Жизнь 354

Нам Гю до жути винил себя. Танос всегда был за него. В любой ситуации он вставал на его сторону, закрывая своей же спиной. Когда объявилась мать Нам Гю, Субон был первым, кто защитил, не дал подойти ближе. А сейчас Нам Гю с бледными лицом стоял в ванной, пока рэпер крепко спал, даже не думая о том, что его может подставить самая важная опора в его жизни. Сегодня по прогнозу погоды обещали снег и Танос каждую минуту смотрел в окно, чтобы показать кошке её первую зиму. Растрепанные фиолетовые волосы, сонные глаза, которые он вечно потирал. Как его можно обидеть? Он выглядел как маленький ребёнок, который никому не желал зла. Его никогда не любили, не ценили. Он не умел жить, потому что ему не показали как. И эта женщина не была его матерью, она была монстром. Не все монстры имеют длинные когти и большие размеры. Иногда обычные монстры безобидны по сравнению с людьми, чья душа намного чернее темноты. - Колись. – Ехидно улыбнулся фиолетовый, наваливаясь на Нам Гю. – Ты собрался мне сделать предложение? И Нам Гю бы сделал. Прямо сейчас бы отменил все и поехал за кольцом, лишь бы тот больше никогда не страдал. Но это не избавит его от кошмаров, от боли. Нужно уметь разговаривать. Ресторан был красивым: приглушенный свет, расслабляющая музыка, гармоничные тона стен и столов. В этом ресторане должна зарождаться только любовь. Подальше ото всех длинноволосый забронировал столик, куда разместился Субон, хватая меню. В его планах было только хорошо наесться. Рядом с ними висели настенные часы, которые так и били по ушам Нам Гю, заставляя его сжаться. Неожиданно бармен присел рядом с Субоном, что было для них непривычно. - А чего сядешь не напротив? – Изогнул бровь рэпер, листая красивый буклет с разными блюдами. - Я хочу быть ближе к тебе. – Прошептал кошак без единой лжи. Сейчас он хотел быть ближе всех к Таносу. Именно тогда Субон побледнел. Его забили в угол, как кролика, не давая ему шанса уйти. В голове перекрутилось все, аппетит пропал, а внутри он умолял проснуться. Возле столика встал монстр с искрящими голубыми глазами. Самый страшный монстр, самый главный кошмар. Он видел её не так как все. Аккуратная женщина с причёской и никаких намёков на такую жизнь стояла прямо перед ними. Её лицо не было холодным, она наоборот растаяла. Бегала глазами по Субону, беззвучно губами шептала его имя. А глаза её так и слезились. Танос попытался встать, но Нам Гю остановил его. Он перехватил чужие запястья и просто молча смотрел на его бледное лицо. Рэпер дрожал. Дрожал так сильно, что бармен пожалел об этой встречи уже раз сто. Но все это стихло. Стихла музыка, атмосфера и голова на секунду перестала работать, когда за матерью появилась вторая женщина: невысокая брюнетка, явно местная, в очках, строгий взгляд и уверенность в себе. Она нежно погладила голубоглазую по плечам, заставляя её присесть напротив парней. Расстояние между стульями были, но Танос их не видел. Он прилип к Нам Гю, ища защиту в своём человеке, даже после его поступка. Он спрятался за него, чувствуя, что только Нам Гю способен отгородить его от проблем. И точно так же было с ними. Мать трепетно терла ладони об колени, пока собеседница рядом не перехватила ее руки, крепко сжимая. Взрослые – это те же дети. Не все взрослые счастливые. Кто-то живёт не так, как хотел бы, а кто-то и вовсе не хочет жить. И в этом нет их вины, просто они когда-то так же не смогли быть любимы. - Здравствуйте. – Без волнений начала брюнетка, набирая воздух в груди. – Меня зовут Е Джин. Жена Сары. И в этот момент Субон перестал трястись. Его взгляд перешёл на Е Джин. Адвокат, ростовщик, да кто угодно. Но подумать только что два блестящих золотых кольца на их руках и в правду обозначали брак. Жизнь его матери была тяжёлой. Она никогда не рассказывала откуда она и как сошлась с отцом. Не любили они друг друга и парень был не маленьким, чтобы это понимать. Постоянно ругались, постоянно дрались. Как будто вся их семья была для чего-то, но точно не для счастья. И может быть Нам Гю стал бы таким же, если бы не ушел. Забил на свои чувства и всю жизнь жил бы не любив себя. Нашёл жену, завёл детей, которые стали бы, возможно, как Танос. Любовь странная штука, её нельзя объяснить. Ты просто понимаешь, что рядом именно тот, кого ты готов видеть всю свою жизнь. И это не плохо, не плохо любить. Плохо становиться монстром, который не смог перебороть себя. Наконец Субон разглядел и мать. И будто это была не она. Отцу всегда было плевать на неё, на ее чувства. Быть может, если бы он вытащил её из алкоголической ямы было бы все иначе. Если бы он смог заставить ее полюбить жизнь? Муж и жена – это не статус, не просто обозначение для книжек или статей. Муж и жена – это те же самые важные друг для друга люди, которые не смотря ни на что должны друг другу помогать и самое главное любить. Но иначе быть уже не может и судьба Таноса сложилось так. И поменять её нельзя и простить тоже. Как бы она не изменилась, она была все тем же монстром в голове маленького мальчика. Субон подскочил. Схватил Нам Гю за руку и потащил его на выход, лишь бы не видеть свою мать. - Да подожди ты. – Остановил его бармен, хватая за плечи. – Поговори с ней, отпусти все и живи себе дальше. - Да пошёл ты! – Толкнул его Субон. – Я всю свою жизнь жил в клетке, чтобы потом что? Сесть, поговорить и простить?! Я думал ты меня понимаешь! - Понимаю! – Перешёл на тот же тон Нам Гю. – Понимаю, что ты всю жизнь так шарахаться будешь, если сейчас просто уйдёшь! Они подумали, что это привычный им дождь, но на улице пошёл обещанный снег. Маленькие снежинки падали и сразу таяли. Таяли, даже не успев напомнить о себе. Нам Гю думал, что теперь ему снова придётся собирать вещи, снова искать выход и снова страдать, но фиолетовый подошёл к нему и обнял, зарываясь холодным носом в его шее. - Поехали домой. – Жалобно начал умолять парень. – Я сейчас не готов. В этот вечер было сказано много. На стол с громким стуком было поставлено 2 бутылки алкоголя, которые Танос выпил один, рассказывая все свое детство. В этот раз он рассказал все, что никогда никому не говорил. Он пил и плакал, вспоминая все его дерьмо, окончательно разрушая свой мир. - Я помню у нас в школе день матери был. Нужно было позвать свою маму на какую-то эстафету. – Всхлипывал рэпер, шатаясь на стуле. – Я так хотел чтобы она пришла. А я просидел весь праздник в классе. Чем я это заслужил? Нам Гю не позволял себе падать перед ним. Молча слушал его истории, все до единой, наблюдая, как парень медленно засыпает от опьянения. А когда глаза бармена начинали слезиться, то он готов был отдать все, лишь бы Субон навсегда забыл это. - Выпей ещё одну и отпусти. Забей голову чем-нибудь другим, более нужным. Например, мной. – Ласково говорил парень, поглаживая фиолетового по мокрой, от слез, щеке. - Пожалеешь меня? – Прошептал пьяный Танос, утыкаясь носом в плечо длинноволосого. - Нет. – И рэпер засмеялся. Все равно пожалел. Уложил рядом с собой, пока Субон был не в состоянии и всю ночь гладил его по волосам, боясь, что тому присниться кошмар. Нам Гю делал все правильно. Настанет день, когда Субон будет готов. Он ещё долго думал о его матери, о её жене и о том, как бы сложилась его жизнь. Он понял её, понял, как только появилась Е Джин.