Проданные

Альбе недавно исполнилось двадцать девять. И ей кажется, что её молодость начала от нее утекать после появления Ибби. Девочка родилась очаровательной. Но она будто отняла у матери часть её красоты. И теперь Альба отчаянно пытается все исправить. Её всегда называли красавицей, но сейчас она никак не может смириться с тем, что её новая роль отодвигает личные интересы на второй план. А может, и дальше. Альба нисколько не жалеет о появление дочери в её жизни. Но она хочет быть всегда молодой и красивой. Некоторые её за это осуждают, но Альбу это не волнует. Она не видит ничего эгоистичного в желании быть привлекательной. Ей многие говорят, что изменения в теле или на коже — это норма и нужно время. Убеждают, что все восстановится само собой. А если приложить усилия, то она может стать ещё красивее, чем была. И Альбе это не нравится. Но больше всего её раздражают те, кто говорит, что в определённом возрасте красивая внешность больше не дается сама собой, и над ней нужно постоянно работать. Она злится. Она прилагает усилия. И они дают результат. Ей даже делают комплименты. Но только она убеждена, что постарела. И ей так сильно хочется на это повлиять, развернуть время в другую сторону. И ей не хочется прибегать к отчаянным методам со скальпелями, иглами и наркозом. Она за естественную красоту. Альба пересмотрела и оценила множество информации, взятой в интернете. Она много читала. Много чего пыталась понять. И сейчас сама не знает, делает это всерьез или чтоб убедить себя, что она прибегала даже к самым крайним методам, но у неё ничего не получилось, и это не её вина. Ведь она попробовала все. Альба даже не знает, сколько в этом мире глупцов, таких же, как она. Ей, как и другим, в силу незнания, кто она и где находится, не придёт в голову, что она сейчас станет одной из многих, за чей счёт живут неизвестные ей сущности. Те, кого люди называют нечистью. Ей, как обычному человеку, не дано об этом знать. Но ей дано думать и использовать то, что ей известно. И она использует по-своему. Она не вспоминает, как это пришло ей в голову. Наверно, как обычно, читала что-то о длительной молодости и случайно наткнулась на это. Тогда она и начала искать похожую информацию. Создать подходящую обстановку было несложно, так как она описывается похожей в разных источниках. Но заклинаний оказалось множество. Альба остановилась на одном, определенном без какого-либо принципа. И она не знает о том, что это сработает в любом случае. Нужно просто его позвать. Должно быть, где-то в глубине души она в это не верит. Но ей хочется верить. Хочется верить в нечто мистическое. В чудеса. Альба начинает ровно в полночь. Но тот, кого она вызывает, не привязан ко времени. Времени для него просто не существует. Только Альбе об этом неизвестно. Ведь время — это единица измерения только для тех, кто думает, что он смертен. Лекс нехотя реагирует на очередной зов. В последнее время их стало меньше, и он расслабился. Люди очень предсказуемы. И заключить сделку с дьяволом — так они говорят — чаще всего они пытаются в начале зимы или в начале весны. Смена сезонов вообще заметно и остро на них влияет. А сейчас, в конце мая, большинство людей живут умиротворенно и спокойно. Лексу совсем не хочется шевелиться, но сейчас его очередь. Он лежит на кровати, присматривается к потолку и говорит сам себе полушепотом: — Гранада. Испания. Такие, как он, могут ориентироваться в земной местности и без географических обозначений. Но с ними легче. Не зря заключённые души в течении множества лет проделывали огромный труд, изучая, обучаясь, обучая других, и непосредственно работали над устройством Капкана. Над устройством Земли — на языке людей. Сделка с человеком не бывает невыгодной. Ведь человек не имеет понятия, о чем он просит. Он сам придумал определения веры и неверия, Бога и Дьявола, Рая и Ада. И на их основе он продолжает строить новый самообман. Лекс не имеет права, сейчас себя показать и позволить ощутить свое присутствие. Он усмехается, когда видит красивую темноволосую девушку, сидящую в полумраке при свечах. Их огоньки начинают тревожно дёргаться, когда Лекс появляется в комнате. Только Альба не обращает на это внимание. Она даже не верит в то, что кто-то и правда откликнулся на её зов. Уже не говоря о том, что её гость — совсем не тот, кого она звала. Ведь дьявола не существует. Есть некто подобный, но он не контактирует с людьми и даже их не слышит. А на сделку с человеком всегда приходит Купец. Лекс быстро оценивает обстановку. — Душа за вечную молодость. — Он повторяет вслух предложение Альбы и насмешливо комментирует, — Глупость какая. Хочешь остаться здесь навсегда? — Лекс становится рядом с Альбой и рассматривает её отражение в зеркале. Она тем временем смотрит с опаской по сторонам. Она думает, что ничего не вышло, и Лекс это понимает. Он рассматривает каждую клетку её организма и оценивает, до какого возраста она сможет сохранить свою обертку. С учётом того, что Альба имеет сейчас, и многих других факторов, включая ее лень, состояние здоровья и уровень жизни, он даёт свой ответ. Ответ, который она даже не слышит, — Сделке быть. Тридцать четыре. Каждые тридцать четыре года ты будешь получать новую оболочку. И свою вечность ты проведёшь здесь. Ты теперь принадлежишь мне. Сделка получается абсурдной и глупой для Альбы. Для Лекса простой и выгодной. Каждый носитель проданной души проживает бесконечный цикл ничтожно коротких жизней. После сделки Альба и так провела бы мало времени в этом теле, как и во всех следующих. Максимум тридцать семь. Каждый проданный по умолчанию вечен и молод. Лекс схитрил, когда обозначил конкретные сроки. В этом и заключается задача Купца. Он не просто выполняет просьбу в обмен на душу. Он адаптирует просьбу под условия, в которых живут проданные. Альба не реагирует. Лекс наблюдает, как она включает фоновый свет и гасит свечи. Он любуется её красотой и спрашивает у неё, но в действительности он задает вопрос в никуда: — Что значит вечная молодость? Ты многого не знаешь, но разве ты уверенна, что вы живете вечно? О какой вечности шла речь? Ты не правильно сформулировала? Что же ты имела в виду, Альба?— Он больше не смотрит на неё и говорит, будто сам с собой. Объект его наблюдения тем временем переодевается и, выключив свет, направляется к двери, чтоб покинуть комнату. Её душа резко воспламеняется. Это возгорание кратковременно. И в темноте оно смотрится эффектно и необычно. Как дорогостоящий качественный спецэффект. В реальности ни одному человеку не увидеть даже чего-то похожего. Вспышка длится недолго. На несколько секунд комната освещается ярко-оранжевым. По сторонам разлетаются искры и гаснут прямо в воздухе, не успев коснуться поверхностей, отразивших на секунду красные вспышки. Лекс ловит себя на мысли, что засмотрелся на внешность Альбы так жадно, что даже не обратил внимания на исконный цвет её души. Только уже поздно и нет обратной дороги. Сейчас проданная душа стала прозрачной и невесомой. А через несколько часов она начнёт мутнеть и вбирать в себя тьму до тех пор, пока полностью не почернеет. — Выполнено, — твердо заключает Лекс, все ещё рассматривая комнату сквозь темноту. — А вообще, ты очень красивая. Правда, вы, люди, всегда чем-то недовольны. Лекс скучает по Диме. Он не способен повлиять на ход времени, поэтому приходится его коротать в пабе с парой друзей. Он иногда вспоминает Альбу и усмехается тому, как он воплотил в реальность невыполнимое. Наверно, она и решилась на этот шаг, потому что не верила. Знай Альба, что может по-настоящему призвать к себе неизвестную сущность, даже в облике привлекательного мужчины, она бы вряд ли решилась на такое серьезное действие. Хотя, кому знать. Лекс может. Он может узнать многое. Но он не желает нагромождать голову ненужной ему информацией. Остаток ночи Лекс проводит дома в постели. Сон ему нужен не часто, но он от него не отказывается, когда есть возможности. Это люди часто их упускают и бесполезно растрачивают. Но Лекс не человек. Хотя по Диме скучает по-человечески больно. В первой половине следующего дня Лекс заглядывает к Альбе. Он знает, что с ней все в порядке, и так будет еще несколько лет. И Лекс невольно задумывается, по какой причине должна закончится её жизнь в этом теле. — Может, тромб? Как думаешь, Альба? — Он обращается к ничего не подозревающей девушке, пока она переодевает Ибби. — Что бы ты выбрала? Сердце, вижу, у тебя нормальное. Может, подпортим? Ладно. Шучу. Капкан сам с тобой разберётся. — Он переводит взгляд на ребёнка, — Не повезло тебе, мелочь. Или наоборот, повезло… — На некоторое время он задумывается, но приходит в себя, когда у Альбы звонит телефон. И Лекс впервые обращает внимание на запах её эмоций. Он видит, что девушка влюблена. И ей звонит возлюбленный. И Лекс тут же вспоминает о Диме и видит, что немного опоздал. — Ладно. Увидимся, — он прощается с чирикающей по телефону Альбой и отправляется в кафе. Сегодня он не заходит внутрь, а присаживается на летней площадке и наблюдает за Димой снаружи, через стеклянную стену. Вряд ли через нее смогли бы что-то рассмотреть обычные человеческие глаза. Особенно днем. Лексу же это ничего не стоит. Ему приносят кофе. Лекс пьёт не спеша и не сводит глаз с Димы. Сегодня тот не один. С ним пришла Оля. Или они договорились там встретиться и пришли по отдельности. Запах Димы достаёт до него слабо. Но Лекс очень хорошо чувствует негативные эмоции. По выражениям лиц молодых людей видно, что между ними назревает конфликт. И Лекс злится на Олю. Иногда её запах перебивает запах Димы. И это злит его ещё больше. Тэо сидит внутри кафе, через пару столов от Димы и Оли. Некоторое время Лекс просто на него смотрит. А когда пытается с ним связаться, тот не реагирует. Тогда Лекс, не долго думая, берет телефон и отыскивает нужный контакт. Ему кажется, что прошла вечность, пока он нашёл его номер, который находится в самом низу списка. А в вызовах его быть не должно. Потому что они с Тэо общаются по другой связи. — Алло. — На том конце берут трубку. — Почему не отвечаешь? — Лекс едва скрывает раздражение в голосе. — Извини. Задумался. — Задумался? — Лекс усмехается, и уже понимает о чем думал Тэо. — Что, понравилась? — Кто? — Не прикидывайся. Девчонка его понравилась? — Сначала Лекс наблюдает за Тэо, а потом видит, как Дима поднимается со своего стула и направляется к барной стойке. — Ну… — Тэо мельком смотрит на недовольную Олю. — Раньше как-то не обращал на неё внимание. А сегодня присмотрелся. Ничего. — Ясно. Ладно. Можешь позвать её с собой. Она его заебала. — «Придется вмешаться», — проносится в его мыслях. — Ни хрена себе ты добрый. Решил доказать, что вчера был прав? — Ты о чем вообще? — Лекс присматривается к Диме. Ему кажется, что тот уже достаточно долго стоит у барной стойки. И его посещает мысль, что Дима не хочет возвращаться к Оле, поэтому тянет время. — Ну, ты вчера сказал. — Отвечает Тэо и, когда цитирует, Лекс вспоминает, — Мечты сбываются. — Так ты об этом? — Лекс усмехается и видит, что Дима наконец-то возвращается к столику. — Ага. Уже целых пять или десять минут, как о ней размечтался. Лекс допивает кофе и появляется желание закурить, хотя он не курит. Он вообще не любит вредные человеческие привычки, хотя иногда ими грешит. Некоторое время спустя он наблюдает, как Тэо покидает кафе и проходит мимо него. А за ним быстро направляется уже бывшая девушка Димы. — Мечты сбываются, — задумчиво повторяет Лекс и добавляет, — Но не у всех и не так, как хотелось бы.