Лавандовое спокойствие

Мысли Чонгука хаотично сменяли друг друга, словно он пытался сложить мозаику из слишком разбитых фрагментов. Ему казалось, что он понимает, но в то же время чувствовал, что не видит всей картины. Почему Тэхен ходит к психологу? Чонгук никогда раньше не задавался этим вопросом, но теперь он раз за разом возвращался к нему. Что-то внутри подсказывало ему, что причина куда серьезнее, чем просто жизненные трудности. Чонгук снова вспомнил тот момент, когда впервые прикоснулся к нему, когда без задней мысли взял его за руку. Вспомнил, как Тэхен буквально замер, его тело напряглось, а в глазах промелькнул страх. И это было не обычное замешательство, не лёгкое удивление — это был инстинктивный ужас, который невозможно подделать. Чонгук тогда не придал этому значения, но сейчас... сейчас он уже не мог не задумываться. Потом был разговор с Чимином. "Тэхен не знакомится с альфами". Не просто "не хочет" — он не знакомится. А ещё была та драка. Когда Чимин переживал течку, а Тэхен встал за него стеной против альф. Чонгук помнил, как тот дрался — не безрассудно, не из гордости, не просто потому, что хотел защитить друга. В его действиях читалось что-то ещё. Что-то глубже. Бешеная ярость, отчаянная злоба, в которой скрывался… страх? Нет, скорее ненависть. Тэхен не боялся альф. Он их презирал. И чем больше Чонгук думал, тем сильнее его охватывало тревожное предчувствие. Что-то случилось. Что-то, что сломало доверие Тэхена к их виду. Тогда почему он вообще согласился пойти с ним на свидание? Почему хотя бы пытался подпустить его? И почему вдруг замкнулся снова? Прошло две недели. Две долгие недели, за которые Тэхен так и не написал. Чонгук знал, что он видел его сообщения, но отвечать не собирался. В кафе их разговоры свелись к формальным фразам. Взгляд, который раньше задерживался на нём чуть дольше, теперь скользил безразлично. Это мучило. Грызло изнутри. Чонгук привык решать проблемы, привык, что если что-то не так — можно просто взять и разобраться. Но здесь всё было иначе. Он не мог просто прийти и потребовать объяснений. Не мог взять Тэхена за плечи, посмотреть ему в глаза и сказать: "Чёрт возьми, скажи мне, что происходит!" Потому что это был не тот случай. Тэхен не откроется, если его заставлять. Не скажет ни слова, если почувствует давление. Если Чонгук хочет узнать правду, он должен дать Тэхену причину доверять ему. Должен стать для него кем-то, рядом с кем не страшно. Но было одно "но". А что если он никогда не откроется? Что если он уже решил, что Чонгук не стоит его доверия? Такого нельзя допустить.

💫⭐️🌙

Юнги поднял на него взгляд, переплетя пальцы перед собой. Альфа выглядел уже более спокойным. В прошлые разы они так и не поговорили, но сегодня, видимо, это изменится. — Значит, ты знаешь. Про Тэхена. Чонгук кивнул, опускаясь в кресло напротив. В его теле не было напряжения, как бывало поначалу. Сейчас общение проходило более спокойно, да и без таких перепадов настроения, как в первые встречи. — Да. Честно, я до последнего не мог понять, почему меня к нему так тянет. Всё казалось… неправильным. Но теперь всё встаёт на свои места. Юнги тихо вздохнул, откидываясь на спинку кресла. Запах леса всё равно звучал немного напряженно. — И ты решил его добиться? — Решил, — твёрдо ответил Чонгук. — Я не могу просто взять и забыть его. Психолог внимательно посмотрел на него, чуть прищурившись. От этого взгляда по спине пробежали мурашки. Это определённо не было показателем, что всё нормально. — К нему нужен особый подход. — Я понимаю. — Нет, Чонгук, ты не понимаешь, — спокойно, но жёстко поправил его Юнги. — Ты не знаешь, через что он прошёл. Я не могу разглашать детали, но будь осторожен. Не дави на него, не требуй от него больше, чем он способен дать. И главное — будь честен. В своих желаниях, в своих намерениях. Чонгук напрягся всем телом, ощущая, как хочется начать оправдываться. Непонятно за что. Но хочется доказать, что он ведёт себя осторожно с Тэхеном и не хочет ничего плохого ему. Запах альфы стал резче, плотнее, будто воздух в кабинете наполнился тёплыми, но тяжёлыми волнами сандала. Бергамот приобрёл горчинку — словно только что раздавленная кожура цитруса, выпустившая в воздух терпкость. На мгновение в этом сочетании мелькнула едва уловимая нотка сухой корицы, указывая на внутреннее напряжение, прежде чем запах вновь стал ровным, собранным. Юнги провёл рукой по лицу, словно пытался стереть напряжение, но оно лишь глубже залегло в его взгляде. Очевидно, что он заметил изменение в настроении своего пациента. — Чонгук, — его голос стал тише, но не менее твёрдым. — Ты не представляешь, насколько вы оба… непростые. Чонгук нахмурился, не понимая, к чему ведёт психолог. — Что ты имеешь в виду? Что случилось с Тэхеном? Может скажешь хоть немного того, что ты знаешь? Юнги устало вздохнул и опустил взгляд на стол. Совсем не похоже на него. Обычно такой спокойный и уверенный, теперь он прячется от Чонгука. — Я не могу рассказать тебе о Тэхене, ты это понимаешь. Но и ты сам пришёл ко мне не просто так. Чонгук напрягся. Странные мысли начали закрадываться в голову, но он упрямо выбрасывал их, не давая возможности им ухватиться и начать пускать корни. Лучше со всем сразу разбираться. — Думаешь, я не справлюсь? — Думаю, что вам обоим будет тяжело, — Юнги поднял на него взгляд, который вдруг стал пугающе проникновенным. — Вы оба привыкли прятаться за стенами. Ты всю жизнь доказывал, что можешь быть сильным, что тебя никто не сможет сломать. Он же, наоборот, учился не позволять никому подойти слишком близко. И теперь вы столкнулись друг с другом. Чонгук сжал губы и принял оборонительную позицию, будто готовый в любой момент прыгнуть и вцепиться Юнги в горло. Это новые ощущения, но это именно то, что сейчас начало мелькать в голове. — Значит, ты не веришь, что у нас может что-то получиться? Юнги покачал головой. — Не в этом дело. Просто я… — он замолчал, будто собираясь с духом. — Я переживаю. Не хочу, чтобы вы ранили друг друга. Чонгук стиснул челюсти, чувствуя, как в груди закипает эмоция, которую он не мог толком определить — злость, обида или что-то ещё. Довольно неприятно слышать такое в свой адрес. — Ты ведь знаешь, что я не сделаю ему больно. Юнги посмотрел на него долгим, пристальным взглядом. — Иногда мы причиняем боль, даже не желая этого, Чонгук. Особенно когда сами несём в себе слишком много нерешённых проблем. Чонгук отвёл взгляд. Эти слова выбили всё желание противится Юнги. Как бы внутри альфа не твердил другое — Чонгук понимал важность осторожного подхода, о котором пытается втолковать психолог. — Так что мне делать? Просто сдаться? — Нет, — Юнги покачал головой. — Просто будь готов. К тому, что придётся не только завоёвывать его доверие, но и понимать себя. Потому что если ты не разберёшься в том, чего на самом деле хочешь, ты можешь в итоге сделать ему ещё больнее. Чонгук молчал. Он определённо не хочет навредить Тэхену. Хочется наоборот задаривать любовью и заботой этого прекрасного омегу, а не причинять боль. С самого начала ведь было видно, что у него что-то случилось. И из-за своей резкости Чонгук чуть не потерял возможность вообще иметь какие-то связи с Тэхеном. — Я не против того, чтобы вы попробовали, — добавил Юнги. — Но ты должен понимать: это не будет легко. Чонгук тихо выдохнул, проводя рукой по затылку. Напряжение слегка начало отпускать. — Мне кажется, ты слишком сильно за нас переживаешь. Юнги усмехнулся, но в его глазах не было ни капли веселья. — Это моя работа. Чонгук тяжело вздохнул, потерев пальцами лоб. Оставалась ещё одна проблема, которая с каждым днём беспокоила всё больше. — Но почему тогда он вдруг отдалился? Юнги чуть приподнял брови. — Что ты имеешь в виду? — Прошло две недели, Юнги, — голос Чонгука прозвучал напряжённо. — Он даже не написал. Хотя обещал. В кафе он ведёт себя так, будто я просто один из клиентов. Ни одного лишнего слова. Никакого намёка на то, что… Он резко оборвал себя, сжав челюсти. Было неприятно видеть такое отношение, после того, как они провели довольно милое свидание. Чонгук ведь старался быть осторожным, не давить. И казалось, что всё начало налаживаться. Но потом наступила тишина. Юнги некоторое время молчал, словно взвешивая слова. — Тэхен много лет учился держать дистанцию. Ты был исключением из его правил, но, похоже, он решил, что позволил себе лишнего. Чонгук нахмурился. Точно не такой поддержки он ожидал услышать. — Так что мне делать? Юнги чуть опустил взгляд, будто пытался подобрать правильный ответ. — Сначала спроси себя: ты действительно хочешь быть с ним? Не из-за его запаха, не потому что он омега, не потому что он теперь кажется тебе ещё более желанным. А потому что ты видишь рядом с ним себя. Чонгук глубоко вдохнул. Такие вопросы хоть и напрягали, но благодаря им альфа стал лучше понимать себя. — Я не могу его выбросить из головы, Юнги. — Это не ответ. — Я хочу быть рядом, — твёрдо сказал Чонгук, чувствуя, как внутри нарастает тревога. — Тогда будь рядом, — просто ответил Юнги. — Спокойно. Без давления. Если он держит дистанцию, значит, ему нужно время. Дай ему его. Чонгук прикусил губу. — А если он так и не напишет? Юнги посмотрел на него внимательно, в глазах читалась настороженность. — Тогда тебе придётся решить: ты готов ждать или нет. Внутри что-то болезненно кольнуло. Две недели молчания. Две недели, в течение которых Тэхен не подал ни одного сигнала, что хочет продолжить их общение. Чонгук впервые задумался: а вдруг это был его ответ? Но он не был готов с таким мирится. Это было бы глупо. К тому же он сам сказал Тэхену, что теперь будет настойчивее. Так почему же он сейчас сидит и вообще допускает мысль о том, что придется решать отпустить ли омегу или нет. "Хватит быть слабаком, Чонгук. Бери всё в свои руки и сделай этого омегу своим. Сделай так, чтобы он не пропадал из твоей жизни и не был случайным встречным, а был частью. Важной частью твоей жизни."

💫⭐️🌙

Омега ощущает, что который день не может прийти в себя. Чем больше времени проходило, тем более настойчивыми были мысли в голове. "Я ведь должен был написать. Прошло две недели. Чонгук, наверное, уже понял, какой я жалкий." Тэхен машинально протирал стойку, хотя на ней уже не осталось ни единого пятнышка. Его руки двигались автоматически, а мысли, наоборот, путались, сплетаясь в мучительный клубок. "Я ведь обещал. Сказал, что напишу… А потом просто исчез. Чонгук заходил почти каждый день. Просто сидел за своим обычным столиком, заказывал кофе, иногда что-то ещё. Он даже не смотрел на меня требовательно. Просто ждал. Наверное, надеялся, что я заговорю первым." Он сжал тряпку в руке, ощущая, как неприятное чувство тяжестью оседает в груди. Да и вообще в последнее время как-то дышится будто иначе. Словно внутри есть кто-то ещё. Внутренний омега стал просыпаться не только во время течек? "Но я не мог. Я… Я не знаю, чего он хочет. Не знаю, чего сам хочу." Тэхен останавливается и со стоном опускает голову, складывая локти на стойке. Это разрывает его изнутри. "С чего вообще он решил, что я ему нужен? Почему он не бросил эту идею? Почему просто не ушёл?" Чонгук был добрым. Терпеливым. Но сколько это продлится? "Он альфа. Настоящий, сильный, упорный. Я… Я никогда не был настоящей омегой. От меня только название. Слабый, сломленный… ненужный." Тэхен глубоко вдохнул, но в нос тут же ударил слабый, едва уловимый аромат. Тонкие нотки сандала и бергамота. Чонгук недавно заходил, и этот запах до сих пор витал в воздухе. "Я слишком быстро привязываюсь." Это пугало. "Его голос, его прикосновения… даже тот горячий шоколад, который он заказал для меня, потому что знал, что я люблю его. Почему запомнил? Почему это так… греет?" Тэхен зажмурился, прогоняя все эти мысли прочь. Всё это было неправильно. И из-за этого всё больше было распри внутри. "Если я позволю себе снова привязаться, снова поверить… я ведь потом не выдержу." Это было бы слишком болезненно. Даже с учётом того, что омега уже пережил в своей жизни. После такого удара он точно не оправится. "А если он разочаруется? Если поймёт, что я не такой, каким он меня представлял? Что мне страшно, что я не могу быть таким, как другие омеги?" Он поднимается и уходит в уборную, чтобы умыться. Клиентов не очень много, потому Чимин ничего не говорит. Вода нужна срочно. Чтобы остудить кипевшую голову и попытаться вообще избавиться от навязчивых мыслей. "Ему нужен кто-то другой. Кто-то нормальный. Кто-то, кто не будет прятаться в тени, кто не будет дрожать, когда его обнимают. Кто сможет дать ему то, чего я не могу." Тэхен смотрит в своё отражение, пытаясь смирится с тем, что он обязан оттолкнуть от себя альфу. Для его же блага. "Я не должен впускать его в свою жизнь." Омега прикрывает глаза, сжимая влажной рукой белую футболку в районе груди. Дыхание сбивается, а с ресниц слетают солёные капли, разбиваясь о раковину. "Но почему тогда мне так больно, когда я прохожу мимо его столика и даже не смотрю в его сторону? Что с этим сделать? Как избавиться от этого?"

💫⭐️🌙

Чонгук чувствует внутри лёгкую раздражительность на самого себя, но вовремя приходит в себя. Ему нельзя сейчас пахнуть плохо, иначе он спугнёт омегу. А это точно не то, что хочется. Он сжимает в руках книги, перевязанные сиреневой лентой, и вдыхает шумно воздух. Глаза выискивают светлую макушку через стекло. В зале его не оказывается, Чимин тоже один возле кассы. "Странно. Он ведь был пару часов назад на месте. Мы же пересекались. Где же он? Что-то случилось?" Внутри появляется напряжение, которое сразу же отображается в запахе в виде терпкости бергамота. "Блядство. Нужно успокоится. Вдох-выдох. Ну же, альфа." Чонгук подышал и понял, что снова чувствует себя сносно. Как раз в поле зрения попадается Тэхен, который вышел из уборной. "А вот и он. Зря только волновался." Альфа мгновенно хватается за ручку и толкает дверь, сразу же оказываясь внутри уже ставшего таким знакомым кафе. Омега уходит не далеко, бросая мимолётный взгляд на Чонгука, но именно это выдаёт то, что Тэхен не ожидал увидеть Чонгука во второй раз за день. — Тэхен! Подожди! — альфа, пытаясь скрыть дрожь в голосе, замолкает и натягивает улыбку, подходя ближе. Тэхен отходит немного в сторону, чтобы не мешать клиентам делать заказ. Омега выглядит явно озадаченным, а в его глазах проскакивает… Боль? Чонгук останавливается на расстоянии вытянутой руки, внимательно вглядываясь в лицо напротив. Как жаль, что больше нет запаха, было бы проще определить, что Тэхен чувствует. Но альфа уже понял, что не всегда важен аромат. Юнги ведь так сказал, а значит эти знания нужно использовать. Щеки омеги немного розоватые, словно ему было жарко. Кожа слегка влажная, будто он умывался. Некоторые светлые пряди прилипли ко лбу и вискам, подтверждая догадку. Но глаза… Они какие-то стеклянные, с мокрыми ресницами. Будто он плакал. Альфа внутри недовольно ворочается и хочет притянуть Тэхена к себе, чтобы обнять. Так не должно быть. Чонгук должен делать всё, чтобы омега не плакал и чувствовал себя хорошо. Но всё, что он себе позволяет — это отпустить себя, распуская вокруг них мягкий и такой уютный запах корицы. Ради Тэхена это хочется сделать. — Чонгук… — голос омеги слегка дрожит, а ресницы начинают дрожать. И это точно не нравится альфе внутри. — Я подумал, что нам не стоит… — Стой, омега, остановись, — Чонгук звучал тихо, но с какой-то затаённой опасностью, от чего Тэхен сразу прикусил губу и сделал шаг назад, от альфы. "Нет, нет, нет. Это не то, чего я хотел! Чёрт!" Внутри снова начала закипать злость на самого себя, и это снова начало проявляться в более насыщенном запахе сандала. Но омега, очевидно, думает, что дело в нём. — Выслушай меня. И… прошу, — голос надломился, когда Чонгук с умоляющим взглядом посмотрел в глаза Тэхену. — Не бойся меня. Умоляю. Я не сделаю тебе ничего. В доказательство своим словам альфа через силу сделал шаг назад, увеличивая между ними расстояние. Но только так можно показать, что он не давит на омегу. Хоть и сердце требовало другого, совершенно. Оно требовало прижать к себе насильно и мягко прижать к шее, чтобы успокоить и показать, что можно чувствовать себя в безопасности. Тэхен продолжал молча смотреть на него, ожидая, что будет дальше. Чонгук снова прикрыл глаза, пытаясь успокоится. — Ты… ты не пишешь мне. И я начал переживать всё ли хорошо. Я понимаю, что если ты ходишь к Юнги, то в твоей жизни было что-то такое, что оставило серьезный отпечаток. Но я не буду спрашивать, пока ты сам не захочешь поделится. Сейчас важно другое — я готов ждать тебя, сколько тебе нужно. Но, прошу, не отталкивай меня. Да, я неидеальный. Но я хочу ради тебя быть лучше. Хочу узнавать тебя по тем крупицам информации, которые ты позволишь мне узнать. Я как несмышлёный щенок, но когда вижу твою улыбку или взгляд на меня — я чувствую, что у меня есть смысл жить дальше. Я не буду давить на тебя. Но я всегда буду готов рассеивать твои сомнения и бороться с твоими внутренними демонами. Чонгук не сдержался и снова прикрыл глаза, шумно вдыхая и выдыхая воздух. Слишком много напряжения в теле. Нужно немного расслабиться. — Ты уже говорил мне в прошлый раз, что у тебя от омеги только одно название, — Тэхен на этих словах вздрагивает, сжимая сильнее губы в одну линию. — Я готов доказать, что это не так. Ты хотел сказать, что нам не стоит быть вместе, потому что ты какой-то не такой? Омега моргает несколько раз и по щеке начинает катится первая слеза, за ней вторая. Альфа резко опускается на колени наплевав на дорогие брюки и подползает ближе к Тэхену, но не касается его. Смотрит снизу-вверх, полными сожаления глазами. — Нет, нет. Тэхен, прошу. Не плачь. Ну же, омега. Я докажу тебе, что ты стоишь моего внимания. Я ведь тоже сломанный! Ты наверняка слышал здесь слухи. Это тебя пугает? Тэхен отрицательно мотает головой и не двигается с места. Чонгук у его ног выглядит точно как потерянный щенок, пытающийся найти хозяина. — Ну вот и хорошо. Значит дело в другом. Я ведь не стал противным тебе? — Нет… — омега прошептал одними губами, но альфа это понял. Он закивал головой. — Это хорошо, хорошо. Что ж… Я обещал, что не буду давить, но иногда это нужно. Ты ведь понимаешь? Нам вместе нужно через некоторые вещи переступать, чтобы двигаться дальше. Ты согласен? Омега задумывается на время, но кивает, соглашаясь. Из глаз больше не текут слёзы, только грудь быстро вздымается, но это уже лучше. Его рука тянется к мягкой щеке альфы. — Гук… Вставай, поговорим нормально. Не надо здесь стоять на коленях, — Тэхен пытается смущённо улыбнуться. Гостей хоть и немного, но всё же несколько столиков заняты. Чимин оторвался тоже от своей работы, следя за происходящим, как и остальные. — Мне плевать, Тэхен. Мне важен только ты. И если нужно становится на колени, чтобы завоевать твое доверие — я буду делать это. Я готов даже дать тебе нож в руки и подставить своё горло, полностью доверившись. — Ты безумец, Чонгук, — снова омега прикусывает губу и нежно поглаживает щеку Чонгука. Тот смотрит преданно и немного ластится к руке, показывая, что ему приятна такая ласка. — Я такой только для тебя. Имей это ввиду. Тэхен мягко улыбается и опускает пальцы на подбородок, поддевая его. — Встань, Гук. Альфа чувствует, как внутри всё приятно сжимается от этого тихого голоса. Он охотно поддаётся, вставая с колен и оказываясь совсем близко к омеге. Хочется сделать шаг назад, но Тэхен сам тянется ближе. Его рука осторожно ложится на плечо, позволяя встать почти на одну высоту, Чонгук ведь на пол головы выше. А дальше показалось, словно весь мир замер и вокруг больше никого нет. Тэхен сам наклонился и мягко коснулся губ альфы своими. Сам поцеловал. Так осторожно и боязливо, будто Чонгук должен был его оттолкнуть в любой момент. Но нет. Сам альфа настолько удивился, что даже не сразу понял, что произошло. А через мгновение его руки нежно легли на талию Тэхена, прижимая его ближе к себе. Корица затмила все запахи вокруг, мягко дополняя сандал и сладкий бергамот. Он ответил на поцелуй, чувствуя, как омега в руках вздрогнул на секунду, но следом прижался теснее. Это самый невероятный поцелуй в жизни Чонгука. Будто единственный, ради которого он жил всё это время. И все прошлые были только тренировкой. Даже внутренний альфа замолчал и просто наслаждался моментом, затаив дыхание. Когда омега первым отстранился и осторожно сделал шаг назад, выпутываясь из объятий — Чонгук не сопротивляясь отпустил. Сбоку резко раздался шум, который заставил покраснеть их обоих моментом. Все присутствующие в кофейне хлопали и подбадривающе улюлюкали. Даже Чимин улыбался. Момент волшебства рассеялся, возвращая в реальный мир. Чонгук посмотрел на Тэхена, который смущённо прятал свои покрасневшие щёки и уши, отвернувшись в сторону стекла на улицу. — Ну всё, хватит смущать моего омегу, господа! Прошу вас! — альфа шагнул ближе, прикрывая своей спиной Тэхена от всех присутствующих. — Сделай его счастливым, альфа! — кто-то выкрикнул и ещё несколько людей подхватили, а после все замолчали, да и вообще начали собираться на выход. Альфа прикусил губу, прикрывая глаза, чтобы снова взять себя в руки. Тэхен, кажется, делал то же самое. Им нужна была эта передышка. Чонгук наклонился к полу и поднял брошенные книги. Как хорошо, что они в упаковке. Не повредились от безрассудных действий. — Тэ, я принёс тебе ещё подарок. Возьми. Омега обернулся и сразу его взгляд скользнул на подарок. — О… Это… — Я решил тебе подарить сразу всю серию, чтобы ты не мучился с поисками. И не смей отказывать. Ты знаешь, что это моё желание. Тэхен принял книги, слегка игриво вскидывая голову и сияя мягкой улыбкой. — И не собирался. Я уяснил, что если дают — нужно принимать. Чонгук прыснул от смеха и счастливо растянул губы. — Отличная новость. Теперь мне будет проще задаривать тебя. — Ладно. Пусть будет по-твоему, — Тэхен шумно выдохнул, разглядывая пуговицы на рубашке альфы в опасной близости к шее. — Значит… Ты обещаешь больше не пропадать? Омега поднял взгляд и встретился с тёмными глазами альфы, который внимательно следил за ним. — Я буду стараться, Чонгук. Не обещаю, но буду делать всё возможное. — Это уже говорит о многом. Чонгук улыбается и чувствует, что внутри всё ощущается… Так правильно. Именно так, как и должно всегда быть. Поцеловав напоследок запястье Тэхена и попрощавшись, он уходит из кафе, где остались только они и Чимин. А вечером получает смс с датами, когда у омеги получится пойти на свидание. Чонгук выбирает удобную для него и даёт знать об этом Тэхену. Предлагает заехать, но тот говорит, что сам доберётся до кинотеатра. Слишком долго альфа об этом не думает, давая возможность командовать омеге. Его внутренний альфа только довольно урчит от этого, словно он ждал именно Тэхена. Хотя, может так и есть. Чонгуку остаётся только надеяться на это. И чувствовать накрывшее его с головой счастье.