Игра на поражение | Турбо

Настал день похорон. С самого утра небо Казани затянуло тучами, окрашивая город в гнусный серый цвет. За ночь резко потеплело, что повлекло за собой большие лужи и слякоть на дорогах, но под утро начал снова срываться ветер и мороз, создавая на улице гололед. На кладбище было многолюдно. Он лежал в закрытом гробу, потому что без слез было невозможно смотреть на него. Работники ритуальных услуг постарались замаскировать тот ужас, который с ним сотворили, вот только если одежда скрывала тело, то лицо… Земля была мерзлой. Лопаты копали ее тяжело, с глухими ударами, которые отдавались эхом у меня в голове. Передо мной закрытый гроб, медленно спускающийся вниз, темная яма, запах сырой земли и чужие слова, которые я не слышала. Я стояла как в бреду. Передо мной хоронили Вову. Эти слова никак не улягутся в моей голове. Весь Универсам стоял вокруг могилы, позади родителей и родственников Суворовых, будто создавали живой щит в случае опасности. Вахит крепко держал вику за плечи, пока та, уткнувшись носом в его грудь, не могла остановиться отчаянно рыдать. Ее плечи сотрясались, пока она сжимала кулаки у него на спине. — Тише, милая… — Зима аккуратно поглаживал ее по спине, в попытках успокоить. Но выходило все тщетно. Никита стоял рядом со мной, но у него не было слез. Только ярость и гнев можно было прочитать в его глазах. Вадим смотрел на землю, придерживая отца Вовы, который чуть не рухнул на Землю без сознания. Валера стоял рядом со мной, крепко сжимая мою руку. Краем глаза я видела, как он вытер слезу, которая предательски стекла по его щеке, пока он смотрел в яму. А я… Я не плакала. Под транквилизаторами это было почти невозможно. Но внутри все выворачивало на изнанку. Тошнота предательски подступала к моему горлу, пытаясь вытеснить тот ком, который не давал мне возможности что-то сказать. Мутило так сильно, что хотелось просто согнуться пополам, выплескивая все это на землю. Но я не позволяла себе сломаться. Я просто стояла, крепко сжимая руку Валеры, вдыхая тяжелый морозный воздух кладбища. Меня не рвало. Но мне хотелось сдохнуть. Валера опустил свой взгляд в пол, уставившись себе под ноги. Когда гроб окончательно скрылся под землей, я услышала, как кто-то кинул первую горсть земли. Затем еще одну. И еще. И еще. А потом — тишина. Просто мертвая тишина и ничего больше. Но буквально через секунду начали доноситься истерические всхлипы матери Вовы, которая упала на колени, сжимая его военный бушлат, в котором он приехал после Афгана. — Вовочка! Господи! За что это нам! — сорвалось с уст женщины, когда она прислонилась лбом к холодной земле. Никита тут же подхватил ее на руки, помогая встать уверенно, но ее ноги то и дело, что подкашивались, отказываясь стоять. — Мы найдем их, теть Оль, — уверенно заявил Никита, прижимая женщину к себе. — Найдите Маратика… — отчаянно взмолила женщина, обнимая Никиту двумя руками. — И Наташеньку… Прошу тебя, Никит. Она беременна! Ее слова застыли у меня в голове. Беременна. Сколько еще беременных будет появляться вокруг меня? Я не знаю. Но это бьет по больному, возвращая меня в прошлое. Перед глазами снова возникла картина. Палата, выкрашенная в ярко-зеленый цвет, писк аппаратов жизнеобеспечения, белые лампы. Это одно из первых, что смогла рассмотреть Масленникова, открывая глаза. Ее взгляд бродил по стенам палаты, пытаясь вспомнить, что произошло и зачем она здесь. Мои ноги в момент подкосились, но я почувствовала крепкие руки Валеры, которые не дали мне упасть. Подняв свой взгляд, я встретилась с его очаровательными зелеными глазами, в которых даже без слов можно было прочитать беспокойство, но я сразу же закивала головой, давая понять, что со мной все хорошо. Нет. Со мной ничего не хорошо. В последнее время я каждый раз ловлю себя на мысли — а что, если я тогда оставила ребенка? Возможно ли, что я бы просто не вернулась в Казань? Я бы осталась в Тюмени, нашла работу, и никаких бы этих проблем не было. Никто бы не страдал и не терял близких из-за меня. Это все моя вина. Мне не стоило возвращаться сюда. Из-за меня погиб Муха. Из-за меня погиб Уткин. А теперь Вова. Вот, если бы Дрег тогда не пришел. Если бы Резаный закончил свое дело. Может тогда бы все и закончилось. Из мыслей меня вывел спокойный голос Турбо, который все так же придерживал меня за талию. — Пойдем, Ариш, — тихо прошептал мне он на ухо. Оглядевшись по сторонам, я увидела, что люди начали двигаться в сторону выхода, после чего мы направились вслед за ними. Родственники начали рассаживаться по автобусам, после чего их ждала дорога в кафе на поминки. А Никита указал всему Универсаму идти на сборы, сославшись на то, что у него есть важная информация для Универсама. Мы с Валерой сели в машину к Никите, а с нами еще прихватили двух Старших Универсама — Сутулого и Дино. Желтый же забрал к себе Вику с Вахитом, Самбо и Гвоздя. Остальной Универсам должен дойти пешком. Быстро добравшись до коробки, парни оставили свои машины на дороге, и мы все остались ждать ребят. Стояла напряженная тишина. Вика кое-как смогла успокоиться, но изредка всхлипы все еще срывались с ее уст, Вахит был рядом с ней все время. Я уселась на лавку возле одного из подъездов и, достав пачку сигарет, закурила, уставившись себе под ноги. — О чем думаешь? — я вздрогнула от голоса, который раздался рядом со мной. Повернув голову в сторону, я увидела Дино. Один из Старших Универсама. Высокий, мускулистый, короткостриженый, с глубокими голубыми глазами, в которых, казалось бы, можно утонуть. Он выглядел, мягко говоря, убитым. — Да так, я всяком разном, — нехотя ответила я, переводя взгляд на Валеру, который общался о чем-то с остальными парнями. — Я даже знаю о чем, — я словила небольшую улыбку на его лице, которая тут же испарилась. — Только это все равно случилось бы. Рано или поздно. Это не из-за тебя. — Ты о чем? — я нахмурилась, пытаясь понять, что он хочет сказать. — Ты думаешь о том, что этого всего не было, не приехав ты сюда. Я угадал? — Дино слегка наклонил голову в сторону, прищуриваясь. Я опешила, стряхивая пепел с сигареты. — Как ты это… — не договорила я, когда Дино меня перебил. — У тебя на лице все написано, — парень пожал плечами, отведя взгляд в сторону. — Я не знаю, как эти двое, — он кивнул в сторону Никиты и Валеры, — еще не образумили тебя. — Я не совсем понимаю о чем ты, — мой голос, кажется, начал слегка дрожать. — На нас много кто зуб точит, а на Адидаса и до этого покушения были, еще до Афгана. Рано или поздно его бы все равно прижали, — Дино горько усмехнулся, быстро моргая. Видимо, старался не расплакаться. — Он был для нас авторитетом. Сильный, уверенный в себе. Многие пацаны хотели быть похожим на него. Я слегка улыбнулась, вспоминая, каким был Вова. Сделав еще одну тягу, я встретилась с взглядом Валеры, который пристально смотрел на нас. Только этого не хватало, сцены ревности тут устраивать. Не та ситуация, Валера. Не та. — Он был для меня как брат. Я знаю его сколько себя помню. Они с Никитой были лучшими друзьями с детства и везде таскали с собой. Они научили меня драться и отстаивать свою позицию до последнего, даже если я и не права. Если бы не Вова… Мне кажется, у меня не бы не было такой крепкой связи с братом, — поделилась я, делая тяжелый вздох. — Мы отомстим им, я обещаю, — Дино поднялся с места и еще раз взглянул на меня. — А ты выкинь, давай, эти мысли из головы. Если бы не ты, кто знает, может, Турбо бы и не изменился. В лучшую сторону. И с этими словами он развернулся, направляясь к парням. Я осталась сидеть на месте, снова погружаясь в свои раздумья, но шум сбоку привлек мое внимание. Универсам уже подходил, а это означало, что пора идти на сборы. Потушив бычок об лавочку, я поднялась с места, выискивая Турбо, но он уже шел впереди рядом с Викой и Зимой. А я поплелась медленно за ними. Я не хочу еще раз слышать о том, что мы им отомстим. Я это и без них знаю. Я лично убью тех сук. Не успев шагнуть на корт, я увидела еще одну фигуру, которая приближалась к нам с другого конца двора. Мужчина выглядел довольно массивно. Его расстегнутое черное пальто развивалось от ветра, кожаные черные перчатки держали в руках какой-то белый конверт, а темные очки скрывали глаза. Сейчас не лето для такого, придурок. Но что-то меня в нем настораживало. Он не выглядел, как парни из группировок. И тогда до меня начало доходить. Это человек Дрега. Ускорив шаг, я стала рядом с Никитой, хватая его за руку, от чего парень моментально расслабился, наблюдая за тем, как мужчина все ближе и ближе подходил к нам. Перепрыгнув через бортики, он тут же выровнялся возле нас, протягивая руку Никите. — Я от Дрега, — сразу же сказал он, после чего Никита пожал ему руку. Вблизи он выглядел еще ужасающе. На щеке и губе красовался шрам, лысина, которая отблескивала, когда лучи солнца выглядывали из-за туч и огромные массивные ботинки, добавляя пару размеров к его ноге. Настоящий бандит. — Здесь вся информация, которая вам нужна. После того, как закончите, он ждет вас у себя, — сказал мужчина, протягивая брату конверт. — Понял, — коротко ответил Никита, кивая. — До встречи. Мужчина развернулся и ушел так же быстро, как и появился здесь. Все молчали. Все взгляды были прикованы к Никите и конверту, который он крутил в руках. Отпустив его руку, я дала Никите возможность самому прочитать написанное, а сама в это время сделала шаг назад, упираясь в чью-то грудь. Даже не поворачиваясь я знала, что это был Турбо. Но он даже не прикоснулся ко мне, а так и остался стоять на месте. Что это с ним? Валера при каждом удобном случае пытался взять меня за руку или же талию, проявляя свою тактильность, но сейчас она как будто испарилась. Отбросив мысли в сторону, я наблюдала за тем, как меняется лицо Никиты во время чтения. Его глаза заблестели, но не от слез. В них загорелся огонек, который означал только одно — вычислили местоположение. Задержав дыхание, я с мольбой в глазах уставилась на него, чтобы он наконец-то хоть что-то сказал, но брат, будто нарочно, оттягивал время, засовывая лист обратно в конверт. — Ну, Кощей, — устало пробормотал Желтый, опираясь на бортик поля. — У нас есть место, — подтвердил мои догадки Никита, расплываясь в улыбке. — Выезжаем сегодня вечером, ехать нам долго. Это за триста километров отсюда. Парни тут же оживленно закричали, поднимая руки вверх. Было видно, что они настроены серьезно и никто не собирался отступать. Все горели желанием отомстить. — А обязательно всем ехать, если их там двое? — подал свой голос какой-то парень из толпы. Никита обвел всех взглядом, пытаясь вычислить, кто это был. — Нюанс в том, что это группировка. — продолжил говорить Никита и парни тут же замолчали. Он передал конверт мне и я тут же принялась его открывать, перечитывая содержимое. — Тамбовская преступная группировка… Основатели и лидеры — Владимир Барсуков (Барсук) и Валерий Ледовский (Ледник)… — начала шептать я, параллельно с этим Никита озвучивал тоже самое. — Приближенные к ним люди… Петя Никитин и Алексей Крылов, более известны, как Бугай и Мрамор. Вот черт… Значит, близкие Резаного — участники Тамбовской ОПГ. Я стала дальше читать, пробегаясь по строкам на листе. 18 декабря 1988 года «тамбовцы» и бойцы Малышевской опасной преступной группировки устроили одну из самых криминальных разборок во всем Советском Союзе, возле станции «Девяткино». Противоборствующие стороны применили в отношении друг друга огнестрельное оружие. После этого к уголовной ответственности были привлечены 72 участника Тамбовской ОПГ. Прокурору, поддерживавшему обвинение, накануне очередного судебного заседания нанесли тяжелую травму головы. После этого суд вынес наказание заключенным — по пять лет строгого режима каждому. Известность группировке принесли репортажи после суда, после чего молодежь сама начала подтягиваться к тамбовцам. Вот почему Бугай и Мрамор попали в Тюрьму к Резаному. Но почему аж из Тюмени в Казань? Это просто что-то… Все очень странно и запутанно. Пентагон, Тамбовский, Универсам. Как это, черт возьми, связано?! — В полночь жду всех на этом месте. Тащите с дому все, чем сможете работать: ножи, биты, кастеты, пушки. Мы сотрем их нахуй! — злобно процедил Никита, засунув руки в карманы. — А если кто не готов — может отшиться прямо сейчас, — брат внимательно посмотрел на парня, который ранее задавал вопрос, но он лишь отрицательно покачал головой. — Вот и славненько. Мы отомстим за Адидаса! И тут же понесся гул взвывающих парней, готовых бороться. Бороться до последнего, пока не получат то, что хотят. Когда толпа начала расходиться, Никита подошел к нам, шумно вздыхая, будто собирался сказать что-то неприятное. — Красоточки мои, вы остаетесь здесь, — не раздумывая сказал Никита. Я удивленно вскинула бровь, вглядываясь в глаза брата. В смысле мы остаемся здесь? Он, должно быть, шутит. — Нет, — строго ответила я, скрещивая руки на груди. Он не может мне указывать, что делать, пока они там будут драться. И что-то мне подсказывает, что это будет драка не на жизнь, а на смерть. От этой мысли мое тело тут же покрылось мурашками. — Там будет опасно, Арина, — голос Никиты сохранял всю строгость. Но я не собиралась отступать. — Мы едем с вами и точка, — процедила я сквозь зубы. Взглянув на Вику, я увидела в ее глазах решимость. Я знала, что она поддержит меня. Девушка мне легко кивнула, высвобождаясь от хватки Вахита и встала рядом со мной, глядя на Никиту. — Арина права, мы едем, — уверенно заявила моя кудрявая подруга и так же скрестила руки на груди. Мы стояли, словно статуя «Рабочий и колхозница», решительно глядя Никите в глаза. Я не знаю из-за чего он не хочет, чтобы мы ехали, но я уже на это не согласна. Какое бы оправдание он не придумал. — Девочки, там будут происходить настоящие мужские разборки, вам не стоит туда лезть, — устало, но все так же строго проговорил брат, подкуривая сигарету. — Не дай бог, чтобы с вами что-то случилось. Ничего глупее он придумать не мог? Сколько раз мы с Викой спасали их чертовы задницы, рискуя жизнью, а тут он, видите ли, боится за нас. — Во-первых, Никита, мы не маленькие и сами можем решить, что нам делать, — начала говорить я, немного повышая тон голоса, от чего Никита закатил глаза. — А, во-вторых, мы можем вам помочь. Как минимум сторожить тачки, а затем убраться, если вас изрядно отхреначат. — А еще, Арина медик, не забывай, мало ли что, — добавила Вика, склонив голову на бок. Я посмотрела Никите за спину и заметила Желтого, который с усмешкой наблюдал за этой картиной, как Никита пытается спорить с двумя девушками. — Ты так сильно не веришь в наши силы? — наконец сказал Желтый, не скрывая улыбки. — Верю, но это страшные люди, — я кивнула головой, сохраняя свой ледяной стрежень. — Зима, Турбо, но вы-то хоть скажите им, — жалобно протянул Никита, глядя на своих Суперов. Зима отрицательно покачал головой, вызывая у меня легкую улыбку, а Валера просто молча смотрел на меня. Я не поворачивалась к нему, но я чувствовала, как его взгляд прожигает мой затылок. Он очень странный сегодня. Очень. — Пусть сама решает, — наконец сказал Турбо, от чего я еще больше улыбнулась. — Я не в няньки ей заделался. А вот теперь улыбка спала с моего лица. Он ведет себя как мудак. Что за резкие смены настроения? Сначала весь из себя «люблю», а теперь смотрит на меня, как на кусок какого-то дерьма. Но сейчас разбираться мне не хотелось. Нам нужно сконцентрироваться на более важной задаче, поэтому, проигнорировав его слова, я уверенной походкой направилась в сторону дома, потащив за собой Вику. Нас ждет очень тяжелая ночь. И мне стоит подготовиться.