Send nudes.

Лестер никогда не любил обсуждать задачи вне офиса. Ему всегда казалось, что рабочее должно оставаться там, где ему и место – в комнате для совещаний или в небольшом опенспейсе. Но от офисных стен, кажется, стухли уже все. Даже Анна, которая частенько оставалась на работе до победного. Собственно, она и предложила провести небольшую встречу в кафе неподалёку от их бизнес-центра. Эту идею все охотно поддержали, согласившись, что никому сейчас не помешает хотя бы немного пройтись и хлебнуть кофе без напряжения для их стареющей кофемашины. Посетителей в кафе было мало. Администратор, приятный молодой человек лет двадцати пяти, любезно разрешил сдвинуть два столика вместе, поэтому никаких проблем с расположением не возникло. По залу гулял лёгкий сквозняк, из-за чего японский фурин над дверью иногда приятно отзывался металлическим звоном. Лестер то и дело оборачивался на звук, каждый раз задаваясь вопросом: а стоит ли вешать такие украшения в кафе с европейским интерьером? Впрочем, это заботило его мало. Мысль просто крутилась на краю сознания, не подразумевая дальнейших размышлений. — Все расселись? — Грег, удобно устроившийся рядом с Анной, окинул взглядом команду. Ответа ему не требовалось. Всё и без того было ясно, но прозвучавший вопрос чётко очертил границы – они здесь собрались не просто для того, чтобы полакомиться чем-то вкусным. — Ей-богу, ты звучишь, как пожилая учительница, — Лестер поморщился, взяв в руки оставленное на столике меню. Участвовать в обсуждении ему не хотелось. Если быть совсем откровенным, ему в принципе не хотелось здесь находиться. Внезапно свалившиеся новые задачи сбивали с ног, и Лестер уже не пытался скрывать свою усталость. Всё становилось похожим на день сурка, — долгий и утомительный, движущийся по одному и тому же кругу, — он сводил с ума. Лестер, как и Анна, всё чаще оставался после работы, вносил правки в тексты и просто доделывал какие-то мелкие таски. Особенно тяжело стало после того, как один из крупнейших развлекательных сервисов решил обратиться в их агентство. Видеть значительные суммы на карте было, безусловно, приятно, но Лестер был бы рад отдать львиную долю из этих денег за один полноценный выходной без звонков от коллег. Они неплохо общались между собой, но даже приятельские отношения не спасали ситуацию. Лестер всё реже просматривал общий чат для флуда, где Лэйн и Грег устраивали баталии из смешных картинок, и старался не открывать ноутбук по выходным. И если первое давалось легко, то второе казалось невозможным. Как он мог отлынивать? Ему хорошо платили, поэтому совесть, которая никак не могла затихнуть под завалом выгорания, все ещё пробивалась и нудела тонким голоском: «Делу — время. А без потехи ты и так проживёшь». — Ты скоро? Лестер! Он даже не сразу понял, что обращаются именно к нему. Лишь после того, как его имя прозвучало вновь, он удивлённо поднял голову. Напротив сидел Ноа. Оправа в тусклом освещении оттеняла его глаза, из-за чего они казались ещё темнее, чем обычно. Шоколадный оттенок радужки спрятался за тенью, становясь теперь почти мистически чёрным. — Что? — Лестер непонимающе уставился на Ноа, которого такой ответ явно не устраивал. — Меню, — Ноа привычно закатил глаза, — Ты просто пялишься в него минут пять. Я думал, ты уже что-то выбрал. — Я... — Лестер неловко огляделся. Все за столом что-то выбирали. Лэйн совещалась с сидящим рядом Яном, громко рассуждая, какой лучше взять салат. Грег и Анна, прижавшись плечом к плечу, спорили о том, какое растительное молоко подойдет для латте, а Кира, как и сам Лестер, бездумно смотрела на ламинированный лист, не выпуская его из рук. Без меню был только Ноа. Почему-то он не задал тот же вопрос Кире, видимо, не желая трогать и без того раздражительную девушку. — Да, забирай. Я выбрал. Лестер подался вперёд, передавая меню Ноа. Он наклонился чуть ближе, чем было нужно, и не заметил, как собственные пальцы задели чужую руку. Резко отдёрнув ладонь, Лестер сел на своё место и поднял взгляд на Ноа. Тот почему-то ухмылялся. — И что же ты выбрал? — Чай и салат с курицей, — безразлично ответил Лестер, стараясь игнорировать тугой узел в грудной клетке. Нет, это точно было чем-то ненормальным. Для мужчины его возраста странно реагировать на случайные прикосновения таким образом, но рядом с Ноа это случалось довольно часто. Лестер упрямо списывал это на долгое отсутствие хоть какой-то близости, но на задворках сознания он прекрасно понимал, что дело далеко не в этом. Каждый чёртов раз, когда Ноа оказывался рядом, внутри Лестера что-то загоралось. Какие-то сигнальные огни внутри вдруг начинали светиться так, словно Лестеру в мозг вживили новогоднюю гирлянду, сияющую всеми цветами радуги. Когда Ноа в задумчивости приоткрывал рот и смотрел в экран своего монитора, Лестер, чьё место было напротив, серьёзно беспокоился о своём психологическом состоянии. Можно ли пялиться на коллегу таким образом — беззастенчиво и настолько открыто? Можно ли было смущаться от того, как блестели губы Ноа после выпитого чая? Лестер не знал, разрешено ли это законом, но он смог бы заверить кого угодно, что такое состояние уже вошло в его базовую прошивку. Лестер старался меньше пялиться. Отводил взгляд, когда Ноа подходил ближе, старался не выдавать своей радости, когда их ставили на одну задачу. В конце концов, Ноа ведь просто хороший сотрудник, который точно знает, что делать, а ещё он — ответственный человек. По крайней мере, он старательно убеждал себя в этом, понимая, что его заводят даже самые мелкие детали из всех черт Ноа. Лестеру нравилось, как в моменты особенной задумчивости тот поправляет тёмные пряди волос. Нравилось, каким становится лицо Ноа, когда он стягивает очки и устало потирает переносицу двумя пальцами. Пальцы у него, по мнению Лестера, были тоже чертовски хороши. Как бы Лестеру ни хотелось сбежать от подобных мыслей, он прекрасно понимал природу своих эмоций. Наблюдать за Ноа, пусть и украдкой, пока тот о чём-то болтает с коллегами, было приятно. Даже совместное обсуждение каких-то рабочих задач приносило почти мазохистское удовольствие. Мог ли он надеяться на большее, зная, что в офисе их ждали только нелепые перебранки, за которыми точно ничего не стояло? Да, Ноа часто ворчал так, будто ему не слегка за двадцать, а словно за спиной он волочил десятилетия семейного быта и огромный багаж жизненного опыта. А Лестер просто не мог молчать в ответ. Всё внутри него вдруг превращалось в бушующее море, и на каждый выпад собственная душа была готова выдать ответную волну колкостей. Хотя порой двусмысленность некоторых фраз заставляла Лестера сомневаться, правильно ли он понимал Ноа. Лестер очень хорошо помнил один из рабочих дней, когда они, оставшись вдвоём, обсуждали вёрстку нового сайта. Ему хотелось только одного: поскорее покинуть офис и распластаться на кровати, но Ноа был единственным якорем, заставившим его остаться. Ладно, почти единственным. Вторым якорем был горящий дедлайн. Ноа беспрестанно вертел ручку в руках, то и дело указывая ею на монитор. Ещё одно движение, и ручка с неприятным звуком упала на пол. Он тут же наклонился, чтобы поднять её, оказываясь в совершенно неприличной близости к широко расставленным ногам Лестера. Смущение сковало Лестера, он боялся пошевелить даже носком ботинка, чтобы не задеть Ноа или не сделать их положение ещё более неловким. Но того, казалось, совершенно не заботила неоднозначность их позы. Ноа ловко достал ручку из-под стула и, выпрямившись, замер на уровне чужой ширинки. Взгляд тёмных глаз скользнул сначала по чёрной футболке, затем по шее и только потом остановился на уровне глаз. Он смотрел упрямо и долго, а затем выдал фразу, которую Лестер до сих пор прокручивал в голове перед сном: — Оказывается, в твоих ногах не так уж и плохо. Лестер, к своему сожалению, слишком поздно понял смысл этих слов. Когда официант наконец-то закончил разносить их заказы, обстановка за столиками стала более приятной. Устав и проголодавшись к концу рабочего дня, все были счастливы просто выдохнуть, даже если предлогом для этой встречи всё ещё оставалась рабочая задача. — Нам нужно обсудить детали, — устало протянула Анна, накалывая лист салата на вилку, — и закончить с приложением. Лестер, у тебя готовы тексты для сайта? Несмотря на то, что Лестер работал не покладая рук и знал, что с его кейсами всё в порядке, он почувствовал себя школьником в кабинете у директора. — Остался последний. А потом можно будет вносить правки, — Лестер пожал плечами, смотря прямо на Анну. Грег, сидевший рядом, во все глаза пялился на её профиль. Кажется, в последнее время они сильно сблизились, хотя ему ли говорить? И Лестер, и Анна прекрасно читали друг друга, так что скрывать что-то бессмысленно. Если говорить откровенно, он был просто безумно рад за подругу, которая наконец-то сумела отвлечься от работы и разглядеть получше того, кто всегда был рядом. А ближе Грега не было никого. Первое время Грег казался Лестеру нарциссом. Всё в нём будто просило обратить на него внимание: красивое подтянутое тело, серёжка в ухе и этот хитрый взгляд с прищуром. Но потом Грег раскрылся как крутой специалист и приятный человек, поэтому Лестер просто пришёл к выводу, что в начале их знакомства перекладывал свои комплексы и негатив на чужой образ. Видеть его интерес к Анне было неожиданно. А про ответные чувства Анны не стоило и говорить. Лестер помнил, как они, выпивая в баре, долго обсуждали свои романтические опыты. Анна тогда заикнулась, что роман с коллегой никогда не свяжет её по рукам и ногам, но... где же она теперь? Правильно. Всё чаще в объятиях Грега. Хотя Лестер был совсем не лучше. Словно пытаясь скрыться от собственных мыслей, он перевёл взгляд на Ноа. Заметив у того тарелку с таким же салатом, Лестер усмехнулся. Неужели эта заноза в заднице действительно доверилась его вкусу? Или он польстил себе, а Ноа просто по дурацкому совпадению хотел такой же салат? Не стоило об этом думать. Тем более такие мелочи точно ничего бы ему не открыли. — Если честно, они меня уже достали, — заявила Лэйн, воинственно взмахнув вилкой, из-за чего Ян слегка подался назад. — Я сделала несколько вариантов оформления буклетов к их презентации, но им не понравился ни один. — У них просто нет вкуса, — отозвался Лестер, повернувшись к коллеге, — тот синий вообще выглядел потрясающе. — Вот-вот! — согласно закивала Лэйн. — Они сами не знают, чего хотят, при этом требуют с нас чего-то. — Ну, нет ТЗ — результат хз, — пожал плечами Ян. Лестер старался прислушиваться ко всем обсуждениям, но от него не мог укрыться внимательный взгляд, пронизывающий его даже через линзы строгих очков. Он повернулся к Ноа, будто задавая немой вопрос, чтобы узнать, в чём дело, но тот лишь молча усмехнулся. В чём дело? Лестер аккуратно достал телефон и оглядел себя через фронтальную камеру. На футболке не было ни пятнышка, волосы лежали нормально, даже соус песто не остался в уголке губ. Он убрал телефон, малодушно надеясь, что этот нервный жест остался незамеченным парой внимательных чёрных глаз, но не тут-то было. Ноа не сводил с него взгляда, и, когда Лестер заметил такое пристально внимание, тот просто отвернулся к Яну. Казалось, что никто не замечал этих взглядов. Всё это вызывало в душе Лестера странное беспокойство. Он искренне хотел понять, в чём дело, поэтому принялся сверлить Ноа ответным взглядом. Тщеславное желание отыскать в чужом лице хотя бы какой-то намёк, за который можно зацепиться, ни к чему не привело. Лестер слушал его редкие, но весьма эмоциональные реплики, наблюдал, как тонкие пальцы обхватывают стакан или основание вилки, как розовые губы раскрываются и капельки оливкового масла остаются на них, сияя приятным блеском. Ноа тоже ловил его взгляд. И продолжал вести себя так же. Обсуждения всё больше напоминали Лестеру снежный ком, и, когда последнее слово было сказано, он смог выдохнуть с облегчением. На улице стоял весенний вечер. Смеркалось, но воздух оставался чистым и прозрачным. Лестеру всегда нравилась весна. Это время казалось ему волшебным: будто вот-вот и ты станешь совсем другим человеком. Сможешь сбросить с себя всю тяжесть и начать с чистого листа. Обновишься, как и сама природа. Но сейчас этого не происходило. Всё вокруг давило на голову. Выудив из кармана помятую пачку сигарет, Лестер медленно закурил. Сизый дым неприятным маревом наполнил лёгкие, но ему почему-то стало значительно легче. Казалось, что вместе с дымом растворяются и все события сегодняшнего дня. Но в очередной раз за этот день из размышлений его вырвал звук чужого голоса. — ... ты с нами? Лестер обернулся. За спиной стояла Анна, аккуратно сжимая в руках свою сумочку. — Что? Прости, я задумался и не услышал. — Мы с Грегом обратно к центру, а потом он отвезёт меня домой. Тебе ведь по пути, мы можем тебя подбросить, — предложила Анна. Лестер окинул девушку хитрым взглядом и усмехнулся. «Мы» можем подбросить? Вот уж чего Лестер не ожидал за такое короткое время, так это перехода на множественное число. Неужели Анна и Грег настолько серьёзно настроены? Что же, тем лучше. Они обязательно это обсудят. Но пока стоит отказаться. Даже если бы он и хотел, всё равно не смог бы согласиться. Им стоит побыть вдвоём. — Спасибо, но не нужно. Я пройдусь, — Лестер мягко улыбнулся подруге и поднёс сигарету к губам, но Анна не собиралась прощаться. Она сделала шаг вперёд и мягко положила ладонь на плечо мужчины. — Лестер, на тебе лица нет. Понимаю, сейчас тяжело, но потерпи немного. Скоро эта галиматья закончится. Отвлекись. Не трогай тексты на выходных. Развейся, сходи в клуб,... Хотя бы расслабишься. — Только не говори, что ты предлагаешь мне кого-то снять. — Фу, Лестер, я совсем не это имела в виду! — По лицу вижу, что именно это. Покрасневшая Анна опустила взгляд, но в следующее мгновение уже снова смотрела прямо в глаза. — Я не шучу. Раз ты боишься подойти к Ноа, попробуй подойти хотя бы к кому-то, в кого ты ещё не втрескался по уши. Может, в этом будет больше смысла. — Ещё одно слово, и я засуну тебя в мусорный бак, Энни. — Не называй меня Энни! — она замахнулась сумочкой, но Грег, которому уже не терпелось забрать эту красотку в полное своё распоряжение, успел предотвратить жестокое насилие. — Анна, ты скоро? — Грег держал в руках картонный пакет с логотипом кафе. Видимо, пока все расходились, ребята решили не париться насчет ужина и просто набрать что-то вкусное с собой. — В общем, — Анна зачем-то пригрозила Лестеру указательным пальцем, — ты меня понял. И никакой Энни! — Грег, забери её, пожалуйста. Покой ей нужен больше, чем мне. — Лестер! — вновь вспыхнула Анна. Грег уже взял её под руку, поэтому задерживаться она явно не стала бы. — Пока-пока, голубки, — Лестер, зажав сигарету в губах, театрально помахал парочке. Ему было приятно видеть их вместе, пусть они были уставшими не меньше, чем он сам. Но, наверное, гораздо легче переживать стресс, когда вечером тебе есть с кем выпить чай, обсудить всех и каждого, а потом долго целоваться. Конечно, думать о Греге и Анне в контексте поцелуев ему не хотелось, поэтому, сделав ещё пару затяжек, Лестер достал телефон, чтобы вызвать такси. Может быть, расслабиться и правда не такая уж плохая идея?

***

Это было невыносимо. Спина неприятно ныла от неудобного положения. Ещё немного — и шея Лестера скажет «пока» за компанию вместе с остальными конечностями. На домашнем письменном столе уже не было свободного места — всё пространство, что не занимали руки и компьютерная мышка, заполонили пустые чашки от чая. Среди них, словно безмолвный предатель, затесалась пустая банка от виноградного энергетика. Несмотря на выходной, Лестер, как человек с высоким уровнем ответственности, просто не мог отдыхать. Ему срочно нужно доделать задачу, и, если этого не случится, чувство вины окончательно его добьёт. На улице же расцветал весенний вечер, и прохладный воздух просачивался в комнату из приоткрытого окна. Хотелось всё бросить. О, он был бы счастлив просто отодвинуть от себя ноутбук и сорваться куда-то подальше от дома, но последний абзац текста ему совершенно не нравился. Казалось, это было самое корявое сочетание слов и запятых, которое он когда-либо создавал. А закончить, конечно же, хотелось непременно сегодня. Наверное, стоило просто отложить документ и выдохнуть. Хотя бы пройтись по квартире, чтобы расслабить плечи, посмотреть по сторонам и отвлечься от всех тех терминов, которые, по мнению заказчика, обязательно должны присутствовать в тексте. Лестеру вдруг стало до безумия смешно: чего ради он делает всё это сейчас, пока его коллеги, наверное, отдыхают и проводят время так, как им хочется? Кроме, разумеется, Ноа. Сорок минут назад тот жаловался в личке, что у него тоже пухнет голова от работы. Зачем они оба проводят этот вечер так, ему понятно не было. Хотя приятно знать, что их с Ноа сегодня хоть что-то объединяет. Ещё раз кинув взгляд на потухший экран телефона, Лестер взял его в руки. Ноа, диалог с которым был закреплен в самом верху переписок, висел в онлайне. Что ж, может, это знак, что и Лестеру стоит отложить ноутбук? Оправдывая себя такой нелепицей, он быстро сохранил рабочий файл и на мгновение закрыл глаза. Казалось, в них насыпали песка. Надо было срочно найти увлажняющие капли, но сначала стоило убрать бардак на столе. Эта картина показалась самому Лестеру жалкой: он, в самом расцвете лет и сил, провёл целый день за ноутбуком, заставил комнату грязными кружками и после всего этого мечтательно думал о парне, который ему нравился? Он точно псих, раз в глубине души до сих пор ещё надеется на какую-то симпатию со стороны Ноа. С таким набором развлечений ему впору искать пару среди офисного планктона за сорок. Перетащив кружки из спальни на кухню, Лестер быстро вымыл посуду и оставил её подсыхать. Ему вдруг показалось, что он заперт в своём самом страшном кошмаре: молодость идёт мимо, а он отдаёт её за бесценок ради людей, которые даже не смогут этого оценить. Он бы соврал, если бы сказал, что не думал о поиске другой работы. Вернувшись в комнату, Лестер вновь схватился за телефон. Новых уведомлений не было. Ноа всё ещё был в сети. Глубоко вздохнув, Лестер на минуту прикрыл глаза. Совет Анны о том, что ему стоило бы расслабиться, сейчас казался очень дельным. Конечно, в клуб он бы точно не поехал — на это попросту не было сил. Но найти кого-то для случайной встречу, возможно, выпить в уютном баре и просто развлечься... Не такой уж и плохой вариант? Ждать первых шагов от Ноа бессмысленно. Делать первые шаги самому? Тоже. Может, будь он пьяным, решился бы на что-то обязательно, но пока никаких идей в голову не приходило. Да и после той сцены, когда Ноа сидел в его ногах, Лестер до сих пор не мог прийти в себя. Это было так откровенно и прямо, но он промолчал. Наверное, Ноа понял это по-своему. Тогда Лестер просто растерялся, но как же он жалел об этом теперь. Открыв переписку с Ноа ещё раз, Лестер вгляделся в последние сообщения. Он обещал отправить свой текст ему на оценку. Ноа в ответ поставил реакцию большого пальца. Что ж, это, наверное, ещё более унизительно, чем вечер в компании грязных кружек и ноутбука. Потерев переносицу, Лестер открыл приложение для знакомств. Он уже давно никого не искал. Если бы это приложение вдруг стало книгой, сейчас на ней наверняка лежали бы огромный слой пыли. Да, Лестер был явно безнадёжен. В какой-то мере он чувствовал сильную вину. Вину за то, что не признавался в своих чувствах. За свою трусость. Вместо того чтобы прямо написать ему и рассказать обо всём, что терзало, Лестер предпочёл искать утешение в чужих руках. Были ли эти руки лучше? Могли ли они касаться так, как это делали бы тёплые ладони Ноа? Лестер знал ответ на каждый из вопросов, но упрямо редактировал свою анкету, подчеркивая, что сегодня ночью он точно не ищет ничего серьёзного. В голове было слишком много Ноа. Подумав ещё пару минут, Лестер удалил свою старую фотографию в анкете и добавил новую — в полный рост. Он в тёмных джинсах на фоне красивого заката. Эту фотографию сделала Анна. И её же потом на фейсбуке лайкнул Ноа. Блядство. Тряхнув головой, Лестер принялся искать компанию на ночь. Свайпая влево анкеты, которые ему не понравились и оставляя тех, кто пришёлся по вкусу, он без интереса скользил взглядом по разным лицам, смотрящим на него с экрана. Кто-то был слишком смазливым, а кто-то — слишком пресным. Все эти парни и девушки были какими-то... не такими. Лестеру захотелось ударить себя по голове. Парень прекрасно понимал, в чём дело и кого на самом деле желал бы увидеть. Внутри неприятно скреблось чувство стыда. Поднимаясь от живота, оно сковывало грудную клетку и жгло в горле. Чего стыдился Лестер? О, он прекрасно знал. Он чувствовал себя настоящим изменщиком, хотя Ноа даже не знал о его чувствах. Рядом с ним он зависал, глупил, смотрел на него так, будто посреди их опенспейса вдруг появилась ковровая дорожка, и по ней прошёл сам Ален Делон. Конечно, всё это было. Но никаких действий Лестер так и не предпринимал. Слишком боялся, что Ноа посчитает его идиотом. Самобичевание никогда не приводило к чему-то хорошему. Не было смысла корить себя за простое желание с кем-то отдохнуть. В конце концов, ни он, ни Ноа не были друг другу ничем обязаны. Что такого в том, что он, взрослый половозрелый мужчина, хотел просто с кем-то переспать? Ничего, чёрт возьми! В строке уведомлений появилось новое оповещение. Кто-то лайкнул его анкету в ответ. Лестер перешёл в созданный чат и довольно хмыкнул. Симпатичный блондин был явно настроен решительно — даже написал первым. theo: ну что, красавчик, мы же оба ждём от этой ночи одного и того же?;)

Лестер глубоко вздохнул. Уж он-то точно ждал от этой ночи чего-то другого.

me: определённо.

theo: покажешь, что прячется под футболкой? ;) Лестер скривился. На мгновение ему показалось, что эти корявые смайлики приросли к его собеседнику. Но чего он ожидал? Высокодуховных диалогов в чате, где каждый из них просто хотел потрахаться? Бред. Не было ничего такого в том, что его новоявленный любовник хочет понять, с чем ему придётся иметь дело. Чего тянуть? Говорить по душам они явно не собирались.

me: давай перейдём в мессенджер? здесь не очень удобно выгружать фото.

me: обещаю, я тебя не разочарую.

Через пару минут собеседник прислал ссылку на свой аккаунт. Не думая слишком долго, Лестер открыл чат. В мессенджере Тео назвался дурацким ником «no name». Чат отображался аккурат под закреплённой перепиской с Ноа. Что-то внутри неприятно сжалось, но, проглотив ком из сразу нескольких противных чувств, Лестер быстро набрал пару фраз, чтобы обозначить, что это именно он, а не какой-то мошенник. Тео тут же отозвался, отправив в ответ очередной смайлик. Неужели кто-то платил ему за эту подмигивающую мордочку? no name: ну что, я здесь. и я жду фотки. мои тебе наверняка тоже понравятся. ;) Во вложении к сообщению Лестер увидел несколько фотографий Тео. Тот сидел на большой постели и фотографировался в зеркало шкафа, стоявшего напротив. Выглядел парень очень даже хорошо. Стройный ряд родинок тянулся под ключицей, рельефный пресс кричал о том, что он явно не терял время в зале. Всё это выглядело очень симпатично. Жалко только, что Лестеру было всё равно. Отказываться и сливаться было бы глупо, поэтому Лестер отправился к зеркалу. Из отражения на него смотрел уставший человек, больше похожий на субстанцию, вылезшую из его же спины. Под глазами залегли тёмные круги. Стоило хотя бы немного подумать о здоровье и начать спать больше пяти часов. Лестер задрал футболку и критично оглядел себя. На что, а на тело он никогда не жаловался. В юности он проводил много времени в зале, а потом, поняв, что спорт приносит ему слишком много удовольствия, начал заниматься танцами. Конечно, травма лодыжки не позволила Лестеру углубиться в это занятие настолько, насколько ему хотелось, но спорт он не бросил. И тот отблагодарил его красивым телом. Они с Грегом часто ходили на занятия вместе. Страховали друг друга, вместе страдали из-за самого тяжёлого дня — дня ног. Но даже в периоды сильной усталости Лестер не хотел бросать. Слишком приятное чувство накрывало его после тренировки. Казалось, что всё тело обновляется. Приятно чувствовать собственные мышцы, знать, что тело работает и откликается на каждое движение. Сила и выносливость — оба этих чувства слишком нравились Лестеру, чтобы отказаться от них в угоду лени и прокрастинации. Конечно, до Грега ему было далеко, да и сам Лестер не хотел раскачиваться настолько сильно. Ему достаточно просто поддерживать форму. Приняв удобное положение, Лестер потянул один край футболки вверх, приоткрывая половину торса, но ему не понравилось, как это выглядит. Решив, что терять уже нечего, Лестер снова приподнял край футболки, но попытался зажать его ртом. Ткань неприятно давила на зубы, на лице Лестера отразились все муки, которые он испытывал, удерживая тянущую вниз ткань футболки. Да, сексуальный оскал и красивые фото, как в мужских журналах, явно не были его коньком. Отбросив все бесполезные идеи с красивой позой, он попросту снял футболку. Ткань неприятно проехалась по волосам, из-за чего на голове теперь был полный беспорядок, но Лестер не собирался фотографировать ничего, что было выше его подбородка. Обернувшись, чтобы убедиться, что задний фон точно пригоден для фото, Лестер спокойно выдохнул. Беспорядка за спиной не наблюдалось. Сделав несколько фотографий, парень принялся рассматривать их. Вечернее освещение не портило кадр — наоборот, придавало картинке тёплую и интимную атмосферу. Родинки на собственном животе заставили задуматься: а много ли их у Ноа? Лестер помнил родинку на его подбородке. Маленькая тёмная точка постоянно приковывала взгляд. Но в глубине души ему хотелось узнать и увидеть больше. Попробовать коснуться, запомнить, какова его кожа на ощупь. Но вместо Ноа его ждал Тео. Даже имена похожи — какая ирония! Редактировать фотографии Лестер не собирался. Открыв галерею, он выделил сразу несколько снимков, мысленно отметив, что пресс у него и правда выглядит круто. Вообще-то Лестер был уверен, что Тео сегодня повезло. Он никогда не считал себя плохим любовником. Для него важно, чтобы партнёру было хорошо, и даже на самых странных своих свиданиях парень наблюдал за своим спутником, чтобы понять, не перебарщивает ли. Он не хотел делать кому-то больно, чтобы даже самый случайный секс вдруг оказался дискомфортным. Лестеру нравилась страсть, но ещё больше ему нравилось понимать, что никакое чувство не способно помешать ему контролировать ситуацию. Скользнув пальцами по кнопке отправки, Лестер прожал на иконку получателя и набросил футболку на плечи. Сейчас он был готов получить львиную долю чужого восторга. Может, Анна была права, когда называла его самовлюблённым индюком? Отложив телефон в сторону, Лестер принялся перебирать свои вещи, чтобы выбрать подходящие для этого вечера. Уточнить адрес у Тео — вопрос одной минуты, а вот хорошо выглядеть надо уметь. Оставленный на столе телефон завибрировал. Затем ещё и ещё. Не подходя к нему, парень ухмыльнулся: видимо, Тео действительно оценил снимки. Выбрав самую немятую футболку с принтом какой-то пост-хардкорной группы, Лестер прикинул, что лучше надеть вниз. Конечно, зная себя, он мог бы поехать и в одном только нижнем белье — зачем терять время? Они всё равно всё снимут. Но выбор пал на простые черные джинсы. Надо было срочно бежать в душ. Но сначала всё-таки уточнить адрес. Отбросив свежие вещи на постель, Лестер схватил телефон со стола. На экране блокировки высветилось несколько новых сообщений. Есть и от Ноа. Очень вовремя. Открыв главное меню мессенджера, он уставился тупым взглядом на два диалога. Напротив контакта Ноа высвечивалась солидная цифра — пять. Пять новых сообщений. От Тео одно. no name: ау, красавчик? куда ты делся? застеснялся? ;) Это сообщение выглядело слишком странно. Слишком странно для того, что следовало бы получить после отправки своих фото. Сглотнув, Лестер навёл палец на переписку с Ноа, всё ещё не решаясь открыть диалог. Из пяти новых посланий он видел только одно. «Приезжай». Это выбивало всю землю из-под ног. Лестеру казалось, что прямо сейчас он летит в огромную яму, тёмную и глубокую. Ему было страшно нажать на окно их с Ноа диалога. Но вечно так продолжаться не могло. Собрав всю волю в кулак, он аккуратно нажал на диалог с Ноа. Над сообщениями виднелось несколько вложений. Пролистав немного выше, Лестер замер. Сразу четыре фотографии его тела с разных ракурсов красовались в их диалоге. Блять. Блять. Блять. Лестер чувствовал, как пылает его лицо. Ему казалось, что сердце вот-вот вырвется из грудной клетки и разорвёт рёбра к чертовой матери. Тревога расползалась противным маревом по солнечному сплетению. Это ведь несерьёзно. Это ведь... не может быть правдой? Лестер невидящим взглядом уставился в экран перед собой. Глаза не хотели фокусироваться на сообщениях Ноа. Всё, что он видел, — синие окошки сообщений, но текст расплывался, сливался в чёрную кучу нечитаемых символов. Казалось, что Лестеру в руки попал загадочный фолиант, который расшифровать мог только он один. Но мог ли на самом деле? Мог ли посмотреть на всё, что было расписано здесь? Пальцы заледенели. Волнение колючими путами охватило его лёгкие. Нужно было перестать паниковать. Он, в конце-то концов, взрослый мужчина. Несколько минут назад он собирался ехать трахаться к незнакомому парню, а теперь не мог перестать волноваться из-за сообщений Ноа! Похлопав себя по щекам свободной рукой, Лестер глубоко вздохнул, а затем снова прильнул к экрану, бездумно рассматривая поток новых сообщений. noah: это даже лучше, чем текст. но не могу сказать, что я ожидал чего-то подобного. noah: я догадывался, что нравлюсь тебе. сложно было это не заметить. но я правда не думал, что твой первый шаг будет настолько радикальным. noah: рад, что это не фото члена. его, всё же, лучше увидеть вживую. noah: приезжай.

me: приезжать?

noah: мне, что, нужно расписать тебе определение этого глагола? noah: адрес знаешь.

me: жди.

Отбросив телефон на кровать, Лестер уселся на постель и закрыл лицо ладонями. В этот момент ему показалось, что он сошёл с ума и сны, которые порой снились ему, просочились в реальность. Разве это могло быть правдой? Лестер даже не сразу заметил, как его лицо исказила дурацкая улыбка. Глупая влюблённость разъедала сердце, но сейчас Лестеру казалось, что внутри него лопаются пузырьки лимонада и распухает сахарная вата. Лестер до сих пор не мог поверить в реальность происходящего. Ему казалось, что это всё какой-то огромный розыгрыш, но он точно знал одно: Ноа никогда бы не стал глумиться над его чувствами или неловкой ошибкой. Даже если бы всё обстояло иначе, и Лестер не ощущал и доли того, что таилось в его сердце, Ноа бы не сделал из этой ошибки повода для глумления. Он был колким, резким и порой мог ответить так, что терялся даже сам Лестер, но он не был насмешливым грубияном. Он точно не шутил. Он его ждал. Сборы у Лестера проходили в суматохе. Пару раз поскользнувшись в душевой кабине, он уже был готов взмолиться всем известным богам, чтобы снова не потерять равновесие. Он перенюхал все свои флаконы, чтобы выбрать гель для душа с самым вкусным ароматом. Хотелось, чтобы каждая деталь понравилась Ноа, чтобы даже запах отпечатался в сознании чем-то приятным, желанным. Ему нравилось чувство предвкушения. Но в глубине души ему хотелось, чтобы Ноа ждал его и без всего этого марафета. Лестеру было невдомёк, что Ноа предпочитал действовать, а не говорить. Пока он ждал какого-то сигнала, Ноа уже существовал рядом с ним, проявляя знаки внимания, как умел. Лестер был не самым ловким. Порой он ронял письменные принадлежности, а в рабочем кафетерии то и дело случайно сбрасывал со стола ложки или вилки. Из-за этой неловкости они часто сидели рядом, поэтому в привычку Ноа уже вошло накрывать угол стола ладонью, чтобы Лестер, поднимаясь с пола, не ударился головой. Каждый раз, когда Ноа уходил за кофе, он возвращался с двумя стаканами. Один из которых оставлял на столике Лестера, на что тот просто благодарно кивал. А ещё Лестер не замечал, как закатывает глаза Ноа, когда он приходил без шапки. Любую колкость на эту тему он списывал на простую вредность парня. На самом деле всё было гораздо прозаичнее, и Лестеру не хватало то ли моральных сил, то ли сознательности, чтобы соединить все эти маленькие детали. Ему просто не верилось, что такой умный и собранный человек, как Ноа, мог обратить внимание на него. Шебутного, лёгкого на подъём и свободного, ограниченного одной только работой. И сейчас, когда самые потаённые мечты претворились в реальность, Лестер не мог поверить своему счастью. Всю дорогу до дома Ноа Лестер не мог усидеть на месте. Ёрзая и постукивая пальцами по коленке, он смотрел в окно и считал минуты до предстоящей встречи. Сердце билось, как сумасшедшее. Он постоянно доставал телефон и перечитывал их с Ноа диалог. Эти дурацкие сообщения казались самым лучшим подарком судьбы. Даже приказ о повышении, который был подписан прошлой осенью, радовал его не так сильно, как то, что произошло сегодня. Таксист, как назло, не торопился. Лестер был благодарен ему за соблюдение всех правил дорожного движения. Ответственный подход он одобрял. Но сейчас ему больше всего хотелось оказаться рядом с Ноа. Не терпелось увидеть его выражение лица, всмотреться в тёмные радужки глаз, податься вперёд, коснуться скулы и опустить руку чуть ниже — к тонкой шее. От этих размышлений бросало в дрожь. И эта дрожь полностью топила неловкость из-за того, что он огорошил Тео отказом. В сущности, это больше не имело никакого значения. Когда машина наконец-то остановилась у нужного дома, Лестер не медлил ни секунды. Всё внутри него сжималось от сладкого предвкушения. От Ноа его отделяло всего несколько шагов, и сейчас уже не было сил и желания даже на мгновение задерживаться. Хотелось взять всё. И, оказавшись на месте, Лестер поднял было руку, чтобы постучаться в дверь, но та распахнулась прямо перед его носом. — Ты... вау. Молниеносно. — Видел в окно, что ты приехал, — Ноа потянул руку вперёд, затаскивая Лестера внутрь. Споткнувшись на пороге, Лестер чуть не полетел вперёд, прямо на Ноа, но тот ловко удержал мужчину, обхватив его талию обеими руками. — Прости, я... — Лестер, — Ноа закатил глаза, опуская ладонь, — я думал, ты приехал показать мне, что у тебя под футболкой, а не просить прощения за каждый шаг. — А тебе прямо не терпится увидеть? — Лестер аккуратно накрыл ладонью чужую руку. От этого теплого прикосновения что-то внутри сладко замерло. Конечно, бабочки в животе у Лестера не трепетали — он в принципе не верил в такое понятие. Но тугой узел от осознания, насколько близко друг к другу они находились, сжался в самом низу живота. Прижавшись к Ноа крепче, Лестер переместил ладони на его поясницу. Горячее дыхание Ноа было непозволительно близко. Оно обжигало губы, сливаясь с его собственным. Такую пытку нельзя было выдержать спокойно, поэтому, сжав Ноа в руках чуть крепче, Лестер упрямо подался вперёд, наконец-то накрывая его губы своими. Ему самому не верилось, что это происходит по-настоящему, но чужие руки, так ловко скользнувшие под тонкую ткань футболки, были тому доказательством. Воздуха стало катастрофически мало. Лестеру не хотелось отстраняться. Ему хотелось покрыть каждый сантиметр кожи Ноа своими поцелуями: жадными, терпкими, кричащими о том, как давно это было необходимо. Отстранившись от губ Ноа, Лестер опустился ниже, влажными губами прижимаясь к горячей шее. Надсадный вздох сверху показался ему настоящим благословением. Прикусывая тонкую кожу, он прокладывал дорожку из мягких поцелуев ниже. — Лестер... — голос Ноа прозвучал над его ухом так громко, что Лестер вздрогнул, — Подожди. Лестер, словно попав в замедленный кадр, не до конца понимая, что произошло, плавно отстранился. Руки всё ещё лежали на чужой пояснице. Ладони горели от ощущения жара кожи. — Я сделал что-то не так? — он посмотрел на Ноа с нескрываемым волнением, будто самый преданный пёс. Он боялся допустить малейшую ошибку. Боялся, что сейчас Ноа скажет, что он не сдержан, но как тут вообще удержаться? — Ты не закрыл за собой дверь, — раскрасневшийся Ноа сейчас казался настоящим искусством. Склонившись ниже, Лестер оставил короткий поцелуй на чужих губах, до конца не веря, что теперь ему и правда можно прикасаться к Ноа вот так. Только и всего? Нехотя выпутавшись из тесного кольца рук, мужчина шагнул назад, к тяжёлой тёмной двери. Ухватившись ладонью за прохладную дверную ручку, Лестер глупо улыбнулся. — Закрывай. И возвращайся ко мне, — Ноа криво усмехнулся, переступая с ноги на ногу. — Проверю, что у тебя под футболкой.