Всеобщая (не)любимица клуба «Роузвуд»

Джейни просыпается от того, что на лицо ей шлепается смартфон. Удар приходится прямо в скулу, и за крепко сжатыми веками от боли зажигаются звезды. — Угрх! Тяжелый… — сдавленно стонет она и едва не подпрыгивает на месте, когда телефон вдруг оживает, разражаясь мощной вибрацией. Нащупав прокля́тое устройство, Джейни приоткрывает один глаз, переводит взгляд на экран… и сна как не бывало. «Джеймс говорит, что вы с ним…» — Чего?! Она резко садится, чуть не приложившись затылком о спинку кровати, и несколько раз перечитывает сообщение от Саймона. Увы, смысл от этого не меняется: Джеймс пустил по «Роузвуду» слух, что они переспали. Джейни так и знала, что не стоило на него давить: о делах своих родителей он ей толком не рассказал, зато обиду явно затаил. Она напряженно выдыхает, прикрывая на секунду глаза. Ладно, без паники. Нужно просто объяснить Саймону, что к чему, а Джеймс пускай молится всем известным богам, потому что как только Джейни до него доберется… — Что за черт?.. Сначала ей кажется, что это клавиатура подвисла, но телефон вообще не реагирует на нажатие кнопок, и лишь курсор издевательски подмигивает в пустой строке. А затем на экране возникают две плашки с текстом: «Ахахах, нет, разве что в его мечтах» и «Да, мы переспали». Радость узнавания быстро сменяется замешательством. Механика до боли знакома: именно так выглядит меню выбора в ее любимой игре: той самой, с романтическими историями. Прошлой ночью она как раз играла в нее, пока... Взгляд упирается в окно: там давно рассвело, но Джейни не помнит, как задремала. Она решительно трясет головой. Всему этому наверняка есть простое объяснение: например, что кто-то хакнул ее телефон. И если это такая шутка, то почему бы не подыграть? Джейни уверенно целится пальцем в первый вариант. «У вас недостаточно алмазов. Желаете перейти в магазин?» — Да давай уже! «Обновите платежную информацию», — с этими равнодушными словами приложение выкидывает Джейни обратно. Она пробует снова, но итог тот же: «У вас недостаточно алмазов». «У вас недостаточно алмазов». «У вас недостаточно...» — Р-р-р! Отшвырнув от себя телефон, Джейни вскакивает и бросается к выходу. В конце концов, почему не поговорить с Саймоном лично? Но в паре футов от двери она налетает на невидимую преграду — и в следующее мгновение снова сидит в кровати, держа перед лицом смартфон. Вторая попытка сбежать заканчивается тем же. Равно как и третья, и четвертая — и все следующие за ними. — Да блин! В ярости она принимается колотить руками матрас. Разум отказывается принимать происходящее, но, похоже, покинуть комнату можно, только выбрав единственный доступный ответ. «Да, мы переспали. Это было один раз и больше не повторится…» — одна за другой всплывают на экране реплики, которые Джейни даже не набирала. «Океееейййй, я этого не ожидал», — почти сразу отвечает ей Саймон. А следом вся спальня погружается беспроглядную тьму.

----------- ♡ -----------

Луч прожектора так резко бьет по глазам, что Джейни не сразу понимает, где находится. Постепенно из окружающей темноты проступают знакомые очертания гостиной братства — только теперь она выглядит преувеличенно огромной. Заполненные книжными полками стены тянутся ввысь, растворяясь во мраке далеко за пределами вероятного потолка. Неизменный диван в окружении двух массивных кресел нависает над головой подобно зрительной ложе, с которой за Джейни уже наблюдают шесть пар внимательных глаз. Темные силуэты, поначалу похожие на лохматые чернильные пятна, понемногу обретают четкость. Трое незнакомцев сидят на диване. Еще по одному — в каждом кресле. Шестой балансирует на подлокотнике, вальяжно закинув ногу на ногу. Он же первым нарушает тишину: — Эх, Джейни, Джейни, коварная обольстительница… Ну и что нам с тобой делать? Его слова сопровождаются драматичным аккордом, и мгла чуть рассеивается, обнаруживая очертания гитары. Джаспер Ли. Девушка и рта не успевает раскрыть, как он насмешливо продолжает: — Нет, ты, конечно, за одну ночь сексуальную революцию на годы вперед продвинула… Но почему именно Джеймс, Джейни? Если тебе просто захотелось пожестче — попросила бы Тристана! Тристан. Слева от Джаспера прожектор выхватывает из темноты бледное напряженное лицо. Бордовый галстук затянут по самое горло — настолько плотно, что даже удивительно, как парню удается дышать. Словно по волшебству, у него над головой прямо в воздухе загораются число «43» и символ процента. — Ты же сама мне сказала, что хочешь доминировать! Что-то в его тоне заставляет Джейни вздрогнуть: происходящее все больше напоминает суд, и если учесть, что Тристан должен быть ее парнем, судят ее за измену. За измену, которой она не совершала! — Я не знаю, как их можно вообще сравнивать, — подает голос Грант. — Тристан играет во власть и подчинение, а Джеймс просто за традиционные роли. — Тогда почему не ты? — функции обвинителя Джаспер, похоже, взял на себя. — Точно, Джейни: а чем тебе Грант не угодил? Вот уж кто консерватор до мозга костей! Спорим, он только и мечтает, как бы поставить женщину на колени? Круг света перемещается на противоположный край дивана, окружая разгневанное лицо Гранта сверкающим ореолом. Над головой у него подобно нимбу сияет число «21». — Кто сказал, что я бы вообще согласился?! И не забывай, что она гуляла с нами обоими — со мной и с Тристаном: обещала определиться, а в итоге выбрала Джеймса! «Да это было-то только в самом начале!» — не выдерживает Джейни, но к собственному ужасу понимает, что из ее горла не доносится ни звука. — Не придумывай, Ли, — тем временем бросает развалившийся в кресле Эйвери. — Эти двое слишком положительные. А Джейни явно нравится страдать по-настоящему. — Тогда это точно к Джасперу! — раздается из второго кресла голос Логана. — Прости, бро, но ты жуткий кидала! Если она реально застряла в визуальной новелле, то это ничто иное, как сюжетная часть без возможности выбора: пока Джейни разевает рот в беззвучном крике, реплики ребят одна за другой повисают в пространстве, точно речевые «облачка» в комиксе. Числа над их головами, очевидно, отражающие прогресс отношений, то и дело искажаются помехами и запускают обратный отсчет, неумолимо приближаясь к нулевой отметке. — Да что с вами, чуваки?! — сквозь гул голосов внезапно прорывается чей-то вопль. Круг света наконец падает на место между Грантом и Тристаном, и Джейни узнает в говорящем Саймона. Он демонстративно закрывает уши руками и сердито крутит головой: — Это же наша Джейни! Раз она так поступила, значит, на то были какие-то причины! «Спасибо, Саймон!» — От благодарности Джейни готова расцеловать его прямо в веснушчатые щеки. В том-то и дело, что единственная причина, по которой она могла добровольно броситься в объятья Джеймса Креста, — это неудачная попытка шпионажа. Он и внешне-то ей никогда не нравился, а его достоинства ограничивались академическими победами и заботой о лошадях. Но ведь и Тристан далеко не дурак и тоже любит животных, а главное — уважает Джейни и не смешивает с грязью тех, кто беднее его. А вот в исправившихся негодяев и снобов она никогда не верила... — Ты изменила не только Тристану, Джейни, — отмахнувшись от Саймона, пафосно провозглашает Джаспер. — Ты изменила всем нам! Опозорила честь братства! «Серьезно? И это ты мне говоришь?!» Парень как будто забыл, что сам переспал с доброй половиной Сапфирового клуба, в то время как Джейни даже с Тристаном еще не зашла дальше петтинга и поцелуев. — А я так хотел, чтобы она была нашей всеобщей любимицей, — разочарованно вздыхает Логан. — Какая же ты теперь любимица, Джейни? Ты… ты… — Нелюбимица, — подсказывает Джаспер. — Ненавистница! — хохочет Эйвери. — Злодейка! — победно выкрикивает Грант, пока Тристан старательно избегает даже смотреть в ее сторону. — Может, дадите защите высказаться?! — Кто бы мог подумать, что обычно несерьезный Саймон окажется последним островком здравомыслия в этом кошмаре? Увы, внимание на него обращают не больше, чем на саму Джейни. Все рвутся поскорее заклеймить изменницу: для полноты картины не хватает только алой буквы у нее на груди. И что показательно, Джеймса никто не судит: его на этом «слушании» вообще нет… — Роузвудская возлюбленная, репутация загубленная… — напевает Джаспер, перебирая струны. Какофония голосов нарастает до нестерпимого, болезненно громкого рева. Джейни хватается за голову и медленно оседает на пол, позволяя сознанию провалиться в спасительную темноту.

----------- ♡ -----------

Эта игра не знает пощады: Джейни обнаруживает себя на рождественской барахолке, один на один с огромной статуей лошади. На покупку подарка для Рэй «алмазов» хватает с избытком. Кто бы сомневался, ведь переть этого монстра домой тоже ей: парни почти единодушно отказываются ей помогать. Спасибо хоть из Роузвуда, несмотря на старания Джеймса, бывшую «любимицу» пока не исключили… Зато к ней, похоже, вернулась свобода воли, и говорить можно как прежде: без меню и всплывающих реплик. — Почему ты мне помогаешь? — пока есть такая возможность, спрашивает Джейни у Саймона. Он единственный вызвался прийти ей на выручку, и теперь они вместе тащат полую внутри, но чертовски тяжелую скульптуру по направлению к дому братства. — Потому что ты все та же Джейни, которой мы совсем недавно восхищались. А еще — потому что я понимаю, каково это — расхлебывать кашу, которую сам заварил. Меня вообще давно не воспринимают иначе чем разгильдяя и укурка, хотя я, между прочим, уже неделю как с травкой завязал! — Правда? Ты такой молодец, Саймон! — Потом похвалишь, если получится, — пыхтит он, поудобнее перехватывая свою ношу. — В общем, мне кажется, что твоему парню это тоже знакомо. В смысле, он тоже знает цену ошибкам. — Не уверена, что у меня все еще есть парень, Саймон… — Понимаю, но жизнь хоть и не игра, в ней тоже всякие баги случаются. Мой профессор философии вчера рассказывал про экзистенциализм и как человек сам создает себя через свои действия и выборы, но, что важно, в случае неудачи всегда может начать заново... — Что ты сказал?! — Джейни останавливается так резко, что лошадь рискует выскользнуть у нее из рук. — Я говорю: попробуй начать заново. — А перед этим? — Что жизнь тоже бывает забагованной, похлеще любой игры?.. От этих слов шестеренки в голове у Джейни начинают вращаться с бешеной скоростью. А ведь он прав: ее измена — либо баг, либо зашедшее слишком далеко любопытство. Джеймс Джейни не привлекал, но было бы ложью утверждать, что она никогда не воображала, как соблазнит заносчивого мерзавца. Заставит влюбиться в девушку, которую тот всегда считал недостойной. Докажет самой себе, что ей это под силу… Мысли — еще не намерения, к тому же ее любимое приложение всегда позволяло передумать и вовремя «выйти» из сцены. Но что, если на этот раз такой опции не оказалось? Она рассеянно моргает: в углу зрения внезапно загорается знакомая кнопка перезапуска. И Джейни готова поспорить, что прежде ее там не было. — Как мне тебя отблагодарить, Саймон? — шепчет она, едва сдерживая слезы. — Да брось, — добродушно отмахивается он, подхватывая всю статую целиком. — Потом как-нибудь пивком угостишь.

----------- ♡ -----------

Джейни просыпается от того, что на лицо ей шлепается смартфон. Пытаясь стряхнуть остатки ночного кошмара, она садится в кровати и заспанно щурится в экран. — Всего лишь сон… — Из груди вырывается вздох облегчения, и все же что-то как будто толкает ее изнутри: заставляет вскочить на ноги, натянуть джинсы, первый попавшийся свитер и рвануть прочь из комнаты. В считаные минуты добежав до нужной двери, она вихрем врывается внутрь. На столе светится усеянный строчками кода монитор. Тристан лежит на неразобранной, скомканной постели прямо в одежде: выглядит это так, словно он только что отправился спать. Медленно повернув голову на шум, парень приоткрывает один глаз и вопросительно дергает бровью. — На случай если мы друг друга не поняли, знай… — кое-как переведя дыхание, выпаливает Джейни, — что я тоже хочу с тобой встречаться! Тристан удивленно моргает. — Я знаю. И мы уже встречаемся. — Точно? — Конечно. В радостном порыве Джейни бросается к нему, наклоняется и быстрым поцелуем касается его губ. Затем она выскакивает в коридор, но, крутанувшись на месте, тут же залетает обратно. — Тристан! Еще кое-что… — М-м? — Ты, случайно, не в курсе, какое у Саймона любимое пиво?