сильно, ага?       — Ты ж меня знаешь! Когда это я чудил? - подмигнул я Гарри и, схватив оного за ворот, потащил в дом. Когда мы подошли к двери, я придирчиво осмотрел Поттера и отряхнул его. - Итак, урок первый. Что самое главное, когда ты приходишь в гости?       — Не знаю...       — Быть вежливым! - подтвердил я важность сказанного поднятым пальцем вверх, после чего занёс кулак над дверью, в котором держал крохотный камень маны, прочистил горло и... - ТУК-ТУК!!!       Стукнув кулаком по двери спустя секунду после озвучивания намерений, я наблюдал прекрасное действо — дверь слетела с петель и пролетела аж до кухни, а хлопок звуковой волны заставил разбиться всё стекло и керамику в доме. Не дав Гарричке сползти по стеночке, я потащил его за собой к собирающимся в кучку Дарсли.       — Здрасте, люди добрые. Вопрос первый - почему этот шкет до сих пор не знает, что он волшебник? На этом вопросы кончаются и начинаются факты. Факт первый: меня за применение волшебства наказать не могут — у меня и палочки нет. Факт второй: ваш дорогой племянник переезжает в маленькую спальню наверху из чулана, а первого сентября уезжает учиться в Хогвартс, в противном случае — смотри факт первый. Факт третий: мы сейчас идём в Косой переулок закупаться Гарричке к школе, а когда его вернём, первая половина второго факта будет выполнена. Попрыгайте на левой ноге, если всё поняли.       От моего перформанса Петуния медленно упала в обморок, Дадли запрыгал на правой ноге, а Вернон начал закипать:       — ТЫ ЧТО СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ, МЕ... - не успел он договорить, как я хлопнул в ладоши с очередным камнем маны, уже малым, и дом существенно так затрясло, а гнев в глазах Дарсли сменился затравленным страхом.       — Третьего такого фокуса ты не переживешь, Дарсли, - предупредил его я, заметив струйки крови из ушей блондина. Вряд ли он меня хорошо расслышал, но головой закивал, как китайский болванчик. - Вот и здорово!       Я достал из кармана небольшую дощечку с рунами, вставил в неё средний камень маны, и уже через минуту дом выглядел так, словно меня тут и не было. Разве что кучка древесной трухи на полу осталась вместо артефакта. Подхватив ничего не понимающего Поттера, я вышел из дома, как бы невзначай, провел ногой по ещё одной кучке трухи на траве, пряча её.       — Как и обещал, Хагрид, уложился в пять минут! Можем отправляться.

***

      Весь путь до Косого переулка я оставил на Хагрида. Поттер теперь был в нужной кондиции и внимал восхвалениям Дамблдора и его родителей, а также историям про волшебный мир.       Я же, прихватив с прилавка в метро журнальчик для туристов с картой Лондона и отмеченными на ней магазинами, ретировался за покупками, обещав к пяти вечера быть в кафе Фортескью. Деньги я получил, заготовив несколько кусочков пергамента с печатями анализа матрицы — я "спотыкался", "падал" на богато одетых людей, прикладывая печать к барсеткам и сумкам и подавая в неё ману, а потом, в укромном углу, дублировал скопированные матрицы и потрошил кошельки. Даже если думали, что я карманник, быстрый осмотр показывал, что всё на месте, и меня отпускали. Улики же отправлялись в говноинвентарь (я научился открывать его и с рук, а не только в кишке). Так что спустя час у меня было маггловских денег, как у дурака — фантиков. И я отправился на шопинг.       Первым делом закупился привычной по прошлой жизни маггловской одеждой и обувью по размеру, прошёлся по продуктовому гипермаркету, книжному, магазину комиксов, набрал всего для развлечений на открытом воздухе и в закрытом помещении, и под конец наткнулся на большой магазин охоты и рыбалки. И там я пропал... Часа на два. А уходил с матрицами удочки, спиннинга, набора блёсен, гитары (какая охота и рыбалка без гитары?) и рогаткой для охоты и рыбалки. И последнее запало мне в сердечко.       Я уже научился подавать посыл в камни маны с условиями активации, что и продемонстрировал в доме Дарсли. Но тогда на руках были нарисованы печати экранирования, чтобы своей магией не прибить себя с Гарриком. А рогатка открывала целый спектр возможностей, и первое, что пришло мне на ум — это фаербол. Посыл огненного взрыва с активацией при столкновении, и летящий камушек рванёт как неслабая бомбарда. Осталось только поколдовать над рогаткой, увеличив её износостойкость и скорость полёта снаряда, и это будет самая настоящая вундервафля! И со снарядами проблем не было — после установки печатей я заметил, что скорость вырабатывания маны начала расти, и мои запасы камней маны росли в пока слабенькой, но геометрической прогрессии. Чего нельзя было сказать про "ложечку", которой я зачёрпывал ману, чтобы полноценно колдовать.       Если я правильно понял, местные волшебники оперировали понятиями "резерв", "ядро" и "каналы" для своей магической системы. Ядро вырабатывало ману, резерв служил хранилищем этой маны, а каналы служили проводником маны от ядра в резерв и от резерва в мир.       В моём же случае, оперируя этими понятиями, выходило, что моё ядро — термоядерный синтез супротив свечек и костров. Мана лилась из меня просто с бешеными скоростью и количеством, при этом не сказать, что я уставал — словно я был узким горлышком в потенциально бесконечный океан магической энергии. Из-за этого у меня не было магических каналов как таковых — каждая клеточка, каждая молекула моего тела была идеальным проводником магической энергии. А резерва и не было вовсе — мана в моём теле не задерживалась совершенно, собственно, почему меня и облепили печатями. Вот и стоял я посреди бурного дикого потока и мог зачёрпывать лишь то, что мог удержать в ладошках. Радовало, что расту сам - растут и ладошки.       Когда пришла пора возвращаться в Косой переулок, я нашёл зелёного Хагрида в Дырявом котле. Ясно, гоблинские горки были. Похлопав великана по предплечью, я попросил бармена открыть проход и отправился на поиски Поттера. Очкарик нашёлся в ателье мадам Малкин, позируя под летающими метрами и иголками напротив знакомого зализанного блондинчика и вёл ожесточённый спор.       — Ты же всю жизнь прожил в мире магии, ты-то уж должен знать!       — Я и знаю! И говорю тебе, невозможно в нашем возрасте хлопнуть в ладоши и разнести дом в щепки!       — А я говорю, что видел это так же, как вижу сейчас тебя!       — Много болтаешь! Ну и почему тогда этот Бьёрн не с тобой, а?       — А Бьёрн уже здесь, - подал я голос, улыбаясь в лучших традициях Орочимару и выстрелил из рогатки щепоткой песка маны, вложив в посыл все воспоминания о том, как меня кусали оводы (они же сплетни, они же "ай сука больно"). Жалящее заклинание нервно курит в сторонке после такого дуплета, и Малфой сразу ощутил на себе частичку русской природы. - Драко Малфой, я полагаю? Не спеши говорить, что об этом скоро узнает твой papа́ — ты назвал брехуном Гарри Поттера, а вместе с ним и меня. Так что заслужил.       Малфой поднялся обратно на табуретку, обиженно сопя и почёсывая пятую точку, куда пришлось больше всего "дроби".       — Где ты достал рогатку? - удивился Поттер, и я спрятал её в инвентарь.       — Скопировал матрицу в магазине для охоты и рыбалки, а потом воссоздал.       — Не хочешь, не говори, - насупился Гарри и сунул руки в карманы.       — Тоже дроби хочешь? У меня много, - подмигнул я, и мальчишка неистово замотал головой. - То-то же. Чуть больше доверия к будущему однокурснику!       — Значит, это правда, что ты хлопнул в ладоши и разнёс маггловский дом? - поинтересовался Малфой, которому не нравилось, что он тут страдает, а про него все забыли.       — Не совсем. Я стуком в дверь вынес её в противоположный конец дома, отчего все, что могло разбиться в доме, разбилось, а потом припугнул родню Поттера хлопком в ладоши, от которого затрясся дом и у магглов потекла кровь из ушей. А когда они пообещали вести себя хорошо, я использовал созданный мной прототип артефакта для ремонта дома, и через минуту дом был таким же, как и до моего прихода.       — Да на такое бы половина Министерства слетелось бы, это же нарушение Статута, - недоверчиво, но без прямых обвинение проговорил блондинчик. А он молодец, быстро дрессируется!       — Это потому что ещё во время разговора с Поттером я подбросил на лужайку другой артефакт, который не давал за купол выйти моим магическим всплескам, а ещё не пропускал звуки и отвлекал внимание магглов. Так что нарушение Статута вроде бы было, а вроде бы и не было.       — Так, мальчики, - из-за полок с тканями вышла мадам Малкин с двумя свёртками, - это ваше. Ой, Бьёрн, и ты тут!       — Мадам Малкин, а вы всё так же прекрасны, как и в день, когда я в первые вас увидел, - полушутливо поклонился я, на что от владелицы ателье послышался великосветский смешок. - Господа, не будь этой прекрасной дамы в моей жизни, и я остался бы без исподнего!       Мне незамедлительно прилетел подзатыльник, однако мадам Малкин не могла сдержать улыбки.       — Нашёл, чем хвастаться! Ты поди тоже в школу собираешься?       — Агась, - я быстренько оглядел Поттера с Малфоем. - Мерки снимать нет необходимости, мы с Малфоем плюс-минус одной комплекции.       С этим словами я взял свёрток, предназначавшийся блондину и, игнорируя его возмущенные вопли, быстренько расстелил кусок пергамента на весь стол с печатью анализа и снял матрицу со свёртка, после чего вернул Малфою, а стол, где пергамент уже рассыпался пылью, положил стопочку галлеонов.       — Это в качестве извинения за то, что побеспокоил вас и немного намусорил.       — Если бы не твоя вежливость, - проговорила женщина, пряча галлеоны в декольте и колдуя невербальное Эванеско на тонкий слой пыли, - я бы не позволяла тебе вытворять здесь свои фокусы.       — Как можно! Сами же знаете, что моё сердце принадлежит только вам! Господа, - обратился я к мелким, что стояли с одинаково неаристократично упавшими челюстями, - нам пора. Вы уже закончили с покупками?       — Мне осталось для зельеварения закупиться, - первым пришёл в себя Поттер и махнул головой на ужас всех первокурсников — школьный сундук, в который поместится три Поттера и который ошибочно кто-то называет чемоданом.       — А я свободен. Отец отправился в книжный, а мама присматривает мне волшебную палочку.        — А, точно! Палочка ещё нужна.       — Хочешь сказать, Малфой, что самый главный инструмент волшебника на всю его оставшуюся жизнь, который является продолжением руки и частью самой сути волшебника, от которого будут зависеть твои успехи и неудачи, а также твоя жизнь, сейчас подбирает тебе кто-то с другой магией, другого возраста, другого пола и даже — другой душой? - прищурился я, а блондин бледнел с каждым сказанным словом. - Предлагаю дойти до Олливандера — мы с Поттером купим себе палочки, а ты убедишься, что выбранная твоей мамой палочка тебе подходит.       — Ага...