Напряжение

Последний месяц выдался довольно напряженным. Даже слишком. Репетиции, концерты, бесконечные перелёты. Вроде бы и не в первый раз, но Бомгю совершенно выдохся. И физически, и морально. А еще почему-то напряжение никуда не ушло, даже когда они благополучно вернулись в Корею после завершения мирового тура. Несколько дней ленивого отдыха в общежитии нисколько не поправили ситуацию, а теперь снова начиналась работа. Бомгю совершенно не знал, что ему с собой делать. Не хотелось подвести мемберов и моа, но, кажется, его измученная улыбка выглядела всё натянутее. - Бомгю-я, ты не заболел, случаем? – настороженно спросил Субин на репетиции, когда парень дал слабину, думая, что его никто не видит. - Нет, хён, что ты. Со мной всё хорошо. Просто немного утомился, - Бомгю постарался улыбнуться бодрее. Репетиция еще не была окончена, поэтому лидер просто сощурился и сделал вид, что поверил. Спустя два часа репетиции, когда Бомгю сделал ошибку в пятый раз в одном и том же месте, и, не выдержав, со злости швырнул промокшую от пота рубашку на пол, Ёнджун с удивлением протянул: - Кажется, кто-то сегодня слишком нервный. Полегче, Гю, ничего страшного. Бомгю устало выдохнул и исподлобья взглянул на старшего. Хотелось что-то съязвить, но в отражении зеркала он заметил вытянувшиеся физиономии Тэхёна и Хюнина. Оставив колкости на языке, Бомгю просто смолчал. Нет, с этим напряжением определенно надо что-то делать! Три часа ночи. Сна ни в одном глазу. Бомгю перевернулся со спины на бок, смыкая глаза сильнее и уговаривая свой организм дать ему немного отдыха. Четыре часа. Чертыхаясь, Бо тихонько встал и прошел в уборную. На обратном пути он замер. Внезапная мысль проскочила в его явно воспаленный мозг. Есть одно средство, которое может и вызвать сонливость, и снять напряжение. Как раз все спят, и никто не будет ломиться в душ, поторапливая заканчивать водные процедуры. Бомгю мысленно хлопнул в ладоши и так же тихо проследовал в ванную, захватив еще и телефон. Вскоре зашумела вода, а сам парень стал под горячие струи, предварительно установив на стиралке телефон, воспроизводящий похабное видео… - Да что за херня! Бомгю в отчаяние осел на дно душевой. Тугие струи продолжали бить по напряженным плечам. Всё стало только хуже. Возбуждение, накатившее было по началу, никак не могло достигнуть своего пика. Мысли путались, хаотично перескакивая с одного на другое, плоть то твердела, то опадала, и в конце концов руку уже попросту свело, а никаким удовольствием и расслаблением, кажется, в ближайшие минут пять и не пахло. Бомгю казалось, он лишился и тех последних сил и нервов, что у него были. В паху теперь болезненно тянуло, добавляя неприятных ощущений. Внезапный тихий стук в дверь заставил дернуться всем телом. Бомгю поспешно выключил позабытое видео и закрыл кран. - Бомгю-я, что-то случилось? Гю стиснул зубы, снова услышав этот гиперзаботливый тон Субина. - Нет, всё в порядке. В порядке не было ничего, но Бомгю обязательно со всем разберется. Так он решил для себя, поспешно поднимаясь на ноги и принимаясь вытираться. - Я сейчас освобожу душ. Субин так никуда и не ушел, пока его тонсен вытирался и одевался. Стоял непоколебимой скалой, явно не намереваясь отпускать друга просто так. - Я всё, - Бомгю стыдливо опустил глаза и сделал попытку невозмутимо протиснуться мимо лидера. - А мне и не в душ, - Субин укоряюще сощурился. – Почему ты не хочешь поделиться со мной тем, что тебя беспокоит? Бомгю сжался под взглядом его глаз. Глаз, которые каждого из них видели насквозь. Ему не нужно было говорить, что что-то произошло – Субин и так знал это, а если и не знал, то чувствовал интуитивно. Возможно, стоит просто ему довериться, как и всегда? Но как облечь в слова своё беспокойство, если и сам Бомгю не мог его точно сформулировать в голове? - Я не знаю, как это описать, хён, - со вздохом начал Бомгю, бросив быстрый взгляд вверх на лицо парня. – У меня такое чувство, что я разучился расслабляться. В голове постоянно куча несвязных мыслей, с трудом засыпаю, хотя очень устаю, с трудом просыпаюсь. Всё бесит, даже мелочи. А еще… - Бомгю замялся, чувствуя, как лицо и уши неумолимо покрываются румянцем. – Еще… ну… я пытался сбросить напряжение проверенным способом. Но не смог, - последнее прозвучало совсем уж обреченно, будто Чхве поставил себе неизлечимый диагноз. – Может, со мной что-то не так? Я и правда заболел? Субин подозрительно задумчиво молчал, никак не комментируя откровения тонсена. Бомгю стало совсем уж неловко. - Извини, что нагрузил и тебя. Всем нелегко, а расклеился один я. Я возьму себя в руки, обещаю, хён! – Бомгю снова натянуто улыбнулся и сделал попытку обогнуть Субина, но почувствовал его крепкую хватку на плече. - Куда ты сбегаешь, Бомгю-я? И о чем ты вообще говоришь? – лидер выглядел возмущенно-обиженным. – Хорошо, что ты поделился. В этом нет ничего постыдного, и, кажется, я знаю, как решить твою проблему. Бомгю приподнял брови в удивлении, а потом снова вздохнул. - Боюсь, даже вкусняшки и аниме в твоей компании мне не помогут, хён. Субин в ответ слабо улыбнулся. - Есть и другой способ. Вечером жду тебя в моей комнате, - загадочно произнес парень и ушел, оставив Бомгю в смятении. К упомянутому вечеру Бомгю снова чувствовал себя, словно выжатый лимон. Он едва не поцапался с Ёнджуном, когда тот, по мнению Бомгю, не сильно удачно пошутил на счет неловкости тонсена в разучиваемом ими танце. Субин примиряюще растащил спорщиков подальше друг от друга и сочувствующе похлопал младшего по спине. Тогда-то Бомгю и вспомнил об обещанной помощи хёна. Если честно, было совершенно все равно, как Субин хотел ему помочь. Бомгю оставалось только надеяться на него и на какое-то чудо. Потому что больше он просто не вынесет без полноценного длительного отдыха, который им не светил. Было, кажется, уже почти 11 вечера, когда Бомгю пошел в душ следом за Субином. Последним ожидающим оставался Ёнджун, проиграв ребятам в камень-ножницы-бумагу. Бо подавил в себе желание злорадно похихикать, когда заметил хёна в гостиной, усердно борющегося со слипающимися глазами. - Бомгю, после горячего душа сразу ко мне. И не одевайся, - сообщил вдруг вернувшийся Субин, с которым они только разминулись в коридоре. Бомгю растерялся. - А…ладно. Любопытство заворочалось внутри, мобилизируя оставшиеся в теле силы. Горячая вода сняла часть скопившегося напряжения, оставив после себя приятную негу и сонливость. Бомгю сообщил дремлющему Ёнджуну, что душ свободен, и направился к Субину. Приоткрыв дверь, Бомгю обнаружил лидера снующим по комнате. Тот уже успел высушить волосы и облачиться в пижаму. И зачем-то положил односпальный матрас на пол. - О, ты уже? Заходи, Бомгю-я, - Субин приветливо улыбнулся, вновь перемещаясь. Бомгю закрыл дверь и нерешительно замер у лишнего предмета на полу. - А это зачем? – он толкнул матрас пальцами ног и вопросительно уставился на старшего Чхве. - Это для тебя. Ложись, - Субин вновь повернулся к Бомгю, и Бо разглядел в его ладонях какой-то бутылёк. - Ты будешь делать мне массаж? – догадался Бомгю, тоже слабо улыбаясь. Субин с энтузиазмом кивнул, будто уверенный в том, что это средство стопроцентно поможет. Бомгю уверен не был, но всё равно опустился на матрас. - Халат-то до пояса спусти. Распутав узел, Бомгю сделал, как велели, заставив шелковую ткань спуститься на пятую точку. По спине тут же побежали мурашки от прохлады в комнате. После горячего душа хотелось под такое же теплое одеялко, а не раздеваться и подставлять свою кожу гуляющему сквозняку. Раздались звуки возни, а после матрас примялся под весом севшего рядом Субина. - Постарайся расслабиться и ни о чем не думать, - прозвучал тихо его голос, а после по комнате поплыла тихая инструментальная музыка. Ее пульсации странным образом успокаивали и отвлекали. Горячие ладони опустились на лопатки, разогнав мурашки по спине от контраста температур. Длинные пальцы начали осторожно проминать напряженные мышцы, скользя от позвоночника в стороны. То к шее, то к пояснице. Постепенно давление усиливалось. Они не в первый раз делали друг другу массаж. При их работе это было совсем не удивительно. Каждый из них владел элементарными приемами, чтобы облегчить боль друг друга. Но массаж в качестве приема снятия напряжения Бомгю испытывал впервые. И пока особой разницы не ощущал. Через время на тело упали первые капли масла, и ладони Субина заскользили активнее, растирая каждую мышцу и добираясь будто бы до самых глубин. Бомгю наконец блаженно зажмурился. Возможно, этого ему и не хватало. Мелодия сменяла мелодию, и Бо потерял им счет так же, как и счет времени. Субин не торопился оканчивать импровизированный сеанс релакса, а наоборот попросил парня перевернуться на спину. - На спину? – удивленно переспросил Бомгю. Его голос немного сел от долгого молчания. Приподнявшись на локтях, он обернулся, решив удостовериться. Субин кивнул, выглядя отчего-то немного взволнованно. – Ладно. Но что тут можно массажировать? – непонимающе пробормотал Гю. - Много чего. Молчи, ладно? И расслабляйся, - вновь попросил хён, а еще внезапно протянул ему маску для сна. – И вот это надень. - Хочешь, чтоб я уснул прям тут? – хмыкнул Бомгю, но послушно принял маску и перевернулся-таки на спину. Маска легла на глаза, создавая приятную темноту. Сквозь ткань, конечно, просачивался приглушенный свет, но он, по крайней мере, не бил по глазам. Субин был предусмотрительным. Осторожные касания пришлись сначала на мышцы рук и плеч. Субин перемещался, ползая по полу вокруг матраса и стараясь не упустить из виду ни малейший клочок тела тонсена. Потом свою долю внимания получили ноги. Бомгю даже стало неловко, что хён так старается. Наверняка он сам жутко устал, но продолжал с усердием корпеть над Бомгю. - Х-хён, может, достаточно? Мне лучше, правда, - пробормотал Бомгю, поднимая руку вверх, чтобы приподнять маску. Но его руку быстро перехватили и вернули на место вдоль тела. - Я просил тебя молчать и расслабляться. Я сам скажу, когда достаточно, - внезапно тихим, но строгим голосом сообщил Субин. Бо приподнял брови, пребывая в смятении, но не стал перечить. Субин не часто был настолько непреклонным. Почувствовав, как запахнутые полы халата расходятся в стороны, Бомгю замер. Что он?... Горячие ладони легли на живот и медленно обвели ребра, заставив живот рефлекторно втянуться. Хотелось хихикнуть и сбросить руки, но Субин провел сильнее, и щекотное чувство почти прошло. Бомгю даже предположить не мог, что можно делать массаж и на животе. Обычно пары поглаживаний после вкусной еды вполне хватало. Но Субин явно считал иначе. Его пальцы невесомо прошлись от плеч по ключицам, внезапно задели соски, заставив вздрогнуть, а потом спустились к кромке боксеров, замерев внизу живота теплым облачком. - Хён?.. – вышло как-то хрипло и взволнованно тоже. - Не беспокойся ни о чем, - прошептал Субин, возобновляя движение рук. Бомгю сглотнул, чувствуя табун мурашек, прошедший по позвоночнику. Его расслабленное тело вдруг снова начало напрягаться. И показалось, что оно может напрячься кое-где еще, если Субин продолжит так невесомо касаться его. Кажется, они оба пропустили звук шагов за дверью, поэтому крупно вздрогнули, когда дверь отворилась. - Субин-а, не спишь же? – хорошо знакомый гнусавый голос. Бомгю окаменел. Тишина была такой красноречивой, что Бо уже мысленно подписал себе приговор. Ёнджун теперь изведет его шуточками. А крыть нечем. Какой позор. - Я думал, ты закрыл дверь, - сконфуженно прошептал Субин. Бомгю едва расслышал его за собственным колотящимся сердцем. - У вас тут сеанс массажа? А мне можно записаться? – судя по голосу, Джун широко улыбался. Бомгю мысленно хлопнул себя по лбу и обреченно выдохнул. - Нельзя. Я помогаю Бомгю снять напряжение, - тихо выдавил Субин. Ёнджун вдруг замолчал. Бо настороженно прислушивался. - О, понятно. Может, я тоже помогу? – на пару тонов тише спросил старший. Субин ничего не ответил, но по комнате раздались шаги, а потом щелчок замка. Бомгю ничего не понимал. С чего такая щедрость? А как же возможность поржать над несовершенством Бомгю? Сфоткать его в таком непотребном виде? Отомстить за стычку днем? Но вместо этого Бо почувствовал, как Ёнджун сел позади, у его головы, уперев колени на краю матраса. - Приподнимись чуть-чуть. Чужие теплые пальцы подхватили под плечи, подтягивая вверх. Бомгю послушно напряг верхнюю часть тела, как его тут же уложили обратно. Теперь голова покоилась где-то на ткани штанов в районе паха. Бомгю неловко сглотнул, но почему-то не смог протестовать. Он будто оцепенел, потерял контроль над своим телом. Движения рук Субина по животу возобновились, и через пару мгновений к ним присоединились еще одни руки, легонько массирующие шею, челюсть, зону вокруг губ, нос, щёки. Бомгю почувствовал, что краснеет, когда касания перешли на уши. Он слышал, что это часто встречающаяся эрогенная зона, но ведь это просто массаж. Приятный массаж от хёнов. Почему же тогда его сердце так ускоряет свой бег? Боги, как хорошо, что на нем сейчас маска, и он не видит довольного лица Ёнджуна над собой. Иначе просто придется сбежать. - Расслабься, Бомгю-я, - буквально промурлыкал Ёнджун, и Бо коротко выдохнул, когда его пальцы сместились по шее на ключицы, обводя их легкими мазками, а потом вдруг сжали напряженные соски. Одновременно с этим ладони Субина переместились с живота на бедра, так же невесомо оглаживая их. Бомгю в шоке распахнул глаза, не смея шелохнуться. Кажется, он даже забыл, как дышать. Этот сеанс массажа с приходом Ёнджуна всё меньше напоминал массаж. Пальцы Ёнджуна исчезли, чтобы через десяток секунд вновь вернуться, теперь уже с более чувствительным скольжением. Капли массажного масла стекали по солнечному сплетению к пупку, прочерчивая дорожку и снова вызывая мурашки. Прикосновения стали совершенно хаотичными. Горячие мазки оставались то на лице, то на шее, то на груди, перемежаясь с ощущениями касаний к подтянутому животу и бёдрам. Бомгю потерялся в этих ощущениях, а еще слишком поздно понял, что неумолимо возбуждается. Скрыть это не представлялась возможным. Его халат был давно распахнут, а облегающие боксеры не оставляли никаких вариантов. Бомгю перехватил блуждающие ладони Ёнджуна, пытаясь отстранить их от себя. - Хва… - Не хватит. Сейчас я тебя приподниму. У меня ноги затекли. Сильные руки обвили вокруг груди, поднимая с матраса и удерживая на весу. Ёнджун завозился позади, усаживаясь теперь всем весом и облокачивая Бомгю спиной о свою грудь, переводя его практически в полу-сидячее положение. - Что ты делаешь? – Бо резко выдохнул, намереваясь теперь уже точно снять маску и сбежать от испытывающих его рук. Но ему снова не позволили. Руку мягко перехватили за запястье и уложили на чужое напряженное бедро, скрытое тканью то ли спортивных, то ли пижамных штанов. - Помогаю тебе расслабиться, что непонятного? – тихий шепот на ухо. Бомгю вновь покрылся мурашками, а потом приоткрыл рот с тихим вздохом, когда почувствовал прикосновение мягких губ к своей шее. Еще и еще. - Х-хёоон, - вздохнул Бомгю, дрожа всем телом. Губы оторвались от нежной кожи шеи и прошлись по ушной раковине. - Субин-а, не залипай. Занимайся вверенной тебе частью. Это прозвучало хрипло и насмешливо, но Бомгю совсем не было смешно. Он представил, как должно быть выглядит со стороны, как рассматривает его сейчас Субин-хён, тоже недоумевая, что происходит. Но, кажется, Бомгю ошибся. Ошибся в своих выводах и в Субине. Тот точно знал, что происходит. Его ладони возобновили движение, вдруг ложась на небольшую выпуклость на боксерах. Бомгю приоткрыл рот, позабыв разом все слова. - Не волнуйся, Бомгю-я, Субини умело позаботится о тебе, - вновь промурлыкал на ухо гнусавый голос, а после раковину обвел горячий язык. - Боже, что вы творите, - мучительно простонал Бомгю, заливаясь краской. Он уже без всяких сомнений догадался, каким образом хёны решили помочь снять ему напряжение. И это просто было абсурдом! Бо не мог поверить, что это всё происходит на самом деле. Что горячие губы и язык Ёнджуна выводят на его шее немыслимые узоры, пока его руки оглаживают линию челюсти, шею и ключицы, а пальцы Субина потирают уже недвусмысленно налитый кровью орган, разгоняя пульсацию по всему телу. - Ну же, прекрати сдерживаться, - Ёнджун вдруг оставил несильный укус на шее, на что тело незамедлительно отреагировало крупной дрожью. Губы Бомгю распахнулись, но он так и не проронил ни звука. – Какой непослушный у нас тонсен, Субин-а. Губы с легкой улыбкой отпечатались на румяной щеке. Субин всё еще не произнес ни одного слова с момента прихода старшего. Но Бомгю тоже почувствовал его улыбку, когда губы Субина внезапно прижались с внутренней стороны бедра. Бо коротко выдохнул, зажмурившись. - Вот так, молодец. Пальцы Ёнджуна, оглаживающие ключицы, вновь сжали соски, срывая с губ еще один выдох. - Субини, кажется, нужна тяжелая артиллерия. Бомгю не успел сообразить, что же Ёнджун подразумевал под этим, как почувствовал, что его белье оттянули, а по коже до самой головки прошелся горячий язык. Мучительный стон наконец разбавил звуки в комнате. Стало неимоверно стыдно за него, а еще за то, как непроизвольно подкидывались бёдра навстречу скользящему языку. - Хочу услышать больше стонов твоим красивым низким голосом. Ухо нещадно горело. Как и лицо. Как и всё тело, в общем-то. Бомгю подозревал, что Ёнджун мог быть любителемdirtytalk, но испытать это на себе было странным. Странно приятным. Когда вокруг головки плотно сомкнулись губы, Бомгю уже не смог сдержаться. -Oh,yeasss! – промурлыкал Ёнджун, поворачивая голову Бо в сторону и прикасаясь губами к подбородку и уголку губ. Полноценно поцеловать не получалось из-за их позы, но Бомгю хватило и этих касаний, чтобы распахнуть рот и проронить несколько скулящих стонов. Быстрые поцелуи соединились с быстрыми движениями губ и языка на члене. Бомгю не хватило надолго. - С-субин-хён, я сейчас… Губы сменились на руку, и горячая сперма толчками залила ее, стекая на впалый живот. Бомгю обмяк, скользя затылком по груди Ёнджуна вниз. Джун довольно хмыкнул. Раздалось шебуршание пачкой салфеток, и все преступные следы были удалены с живота и паха. Ёнджун завозился, выползая из-под веса тонсена и укладывая его обратно головой на матрас. Бомгю даже немного разочарованно выдохнул, надеясь, что этого никто не услышал, как вдруг теплое дыхание вновь коснулось его лица и внезапно с глаз исчезла повязка. Бомгю зажмурился от бьющего по чувствительным глазам света и от стыда. Как теперь смотреть на хёнов и не вспоминать, что между ними всеми было? Бомгю стыдливо спрятал лицо в ладонях и еще сильнее зажмурился, когда Ёнджун насильно развел их в стороны. - Смущаешься? – гнусаво протянул он, и Бо от негодования даже глаза открыл. - Издеваешься?! - Немного, - мягкая полуулыбка и лисий прищур – и Бомгю снова зажмурился. – Ничего криминального не произошло, тебе нечего так переживать. - Ага, - саркастично хмыкнул Бомгю. – Ничего такого. Я всего лишь впервые в жизни испытал крышесносный оргазм от минета, который мне делала не прелестная девушка, а мой хён. - Тебя это так заботит? – скучающим тоном спросил Ёнджун, и Бомгю, запнувшись, вдруг понял, что не особо. Не особо заботит тот факт, что минет делал ему парень, но тот факт, что это был его любимый хён Субин – волнует еще как! Как же с ним теперь общаться? Субин же тоже такой стеснительный – и вдруг такое… Он вообще живой там? Обеспокоившись этим, Бомгю приподнял голову, выхватывая взглядом снова присевшего у него в ногах Субина. Хён был раскрасневшимся и предсказуемо смущенным. А еще… возбужденным. Бомгю сглотнул. Это было так неожиданно и так…тупо. Бо даже не подумал, что хёны тоже могли возбудиться в процессе. - Эй, Субин-а, твой минет был крышесносным, ты слышал? Ты хорошо справился с миссией. Моя школа! - Что? – Бомгю замер, переваривая услышанное. - Что слышал, - невозмутимо ответил Ёнджун и поманил Субина ближе. Субин послушно подполз на коленях к нему, и Ёнджун, окольцевав его шею, оставил поцелуй на его припухших губах. Бомгю приоткрыл рот, наблюдая за их чувственным взаимодействием. Субин прикрыл глаза и, положив ладонь на щеку старшего, приоткрыл рот, впуская его язык. Ёнджун, вдоволь наигравшись, напоследок прикусил пухлую нижнюю губу, оттянув ее, и отстранился, блестя масляными глазами. Встретив его взгляд, Бомгю снова стало жарко. - Разве не прекрасно иногда избавляться от напряжения не в одиночку? – философски поинтересовался Ёнджун, опираясь на руки и нависая сверху, всматриваясь в расширенные зрачки Бо. Картинка была перевернутой, но сердце всё равно заколотилось, когда Ёнджун склонился ниже, замирая буквально в сантиметре над губами. – Запреты у нас в голове, Бомгю, - прошептал он, прежде чем осторожно коснуться языком губ. Бомгю рвано выдохнул, а потом, наплевав на стыд, приоткрыл рот и тоже робко коснулся своим языком кончика языка Ёнджуна. Хён хмыкнул. - Ты быстро учишься. Быстрее, чем Субин. И его горячий язык свёл Бомгю с ума еще на несколько минут. - Всё, хватит разлеживаться! Марш в кровать и спать. Завтра вставать рано, - наставительно потребовал Ёнджун, окончательно отстранившись и встав на ноги. Субин тоже встал, а Бомгю так и остался лежать на матрасе – разнеженный, сонный и совершенно обессиленный. – Подъем! Обреченно простонав, Бо перекатился на живот и встал на колени, открывая слипающиеся глаза шире. - Ты изверг, хён, я же хо… - Бомгю замолк на полуслове, уставившись на всё еще внушительную выпуклость на пижамных штанах Ёнджуна, оказавшуюся на уровне глаз. - Что «ты же»? – Ёнджун проследил за направлением чужого взгляда и ухмыльнулся. – О, видишь, что ты натворил? Кто еще тут изверг? Ты спать пойдешь, а нам с Субини еще дрочить. Бомгю захлопал глазами, по десятому кругу заливаясь краской и боясь поднять взгляд на довольное лицо хёна. Но Ёнджун не был бы Ёнджуном, если б не ухватил его за подбородок, уставившись прямиком в самую душу. - Ты ведь однажды поможешь своему хёну в трудную минуту? Уверен, ты хорошо справишься. - П-помогу. Бомгю ни секунды не сомневался. Он сделает всё возможное для своих хёнов. И макнэ тоже.