mine?
19 января 2025 г., 12:06
Джисон устало выдыхает, когда на горизонте замечает Минхо. Хан быстро отворачивается, продолжая выставлять товары на витрину, попутно отмечая срок годности, чтобы не получить нагоняй от начальства. Его смена закончится через два часа, за это время ему нужно будет перетерпеть человека столь эксцентричного и гиперактивного, который за словом в карман уж точно не полезет. Пусть Джисон и сам такой же. С Минхо ему интересно работать, но вот ситуация, произошедшая на прошлой неделе, странно давит, как лёд из лимонада, застрявший глотке.
Хану двадцать три года, он недавно окончил колледж, но работать по своей бухгалтерской профессии не пошёл. Устроился работать в круглосуточный магазин под домом, где ему всё нравилось.
Он с детства знал, что никогда не станет чем-то большим, чем является сейчас. Джисон обычный. Обычный человек. В школе были средние оценки, в колледже тоже. Отношения с родителями нормальные, пару раз влюблялся, но все влюблённости были лет в тринадцать-четырнадцать. Пока бывшие одногруппники обсуждали свои отношения, а некоторые уже и семьи, Хан лишь сильнее желал не слушать всего того, что ему говорят. У него никогда не было цели жить в другой стране или путешествовать. Джисон хотел просто быть. Работать, заниматься хобби, и больше ничего. Он знает, что некоторые его одноклассники и одногруппники добились многого. У некоторых свой бизнес, а главное — семья.
Сколько себя Хан помнит, все разговоры об отношениях и семьи пугали его. С детства постоянное давление: он должен иметь хорошенькую красавицу-жену и минимум двое деток, чтобы в старости о нём точно позаботились. Джисон должен быть опытным во всём и зарабатывать много, чтобы обеспечивать свою семью.
В детстве твердили одно и то же. В школе, в колледже и даже на работе: ты должен иметь семью.
А кто сказал, что человек обязан иметь семью?
С чего все решили, что в одиночестве невозможно прожить? Отчего людям нужно знать, что дома их кто-то ждёт? Чтобы что? Поговорить? День обсудить?
Хану всегда были чужды чувства. Он влюблялся лишь дважды, но и то влюблённостью назвать это нельзя. Максимум симпатия, не более. Джисону уже двадцать три года, а он точно осознаёт, что детей не хочет, в целом, как и отношений. С детства в голову вдалбливали, что человек не семейный — ничто. Насекомое, попавшее на горячую лампу, горит от её жара — так и человек сгорит от глубокой тишины в своей квартире без ощущения тёплых рук на теле.
Но сколько бы Джисон ни пытался исправиться, так ничего и не вышло. Он не воспринимает людей как возможность прожить жизнь бок о бок. Не понимает, зачем ему нужны отношения. Он чувствует себя некомфортно только от мыслей, что ему придётся просыпаться и видеть человека. Общество навязывает, что без семьи ты неполноценный. Пустой и ничего не стоящий. Гниющий в своей однокомнатной квартире от одиночества и глубоких порицательных чувств. Общество заставляет делать так, как делают все. Нет семьи и детей — как жаль, ещё найдёшь свою суженную. Есть дети и семья — видный человек состоявшийся в жизни.
Общество навязывает всё.
Родители до сих пор давят на Хана, что съехал рано, что так ни с кем и не познакомился. У Джисона есть старшая сестра, у которой уже трое детей в свои тридцать пять лет. Ею гордятся, её ставят в пример. А Хан её не любит. Не переносит на дух все её разговоры про садики и пелёнки. Всё свое взросление, пока он жил с родителями, он не общался с сестрой. Раз она лучшая у родителей, то пусть будет, а Джисон — серое пятно в их многодетной родословной. К двадцати годам Хан перестал испытывать негативные чувства к сестре, в принципе, все чувства перестал ощущать. Она вроде и родная, но чужая. Со своими принципами и постоянными разговорами о семье.
Бабушка как не позвонит ему, так обязательно спросит, когда внуки. Сначала он обижался, отстаивал свою позицию, но со временем понял, что доказывать нечего. Поэтому каждый раз, когда кто-то из родственников начинал разговорами давить, Джисон либо сбрасывал вызов, либо уходил с семейного застолья, каждый раз выслушивая затылком недовольства дядей и тётей, а главное — родителей. Хан придерживался экзистенциализма и слушать навязывающее мнение других он не собирался.
В голове Джисона играет песня иностранной группы Безальтернатива «Не помогает», которую он совсем недавно услышал от иностранцев в метро, когда ездил в центр погулять. Из-за интересного звучания он даже попросил ему помочь найти её, благо, пара знала корейский на начальном уровне, потому они его поняли и нашли песню в спотифай.
Минхо только заступил на смену, поэтому бежит поздороваться со своим коллегой. Хан знает, что в свои двадцать три Минхо ещё учится в университете, иногда подрабатывая в этом магазине. Сам Джисон тоже начинал тут работать во время студенчества, в целом, тут и остался.
— Йоу, привет, Джисон! — Минхо улыбается, останавливаясь рядом с витриной.
— Привет, привет, — здоровался любезно Хан. Он надеялся, что И забудет про разговор.
— Как настроение? — он стал брать сухарики из тележки, выставляя на соседнюю полку рядом с Джисоном.
— Нормально, твоё как? — пожимал плечами Хан, кивая в знак благодарности.
— Тоже норм. Что по народу?
— Сегодня было тихо, только часов в двенадцать наплыв был, сейчас практически никого.
— Погода плохая, потому, наверное, никого и нет.
Погода и в самом деле была плохой: с самого утра шёл мокрый снег с дождём. На дорогах творилось невообразимое, ещё и температура упала. Небо хмурое, серостью морщин покрытое: кому в такое печальное настроение захочется прогуляться до магазина? Люди доставки заказывают и радуются жизни, пока продавцы страдают от безделья в магазинах, осознавая, что дела переделаны, а процент выручки за сегодня будет меньше, чем в людные дни.
— Да, погода и правда отвратительная, — усмехнулся Минхо, — я пока от университета сюда ехал, автобус сломался, пришлось пешком топать.
— Главное, что ты не опоздал и тебе не влетело от начальства, — улыбался Хан, продолжая выкладывать на полку чипсы.
— Да… — протянул И. — Слушай, я хотел спросить по поводу, ну… сам знаешь чего.
Джисон замер, закрыв глаза на секунду. То, что хочет узнать Минхо, — вопрос, который он задал на прошлой неделе перед своей крайней сменой. Минхо признался ему в симпатии, рассказал как есть за чашкой чая перед закрытием. Джисон обещал подумать, пусть и понимал, что это ему вовсе не нужно. Хан не ощущает чувств и не умеет влюбляться.
Минхо хороший парень, интересный, вот только Джисон не воспринимает его как нечто большее, чем просто коллега и хороший друг. У парней много общего, им всегда есть, что обсудить, но Хан никогда не думал о нём в таком ключе. Джисон не хочет отношений, не хочет ответственности и обязанностей, ему хорошо одному.
— Да, конечно, подумал, — ставя последнюю пачку на полку, отвечает Джисон. Голос его стал перманентный. Катя тележку на склад, он говорил: — Понимаешь, Минхо, я не нуждаюсь в отношениях, и ты меня больше, чем просто друг, не привлекаешь.
— Совсем не привлекаю? — не теряя надежды, Минхо шёл следом.
— Только как друг. С тобой правда интересно. Но как парень, как секс-партнёр ты меня не привлекаешь, — зайдя на склад, Хан ставит тележку к остальным, поправляя синюю жилетку, поднимает свой понимающий взгляд на Минхо, замечая в его зенках тонущие звёзды и погибающие надежды.
— Я понял, — трагично улыбался Минхо, — прости, если обременил тебя этими… чувствами? В общем, я всё понял.
— Ну ты и слово вспомнил, — смеялся Хан, — обременил, кто его сейчас использует? — Хан специально вёл себя легко и открыто, он не хотел наносить увечий своими словами, не хотел ломать парнишку.
— Я? — заражаясь лёгким смехом Джисона, Хо тоже хихикал.
— Кроме меня и тебя в магазине больше никого нет, — пожимал плечами весёлый Джисон, пусть и на душе от этого разговора кошки скребут.
Минхо промолчал с секунду, а затем слишком печально, теряя улыбку губ, проговорил, переминаясь с ноги на ногу:
— Ты так долго сидел в моей голове, я всё надеялся, но, видимо, не судьба.
— Мне правда жаль, — Хан положил свою ладонь ему на плечо. — Я с этим ничего поделать не могу.
— Потому что это я?
— Нет, — отрицательно покачав головой, негромко отвечал Джисон, — это потому, что я не хочу ни семьи, ни отношений.
— Ты не боишься одиночества? Тебе не хочется любить и быть любимым?
— Нет, я хочу спокойной жизни без всей этой мишуры, Минхо.
— А как же целоваться? Секс?
— Это максимально по настроению. Нет такого, что я хотел бы трахаться каждый день. Раз в пару месяцев, и я не вру. Мне не особо-то и нужна физическая близость.
— А что бы ты сделал, если бы я тебя поцеловал?
— Ничего. Я бы ничего не почувствовал.
— Жалко, я бы хотел с тобой быть. Ты мне правда нравишься.
— Мне тоже жаль, но поделать я с этим ничего не могу.
Смотря в глаза друг другу, ища в них надежду на спасение, никто и не услышал, как двери магазина схлопали, как вошёл покупатель.
— Извините! — донёсся женский голос из зала.
Джисон быстро посмотрел на монитор с камерами видеонаблюдения, где было видно весь магазин, отмечая девушку на кассе.
— Минутку, я бегу! — также крикнул Джисон.
— Надо идти, — вновь улыбался Минхо.
— Пора работать, — замялся Хан, — всё будет хорошо.
После сказанных слов он быстро обнял Минхо и вышел за кассу.
В этом Мире есть такие люди, которым отношения в принципе не нужны. Они не хотят обязательств, у них нет потребности в другом человеке. Чувствуя себя самодостаточными, они живут свою хорошую жизнь и вовсе не страдают от того, что рядом с ними нет кого-то. Общество навязало одиночество, навязало социальную тревожность и обязательства. Ни в одном законе не написано, что люди обязаны быть замужем или женаты, должны иметь детей.
Выбор есть истина человеческой жизни. Всё существование состоит из каждодневного выбора, на который никто не может повлиять.
«Быть одному и быть одиноким — это две разные вещи».
Джисон выбрал быть одному. Минхо выбрал быть одиноким с Джисоном. Жаль, что судьбы разные.
