I won't say I'm in love

Праздник в доме семьи Хинаты был громким. В семье родился ещё один мальчик. Были приглашены все родственники, даже самые дальние. В главном зале их особняка были танцы, столы были накрыты разными блюдами. Прислуга везде ходила и пыталась все успеть и угодить всем. Сам Шое тоже там присутствовал как один из членов главной ветви их большой семьи, а также его сестра, Натсу, и два брата: Йоичи и Такеши. Натсу была самая младшая, ей совсем недавно исполнилось 16 лет, тогда как Йоичи и Такеши были старшими, им исполнилось недавно по 25. Хината же был средним, которому исполнилось 18. Их семья была богата. Их древний род всю свою историю входил в число аристократов при дворе императора. Братья Шое ушли в медицину, наудивление всем, а сестра думает уйти в продажи и в будущем открыть своё дело. Все они, даже Нацу, добились многого в своей жизни. Много наград, выигранные конкурсы, всегда первые места. А также отличная личная жизнь. Даже у Натсу. Ей кстати 16. У братьев уже были свои семьи. А Шое....он чувствовал, что скорее всего останется совсем один, ибо за все 18 лет своей жизни, он всего один раз влюбился, встречался с этим человеком 2 недели, чтобы потом быть растоптаным и преданным. Его просто променяли на другого. После этого случая Хината постоянно живёт в родительском доме. Отец и мать постоянно за него переживают. Мама держит его все время рядом с собой, а с отцом они иногда выходят в их сад погулять. Так бы и продолжалась его жизнь, если бы однажды он не увидел его. Атсуму Мия. Один из членов личной охраны его отца. Он недавно пришёл в их дом. Кажется, он был вместе со своим братом...он не помнит его имени, да оно и не важно, ибо когда Шое встретился взглядом с Мией, Хината понял, что пропал. После того предательства, Хината решил навсегда закрыть своё сердце, чтобы никто не смог причинить ему боль, чтобы он больше никогда не испытывал эти ужасные эмоции и чувства, как раздражение, грусть, обида, желание закончить жизнь. Больше не было солнечного ребёнка в их дворце. Теперь был только мальчик, который надевал только чёрную одежду, и хотя она была украшена разными драгоценностями, а Шое питал к ним особую слабость, было видно, что он носит вечный траур, но не по человеку, который его предал, а по самому себе. Но Атсуму Мия все изменил. Несмотря на то, что он был рядом с отцом, каким-то образом им постоянно удавалось встречаться в коридорах дворца, быть каким-то образом наедине(иногда Шое думает, что вселенная над ним решила издеваться). Однажды Мия даже с ним заговорил. Они стояли на балконе. Шое ждал своего отца, а Мия...ну, он просто стоял и дышал воздухом. — Погода сегодня хорошая, не так ли, молодой господин? — Да, согласен. Погода сегодня и в правду хорошая, — Шое опешил о того, что с ним заговорили. Обычно его просто обходили стороной, немного склоняя голову в качестве уважения. — Меня зовут Мия Атсуму, я член охраны вашего отца, — спокойным тоном сказал Атсуму. — Да, я в курсе, спасибо, что представился. Я, думаю, в представлении не нуждаюсь? — сарказмом Хинаты можно было разрушать города. — Да, о вас только и говорят одно: мальчик, который носит траур и он постоянно в чёрном, — только сейчас до Атсуму дошло, что он сказал. Хината был в шоке. Неслыханная дерзость в его адресс. Над ним буквально только что насмехались, но он почему-то не захотел высказать хоть что-то, а просто тихо смеялся. — Вау, не ожидал, что обо мне говорят в ТАКОМ ключе, хахахаха. Напряжение быстро ушло и они продолжили разговаривать о погоде, пока Атсуму не был вынужден уйти по делам. — Ну, приятно было познакомиться, Шое-кун, надеюсь, увидимся ещё раз, — сказал это Мия на прощание Хинате. Шое стоял в шоке. Его только что назвали по имени. Неслыханная дерзость. Но почему тогда его сердце подозрительно быстро начало стучать, а уши стали горячими. Непонятно.

***

После этого они стали видится слишком часто. Стали больше разговаривать, интересоваться друг другом. А Шое начал понимать, что пропадает. Каждый раз, при виде Атсуму, его сердце билось быстрее, а за ушами уже начали гореть и щеки. Ему было интересно вести беседы с Мией. Они могли разговаривать обо всем, о чем только можно: о цветах, о спорте, о том, насколько они боятся каменных скульптур в саду их дворца. Обо всем. Хината боялся, что стена, которую он выстраивал несколько лет, начинет рушиться. Поэтому в один момент он перестал просто выходить из своей комнаты. Но долго это не продлилось. Атсуму пришёл к нему, проигнорировав просьбу уйти, что конечно же Шое ему постоянно напоминает, но Мие будто все равно. Сейчас Хината и Мия решили погулять в саду дворца. Пока все веселятся, пьют, отмечают, они вдвоём решил уйти от этой суматохи и просто поговорить о чем нибудь. В тишине. И наедине. Ну, как они решили. Просто, Атсуму, видимо заметив, что Шое уже устал постоянно стоять там и делать вид, что он рад этому празднику, внезапно предложил уйти погулять в саду. Так сказать, подышать воздухом. Неслыханная дерзость. Но Шое согласился, и поэтому они уже почти подошли к центру сада, большому фонтану. — А потом Саму взял и обманом съел мои онигири. Он слишком жесток ко мне, — говорил это Мия с излишей драммой в голосе. — Хахаха, я думаю, он просто не хочет, чтоб ты поправился, Атсуму-кун, — Хинате было приятно слушать этот бархатный голос. Внезапно вышла Натсу и её братья, сказав, что Мию зовёт отец, а они никак не могут его найти. — Прости, Шое-кун, но мне надо идти. Было приятно с тобой говорить, — сказал Атсуму на прощание, при этом сорвав цветок розы с куста. Он передал его Хинате, а на прощание поцеловал в щеку. Неслыханная дерзость. Шое от этого действия впал в шок и, покраснев, попрощался с Атсуму, при этом его пальцы невесомо касались места поцелуя. Сказать, что Натсу и её братья были в шоке, это ничего не сказать. Мало того, что охранник отца выкрал их брата, гулял с ним, а на прощание поцеловал, так ещё и сам Шое стоит и краснеет как 15-ти летняя школьница. — И давно у вас "это"? — спросил Такеши довольно странным тоном, сделав акцент на последнем слове. — Что "это"? — не понимая вопроса брата, спросил Хината. — Как давно ты влюбился в Мию, — пояснил Йоичи. — Кто влюбился? Я? Не неси чепухи, брат. Я его не люблю, с чего ты вообще это решил? — Решил он с того, что ты краснеешь как школьница из дорам и до сих пор щупаешь пальцами свою щеку, братец, — сказала Натсу так, что Шое как ошпаренный убрал руку от лица. — Неужели хоть кто-то смог растопить лёд в твоём сердце, Шое, — сказал мягким тоном Такеши. — Никто не растопил мой лёд, с чего ты это взял, — Шое начал раздражать весь этот цирк. "Какое им вообще дело до меня?" — Такое, что ты наш брат, и мы хотим, чтоб ты наконец перестал быть чёрным пятном, а снова стал белым, Шое, — грустно сказал Йоичи. "Черт, кажется я подумал вслух" — Все ещё думаешь, Шое, — весело и с мягким взглядом сказала Натсу. — Я не пойму, что вы пристали. Отстаньте от меня. Я хочу побыть один, — сказал Хината с раздражением в голосе. Натсу и братья остались, а Шое начал просто говорить: — Понимаете, если бы существовал приз за глупость, то я бы его сразу выиграл, — невесело сказал он, — мужчины все сплошная тупость. Но это меня ничему не научило. Он выбросил цветок. Такеши смог его спокойно поймать. — Тоже мне закиды братец. Лучше не трать свое время на это, а сбрось свои обиды и начни все сначала, — начал весело говорить Такеши, думая, что таким образом он сможет помочь брату. — Он прав, Хината. Если ты не сможешь их сбросить, мы тебе помочь не сможем здесь ни в чем, и ты зря тратишь силы на свой вечный траур, — подхватил Йоичи. — О нет, ни в жизни не скажу я кто он. — Ну что ж, держись, нам не надо имен, — Натсу тоже поняла, чего хотят её братья от Шое. — Нет не скажу вам, что я влюблён, — сказав это, Шое начал уходить вглубь сада. Братья и сестра пошли следом за ним. — Я уже давно выучил все уроки, которые дали мне мои мозг и сердце, — сказав это, Шое подошёл к одной из скульптур. Мужчины, который обнимал женщину. Шое посмотрел на неё грустным взглядом, — и говорил я, что все это нелепо... — Ты все отрицаешь, нам давно все ясно, но разве ты не знаешь, что сердце все равно твоё уже лежит к нему, — начали говорить синхронно Натсу, Такеши и Йоичи, — и будто крыша едет, от такой любви, поэтому вот он твой ответ. — О нет, ни в жизни не скажу никогда, — в моменте Шое заметил скульптуру мужчины, который был подозрительно похож на Атсуму. Под каким-то непонятным для него позывом он прислонился спиной к его груди, но потом, будто прозрел, и сразу же отпрянул. — О нет, не надо Шое, а то выйдет беда, — сказал, чуть ли не пропел, Йоичи. — О нет, не в жизни, это слишком смешно, — Шое снова пошёл к тому месту, где они расстались с Атсуму, при этом закрыв руками уши, чтоб только не слышать своих братьев и сестру, потому что они говорят правду. — О нет, поверь, все давно решено, — все ещё синхронно говорили Натсу, Такеши и Йоичи, продолжая идти за Хинатой. — Катитесь вон, не скажу вам я ничего. Они снова пришли к фонтану. — О Шое, ты влюблён, признай же это наконец. Позволь любви снова заполнить твоё сердце, — сказал Такеши, обнимая своего брата и вручая ему розу, которую Шое выбросил. После этого братья и сестра покинули Хинату, чтоб он мог все обдумать. Шое лёг на бортик фонтана. Ночное время суток всегда было его любимым. Это было самое спокойное время. Тихий шум воды из фонтана только добавлял атмосферы этой ночи. И тут Шое сказал ту фразу, которую поклялся больше никогда не говорить. — Я обещал, что никогда этого не скажу снова, но да. Я влюблён в тебя, Мия Атсуму, — сказав это, Шое поднёс цветок к своему носу и закрыл глаза. — Это очень мило, Шое-кун, и мне приятно это слышать, — сказав это, Атсуму вышел из кустов, в которых все это время прятался. Сказать, что Шое испытал огромную палитру эмоций, это ничего не сказать. В ней был и страх, и стыд, и радость, и ещё многие другие. —АТСУМУ??! — Шое чуть не упал в фонтан, однако Мия успел его вовремя поймать. — Да, я, Шое, — сказал блондин и мягко улыбнулся рыжему. Шое сразу же встал на ноги, немного отошёл и спросил один вопрос, — Как давно ты тут? — С самого начала. Оказывается, никто меня не звал. Внезапно из других кустов послышался чей-то голос: — Мы просто хотели, чтоб Шое наконец начал работать мозгами и сердцем, — это сказал Такеши, за что Натсу и Йоичи дружно дали ему подзатыльник. — Так, ты все слышал. Ну и, что скажешь хорошего? Скажешь, наверное, что я глупый мальчик, который влюбился по уши, хотя обещал себе, что никогда такого больше не будет? Скажешь, что я глупый мальчик, который постоянно носит чёрное, потому что ношу бессмысленный траур? — у Шое уже начали капать слезы из глаз, потому что он начал понимать, насколько он никчёмный. Он уже был готов услышать все это, как внезапно его обняли. — Да, Шое, ты глупый мальчик, но не по тем причинам, которые ты назвал. Ты глупый, потому что боялся признаться мне в любви. Шое, ты самый интересный человек, с кем я только разговарил. Ты самый красивый человек, которого я когда-либо видел. Мне нравится гулять с тобой, видеть, как ты улыбаешься, как ты мило смущаешься. Шое, я люблю в тебе все. Шое был в шоке. Он уже давно не сдерживал слезы, однако сейчас они начали литься с новой силой. Ему было стыдно. — То есть, ты хочешь сказать, что мои чувства взаимны? — в голосе была слышна надежда. Надежда на то, что он наконец не будет один. Надежда на то, что его больше не предадут. Надежда на то, что он наконец сможет стать по настоящему счастливым. — Да, Шое, я люблю тебя. Целиком и полностью, — сказал это Атсуму, вложив в эти слова столько нежности и любви, сколько мог, — я могу тебя поцелов.. Не успел он закончить свой вопрос, как Шое немного отстранился, чтобы резко приблизиться и впиться в такие желанные губы поцелуем, который из-за слез был солёным. Где-то в кустах его братья и сестра охают от такой милоты и радуются, что наконец-то их Шое обрёл своё счастье. В доме все ещё идёт праздник, в фонтане бежит вода, а роза осталась на бортике. Но все это неважно для Шое. Единственное, что по-настрящему важно сейчас, это мужчина, в которого он без памяти влюбился. Но то, что Атсуму подслушивал их, будучи в кустах, а потом также сделали его братья и сестра...Неслыханная дерзость. Но он им благодарен.