Стажёр Ли Су Джин

[Старшая школа Ханнам. Урок корейского языка и литературы] Китайский и корейский, были одними из языков, которым я обучался с преподавателями на дополнительных курсах, и только переехав в Канаду, я перешёл на самообучение, подбирая для себя самый комфортный и быстрый метод. Но нанятым учителям спешить было некуда, и, кроме базовых знаний, они вводили нас в культурный контекст, совмещая домашние задания с изучением поэзии и художественной литературы. Тот же Сон в красном тереме, из-за нашего преподавателя по китайскому, я помнил, чуть ли не наизусть, а это целый роман на восемьдесят глав автора оригинала и ещё сорок, от его потомков. «Нет лучшего произведения, чтобы начать знакомство с языком Поднебесной!» — любил повторять он. — «Как только вы сможете свободно обсудить „Сон“ в оригинале, можете считать, что выучили пекинский диалект! И только выучив ещё семь, имеете право сказать, что в совершенстве знаете китайский.» Правда, он не уточнял, что и сами китайцы не знают всех диалектов своей страны, а некоторые даже друг друга не понимают. И да, к самостоятельному изучению восьмого и самого непопулярного «Хой» я так и не приступил. Как и наш учитель, тот знал в идеале только три. — Итак, — пока я перебирал в памяти подходящие к уроку стихи, госпожа Чи воодушевлённо обратилась к классу. — Кто первым готов подарить нам своё творчество? По внешнему состоянию моих одноклассников было видно, что перспектива что-то и кому-то дарить их совсем не впечатляла. Возможно, они были бы и рады, поскорее закончить с заданием, но энтузиазм этой женщины слишком пугал. Оставалась надежда, что она не будет спрашивать всех поголовно и ограничится письменным заданием. Но… Нет, эту учительницу, идущую по пути посвящения заблудших, во мраке невежества, умов было уже не остановить. И в порядке очереди, не по именам, но по местам, первой встала отвечать какая-то девочка. — Сигу называется «Рыбы и я», — девушка с туго завязанной косой, стояла у своей парты и нервно начала читать с тетради. — Река течёт по долине. Воды её очень чисты. Рыбы плывут, в воде они свободны. Но вода холодная, а я просто стою на берегу. Дослушав, улыбка на лице госпожи Чи застыла и стала натянутой. — Стихотворе-ение, — протянула она фразу, пытаясь подобрать слова. — Выполнено правильно, с точки зрения структуры. Ты сохранила трёхчастное деление, вступление, развитие и завершение. Однако образность и поэтичность… Возможно, это просто не твоя сильная сторона, — договорив, она выдавила из себя улыбку. — Давай перейдём к китайскому творчеству, какую форму ты выбрала? «А как по мне норм,» — подумал я. — «Я бы тоже в холодную воду к рыбам не полез. Если, конечно, я правильно понял мысль». В этом, по сути, и была проблема всей поэзии Дальнего Востока. Если ты не носитель культурного кода, то оценить их стихи становится очень нетривиальным занятием. Там дело было и в нужных образах, и в том, как он звучит по расстановке слогов. Нет, конечно, что-то из технической части я знаю, но вот проникнуться творчеством древнего Китая, Кореи или Японии я так и не смог. Урок продолжался, а выражение лица госпожи Чи, с каждым новым юным поэтом, становилось всё более невыразительным. /// — Вчера купил я кусок сыра, он был большой и жёлтый… — начало было звучать действительно что-то интересное, по моему мнению, в аудитории. Но на жёлтом сыре от очередного моего одноклассника терпение женщины дало трещину. — Ащщ, — скривилась учительница и замотала головой. — Какой ещё кусок сыра?! Это сигу, здесь важен образ. Вы не можете просто с серьёзным лицом рассказывать чушь, соблюдая нужное количество строк и слогов. «А на что она вообще рассчитывала?» — размышлял я. — «Что у неё тут все школьники — это скрывающиеся в тени поэты?» Как по мне, мои одноклассники ещё и неплохо справились. Задание выполнили, в рамки жанра практически все уложились. Ну а то, что в их работах, по её мнению, нет художественной ценности, ну так они на неё и не претендуют. /// — Су Джин, — услышал я своё имя после того, как с выступлением закончила моя соседка. Её, кстати, госпожа Чи похвалила, что за весь урок случилось всего лишь в третий раз. Когда я встал, на лице преподавательницы уже никакого предвкушения. Лишь упрямство, с которым она хотела довести дело до конца. — Сига — «Весенний дождь». — сказал я и стал читать по памяти:

Пролился дождь на травы в поле, И слился с ветром в небесах. Я взял весеннюю свирель, Чтоб с ней, мелодией дождя Петь песню жизни, без конца Под щебет птиц и шум реки.

Секунд на десять в аудитории повисла тишина. Учительница ушла на перезагрузку, а моя соседка, широко распахнув глаза, обернулась на меня. -… и шум реки, — выйдя из ступора, повторила за мной преподавательница и быстро подхватила со стола ручку. — Я должна это записать. «А может это была не такая уж и хорошая идея использовать стих Юн Сон До?» — появилась у меня мысль, наблюдая, за тем, как женщина с горящими глазами, записывает его у себя на листе. На самом деле, художественная ценность такой поэзии для меня была под большим сомнением. Юн Сон До, писав этот стих, был уже популярным философом и поэтом, и прославился он своим сборником из сорока стихов, объединённых в песню. Так что эта сигу, по моему мнению, была интересна только тем, что её написал нужный человек и в нужное время. — Дальше?! — обратилась госпожа Чи ко мне, резко подняв голову, словно в фильме ужасов. — Сочинение китайской формы? — уточнил я. — Нет, — резко ответила она. — Корейской, конечно. Я ни за что не поверю, что это твоё первое стихотворение и у тебя нет других. Возможно, не сигу, а гаса, или даже чханга? — Я придумал только одно корейское и одно китайское, — уверенно сказал я, не оставляя места для её домыслов. — Стихи я не пишу. Кем точно я не хотел становиться в этом мире, так это поэтом. Начнём с того, что на этом банально, нельзя заработать, а закончим тем, что поэзия и тем более восточная мне вообще была неинтересна. Но моё утверждение далеко не сразу убедило госпожу Чи и всю остальную часть урока, она бросала на меня испытывающий взгляд и приводила мои стихи в пример, чтобы объяснить разницу между творчеством двух стран. Самое непредсказуемое случилось позже, после урока. Она попыталась подписать меня на какой-то литературный конкурс, но, еле отбившись от нее словами, что с этим стихом она может делать что угодно, а я больше ничего писать не собираюсь, я наконец-то обрел свободу. /// [Сиа Групп. Двадцать пятый этаж. Коммерческий Отдел. Руководитель Пак Джан Ди] По поручению секретаря Чжи Юн мне всё-таки пришлось идти и укрощать ксерокс, и за сегодня я мотаюсь к нему уже в пятый раз. Идя к цели своего задания, на меня налетает девушка, которая от неожиданности вскрикивает, едва не выронив документы из рук. — Простите, — даже не посмотрев на меня, быстро кланяется она. — Ничего стра… — пытаюсь успеть кинуть ей вслед, как она, перехватив кипу бумаг, исчезает за спинами других сотрудников. — …шного. Сегодня в офисе очередной завал — бедные панды готовятся к будущей конференции и съезду акционеров, о которой говорил дед, так что не особо-то удивившись, только пожимаю плечами и иду выполнять порученное мне задание. Издалека замечаю шайтан-машину, внушающую ужас своими габаритами и громким звуком. Огромная бандура, явно весом под сотню килограммов, хрипит и завывает, как старый дракон из пещеры. Кажется, она вот-вот развалится, но вместо этого издаёт пронзительный писк и выплёвывает очередные документы. Подойдя к аппарату, дожидаюсь, когда им закончит пользоваться какой-то молодой сотрудник, которого, скорее всего, как и меня припахали заниматься самой примитивной работой и, когда он уходит, закладываю под крышку первый документ. — Эй, парень, — обращается ко мне плотный мужчина, подошедший со спины. — Ты последний? — Да, — показав красноречивым взглядом, что больше, кроме нас, здесь никого нет, жду, пока все тридцать копий не будут напечатаны, и оглядываю офис. Я пришёл только в середине дня, но по отголоскам фраз, они тут с самого утра бегают как ужаленные. Ощущение, что завтра наступит всемирный конец света, и в Сиа Групп издали срочный приказ завершить все дела фирмы. Ну, чтобы на том свете с них не спросили. И, оглядев всю суматоху в офисе, в очередной раз сталкиваюсь с каким-то мужчиной средних лет. Невысокого роста, в клетчатом пиджаке и оттопыренной нижней губой, он со сжатыми кулаками вальяжно проходит мимо рядов сотрудников, изредка бросая на всех свой пристальный взгляд. Некоторым он даёт указания, на что те послушно кивают в ответ, других хлопает по плечу. В целом создавалось ощущение, что у этих несчастных панд есть ещё и смотритель, который, поглядывая на меня, явно размышлял, подхожу ли я для его зверинца или принадлежу к какому-то другому вольеру. Не обращая внимания на старшего коллегу, я дожидаюсь последний выплюнутый лист из ксерокса и, забрав документы, отправляюсь обратно. — …если мы и это не успеем сделать, — говорит Чжи Юн, склонившись над документами, у стола группы логистов. — то… — Не переживайте так, секретарь Сон, — голос Ён Сика становится чуть мягче. Сейчас он похож на доброго дядюшку, которого ты видишь только по праздникам, но встречаешь со счастливой улыбкой. — Мы закончим с документами по Айрон Тех и приступим к сортировке описей всех рабочих групп коммерческого отдела за квартал. К началу съезда всё обязательно будет готово. — Твой оптимизм, конечно, меня радует, но… — она замолкает на несколько секунд. После чего убирает прядь и поправляет очки. — Ладно. Надеюсь, что мы все успеем, — тяжело вздыхает она. После этого секретарь Сон замечает, что я стою рядом, и оборачивается. — Су Джин, — кивает она мне. — Ты закончил? — Угу, — киваю в ответ, протягивая ей документы. — Спасибо, — с улыбкой принимает их она. — Наконец-то, есть кому ходить, вместо меня, к нашему голодному бегемоту. Сказав последнюю фразу, девушка усмехается, какой-то понятной только ей шутке. Хотя длинношеий и толстяк тоже изображают подобие улыбки. — Жаль, что у меня такого нет, — появляется позади нас недовольный мужской голос. Обернувшись, вижу перед собой того странного мужчину, который напоминал мне смотрителя, за местными мишками. Неужели он всё-таки здесь, за мной? — Здравствуйте, руководитель персоналом Пхэ, — кланяется ему секретарь Сон. Ну с должностью я практически угадал. Весь остальной отдел логистики тоже встают со своих мест и делают приветственный поклон. Я присоединяюсь к ним. Руководитель Пхэ, не обращая внимания, на остальной персонал сосредоточенно смотрит на секретаря Сон, но та отвечаем ему лишь уставшим взглядом. [Десять секунд спустя] — Ладно, я, пожалуй, пойду… — девушке первой надоело играть в гляделки, и она уже собирается уйти, как руководитель по персоналу, демонстративно проводит ладонью по редеющим волосам и привлекает к себе внимание сдержанным кашлем. Чжи Юн остаётся на месте и терпеливо обращается к мужчине. — Что-то ещё? — Ваше игнорирование меня может очень плохо отразиться на дальнейшей работе, — произносит он с ноткой недовольства в голосе. — Я не игнорировала вас, руководитель Пхэ, — сдержано и, изогнув бровь, произносит женщина. — Не игнорировали? — он начинает грозить ей указательным пальцем, после чего обводит им наш отдел. — Да все видели, что вы… — Господин Пхэ, — вмешивается в разговор Ён Сик. — Секретарь Сон не игнорировала вас. Она поздоровалась с вами и… — Я смотрю, у вас уже появились адвокаты, секретарь Сон, — не дослушав Ён Сика, продолжает недовольно мужчина. — Простите, руководитель Пхэ, если вам показалось, что я игнорировала вас, — кланяется снова секретарь Чжи Юн. Видимо, она выбрала тактику, что лучше согласиться, чем пытаться что-то доказать. — Это не так страшно. Я могу и закрыть на это глаза… — вкрадчиво вещал он. — Вы меня знаете, я человек простой. Необидчивый. «А как по мне, то обычный придурок» — подумал я. Самое любопытное, что в каждом офисе, который я посещал в прошлой жизни, обязательно находился хотя бы один такой персонаж. В первые годы работы мне совершенно не укладывалось в голове, как человек, которого, казалось, ненавидят все, умудряется удерживаться на своём месте. Но позже я пришёл к довольно мрачному и, увы, правдивому выводу: если избавиться от одного, на его место непременно придут другие. Я убедился в этом на собственном опыте. И когда понял, что это правило — неотъемлемая часть нашего мира, стоящая где-то рядом с законом E = mc², начал воспринимать его как неизбежное зло. — Однако, как руководитель отдела, — продолжил он. — Не могу не отметить, что вы выглядите не подобающе. И вам стоило бы с этим наконец-то что-то сделать. — И что, по вашему мнению, со мной не так? — индифферентно спрашивает девушка. — Вы поверх белой блузки одели свитер вместо пиджака, — кивает он на неё. — А ваши волосы. Почему они собраны так небрежно, ещё и держатся на карандаше. У вас что, нет дома классических женских заколок, вы хотите, чтобы я их вам купил? — Обязательно прислушаюсь ко всем вашим замечаниям, как только закончится съезд или я наконец-то уволюсь, — легкомысленно отвечает Чжи Юн, ядовито улыбнувшись, когда ей всё-таки надоел этот фарс. — Но в данный момент у меня, к сожалению, нет столько времени. Всё-таки в этом офисе, кому-то ещё нужно работать, — женщина разворачивается, не дав возможности парировать её ответ и бросив мне фразу, удаляется в сторону кабинета Джан Ди. — Су Джин, ты на телефоне, инструкции знаешь. Мужчина ещё какое-то время оставался смотреть на дверь, за которой скрылась секретарша, не произнося ни звука. Но по его дрожащей нижний челюсти и побледневшим губам, было заметно, что смотритель в ярости. — А вы на что смотрите? — резко обернулся он в сторону нашего стола. — Продолжайте работу! — прикрикнул он и уже собирался уходить, когда его взгляд зацепился за меня. — А ты ещё кто такой?! — Су Джин, — спокойным голосом говорю я. На самом деле, я не знал, как ему представляться. Должности, на которую меня взяла Джан Ди, а именно её второй секретарь, ещё в природе не существовала, а то, что я был прикреплён к группе логистики, не соответствовало действительности. — Это наш новый стажёр, в группе логистики, — объяснил Ён Сик, выбрав официальную версию. — Появился у нас совсем недавно. — Стажёр? — удивился руководитель по персоналу Пхэ и посмотрел на меня. — Тогда почему ты ещё не принёс своё направление? «Наверное, потому, что не знал, в принципе о твоём существовании?» — подумал я, мысленно закатив глаза. — Моё направление находится у госпожи Джан Ди, — вежливо ответил я мужчине и улыбнулся. — Тогда, в течение дня, я жду, чтобы ты его принёс на мой стол! — ровно в тот момент, как он закончил свою фразу, от секретарской стойки послышался телефонный звонок. — Прошу прощения, — спокойно и выверено говорю этому идиоту. — Я должен ответить на звонок. — Щеболь, в этом офисе нет никакого уважения к старшему персоналу, — развернувшись, бросил мужчина. — Чтобы до конца дня, у меня было твоё направление. Подойдя к стойке, я быстро беру трубку и отвечаю на звонок. — Приёмная госпожи Джан Ди, слушаю. — Э-эм, — протягивает девичий голос на другом конце. — А-а. Не подскажете, где сейчас секретарь Чжи Юн? Она что… — голос становится более испуганным. — Всё-таки уволилась? — Нет. Секретарь Чжи Юн сейчас занята. Она попросила меня заменить её, — поясняю. — Фу-ух. А я уж думала, — она делает вздох, а после сдержанно кашляет в кулак, чтобы вернуться к серьёзному тону. — Мне нужна госпожа Джан Ди. Можете соединить меня с ней? — Я могу узнать, кто её спрашивает? — Просто скажите, что звонит Ха Рин. Она поймёт. — Да. Конечно. Секундочку. Нажав на телефоне кнопку «Интерком», который автоматически оставляет девушку висеть на линии, и подключает меня на громкую связь со стеклянным аквариумом, произношу сжато и только важную информацию. — Госпожа Пак. Вам звонит некая Ха Рин и просит… — Поняла. Соедини, — быстро перебивает она меня, на что я лишь пожимаю плечами и молча перевожу линию Ха Рин на номер Джан Ди, после чего кладу трубку. [Спустя двадцать минут] Дверь кабинета госпожи Пак открывается, и на пороге появляется Джан Ди, позади которой идёт секретарь Сон. — Су Джин, — лихо произносит моя начальница. — Мы идём к технарям. Подойдя ближе, она критически меня осматривает и что-то заметив только для себя поправляет мой воротник. — Чжи Юн, — быстро поворачивается она на неё. — Ты остаёшься здесь за главную. [Двадцать первый этаж компании Сиа Групп. Джан Ди и Су Джин выходят из лифта и заходят в огромный офис, чем-то напоминающий офис Джан Ди. Только надстройки над основным офисом в виде стеклянного куба — нет. Вместо этого вдоль стены размещены в ряд стоящие кабинеты, огороженные от остальных сотрудников стеклянными стенами]. Проходя мимо офисных столов, я вижу, как всем на нас плевать. В отличие от нашего офиса, где тебя встретит пара десятков глаз любителей бамбука, здесь все сотрудники, как заворожённые смотрят в свои мониторы. Даже когда дверь открылась, ни один человек не поднял на нас взгляда. «Вот это я понимаю, полное погружение в дело», — замечаю я. Походя мимо ближайшего компьютера, бросаю косой взгляд на монитор. Вместо привычных офисных программ вижу 3D модель какой-то детали, которую мышкой крутят в разные стороны. — Нам сюда, — доведя меня до одного из стеклянных кабинетов, сообщает Джан Ди. Открыв дверь и переступив порог, обращаю внимание на то, что кабинет хоть и отдельный, как у госпожи Пак, но меньше раза в два. Рабочих мест тут всего — одно. Стол, за которым сидит светловолосая девушка, обычный, пусть и почему-то был металлическим. С одной стороны стены висит доска для заметок, а с другой — стоит книжный шкаф. Только вместо книг, полки забиты толстыми папками. — А вот и мы, — радостно сообщает Джан Ди, как только сталкивается взглядом с женщиной лет тридцати, у которой на столе стоит табличка с надписью «Ан Ха Рин». — Угу, вижу, — кивает она, оторвав на секунду свой взгляд от монитора. После чего снова уткнулась в него. — Проходите. Присаживайтесь. Сейчас кое-что доделаю. Хотя женщина и выглядела немногим старше Джан Ди, но выглядела менее консервативно. Обычная белая футболка, и покрашенные в светлые волосы под каре, явно выделяли её из местного колорита пиджаков и белых рубашек. — Ты же нас позвала, — как-то недовольно произносит Джан Ди, садясь на стул напротив Ха Рин. — А теперь заставляешь ждать. — Я вас не звала, — не отрываясь от экрана, продолжает щёлкать мышью Ха Рин. — Вы сами пришли. Я могла всё вполне объяснить и по телефону. — Ну и скучная ты, — фыркает в ответ госпожа Пак. — Поэтому у тебя с личной жизнью проблемы. Ха Рин, нахмурив брови, всё же отвлекается от своего компьютера. Она недовольно смотрит на госпожу Пак, которая не выдаёт никаких эмоций. После чего переводит взгляд на меня, а потом снова на госпожу Пак. И вновь утыкается в монитор. — Зато у тебя смотрю, с этим всё нормально, — бубнит она под нос. — Ну а, то, — вдохновлённо отвечает Джан Ди. — Не всё же время в пыльном помещении сидеть. — Я недавно была у тебя в кабинете. Не думаю, что после недавнего ремонта туда успела пыль налететь. — Просто сидеть в четырёх стенах — это же смерти подобно, — вздыхает госпожа Пак. Ха Рин молча окидывает взглядом свой кабинет и со вздохом поджимает губы. — Ну да, ну да. — Ладно, рассказывай, что… Пока госпожа Пак и госпожа Ан о чём-то разговаривали на фоне, я от нечего делать, снова оглядывал помещение, пока мой взгляд не наткнулся на Это! На белой доске, размером в несколько метров шириной, висят чертежи и плановая модель с чертежом настоящего смартфона с сенсорным дисплеем. Насколько я мог понять, это был набор данных, для будущей презентации. «3.1-дюймовый TFT сенсорный экран, 320×480 пикселей, поддержка двух одновременных касаний», — зачитывал я с доски. Читая характеристики и смотря своими глазами на эти документы, я словно оказался в срезе истории, но… В этом мире что, местный самсунг выпустит телефон, раньше, чем появится айфон? Я с интересом, посмотрел на двух женщин, сидящих друг напротив друга. — Кстати, — заметив мой взгляд, Ха Рин обратилась к госпоже Пак. — Ты, кажется, забыла нас представить. — Да, — словно обрадовавшись чему-то, голос Джан Ди стал более оживлённым. — Это Су Джин — новый стажёр моего отдела. А это Ан Ха Рин, — указывает она на девушку. — Главный… М-м… — пытается вспомнить должность. — Главный инженер? — делаю я догадку. — Ну да, типо того, — неопределённо отвечает девушка. Ха Рин на это только фыркает. — Я, конечно, главный, — кивает она мне, — Но только как начальник двенадцатого отдела разработок. Приятно познакомиться. — Взаимно, — приветственный поклон в ответ. — Цифра которого в скором времени перестанет быть двузначной, — подчёркивает госпожа Джан Ди. — Ага, если бы, — обречённо вздыхает Ха Рин. — Из той информации, что у меня есть, на скорее откатят ближе к двадцатке, — она бросает взгляд на доску, где висит модель телефона. — Пока что, руководство очень скептически относиться к телефонам без кнопок, так как рынок на сорок процентов принадлежит BlackBerry и его клонам. — Неудивительно, — пожимает плечами госпожа Пак. — Всё-таки наши старики не любят рисковать тем, что и так хорошо работает. И иногда они даже бывают правы, — под конец нехотя признала она. — Это тупо, — возмущённо произносит Ха Рин. — Я лично присутствовала на внутренней презентации Apple в прошлом году. Если они действительно доведут свой проект до ума, у них будет шанс захватить рынок. Кнопочным телефонам настанет конец. — Ты мечтатель, — спокойно усмехнулась госпожа Пак, не чтобы обидеть, а скорее даже чтобы похвалить. — И вот настолько закостенелые люди меня окружают, — снова фыркнула она и от безысходности развела руками. — Даже от родителей, кроме моральной поддержки, ничего не добьёшься. /// — Интересно? — возле моего уха послышался женский голос. Когда их разговор снова сместился на не относящиеся ко мне темы, я вернулся к доске и рассматривал дизайн телефона и совсем краткую документацию. Повернув голову, я увидел, девушку всего на полголовы ниже меня ростом. Она была довольно высокой, как для кореянки, но по повадкам, походила больше на европейку или даже американку. Это было заметно в мелочах. Менее замкнута в движениях, другая жестикуляция в разговоре. — Да, ваш отдел разрабатывает сенсорный смартфон? — А-ага, — довольно кивнула она. — Хочешь посмотреть остальные документы из презентации? — А разве это можно всем показывать? — спросил я. — А почему нет? — удивлённо спросила она и усмехнулась. — Можешь хоть новостные сайты это отправить, я за такую рекламу только спасибо скажу. Всё, что из технической части и секретно на презентации, всё равно не покажем. /// Пак Джан Ди, уже в третий раз тыкает пальцем в бедро Ха Рин и заворожённо смотрит на своего стажёра. Су Джин же внимательно читает документацию, сидя на стуле у окна, и ничего не замечает. — Смотри, ну разве Ан Ги и Бан Сок не обзавидуются? — Ты его только ради этого к себе взяла? — Ага, — кивнула радостно та. — Но ты да-аже не представляешь, что он ещё умеет. Ответила подруге Джан Ди, и очень красноречиво замолчала.