Долго будешь водить сюда дружков?

Рон грубоватый хам, но если сказал, что добьется чего-то, обязательно сделает. Рэйон испытывает чувство благодарности к этому человеку, независимо от того, что мелет его язык. Героин сладостно растекается по венам. Думать ни о чем не хочется. Шприц выскальзывает из ослабевших от эйфории пальцев. Бак или Чарли, Ларри или Бен заботливо размещают голову на подушке. Хочется петь… Но зло открывается дверь. — Долго еще будешь водить сюда дружков? — в отвращении спрашивает Рон. Рэйон подтягивается на постели и хмурится в ответ его недоуменному взгляду. — Столько же, сколько ты сюда будешь водить блядей, — со слабой усмешкой произносит Рэйон. Рон закатывает глаза и хлопает в ладоши. Рэйон быстро соображает о том, будет ли он называть ее такой же падшей и на все готовой. Это низко и подло, как раз в стиле Рона, но тот не делает этого — машет рукой, а потом запирается у себя. Рэйон усмехается счастливо — куда лучше тех истерик, что она слышала от родных… Зависимость от наркотиков — повод забыться, не более того. Рэйон просто не хочет умирать, а кайф дает ей повод чувствовать себя здоровой еще несколько часов в день. Наверное, Рон понимает это, поэтому не выбрасывает ее белый порошок, который иногда, но все же распределен по всей квартире. Рон не задерживается в ее комнате больше нескольких минут. Ему до дрожи противно смотреть на то, как мужик напяливает на себя бабские тряпки. Рэйон понимает, почему. Все его друзья отвернулись от него потому, что думали он долбится в задницу с мужиками, именно поэтому и подхватил ВИЧ. Ему противен сам факт подобного. Но противна ли Рэйон? Последняя судит не по грубым словам, а по отношению к ней и взгляду. Даже если Рон матерится в ее сторону, то как-то не зло. И смотрит всегда с теплотой. Не той теплотой, которую она находит в случайных любовниках или своих возлюбленных, а с теплотой, которая дает надежду, что их партнерство еще не изжило себя. Рон рад видеть Рэйон — и это многое значит. Они проводят друг с другом не так много времени. Рон где-то бегает, а Рэйон либо забывается, либо занята его звонками. Но общее дело их объединяет, почти что цементирует те отношения, которые они выстроили за столько лет. — Хотела бы я, чтоб ты был моим отцом, Рон… — как-то раз, но уже в опьянении от вина произносит Рэйон и целует того в щеку. Рон отталкивает, но не сильно. Кожа да кости — любое постороннее движение может раздробить Рэйон. Он фыркает. — Это еще с чего бы? — Ты сильный. И никогда не отказываешься от своих слов, я восхищаюсь тобой, — признается Рэйон. Рон хмыкает и чешет шею, задумавшись. — Может, у тебя есть мнения попроще? — разводя руки в стороны, интересуется Рон. Рэйон видит, что тот смущен. Комплимент попал в цель. — Разберись для начала с этим! — искренне смеется она и с размаху садится на диван. Рон слышит стук в дверь и морщится, начиная бурчать. — Опять дружков позвал? — Ага, — легкомысленно пожимает плечами Рэйон. — Ну ты мудак, конечно, — беззлобно цедит Рон и уходит. Рэйон в хорошем настроении идет открывать дверь.