Жизнь 354

На экране телефона цифры давно превышали 11. Нам Гю, нахаживая круги, переминая пальцы, набирал один и тот же контакт: "Чхве Субон" Танос не заявился домой в 9, в 10. На студии его не было. Он просто исчез. На звонки не отвечает, искать его неизвестно где. Худшим было набирать номера больниц с целью найти хоть что-то. Губы сжимались в тонкую полосу, дыхание учащалось, а в голову лезло все самое худшее. Его просто нет. Нам Гю успокаивал себя, что сел телефон, сломалась машина, какая-то встреча, но нет. Никакой встречи не было. Танос написал только одно сообщение: "я пошел домой". Только прошло уже часа 2 минимум, а дома никого не было. Позвонил кому только можно - ничего. Никто не видел, не слышал, словно Субона и не существовало. Дома было жутко холодно, стены как будто сжимались, а чувство страха все росло. Как было страшно, когда позвонили с незнакомого номера - здравствуйте, Нам Гю, верно? - женщина сделала паузу - Городская больница- Что говорила она дальше слышно не было. Голова будто отключилась. Такое бывает при панической атаке, когда мозг как бы закрывается, чтобы защитить нервы. Сбила машина, авария, что-то ещё, все перемешалось в голове, пока Нам Гю ехал в такси и вытирал слезы. Он боялся, жутко боялся потерять то, ради чего живёт. Раньше такого никогда не было. Чувство страха за другого человека. От этого можно сойти с ума. Представление жизни без Субона было не жизнью. Зубы стучали, хотелось лечь рядом. Нам Гю бы лёг, если бы с тем что-то случилось. Женщина не сказала что с Таносом, сказала только, что он там. Как же страшно ощущать чувство утраты. Это больнее любого физического удара. Длинноволосый ворвался в больницу, растолкал всех на ресепшене, кричал, умолял, пока его не подхватили какие-то медсестры, не усадили на место ожидания и не успокоили. После подошла темноволосая женщина, в узком ей халате, и спросила к кому он. - Чхве Субон, что с ним? - надрывисто сказал Нам Гю, будто того уже нет в живых. Женщина опустила голову в пол. Сердце пропустило удар. Мир перестал казаться реальностью, будто это сон, будто сейчас Нам Гю проснётся, а рядом будет его Танос. Прижмет его к себе, скажет что-нибудь на английском. Но его тут нет.... Женщина погладила его по плечам, по голове, как родного сына. А после виновато засмеялась: - это этот? Который руку потянул? Вон там сидит - она указала пальцем на какой-то коридор, куда тут же понёсся Нам Гю. На лавочке сидел Субон. Живой, только под носом была засохшая струйка крови, под глазом хороший фонарь, а ладонь перевязана. Заметив кошака, он виновато поднялся. - какая ты мразь - Нам Гю вцепился со всей силы в Таноса. Обхватил шею руками, плакал и материл. Он испугался не на шутку. Зарылся пальцами в волосах, целовал щеки, а после аккуратно осмотрел синяк – какие приключения на жопу ты опять нашёл? - да прости, Нам Су, тут такая история вышла - прижимает его к себе Танос, чувствуя свою вину. Фиолетовый вытер его слезы и усадил на лавку. - у меня руки до сих пор трясутся - показывает свои холодные ладони парень, но их тут же перехватывают, начиная греть. Танос, как положено, вышел из студии. На улице темнело, начали включаться фонари. Недавно он купил какую-то новую штуку для аппаратуры, а длины провода для розетки не хватало, поэтому поехал за удлинителем. Планировал сделать все быстро, как неожиданно в строительном магазине образовалась огромная очередь. Интернет в этом доисторическом помещении подводил, так что сообщения контакту "Нам Су" не отправились. Танос в такие моменты проклинал свою неусидчивость. Бросил все и ушёл. И должно было быть нормально, если бы на выходе Субон не встретил какого-то обкуренного парня, который теснился у входа. Заметив фиолетовые волосы и красную кофту, которую не заметить невозможно, он остановил его. - сигарета будет? - парень уставился на Таноса. Красные глаза, потрепанные волосы, убитая одежда и трясущиеся руки. Таких людей было видно сразу. И как же страшно было осознавать, что Субон был таким же. Убитые мечты, надежды. Остаётся только толпится у магазина, чтобы погреться и выпросить сигарету. - I'm sorry, не курю - отмахнулся Субон, отпуская парня. - а я, кстати, тебя видел - задумавшись, выдаёт наркоман - в клубе Пентагон, я там 3 года назад работал, ты постоянно ходил к одному и тому же бармену. Вы до сих пор общаетесь? Разговаривать с ним желания не было. Хотелось побыстрее домой. Та жизнь пугала. Танос, проигнорировав его слова, уже подошёл к машине, как вдруг тот парень крикнул: - жиголо тот ещё! Неадекватное поведение понять можно. Правда слышать оскорбления в сторону Нам Гю почему-то было неприятно, будто это было и в Субона сторону тоже… - че сказал? - серьёзно спрашивает Субон, опираясь на дверцу машины. - да он всему клубу пересосал за деньги. Ты разве не в курсе? - усмехается парень, показывая всю свою сущность и отвращение. Жизнь Нам Гю вымотала как только можно. Он брал в долг на еду, а на зарплату в клубе оплачивал себе проживание. Субон знал, что тот подрабатывал где-то ещё. Но даже на трезвую голову он не помнил, чтобы Нам Гю упоминал подобное. Такая агрессия ударила в голову. Не имело значения ложь это или правда, длинноволосого оскорбили. Нам Гю вылез из глубокой ямы, из которой не каждый сможет вылезти. Он бросил наркотики, начал новую жизнь. Танос гордился им. Такая грязь в его сторону была просто гранью. Последний раз Субон дрался около года назад. Да и то дракой это назвать нельзя было. Заехал какому-то мужику в нос, чтоб знал. А здесь было такое желание, что нельзя описать. Захлопнул дверцу машины, вцепился, повалил его на асфальт и бил со всей силы, куда только видел. - телефон где-то там потерял. За нами копы приехали, штраф выписали, ну его за наркоту в отделение, а меня в больницу. - Субон потёр свою ладонь Нам Гю поник, тяжело вздохнул и уставился куда-то вдаль, лишь бы не смотреть в голубые глаза. Неважно было это правдой или нет, дело было не в этом. Субон никогда не позволит, чтобы над Нам Гю смеялись, вспоминали о его прошлом. Парень прижал бармена к себе, обвивая ладонями бледное лицо. - я тебя, пиздец, как люблю, Нам Су, и срать я хотел на то, чем ты там занимался. - Танос прижался лбом к лбу кошака Нам Гю, заглянув в эти полные любви глаза, слабо улыбнулся. Легонько провел пальцами по поврежденной коже, а после облизнул кончик рукава и вытер засохшую кровь. - сильно покалечил? - ехидно улыбнулся Нам Гю, отпуская ситуацию - за нас двоих - усмехнулся фиолетовый, прижимая к себе бармена, выдыхая. Телефон Субон нашёл в машине. Была уже полночь, они подъезжали к дому, в салоне тихо играла какая-то музыка. Помотали им нервы неплохо.