Штора с подводным котом

Нам-гю прекрасно знал. Если Таносу приспичит — он сделает всё возможное, лишь бы его план получился. Захочет выйти в магазин в одних трусах, хотя на улице холодина? Пойдёт. Захотел по пьяни попрыгать на барной стойке? Попрыгает. Захочет со слюнями, зубами и кровью посасаться на публике? Да как два пальца об асфальт. И Нам-гю было трудно отказывать в его импульсивных действиях. И он понял это, обнаружив себя в 2:40 посреди круглосуточного магазина, наблюдая за тем, как Субон лежит в тележке в шортах и растянутой майке с Брэд Питтом, закидывая всё, что ему было нужно в свое пристанище. Восемь пачек вермишели быстрого приготовления, три пачки фиолетовой краски, лак для ногтей. Много лака для ногтей. Еще какой-то еды и фигни для дома, Нам-гю за этим не особа следит. На кассе Танос берет себе три пачки сигарет, видимо, что бы его сожителю жизнь малиной не казалась и оплатив всё, они поплелись домой. Почти во всех окнах свет выключен. Где-то были единичные случаи. Где-то мужчина ссорится со своей женой, где-то старушка с бессонницей не может найти свои таблетки и бегает по квартире, где-то сидят подростки, довольные отсутствием родителей, а многие погрузились в объятия Морфея, разрешая ласкать их позвонки, успокаивая и убаюкивая. А вот Нам-гю придётся с этим повременить. Он наблюдает за тем, как Танос подносит никотиновую палочку к губам, вдыхая внушительное количество дыма, подержав его во рту, прикрыв глаза, он выпускает его из носа, самодовольно улыбаясь. Парень ощущал себя каким-то драконом. Сильным и независимым. Как в тех самых мультиках из детства с разноцветными дракошками. Пепел попадает в пепельницу, прямо на глиняный глаз. Как-то раз Нам-гю записал их на глиняную терапию или чет такое. Он уже и не помнит. Пепельница — первое, что пришло ему в голову. Всегда нужная вещь, особенно когда дома Чхве старался не курить. Нам-гю постоянно ругался, мол. Вонять же будет по всей хате, потом проветривай. И Танос старался курить на балконе, но сегодня такой день когда можно и в ванной. Все начиналось довольно обычно. Поговорили, пососались, поиграли в настолки, что бы решить, кто сегодня будет сверху, а после их бурного совокупления с криками, стонами и шутками, рейпер решил, что ему надо сходить, помыть голову. Расслабленный Нам-гю ничего не подозревал, пока сосед не влетел в комнату, запрыгнул на кровать как оборотень из " Сумерек " и схватил парня за плечи, смотря своими большими и самыми грустными глазами, что он мог только сотворить. — my boy, почему ты мне раньше не сказал, что я становлюсь белым? Срочно надо покраситься! Как я буду людям в глаза смотреть? — Нам-гю знал, что тот иногда красился в салонах. Но в последнее время на него навалилось слишком много. Новые треки, которые он записывал либо дома, либо на студии, давал несколько концертов за неделю и не всегда ночевал дома. А если и ночевал, то не спал. Писал, писал, писал, выпивал, писал. А утром ему уже звонит злой менеджер, потому, что тот опаздывает. Какой бы образ супер-мега-пиздец уверенного человека он себе не сколотил, Нам-гю видел слишком много. От нервных срывов, до попыток вновь не сорваться и не начать принимать. Рейпер уже был полгода чист и Нам-гю безумно гордился им. Помогая, делая всё, лишь бы тот жил как нормальный человек. Насколько это было возможным. И Нам-гю не отказал. Просто не смог отказать. У Таноса мешки под глазами и синяки не только от того, что его приложили головой об барную стойку, но он влил в себя столько кофе, что люди не могут осилить в неделю. У того была цель: провести больше времени со своим boyfriendом. А покраска головы решение совсем спонтанное. Ванная не большая, белоснежные стены, светло-зелёный кафельный пол, ванная была не совсем обычная, черная. А шторка для ванной с котом, у которого есть сочок и он пытается поймать рыбок, но выглядит таким глупышом, что Танос то умиляется данной картинке, то его разносит от того, что: " — смотри, кот! У нас в ванной огромный кот! Нам-Гюг, бежим! " Ну и начинает громко смеяться. Темноволосому нравился его смех и улыбка, так, что парень соглашался с этой игрой и хватая того за руку, бежал с ним в соседнюю комнату. Там они сделали вид, что грузли ногти и радовались, что спаслись от кота — мутанта. Сейчас кот был сложен в гармошку. Перчатки, из набора для покраски волос запарили руки, а краска воняла, но надо было сделать всё по красоте. Чтоб в люди было выходить не стыдно. Бармен пытался сделать всё ровно, это не первый раз, когда он красит волосы кому-то. Но табак бил в ноздри, запах краски добивал, а Нам-гю старался, как в последний раз. Проследив за тем, что бы каждая прядочка была прокрашена, довольная улыбка сама поползла на лицо. Выкинув перчатки, он осторожно провел указательным пальцем от затылка, нежно проходясь по позвонкам, оставляя невесомые поцелуи на некоторых, пальцем останавливаясь на копчики. Нам-гю обнял Чхве за талию, утыкаясь носом в чужую шею. — cute, ты осторожнее. А то оба фиолетовыми будем. — довольная улыбка расцвела на лице. Ладони он положил поверх тех, что обвивали его талию. — ток, я буду как настоящий Танос из мстителей, а ты, baby, как фиолетовый миньон. Парень закидывает голову назад, громко насмеявшись с собственной шутки, а потом ойкнул, осознав, что он покрасил чужую футболку. Нам-гю лишь пожал плечами, снял её и кинул в стиральную машинку. Хотя из-за её размеров, Танос называл её ребёнком нормальной стиралки. Он вернулся в прежнюю позу, теперь прижимаясь кожа к коже. Танос издал удивленный вздох, словно его ошпарило кипятком. Теперь Субон чувствует как бьётся чужое сердце, рядом с его собственным. Ощущение, что они бьются в одном ритме, как их хозяева перенимают повадки друг друга. Чхве поворачивает голову, ловя чужие губы в поцелуе. Не в привычном, полном страсти и похоти. Совсем нет. В тягучем, медленном, как сама любовь. Как-то, что они могут назвать любовью. Это было самым интимным, что Субон вообще делал за свою жизнь. Ощущение что Нам-гю снял вовсе не футболку, а чужую кожу, прижимаясь и сплетаясь мышцами, превращаясь в одно целое. Неделимое. Отстраняясь от чужих губ, он ощутил легкое покалывание на собственных губах. Словно он Фредерик Чилтон, которому страшный и кровожадный красный дракон оторвал губы. — не хочу портить момент. Но мне кажется, что воняет гарью. — внюхиваясь, вымолвил Нам-гю. Глаза презрительно сузились, а после они посмотрели на штору. Окурок, что так и не потушил Чхве, обжог её и она медленно, но верно начинала загораться. Оба отпрыгнули, как ужаленные, пока Субон резко не схватился за голову и не закричал: — нет! Только не кошка — мутант! — он опустил голову на колени, после вспоминая, что голову они так и не смыли.— я скоро полысею от такой жизни. — поверь, я тоже. — высказал Нам-гю, наблюдая за медленно сгорающей рыбкой.