Таящийся кошмар

      Тёмный лес простирался далеко на север, на юг, на запад и на восток. Он был смертельно опасен и убивал каждого, кто имел неосторожность зайти в его владения. Растения и звери этого леса нигде больше не встречались, потому что нет в мире второго столь же тёмного, дикого и нелюдимого места.       Лес в самом своём сердце скрывал свою тайну, не подпуская никого к ней. В середине буйствующей природы стоял дом, обнесённый огромным забором, состоящем из каменных плит, шириной в метр, а высотой – в три. С высоты вниз смотрели мрачные статуи – горгульи, застывшие в яростном оскале.       Вокруг дома раскинулся прекрасный сад с необычайными и редкими цветами, распространяющими сладостный аромат даже за пределы неприступных стен, с аккуратной маленькой беседкой, покрытой мелкой резьбой, с несколькими фонтанчиками из мрамора. Узенькие дорожки, рассчитанные на одного, в крайнем случае – двух человек, были вымощены розовыми и бежевыми камнями. Всюду виднелись колонны, постаменты и увитые розами арки.       Дом казался похожим на кукольный. Пожалуй, только так можно было его описать в двух словах, чтобы во всей полноте передать его изящный, но слишком идеальный для настоящего дома, в котором живут люди, облик. Внутри он полностью соответствовал аристократическому поместью – богатое убранство, начищенный до блеска паркет, картины и мебель. В отдельной комнате стояло белоснежное фортепиано, рядом с ним – скрипка, виолончель, контрабас… Здесь инструментов хватило бы на небольшой оркестр, если бы он тут был.       Половину всего дома съела библиотека. Она размещалась сразу в нескольких больших комнатах и, казалось, планировала отхватить ещё одну. В отдельном помещении, похожем на мастерскую художника, в хаотичном порядке лежали, стояли и висели полотна. Те, что ещё оставались чистыми, были сложены в одну сторону и ждали свой черёд.       Как и в саду, каждый клочок свободного пространства занимали цветы. Кроме того, куда ни кинь взгляд, по всей территории, огороженной высокими стенами, сверкали глаза. Всюду, абсолютно везде в невозможном количестве стояли странные тёмно-серые статуэтки. Они представляли собой выточенные из камня руки примерно по середину предплечья. По центру каждой ладони красовался глаз, внимательно следящий за всем вокруг. Он мог быть жёлтым, фиолетовым, красным, синим, зелёным – любым, в зависимости от того, из какого драгоценного камня был сделан. В темноте они иногда светились, если была необходимость в освещении.       Дом был живой, и через эти статуи он следил за всем вокруг. Также они могли оживать и двигаться, ползти, перебирая каменными пальцами.       Единственной заботой дома была его обитательница, которую он считал ничем иным, как своим домашним питомцем. Она жила в нём столько лет и столетий, что уже не помнила, как оказалась в этом месте и что было прежде. Девушка бродила по саду, читала книги из библиотеки, рассматривала картины и, потратив время на обучение рисованию, писала свои. Научилась играть на разных инструментах, вышивать и многое другое. Она жила, словно бы находясь во сне, не ощущая течение времени, не помня о мире за каменной стеной.       Иногда девушка подходила к ограде, смотрела на горгулий вверху и думала, смогла бы она перелезть через такой высокий забор и попасть наружу? И что находится там, за стеной? Она вслушивалась в приглушённый толщиной камня шум леса, пыталась представить, как он выглядит.       Возможно, единственная на многие километры вокруг, она была одинока все эти годы или сотни лет, но не знала об этом. Из книг девушка знала, что есть другие люди, но никогда их не видела. И часто задавала себе вопрос – где они могут быть? Где все те, кто писал эти картины, музыку, книги? Где те, о ком их писали? Кто и для чего построил этот дом, возвёл стену?       Ответом ей было лишь пение птиц в саду и мёртвое молчание загадочного дома.       Так продолжалось до одного дня, а, точнее – ночи. Ровно в полночь что-то разбудило Астрид. Это были какие-то звуки из-за стены, неведомым образом донёсшиеся до неё.       Астрид взяла с полки первую подвернувшуюся каменную руку, глаз на ладони которой тут же озарил сумрак янтарным светом. Девушка вышла в сад и, неслышно ступая босыми ногами, направилась куда-то, куда её повела интуиция. При её приближении вспыхивали в темноте глаза не дремлющего дома, а затем вновь затухали при её отдалении.       Вскоре впереди послышался отчётливый шум, словно упало что-то тяжёлое, вскрик. Астрид сначала нерешительно замерла, а затем ускорила шаг. Любопытство, подточенное годами безмятежной однообразной жизни и скукой, вытесняло все прочие мысли.       Астрид увидела у стены, рядом со свалившейся и расколовшейся горгульей, человека, очевидно раненного. Одновременно с этим один из глаз, находившийся перед ним, сверкнул, засветившись так ярко, что невозможно было взглянуть в его сторону. Он раскалился и выпустил луч, оставивший чёрное пятно на том месте, где прежде стоял человек, чудом успевший отскочить в сторону, повалившись при этом на бок.       Тут же точно так же начал светиться другой глаз, а вместе с ним и другие.       – Стоп! – воскликнула Астрид. – Остановись, я тебе говорю!       Нарастающий свет чуть убавил скорость, и Астрид пнула ближайшую статуэтку для пущей убедительности. О том, что у неё нет обуви, девушка вспомнила, когда стало поздно, и, зашипев, запрыгала на одной ноге.       – Прекратить! – крикнула она, и в этот раз каменные руки с глазами на ладонях её послушали. Медленно, словно нехотя, их свет затухал, погружая сад в прежнюю темноту.       Гореть остался только тот глаз, который Астрид принесла с собой.       – Кто ты? – спросила она у человека, с трудом встающего с земли. – Откуда ты взялся?       – Я Осий, – представился незнакомец. – Я охотник за монстрами, вот и сунулся в этот лес, думал, доберусь до чудовища и принесу его голову в город.       – Чудовище? – удивилась Астрид.       – Да-да, знаю, что ты сейчас скажешь – каждый считает своим долгом сообщить о его опасности, и что я сумасшедший, – по-своему истолковал её восклицание Осий.       – Нет, я ничего не знаю ни о каких чудовищах.       – Не может быть! Мы сейчас в глубине Тёмного леса, который ими кишит, а ты говоришь, что ничего не знаешь?       – Я никогда не выходила за стены и понятия не имею, что там, – сказала Астрид. – Как ты смог сюда попасть?       – Закинул верёвку, – ответил Осий. – Ты действительно не слышала легенду о чудовище, которое живёт где-то неподалёку?       Астрид лишь покачала головой.       – В любом случае, пойдём в дом. Ты ранен, и тебе нужна помощь.       Тогда Астрид и узнала о мире за стеной. Осий рассказал ей легенду о чудище, которое когда-то отняло что-то у людей, и теперь прячет в глубине дремучего леса. Насчёт того, что именно было украдено, мнения расходились. Кто-то утверждал, что это несметные богатства, кто-то, что это секрет бессмертия и вечной молодости. И так далее… до бесконечности. Сходились мнения лишь в одном – чудищу давно надо отпилить голову и притащить в музей, чтобы сделать чучело.       Астрид с интересом слушала и о городе, где жил Осий. Ей хотелось знать абсолютно всё, чем она знатно удивляла гостя.       На время он поселился в беседке, попросив убрать куда-нибудь каменные руки, и назвав их страшными и жуткими. В дом он наотрез отказался даже заходить, заявив, что чем-то он его необъяснимо пугает. Оправившись от ран, Осий сразу засобирался восвояси.       – А где тут ворота? – спросил он как-то утром.       – Какие ворота? – удивилась Астрид. – Их нет.       – Так ты вообще никогда не выходишь наружу? – удивился Осий.       – Да, я уже говорила это, – сказала Астрид. – И я не знаю, как отсюда выйти.       – Откуда тогда в твоём доме берётся еда и всё остальное?       – Я не знаю, – пожала плечами Астрид. – Оно просто появляется само, когда я этого не вижу.       – Это странно, – сказал Осий. – Тут всё странное и какое-то жуткое. Тебя не пугают эти руки с глазами на ладонях? Они могут убить нас в любой момент.       – Я не верю в это, – неуверенно ответила Астрид. – Да, они пытались убить тебя, когда ты попал сюда, но я остановила их, потому что они меня слушают.       – Ты в этом так уверена? –скептически усмехнулся Осий. – Как бы там ни было, я хочу скорее уйти от сюда. А ты не хочешь сбежать?       – Я думаю, что могла бы ответить точно, если бы ты сказал, как это сделать, – задумчиво произнесла Астрид. – Сейчас я ничего не могу тебе сказать.       Она ушла в дом, оставив Осия думать о том, как выйти за пределы стен. С одной стороны, он, наверное, придумает, как это сделать, потому что уже как-то смог попасть внутрь. С другой, у Астрид не было никакой уверенности в этом.       На следующее утро, когда она заглянула в беседку, Осия там не было. Сначала Астрид подумала, что он просто ходит где-то в саду, но не смогла найти его и позже. Гость словно провалился сквозь землю.       Обойдя территорию, Астрид решила, что он всё-таки перелез через стену и ушёл. Конечно, он мог бы и сказать ей, что уходит, но почему-то не стал. Возможно, он не стал дожидаться её, потому что хотел быстрее уйти отсюда, и не смог зайти в пугающий его дом.       Астрид окинула долгим взглядом своё жилище. И что так пугало в нём Осия?       Астрид вернулась в свою комнату и села за вышивку. Стоявшая на окне каменная рука, покрытая сетью тонких трещин, протянула ей цветок, и она взяла его, покрутила и закрепила в волосах. Почему-то её не оставляли нехорошие мысли. Всё-таки это странно, что Осий ничего не сказал.       Ночью Астрид приснился кошмар, впервые за много лет. Проснувшись, она долго пыталась прийти в себя, а потом никак не могла вспомнить, что же такое видела во сне.       Астрид, немного поразмышляв, решила попробовать взобраться на стену. Она подумала, что нельзя всё время жить в неведении и рано или поздно должна сделать это.       Из нескольких простыней Астрид соорудила нечто, похожее на канат с петлёй на конце, которую забросила на голову горгульи через пару десятков неудачных попыток. С каждой из них отчего-то в душе нарастала тревога.       Астрид крепче схватилась за канат из простыней и, уперевшись ногами в стену, полезла наверх. Этот путь стоил ей огромных трудов, но, хватаясь за горгулью, она всё-таки забралась на стену.       Обессилев, Астрид села рядом со статуей, свесив вниз ноги и уставилась на лес. Мимоходом она поразилась толщине стены.       Лес завораживал. Астрид никогда раньше не видела его в живую, хоть он и был совсем рядом. Теперь ей хотелось немедленно взять холст и кисти с красками и зарисовать всё, что было видно со стены.       Краем глаза она вдруг уловила движение. Обернувшись, Астрид вдруг увидела прямо перед лицом злобно оскалившуюся морду горгульи, надвигающейся на неё. Девушка хотела было крикнуть, но не смогла выдавить ни звука, а мир вокруг с рычанием покачнулся и завертелся с чудовищной силой. Собственная тяжесть куда-то тянула Астрид, а затем был удар, который вышиб из неё весь дух.       Когда девушка открыла глаза, перед ними всё плыло и двоилось. С трудом сфокусировав взгляд, она поняла, что находится в своей комнате.       «Я упала со стены» – подумала Астрид. Она помнила, что забралась наверх и сидела там, а потом, кажется, ожила горгулья и просто смела её вниз.       Встав на ноги, Астрид неловко пошатнулась, но устояла. Она понятия не имела, как вновь оказалась в своей комнате и сколько времени была без сознания.       Медленно одевшись, она прошла в обеденный зал. Поев, вышла в сад.       В глазах у Астрид всё ещё плясали звёздочки и всё вокруг словно шаталось из стороны в сторону, поэтому она никак не могла понять, что же было не так. В доме и в саду что-то неуловимо поменялось, но из-за рассеянного взгляда девушка просто не видела этого.       Астрид добрела до беседки и устроилась на лавке, закутавшись в шаль. Долго ли она так сидела, ей было неизвестно и безразлично, но постепенно пляска перед глазами успокоилась. Тогда, облокотившись на перила беседки, Астрид вдруг увидела что-то, что не могло не насторожить.       Перед ней на ветру покачивался цветок с белым пышным бутоном. На одном из его широких лепестков Астрид увидела застывшую багровую каплю. Посмотрев по сторонам, она заметила внизу несколько цветов, окрасившихся тем же цветом. Земля рядом с ними казалась подозрительно рыхлой.       Перед внутренним взором Астрид возникла картина, как обезумевшие растения утаскивают Осия под землю. Она поняла, что он не предупредил её, потому что никуда не уходил. Не мог, не смог уйти.       Она перевела проясняющийся взгляд вперёд, на находящуюся в пределах видимости часть сад. На первый взгляд он оставался тем же, но присмотревшись, Астрид заметила появившиеся на каждом растении небольшие, но острые шипы. Раньше их не было совсем, но теперь они были всюду.       Обернувшись на дом, Астрид подумала, что же изменилось в нём. Она поймала себя на мысли, что не хочет в него заходить, чтобы узнать.       «Отсюда нужно бежать со всех ног!» – подумала Астрид.       Но, как бы ни хотела она по примеру Осия поселиться в беседке, идти в дом было необходимо. Помня про толщину каменной стены, Астрид понимала, что иного пути, кроме как перелезть через неё, нет. Чтобы сбежать, она должна была найти что-то вместо того каната из простыней. Его самого, Астрид была в этом уверена, на прежнем месте точно нет.       Открыв дверь, она едва подавила желание развернуться и убежать. По полу гулял сквозняк, в канделябрах горели свечи, а огоньки на них нервно приплясывали. Всё вокруг усыпали мёртвые цветы. Из-за них было не видно паркет, они были воткнуты прямо в картины, лежали на столах, стульях, креслах, шкафах. Каменные руки казались словно похоронены под цветочным ужасом, но глаза, торчащие тут и там, светились с нехорошим огоньком. А периодически что-то тихо шевелилось, жутко шурша сухими цветами.       Астрид решительно перешагнула через порог, как пол содрогнулся. Откуда-то из недр дома раздался протяжный скрип, порывом ветра унесло прочь все сухие цветы. Паркет изогнулся, затем выгнулся дугой. Он словно стал тонким пледом, под которым кто-то ворочался с боку на бок.       Астрид упала на пол и, не пытаясь подняться, что привело бы лишь ко второму падению, целеустремлённо поползла вперёд. Не то толкнув рукой, не то боднув головой следующую дверь, она просочилась в другую комнату.       Ползая по буйствующему дому, Астрид гребла все, что можно было связать вместе и закинуть на стену. Соорудив новый канат, она повернула назад, собираясь двигаться к выходу, как прямо перед ней захлопнулась дверь. Что-то щёлкнуло.       Астрид подёргала дверь, но та была безнадёжно заперта. Пол, к счастью, больше не собирался гармошкой под ногами и не гнулся туда-сюда. Но, к несчастью, начали мелко трястись стены.       Не желая знать, что будет следующим, Астрид кинула в окно стул, подхватила добытый в бою канат и мешающиеся юбки, и выпрыгнула прямо в куст, который тут же начал шевелиться, как потревоженный клубок ядовитых змей.       Продираясь через агрессивные колючие ветки, девушка побежала к стене. Дальнейшее для неё было словно подёрнуто туманной дымкой – как она забрасывала канат на горгулью, пока что не живую, как лезла вверх, а ожившие растения цеплялись за её ноги, пытаясь сдёрнуть её вниз. Затем, пока горгулья не успела ожить и скинуть её вниз, Астрид в спешке перекинула канат на другую сторону и практически съехала по нему в траву.       Она побежала прочь, в лес, но что-то заставило её обернуться. Каменные стены осыпались, словно песчаный замок от сильного ветра. Серая пыль опадала на землю.       Из-за разрушающихся стен показались растения, в считанные мгновения высыхающие и съёживающиеся на земле. Последним рухнул дом, сложившись внутрь как карточный домик. Из серой пыли на его месте появилась почти неразличимая фигура. Она протянула в сторону Астрид руки и сделала шаг вперёд.       Девушке этого было достаточно, и она побежала прочь. Лес встречал её непроходимой чащей, острыми шипами и леденящим душу воем бродящих вокруг зверей. Астрид не останавливалась ни на секунду, ни на что не обращая внимания. Когда она без сил привалилась к какому-то дереву, на землю спустились сумерки.       Руины остались далеко позади, но Астрид казалось, что она спиной чувствует взгляд серой тени. Она посмотрела на свои дрожащие руки, на траву, что виднелась сквозь них.       Сколько она провела в этом доме? Как она оказалась в нём и кем была прежде? Может ли она считаться человеком, если жила в разы больше, чем отведено людям, и если теперь сквозь неё были видны другие вещи?       Из-за облаков медленно выплывала луна. Холодным светом она облила тёмный лес, простирающийся далеко на север, на юг, на запад и на восток, осветила серые руины в его центре, на которых из стороны в сторону метался озлобленный монстр, принявший свой истинный облик. Одновременно завыли кровожадные звери где-то совсем близко. В тени раскидистого клёна сидела призрачная девушка и смотрела на ночное небо.              Через несколько лет во всех окрестных городах будут ходить слухи о бродящей по тёмному лесу воительнице, защищающей людей, зашедших в лес, от нападения зверей и помогающей найти дорогу домой. Многие, видевшие её, утверждали, что она призрак или, может быть, лесной дух.