Послевкусие недосказанности

- Хочешь? Меня окутало неописуемое ощущение эйфории, а жар, заставивший мои щёки и уши предательски гореть даже от столь незначительной физической близости, уже разлился по всему моему телу, согревая мои вечно холодные конечности. - Я... Ну... Я не уверен... Я всячески избегал зрительного контакта, стыдясь посмотреть юноше в глаза: вдруг он увидит в них то, как сильно я жаждал его нежных прикосновений? Вдруг, увидев мою слабость, ударит по самому больному месту и скажет, что просто пошутил? Я не решался рискнуть, лишь изредка кидал незначительные взгляды то на него, то вновь на стену напротив себя. - Не нравится? Услышав это, моё сердце легонько кольнуло от обиды на столь далёкий от истины вопрос с чужой стороны, но головой я всё же понимал, что все эти недопонимания были от недосказанности, возникшей между нами исключительно по моей вине. Это я виноват, что не могу сказать напрямую о том, как на самом деле себя чувствую и как я хочу этого. Хочу его... Я до ужаса боялся озвучивать свои настоящие чувства и мысли вслух, поэтому просто смотрел на мальчика молча жалобными глазами в надежде, что он всё поймёт сам: - Нет... Не в этом дело. - Тогда в чё-ё-ём? - недовольно протянул тот, насупившись - Ты же недоговариваешь. Парнишка изобразил откровенное недоверие в своей обыденной ребяческой манере и прильнул ещё ближе, заставив наши туловища соприкоснуться. Он легонько ткнул пальцем мне в грудь, словно дразня меня и испытывая мою силу воли. - Мне... Мне всё нравится, продолжай, - через силу выдавил из себя я до того, как стеснение возьмёт надо мной верх окончательно - Пожалуйста. Фиолетововолосый хитро ухмыльнулся, явно довольный собой, и, продолжив лежать на мне, начал с особой нежностью поглаживать мой торс через тонкую ткань серой, заношенной до изнеможения футболки. - Так-то лучше. Он сощурил взгляд, пристально всматриваясь в мои глаза, будто бы пытаясь разглядеть в них все мои сокровенные желания, прочитать меня, как открытую книгу. Я рвано выдохнул и прикрыл глаза, каждым сантиметром своего тела ощущая наслаждение от столь тесного контакта, а его опаляющее дыхание на моей шее вызывало сильное головокружение. - П-подожди... Я неожиданно резко схватил парня за руку, что спустилась уж слишком низко, чтобы списать это на безобидные шалости. Хоть разумом я и боялся зайти слишком далеко, но мой голос всё равно вздрагивал каждый раз, как мальчик касался меня, выдавая неоспоримое желание переступить черту дружеских отношений, таившееся где-то в глубине моей души. - Я не могу так... Рваные выдохи значительно участились в неудачных попытках сдержать свой внутренний пожар, что уже вот-вот грозился вырваться наружу, беспощадно поглощая всё на своём пути. Я стыдился даже пытаться смотреть на то, что происходило ниже живота, опасаясь увидеть там не самую благоприятную для себя картину. - Просто расслабься и дай мне сделать тебе приятно, хорошо? - мурлыкнул мне на ухо мальчишка и, не дав мне среагировать, скользнул рукой под резинку моих боксеров. Я моментально прогнулся в спине и, сделав резкий вдох, с моих губ сорвался протяжный стон, который я тут же попытался приглушить обеими руками. К моим щекам и ушам прилила кровь настолько быстро, что, казалось, моё лицо полыхает жарким пламенем от неловкости и смущения. Я не был уверен в том, что как только уберу руки ото рта я больше не издам никаких постыдных звуков, поэтому на всякий случай прижал их к себе ещё сильнее и молча уставился на юношу, что уже улыбался во весь рот и готов был в любой момент колко прокомментировать мои "вокальные данные". - Чего это ты застеснялся? Убери - свободной рукой он дотянулся до моих рук и силой оторвал их от лица, а второй продолжил свои издевательства над моим чувствительным телом под тканью нижнего белья. - Я сейчас-... - не дав самому себе закончить предложение, я зажмурился от удовольствия и издал ещё один скулящий стон, приподняв бёдра навстречу к нежным прикосновениям фиолетововолосого, как вдруг в ушах раздался неприятный шум, заставивший мои глаза моментально распахнуться только ради того, чтобы обнаружить себя в собственной постели, да ещё и в полном одиночестве. - Твою мать... - одним ловким рывком я подобрал телефон с пола, что, похоже, в процессе сна благополучно свалился с кровати и злобно смахнул будильник, являющийся виновником противного звона, который будет стоять в ушах ближайшие несколько минут и причиной, по которой я никогда не увижу продолжение своего сна. День предстоял тяжёлый, но не потому, что что-то должно было случиться, а, скорее, наоборот. Один за одним тянулись друг за другом до смерти серые, долгие дни, лишённые каких-либо запоминающихся событий или смысла. Мои движения, словно надёжный механизм, так же монотонно, как и в другие дни, повторяли сами себя, пока я нехотя сползал с кровати, приводил себя в порядок, одевался, не удосужившись расчесаться или погладить мятую одежду, и отправлялся на учёбу. Игнорируя косящихся на меня прохожих и перешёптывания сверстников я с усталым видном подходил к школе, нехотя переобувался в сменку и, окинув быстрым взглядом расписание уроков на большой пробковой доске, так как память у меня была ужасная, а выучить собственное расписание было чем-то за гранью фантастики, отправлялся на поиски нужного кабинета. Сегодняшний день не стал исключением. Лениво потирая глаза в попытках вытереть с лица остатки сонливости, я с опозданием на 20 минут тихонько стукнул кулаком о дверь кабинета геометрии несколько раз, изобразив искреннее раскаяние в лице за то, что никогда не прихожу вовремя. Выслушав очередную лекцию о том, что с моей "пунктуальностью" мне ничего в жизни не светит, я молча уселся за свою парту, достал принадлежности для учёбы и выудил из кармана телефон, в котором и провёл весь остаток урока. Меня всегда интересовало действительно ли преподаватель не замечал, как пол класса не поднимали взгляды из-под парты, полностью абстрагируясь от реальности, или ему просто было наплевать? Обдумав данный вопрос и подкинув ещё пару теорий на его тему, мне практически тут же наскучило это занятие и моё внимание вновь вернулось к тусклому экрану мобильного устройства. И всё же... "Как дела?" Несмотря на тошнотворную серость бытия и полное отсутствие мотивации следовать давно наскучившей рутине, даже у меня была своя маленькая отдушина. "Сойдёт. Спать хочу" Кто-то, ради кого я изо дня в день продолжал вставать с кровати, выходить из дома, ходить на занятия, а иногда даже прикладывать усилия к учёбе, дабы избежать отчисления. "Опять допоздна просидел?" Уголки моего рта приподнялись в мягкой улыбке, а щёки покрылись еле видным румянцем. "Не спалось" "Ложись сегодня пораньше" "Хорошо-хорошо, не переживай за меня" Внезапный звонок с урока заставил меня вздрогнуть и поднять взгляд на учителя, который уже диктовал домашнее задание. Недовольный тем, что окончание геометрии оторвало меня от переписки, я тяжело вздохнул и медленно начал собирать разложенные на парте тетрадь и пенал обратно в рюкзак, направившись в другой кабинет, на этаж выше. "Встречаемся как обычно на большой?" Примерно в таком же темпе я провёл второй урок и даже небольшая проверочная работа по физике не смогла сломить мой дух, ведь после неё меня ждало вознаграждение – большая перемена. "Ага" Под конец урока моя нога нетерпеливо задёргалась, пока я нервно постукивая пальцем обновлял чат раз за разом, словно в трансе, ожидая увидеть две галочки рядом со своим сообщением. Естественно, был ли прочитан мой короткий ответ или нет значения не имело, но почему-то именно сейчас мой мир сузился до одной лишь закреплённой в самом верху переписки и даже преподаватель, стоявший неподалёку от моей парты, не мог отвлечь меня от этого неотложного занятия. - Сайхара, телефон. Услышав недовольный, хриплый голос прямо у себя над ухом я вздрогнул и вздёрнул голову, увидя перед собой протянутую жилистую руку, что могло означать только одно – разлуку с телефоном до конца занятий. Я тут же в панике сунул устройство в задний карман и принялся извиняться что есть мочи: - Простите, я- Но не успел я и слова промямлить в свою защиту, как мои жалкие попытки оправдать свою незаинтересованность в физике прервал звонок на обеденный перерыв. Тяжело вздохнув, я с ухмылкой глянул на мужчину в годах, что продолжал в ожидании стоять у меня над душой и пожал плечами. - Больше такого не повторится - небрежно кинул на прощание я и подскочил с места, загребая всё без разбору в потрёпанный жизнью портфель. Не став дожидаться своих одноклассников, я пулей вылетел в коридор и ринулся на 3 этаж – на назначенное место встречи. Между очередным учебным кабинетом и мужской уборной находился выход на лестницу. Хоть у школьного здания и было всего 3 этажа, это место стало исключением. Именно здесь лестница устремлялась выше – на мнимый 4 этаж или же крышу и именно здесь, на этих самых ступеньках я каждый божий день уединялся с ним, дабы обменяться произошедшим за время разлуки и попросту пообедать в компании друг друга. - Ты долго... - с притворно надутыми губами пробурчал себе под нос я как только завидел низенького парнишку на лестничном пролёте. К счастью, я давно научился прекрасно скрывать бурю эмоций, которая накрывала меня с головой при одном только виде фиолетововолосого, так что краснеть за себя, как раньше, мне боле не приходилось. - Прости-и-и, нас задержали на объявление - виновато почесал затылок юноша, представший передо мной с небольшим контейнером в руках и парой столовых приборов, завёрнутых в целлофановый пакет. Я молча окинул его быстрым взглядом с ног до головы, отмечая для себя пару изменений в его внешнем виде, но не подал виду, лишь похлопав рукой рядом с собой о холодный камень ступеней. Мальчик правильно понял намёк и, поднявшись на пару ступенек вверх, аккуратно пристроился сбоку. - Ну, рассказывай - с хитрой улыбкой велел он мне и, закинув ногу на ногу, принялся за свой контейнер с едой, приоткрыв его с громким щелчком. Я тут же почувствовал манящий запах риса и курицы в сливочном соусе, что заставил меня напрочь отвлечься от заданного вопроса на какое-то время. - Что рассказывать? - не понял я и вопросительно посмотрел на собеседника. - Что-нибудь. Чем занимался ночью, например, пока не спал? - отложив крышку контейнера на ступеньки, фиолетововолосый неторопливо развернул целлофановый пакет, дабы вынуть из него одноразовую пластиковую вилку и приступить к еде. Я лишний раз окинул его взглядом, отмечая для себя задорно торчащие вверх пряди фиолетовых волос. Наверное, в спешке не успел расчесать. - Играл - соврал я, ведь уж очень не хотелось сознаваться в том, что причиной моей бессонной ночи были мысли о парнишке, что никак не давали мне покоя. - А я сегодня как никогда рано уснул и мне приснилось даже что-то про... Конец света, по-моему, - в попытках вспомнить о событиях сна, юноша попутно набивал рот небольшим перекусом, что сделал себе сам, а я всё никак не мог оторвать взгляда от того, как пластиковая вилка ритмично стучала по дну пластмассового контейнера и снова отправлялась в рот - А тебе что снилось? Очередной вопрос заставил меня оторвать взгляд от припухлых губ парня, что он то и дело облизывал, не давая ни единой рисинке избежать трагичной участи быть съеденной и неловко уставился в глаза мальчику, пытаясь сделать вид, что не пожирал его одним лишь взглядом всего секунду назад. - Что? Что мне снилось? - переспросил я, зажав переносицу между большим и указательным пальцем и легонько потёр её, пытаясь таким образом спуститься на землю и наконец сфокусироваться на диалоге, но как только я задумался над тем, что именно снилось мне сегодняшней ночью, мои щёки произвольно порозовели, что я тут же попытался скрыть, зарывшись носом в воротник водолазки. - Да. Всё хорошо? Ты какой-то рассеянный - поинтересовался обеспокоенный мальчишка, заприметив столь бурную реакцию на свой, казалось бы, совершенно обыкновенный вопрос - Ты чего не ешь? По моей коже прошлись мурашки, когда я вспомнил мимолётное ощущение опаляющего дыхания парнишки на своей коже и тут же замотал головой, вытряхивая из неё нежелательные мысли. - Недостаток сна, видимо, сказывается - нервно усмехнувшись ответил я и, пожав плечами, полез в рюкзак за собственным перекусом. Но к моему удивлению, проверив все отсеки и карманы, ни крошки еды при себе я не обнаружил. Юноша тем временем заинтересованно наблюдал за тем, как усердно я рылся в своих вещах и ухмыльнулся. - Опять забыл? - Да - я тяжело вздохнул и раздражённо откинул сумку в сторону. Живот предательски заурчал от голода ровно в ту же секунду, настойчиво напоминая мне о том, что я так ничего и не съел с самого утра. Вдруг, мальчик придвинулся ещё ближе, зачерпнув немного риса и, наколов на кончик вилки небольшой кусочек курицы, поднёс столовый прибор к моим губам как бы молча требуя "открывай". - Я скоро начну думать, что у тебя либо амнезия, либо ты больше предпочитаешь, когда тебя кормят с ложечки - ехидничал он, пока я покорно открывал рот и активно пережёвывал всё, что попадало внутрь. Я бы соврал, если сказал, что мне не нравится, когда именно он кормил меня с ложечки, так ещё и своей готовкой, ведь готовил он лучше, чем в самом понтовом ресторане. - М-м-м... - довольно промычал я и закрыл глаза от удовольствия, смакуя каждый прожёванный кусочек - У тебя просто вкуснее. - Кто бы сомневался, - он игриво закатил глаза, попутно зачерпывая ещё немного риса и пихая уже в свой рот - Так что снилось-то? - продолжил допрашивать меня фиолетововолосый с набитым ртом. - Как с мамой твоей на свидание ходил. - огрызнулся я, рассчитывая на то, что после такого от меня уж точно отстанут. - Дурак, что ли? Я моментально ощутил, как меня со всей силы пихнули в бок и расхохотался. - Уж очень она красивая была, аж в краску меня вогнала - не унимался я. - Я ей передам. Примерно так я день за днём и проводил время с ним – с Кокичи Омой. Юношей, что безвозвратно позаимствовал моё сердце и захватил мой разум, сделав даже мои мысли своей собственностью. Несмотря на то, что любовь к нему я питаю уже очень и очень давно, я никогда не поднимал эту тему напрямую, лишь давал еле заметные намёки, которые он, скорее всего, списывал на моё необычное чувство юмора, но в последнее время всё стало немного по-другому. Он внезапно начал проявлять ко мне больше знаков внимания, отвечать флиртом на флирт и горел желанием проводить со мной как можно больше времени так же, как и я с ним, что сподвигло меня на одну идею... - Может, погуляем на выходных? - робко предложил я, отведя взгляд куда-то в сторону и сглотнув стоящий в горле ком. Если раньше я и не смел думать о таком, то сейчас у меня появилась самая настоящая надежда на взаимность с его стороны, почему и решил попытать удачу в эти выходные и наконец рассказать ему обо всём, что уж слишком давно держал в секрете. - Забились, - коротко кивнул парень, доедая последний кусок курицы и закрывая контейнер с очередным звонким щелчком - Во сколько? - В 12 где-то - радостно сообщил я, улыбаясь во весь рот в предвкушении. Почти так же внезапно, как и всегда, нашу беседу прервал проклятый звонок на урок, который заставит нас разлучиться аж до завтрашнего дня. Я раздражённо вздохнул и молча проводил взглядом Кокичи, который уже встал со ступеней и принялся торопливо спускаться по лестнице. - До завтра! - кинул он мне напоследок, остановившись только ради того, чтобы помахать мне рукой. - До встречи - насупившись, пробубнил себе под нос я и помахал юноше в ответ. До меня не сразу дошло, что и мне было бы неплохо поторопиться, чего я совершенно не желал делать, так что, закинув рюкзак на плечо, я плёлся до кабинета русского непозволительно медленно, мысленно уже полностью находясь в завтрашнем дне. Меня не заботило ничего из того, что происходило вокруг всё оставшееся время: не заботило, что говорили мне или о чём увлечённо беседовали сами с собой учителя на протяжении всего урока. Сомневаюсь, что я вообще их слышал. Я опомнился лишь когда на заднем форзаце тетрадки не осталось места. Я целиком и полностью забил его разнообразными зарисовками Омы. Мне нравилось его рисовать, хоть и рисовать я не очень-то умел. Что-то в его внешности казалось мне безумно привлекательным и нежным, что я из раза в раз пытался запечатлеть с помощью карандаша и бумаги. Поскорее бы вновь увидеть твоё милое личико... *** "Завтра +25" Мх... Ммф... "Ты в чём пойдёшь?" Свободной рукой я неумело попытался напечатать ответ: "Не знаю плка, завтра разбкрусь" "Лан" А-ах...~ "Спокойной ночи тогда" "Спокойной" Я отложил телефон в сторону и устроился поудобнее, откинувшись на мягкую спинку дивана. Амх... Д-да... Я выгнулся в спине и откинул голову назад, закрывая глаза от блаженства. Приоткрыв немного рот, я позволял всем вздохам и стонам свободно вырываться наружу, пока правой рукой я в ускоренном темпе доставлял самому себе удовольствие. В голове я раз за разом прокручивал события сна: соприкосновение наших тел, его руки на мне, его дыхание и его милую, смазливую мордашку, что так обожает меня дразнить. - К-Кокичи, я скоро... В моменте лишённый совести и моральных принципов, я бессовестно представлял, как изящная рука парнишки быстро скользила вверх вниз по моему в который раз вставшему члену, доводя меня до очередного оргазма. - Боже... Ах~! Громко простонав, я обильно кончил на собственный живот, немного запачкав свою серую домашнюю футболку, что я тут же попытался исправить, оторвав пару бумажных полотенец от рулона, который лежал на столе, и начав усердно стирать свидетельства потакания своим развратным фантазиям. Убедившись в том, что без стирки от пятна не избавиться, я раздражённо вздохнул и кинул скомканные куски полотенец на стол к остальным таким же скомканным кускам. Я молча уставился в потолок, когда осознание того, что я сделал наконец пришло ко мне, заставив усмехнуться над собственным извращённым разумом. Однако стыдно мне не было. Более того, я бы сделал это ещё и ещё раз, если бы не планы на завтрашний день. Опомнившись, я тут же подскочил с дивана и плюхнулся за кресло у рабочего стола, сделав пару оборотов вокруг своей оси забавы ради, а затем взявшись за ручку и вырвав листок бумаги из ненужной тетради. Мне предстояло написать чуть ли не самое важное в моей жизни письмо, а точнее речь, что я должен был произнести завтра на нашем так называемом "свидании". Пускай свиданием наша встреча и была только для меня, я подошёл к его планированию со всей серьёзностью: сначала мы встретимся у его дома (т.к. он ближе к парку), пойдём в парк, погуляем до вечера, а потом я отведу его в свой любимый ресторан и за красивым ужином (за мой счёт, конечно же) признаюсь ему в своих чувствах и расскажу ему всё то, что так давно хотел рассказать. Движимый предвкушением завтрашнего дня, я сел писать: "Кокичи, я бы хотел хоть раз побыть честным с тобой и собой и поделиться тем, о чём молчал несколько лет подряд. Надеюсь, тебя это не отпугнёт... Думаю, ты и сам это прекрасно видишь, ведь мою немного больную одержимость тобой довольно трудно не заметить." Я поднёс ручку ко рту и легонько прикусил её кончик в раздумьях. "Помнишь, когда ты взял мой телефон и зашёл в галерею, я тут же отнял его у тебя, оправдываясь тем, что должен срочно кому-то набрать? Правда в том, что моя галерея до верху забита твоими фотографиями, что я делал без твоего ведома... На ночёвках, во время прогулок, когда ты был у меня дома и некоторые из них я сделал, пока мы были в мужской раздевалке." Отняв ручку от бумаги, я нахмурился. Не слишком ли это для любовного признания? Я не хочу отпугнуть его или чтобы он считал меня помешавшимся извращенцем. Моя любовь к нему чиста и прекрасна, а этот момент... Можно и опустить. С этими мыслями я перечеркнул весь абзац и начал заново: "Помнишь, когда ты взял мой телефон и зашёл в галерею, я тут же отнял его у тебя, оправдываясь тем, что должен срочно кому-то набрать? Правда в том, что моя галерея до верху забита твоими фотографиями, что я делал без твоего ведома... На ночёвках, во время прогулок, когда ты был у меня дома и некоторые из них я сделал, пока мы были в мужской раздевалке. Правда в том, что я до смерти люблю тебя и хотел бы провести с тобой всю свою жизнь не только как с другом, но и как с партнёром. Я неоднократно представлял этот момент, как наконец смогу разделить свою одинокую и тихую любовь с тобой, как ты в слезах берёшь меня за руку и шепчешь "я тоже тебя люблю", как целуешь меня и" Я самокритично фыркнул. Что за сопливая романтика? Соберись. "Я неоднократно представлял этот момент, как наконец смогу разделить свою одинокую и тихую любовь с тобой, как ты в слезах берёшь меня за руку и шепчешь "я тоже тебя люблю", как целуешь меня и Знаю, это всё очень внезапно, поэтому я лишь хочу узнать ответ на свой вопрос: взаимны ли мои чувства?" Я медленно положил ручку рядом с листом бумаги и скрестил руки, внимательно перечитывая то, что написал. Вроде бы чего-то не хватает... Или слишком много? Да нет, и так нормально. Я взял листок в руки и поднёс его к лицу, а затем от лица, всматриваясь в буквы, словно оценивая их по красоте написания и тяжело вздохнул. Руки слегка дрожали то ли от нервов, то ли ещё от чего, но переживал я определённо. Хоть я и был практически точно уверен, что мои чувства взаимны, что-то не переставало легонько покалывать в зоне грудной клетки, доставляя дискомфорт. Стараясь не обращать на это внимание, я медленно поднялся с кресла и отправился на кухню, дабы налить себе воды и выпить таблетки. Как-то раз у меня случилось что-то вроде приступа во время занятий, я сильно перепугал всех, включая преподавателя, и был силой направлен к школьному психологу. К счастью, женщина она была хорошая и доброжелательная, внимательно выслушала меня и посоветовала обратиться к психиатру, что я и сделал. Понятия не имею что у меня за диагноз и от чего конкретно те таблетки, что я глотаю ежедневно. Когда я пришёл на приём и рассказал обо всём врачу, он молча сделал пометку у себя в тетрадке и выписал мне пару рецептов, сказав "вылечим". С тех самых пор приступ случался у меня лишь однажды и то из-за того, что я пренебрёг наставлениями доктора, так что теперь я относился к приёму лекарств более ответственно и на данный момент всё было относительно хорошо. Выдавив из пластинок половинку зелёной таблетки и одну капсулу, я ловко закинул их в рот и запил холодной водой, ставя кружку на стол с глухим стуком. Взглянув на настенные часы, я осознал, что если завтра я хочу выглядеть выспавшимся и бодрым, то уже должен быть в кровати. В голове я быстро прикинул всё ли я успел сделать к завтрашнему дню и с очередным вздохом двинулся в спальню. Спать сейчас было последним, что мне хотелось, поэтому я лишь мог надеяться, что уснуть мне удастся быстро. Так и случилось. Только я закрыл глаза, представляя себе события завтрашнего дня, как прозвенел будильник и на экране телефона высветилось "9:30". С недовольным лицом я на ощупь нашёл устройство где-то у себя под боком и смахнул надоедливый будильник, переворачиваясь на спину и продирая глаза от сна. Лениво потягиваясь, я пролежал в кровати ещё около 10 минут прежде чем смог заставить себя сползти с неё на пол, а затем наконец встать на ноги. Передо мной стояла задача не из лёгких – требовалось придумать что сегодня надеть. Обычно я не заморачиваюсь и ношу одно и то же каждый день, но сегодня было для меня особенным. Мне пришлось уж очень долго крутиться и кривляться перед зеркалом, дабы разглядеть хоть каплю потенциала в чересчур вычурных или неприглядных рубашках, но в конечном итоге я остановился на той, что казалась и стильной, и в то же время повседневной. Довольный своим выбором, я плюхнулся обратно на кровать, на которой теперь красовалась целая гора вещей под стать Эвересту и нащупал под одной из рубашек свой телефон. "Не спишь?" Я еле заметно улыбнулся. "Неа. А ты чего не спишь?" "Мама разбудила" Перевернувшись на живот и махая ногами в воздухе, я продолжил переписку: "Поспи ещё, мне только через час выходить" "Не" "Хочешь пораньше приду?" "Давай" Счастливый, я в ту же секунду подскочил с кровати и пулей кинулся на выход, не забыв захватить поясную сумку с кошельком и своё признание, что я наскоро сложил в два раза и сунул в карман рубашки. Я торопливо обулся в кроссовки и мельком глянул на себя в зеркало. Увидев, насколько я был лохматым, я в ужасе попытался привести себя в порядок как можно скорее, пройдясь пальцами сквозь локоны волос несколько раз. Когда я понял, что лучше уже не станет, то тяжело вздохнул и нехотя поплёлся в уличной обуви за расчёской. Я уделил время тому, чтобы тщательно вычесать все колтуны перед тем, как выйти на улицу и лишний раз сполоснул лицо холодной водой, дабы выглядеть немного свежее. На улице стоял знойный весенний день и, хоть ещё и не успело толком разогреть, я уже немного вспотел, пока добирался до дома Кокичи. К счастью, дорога была недолгая и уже минут через 15 я оказался на месте. Подойдя к двери подъезда, на домофоне я набрал номер квартиры мальчика и с широкой улыбкой стал выжидать ответа. - Кто? - послышался голос женщины среднего возраста по другую сторону линии. Это была мать Омы. - Это Сайхара! Мы с Кокичи сегодня договорились погулять. - торопливо сообщил я немного дрожащим от волнения голосом. - Кокичи, друг твой пришёл! - крикнула она юношу, который, издалека крикнув в ответ "иду", уже со всех ног бежал в коридор обуваться. Долго парень себя ждать не заставил. Не прошло и минуты, как дверь подъезда отворилась и мне навстречу вышел он – мой драгоценный фиолетовоглазый мальчишка. Его волосы уже не так задорно торчали, как на нашей прошлой встрече из-за чего мне подсознательно захотелось снова их растрепать. До того, как я успел задуматься каким именно способом я бы их растрепал, Ома заговорил: - Ну, чего стоим? - А, ну... - встретив его глаза, я тут же робко отвёл взгляд, а мои щёки порозовели - Пошли. И тебе здравствуй - подшутил он надо мной, дружески похлопав по спине. - Привет... - растерянно поздоровался я в ответ и виновато почесал затылок. - Не проснулся ещё, что ли? - Наверное... Мысленно ругая себя за свою рассеянность, я и Кокичи отправились в парк, что был где-то в 10 минутах ходьбы. Всю дорогу Ома заинтересованно рассказывал мне о какой-то новой манге, что он прочёл на досуге, а я изо всех сил старался слушать его, а не уходить в мысли о предстоящем свидании, правда, получалось у меня не очень хорошо. Время близилось к полудню и солнце постепенно начинало припекать, поэтому я настоял на том, чтобы мы шли по тени, дабы никто из нас не прихватил солнечный удар. Меж крон деревьев мелькало дневное солнце, заставляя тёмные волосы мальчика сверкать совершенно новым сиреневым оттенком. Лёгкий румянец никуда не хотел уходить с моих щёк. Чем дольше я заворожённо наблюдал за тем, как легко фиолетововолосый шагал вприпрыжку по асфальтированной дорожке, тем, казалось, краснее я становился. - Мороженое хочу... - хныча заявил он, внезапно остановившись и повернувшись лицом ко мне. - Мороженое? - озадаченно повторил я, окинув взглядом местность в поисках ближайшей палатки с мороженым - Может, там есть? Пойдём - поманив Кокичи рукой, я направился в ближайшую забегаловку в надежде, что там продаётся фруктовый лёд и оказался прав. У кассы стоял большой ящик со льдом, а в нём – мороженое на любой вкус и цвет. - Будешь? - поинтересовался парень и протянул мне фруктовый лёд вытянутой формы, как только снял с него шуршащую обёртку. Недолго думая я приоткрыл рот и прошёлся языком по всей длине мороженого, смакуя малиновый привкус, мимолётно задержавшийся на моих губах. Наблюдая за тем, как после меня Ома взял его в рот, немного посасывая с характерным звуком, по моей спине прошлись мурашки и где-то внизу живота приятно потянуло. Боже, как я мог думать о таком в общественном месте? Я раскраснелся пуще прежнего, всячески отворачиваясь в попытках скрыть своё дикое смущение, пока разум настойчиво представлял себе самые что ни на есть развратные картины, где парнишка брал в рот кое-что другое. - Ты чего такой красный? Я резко дёрнулся от неожиданности, ощущая себя пойманным с поличным. - Жарковато - соврал я, благодаря высшие силы за возможность списать свои горящие лицо и уши на жару. Проходя мимо фонтана, юноша остановился и, задумчиво рассмотрев его дно, украшенное ржавыми монетками туристов, что верят в местную легенду об исполнении желаний, внезапно зачерпнул немного воды и плеснул мне прямо в лицо со звонким хохотом. - Эй! - обиженно крикнул я и моментально окатил его брызгами в ответ. - Я помочь пытаюсь! - смеясь возразил Кокичи и облил мне всю одежду - Охладись! - Я тебе сейчас-! Примерно в том же темпе мы и провели весь оставшийся день. Громко смеясь, я гнался за фиолетововолосым мальчишкой, чтобы дать ему сдачи, а он в свою очередь удирал от меня что было мочи, боясь получить по пятой точке. Хоть теперь я и был мокрым с ног до головы, эта шалость с чужой стороны помогла мне отвлечься от лишних мыслей, к тому же палящее солнце довольно быстро высушило нашу одежду. К вечеру румянец окончательно спал с моих щёк и смущение сменилось сильным волнением. Уже совсем скоро я должен был приглашать Ому на ужин и не на шутку разнервничался. К горлу подступила еле ощутимая тошнота и стало тяжело дышать, но я изо всех сил старался не подавать виду. Одним ухом я уловил урчание чужого живота и понял, что мой час настал: - Проголодался? Мальчик молча кивнул в ответ и жалобно посмотрел на меня в надежде, что я предложу сходить поесть. Я нервно теребил воротник своей рубашки перед тем, как смог переступить через себя и заговорить вновь. - П-пойдём сходим в одно место, мне там очень нравится, там вкусно... - неразборчиво оттараторил я, спотыкаясь о собственные слова. - Куда? - Вон... - неспособный жестикулировать словесно, я ткнул пальцем в ресторан, что был виден на горизонте. - Ресторан?.. - переспросил Кокичи, словно не поверил своим глазам. - За мой счёт. - Ничего себе, ты теперь мой папик? - шутил фиолетовоглазый надо мной, невинно похлопав ресницами и спрятав руки за спиной, словно девица лёгкого поведения. Ома и представить себе не мог сколько раз в моих фантазиях он называл меня "папиком", "папочкой" и прочими опошленными прозвищами, но я решил держать свои странные фетиши при себе и вместо этого подыграть ему: - Конечно. Всё для тебя, малыш - пробовал эту фразу у себя на языке я. Хоть она и была произнесена с шуточным подтекстом, я был бы не прочь говорить так на полном серьёзе хоть иногда. Радостный юноша взял меня под руку и мы вдвоём пошли в сторону заведения. Внутри меня бушевали эмоции – волнение, тревога, смущение и радость. Я не знал что чувствовать. С одной стороны я должен был быть рад, что после стольких лет у меня наконец появится возможность рассказать о своих чувствах, но с другой стороны я всё ещё не был на 100% уверен во взаимности этих чувств. Это меня и угнетало. Что если он... Не любит меня? От одной только мысли по моей спине пробегал лёгкий холодок, а в горле образовывался ком. Нет, такого не может быть. Я же видел все те намёки, что он делал, как он флиртовал со мной... Он точно влюблён в меня. Так я и решил, успокоив себя и переступив через порог входа в ресторан. - Здравствуйте, бронировали? - спросила приятная на вид девушка смазливым медовым голоском. - Да, на 16:30 - ответил я, прочистив горло. Я резко почувствовал, как Кокичи пару раз толкнул меня в бок, но проигнорировал его. - На двоих, верно? - Да. Женщина встала из-за стойки и провела нас через весь зал за заранее забронированный мной столик, а затем удалилась. - Ты забронировал стол? - шёпотом спросил удивлённый мальчик. - Ну да, - неловко почесал затылок я, судорожно пытаясь придумать какое-то оправдание своим действиям - Это должен был быть небольшой сюрприз. - Сюрприз? В честь чего это? - недоверчиво поинтересовался мальчишка и чтобы занять хоть чем то руки взялся за разложенное перед ним меню, моментально округлив глаза – видимо, из-за цен. - Просто хотел поболтать по душам за красивым ужином. Судя по выражению лица другого, никто из нас в эту чушь не поверил, но Ома хотя бы удосужился сделать вид, что это всё объясняет, кивнув мне в ответ и уткнувшись носом обратно в меню, а я лишь тяжело вздохнул от волнения, накопившегося в груди. - Мне вас богачей не понять, - бурчал себе под нос фиолетововолосый - Вот это что вообще такое? - ткнул он пальцем на одно из итальянских названий, повернув меню лицом ко мне. - Ризотто. Это такой рис со сливочным соусом, очень вкусный. - хихикая, объяснил я. Меня умиляло его незнание, как мне казалось, банальных итальянских блюд, хотя в готовке он уж точно разбирался куда лучше меня. - Тогда я буду это и-и-и... Вишнёвый сок. - Здесь нет вишнёвого, к сожалению, есть только свежевыжатые соки, по типу апельсинового или морковного, - поправил я парнишку, уже запомнив меню этого ресторана наизусть ещё с предыдущих визитов в компании родителей. - Ой фу... - Кокичи показательно высунул язык и принялся изучать секцию "напитки" - а попроще ничего нет? - Ты хочешь попроще или это из-за цен? - спросил обеспокоенный я, переживая, что он стесняется есть за мой счёт. - Я всегда беру что попроще, но тут всё какое-то... - мальчишка не стал заканчивать предложение, но я прекрасно понял что он имел в виду и медленно кивнул. - Может, клубничный мохито? - Да, его. И себе что-нибудь возьми. Махнув рукой пробегающей мимо нас официантке, я сделал заказ за нас обоих – себе я взял привычные спагетти болоньезе, а Кокичи его клубничное мохито и ризотто. Как только официантка убежала, записав заказ у себя в блокноте, между нами повисла неловкая тишина. Мои ладони вспотели и в горле образовался очередной ком. Я опять разнервничался, то и дело отводя взгляд от сидящего передо мной парня, не зная что сказать. В попытках хоть как-то разбавить молчание, я решил отойти в уборную, дабы умыться холодной водой и собраться с силами, а заодно и отрепетировать признание: - Я сейчас - сдавленным голосом объявил я, сдвинувшись на край мягкого диванчика. Посмотрев вниз, я обнаружил, что один из моих шнурков развязался в процессе ходьбы и я нагнулся, чтобы его завязать, но вдруг из переднего кармана моей рубашки выпадает та самая сложенная в несколько раз бумажка. В ужасе я как можно скорее попытался поднять её, но тут... - Что это у тебя тут такое интересное? Ома стащил признание прямо у меня из-под носа и принялся медленно его разворачивать, словно дразня меня. Меня бросило в холод и на секунду я потерял дар речи, а моё тело онемело. Ну вот и всё. Не знаю по какой причине я не отнял у него бумажку, не крикнул, чтобы тот не смотрел, не сделал абсолютно ничего, чтобы остановить его. Возможно, где-то в глубине души мне хотелось, чтобы он прочёл всё сам и мне не пришлось распинаться перед ним словесно или мне настолько надоело скрывать свои чувства, что уже было всё равно как он узнает, лишь бы не пришлось больше держать всё в себе. Я молча наблюдал за тем, как мальчик бегал глазами по письму, обращая внимание на каждое движение его лицевых мышц. - Это... - начал я, но моё горло перехватило и мне пришлось начать заново - Это то, о чём я хотел рассказать тебе сегодня... Я стеснительно опустил взгляд вниз, внезапно более заинтересованный в своих руках на коленях, нежели в реакции Кокичи. Мне стало стыдно за свою записку и я попросту не хотел вновь встречаться взглядом с фиолетововолосым. Вдруг он осудит меня за мои чувства? Перед глазами уже мелькали картины, где парнишка обрывает со мной все связи и говорит, как сильно он во мне разочарован, как не хочет больше меня видеть, но из этих мыслей меня вырвал мягкий голос, заставивший виновато поднять глаза: - Шуичи... Я замер. Я молча пялился на него, отчаянно пытаясь прочитать что было написано на его лице. Что это? Жалость? Он расстроился? Почему он расстроился? Я не этого хотел... Я не так себе это представлял. - Шуичи, это правда? - Просто ответь на вопрос! - нетерпеливо рявкнул я, ненамеренно прозвучав злобнее, чем хотелось бы. - Я... Я не знаю даже... Ну почему ты не смотришь на меня? Посмотри на меня и скажи, что любишь. Скажи, что тоже хочешь быть со мной, умоляю. - А знаешь что... Забудь, - я резко встал с места и вырвал из рук мальчика бумажку, порвав и скомкав её в процессе. Я стиснул зубы от злости на самого себя и залез в карман, небрежно кинув на стол пару крупных, мятых купюр - Заплатишь за ужин. Я развернулся и как можно скорее покинул здание ресторана, надеясь, что никто не видел моих мокрых глаз и покрасневшего от слёз лица. На улице уже начинало темнеть, воздух был влажным, но дышалось не так уж и трудно. Наверное, ночью прольёт дождь. Ветер дул слегка, он чуть шевелил листву деревьев, зелёную траву и нежно ласкал мои щёки, отчаянно вытирая с них горькие слёзы. Сначала я шёл быстрым шагом, а затем сорвался на бег и бежал без оглядки до самого дома, пока окончательно не выдохся. Очутившись в подъезде, я упал на холодный пол, содрав колени в кровь, но мне было так наплевать. Впервые за долгое время я ревел навзрыд, руками обняв самого себя и задрав голову кверху. Меня не беспокоили ни соседи, слушавшие мои завывания из своих квартир, ни собственная кровь, впитавшаяся в швы плитки обшарпанного подъезда, ведь сегодня рухнул мой маленький мир – Кокичи меня не любил. Я отполз к стенке и руками обхватил окровавленные колени, продолжая громко рыдать. Думать о том, что будет дальше я не то чтобы не хотел – не мог. В данную секунду собственные эмоции поглотили меня всего, затуманивая разум ненужными чувствами, а эти дурацкие слёзы не прекращали ритмично капать на теперь мятую рубашку. Кап-кап, кап-кап. Казалось, им не было конца. Я потерял счёт времени с того момента, как позорно сбежал со свидания, которое сам же затеял. Несмотря на то, что мальчик не дал чёткого ответа на мой вопрос, его сомнение говорило параграфы. Я сбежал, потому что испугался. Боялся услышать его настоящий ответ, не хотел, чтобы он делал мне одолжение, я хотел искренней взаимности. Любви, которую он ко мне не питал. И это меня добило окончательно. Я плакал и плакал, плакал и плакал, пока из носа не пошла кровь и я не изгваздал в ней всю одежду. Одной рукой ловя капли крови, я спотыкаясь поднялся по лестнице и второй дрожащей рукой провернул ключ в замке входной двери в квартиру несколько раз. Как только я оказался внутри, тут же кинулся к раковине в ванной. - Чёрт... Я включил холодную воду и умыл руки, а затем и горящее от слёз лицо. Я посмотрел на себя в зеркале и поморщился. Картина была не из приятных: я был весь красный, опухший, да ещё и в крови. Открыв дверцу шкафчика, в котором хранились ватные диски, я вынул один из упаковки и, закрутив в трубочку, сунул его в кровоточащую ноздрю. С тяжёлым вздохом я решился взглянуть на себя вновь, окинув осуждающим взором. - Придурок, - ругал я собственное отражение - Как тебя вообще можно полюбить? Конечно, он тебя никогда не полюбит. Мечтать не вредно. Слова горчили на моём языке, но больнее было оттого, что они являлись правдой. Не могу сказать, что когда-либо отличался здоровой самооценкой, да и вообще никогда себя не любил. Ещё с подросткового возраста каждая ошибка отражалась белыми царапинами на моём теле – я так и не научился себя прощать. И вот опять. Из ванной я дрожащими ногами дополз до своего рабочего стола и из его ящика достал скальпель. Недолго думая, я открыл его крышку одним большим пальцем и приставил лезвие к запястью. Слёзы вновь навернулись на глазах, а руки сильно вспотели от волнения. Я не делал этого уже несколько месяцев и надеялся, что завязал, но ненависть к себе так никуда и не делась. Думая о том, как глуп я был, раз посмел предположить, что мои чувства могут быть взаимны, я надавил на нож, сделав первый глубокий надрез. Я зажмурился и зашипел от щиплющей боли, которая пришла не сразу, моментально отняв лезвие от кожи. Алые капли крови стремительно скатывались с моей руки вниз на стол, на пол и на ковёр. Я перестарался. Порез был около 5 миллиметров в ширину и сильно кровоточил, а внутри виднелось мясо. Я резко почувствовал, как в глазах начало темнеть, а к горлу подступила тошнота и аккуратно приземлился на пол, чтобы падать в обморок было не так высоко. Я знал, что рану нужно сейчас же перевязать, но я не смог бы заставить себя встать даже если бы очень захотел. Я тут же начал прощупывать свои карманы в поисках телефона. Так как я жил один, никто не придёт мне на помощь, если я всё-таки отключусь, поэтому я решил на всякий случай позвонить матери. Когда я наконец нащупал устройство в заднем кармане джинсов, я достал его и торопливо начал листать контакты, ища мамин номер. Внезапно я остановился, бездвижно уставившись в экран. А зачем ей звонить? Чтобы мне помогли? Чтобы вызвали скорую, если я вдруг пропаду? Ради чего? Если раньше я продолжал жить и функционировать ради Кокичи, то сейчас... А что сейчас? Казалось, всем смыслом моего существования было встречаться с фиолетововолосым, но он меня не любил. - Он меня не любил - продолжал повторять я сам себе раз за разом, словно пытаясь это осознать, отложив телефон в сторону и прикрыв глаза. Раз я не могу быть с тем, кто стал смыслом моей жизни, то к чему мне эта жизнь? "Может, отключусь и больше не проснусь" - решил я и откинулся спиной на ножку стола. Но время шло, а я никак не отключался и надрез начало снова неприятно пощипывать. Я недовольно вздохнул и всё же попытался подняться на ватных ногах, дабы добраться до аптечки и перебинтовать руку.

***

Прошло несколько дней. Сколько конкретно – я не знал, так как не выходил из дома всё это время и ни разу не взял телефон в руки. В квартире было темно – я закрыл все шторы и напрочь отказывался включать свет. Всхлипывания. Только всхлипывания раздавались из моей комнаты в тишине пустой квартиры. Теперь все мои конечности были покрыты сотнями порезов, которые я нанёс себе в очередной истерике, одни глубже других. В голове вился рой мыслей, они перебивали друг друга и мешали мне думать. - Я хочу заполучить его, каждый сантиметр его тела... Он должен быть мой, мой! Вытерев уже болящие от слёз глаза я стукнул себя по лбу, пытаясь прийти в себя. - Нет... Нельзя... - неразборчиво бормотал я себе под нос, разговаривая сам с собой - Не хочу умирать... Я боюсь... Хоть я и не хотел убивать себя из-за случившегося, мысли неустанно твердили, что мне больше незачем жить. Перед глазами резко замелькали красочные изображения того, как я перерезал себе горло этим чёртовым скальпелем или прыгал из окна, ломая все кости до единой. Я обхватил лицо руками и начал мотать головой: - Нет-нет-нет, хватит! Я резко вскочил с матраса, в который уже успела впитаться моя кровь сквозь простыни и кинулся к столу, скидывая с него все тетради и письменные принадлежности. - Я не хочу так больше... Не могу... - поднывал я, потягивая себя за волосы и выдирая их клоками. Нужно было срочно что-то предпринять, что-то сделать с этим. С собой. Только сейчас я спохватился и вспомнил о лекарствах, которые не принимал на протяжении длительного времени и в ужасе ринулся на кухню за препаратами. Хоть вероятность того, что они подействуют уже сегодня и была мала, я всё равно решил попытать удачу и, выдавив в ладонь нужные таблетки, запил их холодной водой из-под крана. - Так... Соберись, давай. - я медленно опустился на стул, пытаясь очистить разум от лишних помех в виде повторяющихся слов и предложений, которые крутились на повторе на фоне моих основных мыслей. - Кокичи... - промямлил я, вспомнив, что так ни разу и не проверил экран телефона на наличие сообщений от него с тех пор, как сбежал с нашего свидания. Внутри возник неприятный комок стыда и вины за то, что я ничего ему толком не объяснил и поступил, как трус. Вдруг он просто растерялся и так и не успел сказать, что тоже меня любит, потому что я ушёл, не дождавшись ответа? Ведь не каждый день тебе признаётся в любви твой лучший друг. Какой же я идиот... Нужно было остаться и всё спокойно обсудить, а не действовать на эмоциях. Вернувшись обратно в комнату, я подобрал почти разрядившийся телефон с пола, где он пролежал все эти дни и включил его:

13 мая

"Прости, что так вышло" "Может, встретимся и обговорим всё ещё раз?" "Прошу, давай поговорим" "Ты спишь?"

14 мая

"Шуичи..." "Шуичи, ты в порядке?"

16 мая

"Прошло уже несколько дней" "Шуичи" "Ответь пожалуйста"

19 мая

"Шу..." И в таком духе сообщения продолжались вплоть аж до 24 числа. Сколько времени я просидел дома? Около 2 недель? Я думал прошло всего 4 дня или 5... "Я живой, не переживай" Я виновато прикусил губу, нажав "отправить" и ответ поступил практически тут же. "Где ты был? Я себе места найти не мог все эти дни... Ты в порядке?" "Прости, что заставил беспокоиться... Я приболел и был не в состоянии разговаривать" - соврал я, тяжело вздохнув. Я не любил врать ему, но так будет лучше для нас обоих. "Тебе получше?" "Уже да. А ты дома?" "Дома" Я нервно зажал ноготь большого пальца между зубами, обдумывая свой следующий вопрос, в итоге рискнув написать: "Можно я приду сейчас к тебе?" "Конечно, можно. Жду" Получив положительный ответ, я облегчённо вздохнул, тут же поднявшись с места и начав суетливо метаться, не зная, с чего начать. Я окинул себя быстрым взглядом и подумал, что было бы неплохо поменять одежду и помыться, но тут же я столкнулся с ещё одной проблемой – свежие порезы. Помимо того, что их надо было как-то спрятать, мыться с ними было бы сплошным мучением. Плюнув на душ, я решил быстро переодеться в кофту с длинным рукавом и джинсы перед тем, как пулей вылетел из квартиры, позабыв об опухшем лице и взъерошенных волосах. Хоть в голове всё ещё было шумно, я старался игнорировать нежелательные мысли и сосредоточиться на ходьбе. Быстрым шагом я добрался до дома мальчика всего за 10 минут и уже прошмыгнул в открытую кем-то дверь подъезда, поднимаясь на нужный этаж и звоня в домофон. Дверь моментально отворилась, а за ней показался обеспокоенная мордашка Омы, который уже меня поджидал: - Шуичи... Привет. Я не выдержал и резко бросился ему в объятья, сдавливая его грудную клетку так, что, казалось, она вот-вот с треском сложится пополам. Одна моя рука произвольно спустилась вниз до его ягодиц и я еле заметно сжал их, мысленно ругая себя за столь пошлую шалость, но парень, похоже, не придал этому значения. - Я так скучал... - прошептал я, глубоко вдыхая его запах - Можно мы всё ещё раз обсудим? - Я сам вот хотел предложить... Проходи. - отстранившись, фиолетовоглазый махнул мне рукой, приглашая внутрь и я охотно проследовал в прихожую, легко скидывая с себя кеды и направляясь глубже внутрь. Его дом я уже давно знал как свои пять пальцев и мама юноши принимала меня, как родного. Но, оглядевшись по сторонам, я нигде её не обнаружил и развернулся к мальчишке, вопросительно на него посмотрев: - А твоя мама не дома? - Нет, она уехала на выходные. В моей всё ещё немного шальной голове мелькнула одна развратная мысль, которую я благополучно проигнорировал, ухмыльнувшись самому себе, и направился в зал, чтобы сесть на диван. - Жа-а-аль... - с притворной грустью протянул я, проведя пальцем по упругой обивке - Присядешь? Фиолетововолосый аккуратно подошёл ко мне и присел рядом, держа дистанцию. Он что, избегает меня? Мне это, естественно, не понравилось, поэтому я сразу же придвинулся так, чтобы наши ноги касались и неловко прочистил горло. - Так вот, - робко начал Ома, почёсывая голову и сглатывая ком в горле - Первым делом я хотел бы извиниться за то, что так среагировал. Я совершенно не ожидал такого и не знал, как себя вести. Прости, если задел твои чувства. Я облегчённо вздохнул. Ну вот, он просто запутался. Он любит меня! - Мне тоже есть, что сказать. - внезапно выпалил я, сказав это быстрее, чем успел хорошенько обдумать свои следующие слова. Всё вокруг резко стало ощущаться каким-то другим, будто бы нереальным, словно от моих слов или действий не будет никаких последствий и я решил незамедлительно проверить свою теорию и посмотреть на чужую реакцию: - Помнишь же, как я то и дело отвлекаюсь от разговора на свои мысли, постоянно витаю в облаках и очень долго на тебя пялюсь при встрече? В эти моменты я всегда думаю, как сильно я хочу тебя. Моё признание повисло в воздухе тяжёлым грузом. Я заметил, как лицо Кокичи замерло в выражении недопонимания и шока, что меня почему-то уж очень рассмешило и я произвольно захихикал. - Шуичи, ты в порядке? Его вопрос обидел меня до глубины души. Я что, псих какой в его глазах? Я резко схватил его за плечи и слегка потряс: - Не смотри так на меня, конечно, я в норме! - Ты... Ты меня пугаешь. После этих слов моя хватка на его плечах тут же ослабла и я отпустил его, принявшись с силой тереть виски. - Нет... Лучше не слушай меня. - Что?.. - Пожалуйста, я очень люблю тебя, не отворачивайся от меня..! - закричал я в ужасе, что мальчик возненавидит меня после таких признаний, моментально пожалев о сказанном. В голове был полный бардак. Я не мог донести до парня ничего из того, что собирался и от этого терял контроль не только над ситуацией, но и над самим собой. Вдруг юноша с непонятной мне нежностью обвил руки вокруг моего тела и прижал к себе, как самое дорогое. Этот поступок заставил меня замереть, замолчать и покорно обнять того в ответ. - Ты чего? - с опаской спросил я, вжимаясь в парнишку всё сильнее, словно тот испарится, если я отпущу его. - Всё хорошо... Я рядом - успокаивающе шептал он мне на ухо, зарывшись носом в моих взъерошенных волосах. Я немного отстранился, чтобы посмотреть в глаза фиолетововолосому и во внезапном порыве нежности прильнул к его губам своими. - П-постой. Меня резко с силой оттолкнули от себя, заставив моё сердце больно сжаться. Я неправильно понял намёк? Я поторопился? Я отчаянно вцепился в талию Кокичи, пытаясь снова прижать его к себе. - Отпусти меня, пожалуйста... - сквозь стиснутые зубы просил Ома, всем своим видом выражая неприязнь. - Н-но ведь..! Ты мой смысл жизни, Кокичи! Я хочу быть с тобой! Ты ведь тоже любишь меня? Скажи, что любишь... На моих глазах навернулись слёзы, а мой голос начал дрожать. Пожалуйста, не отвергай меня... Не говори, что я был прав... - Прости, но я не могу ответить взаимностью на твои чувства... Эти слова треском раздались у меня в ушах. Будто бы лавина обрушилась мне на голову в ту самую секунду, как мне пришлось прожить это вновь. Вновь осознать, что я не был любим. Подтвердить, что для человека, который значил для меня всё, я не значу ни-че-го. Моё лицо расплылось в истерической улыбке и я начал безудержно хохотать, обхватив себя руками. - Шуичи, прекрати. - с явной ноткой раздражения в голосе велел мне мальчик. "Наверное, я его раздражаю. Наверное, он уже устал от моих выходок и хочет, чтобы я ушёл. Наверное, он ненавидит меня" - крутилось у меня в голове, пока я продолжал смеяться в истерике. Мою грудную клетку сдавливало от невыносимой душевной боли, мне хотелось наложить на себя руки прямо здесь и сейчас, но так же внезапно, как и начался, смех прекратился и я медленно развернулся к юноше лицом. - Слушай... Моё резкое изменение в поведении, похоже, было настолько неожиданным, что парень отполз от меня подальше, а на его лице отчётливо читался... Страх. - Может, сделаешь мне одолжение? Я медленно начал подползать к Кокичи на диване, словно охотящаяся на птицу кошка. - Притворись, что любишь меня на сегодня. Без спросу я вновь обвил фиолетовоглазого руками и резко втянул его в ещё один поцелуй, более грубый и небрежный. Пускай он отворачивался, отталкивал меня и брыкался, моя хватка вокруг его талии была железной. - Что ты несёшь? Оставь меня в покое! Любые протесты я заглушал очередной порцией поцелуев и отлип от его губ лишь на мгновение, дабы нежно прошептать ему на ушко: - Я обещаю, что если ты дашь мне воспользоваться твоим телом сегодня, я навсегда исчезну из твоей жизни и больше никогда тебя не побеспокою... - успокаивающе мурлыкал я, прижимая мальчишку ближе к себе насколько это было возможно - Я убью себя и больше тебя не побеспокою... - Ты в своём уме?! Вдруг я почувствовал пронзающую боль в плече, что заставило меня ослабить хватку – меня укусили. Упрямый парнишка всё никак не хотел идти на компромисс, что порядком разозлило меня. Не теряя ни секунды, он оттолкнул меня и вскочил на ноги, но я тут же больно ухватил его за руку и вывернул её так, что он поморщился и заскулил. - Прекрати, - приказал я холодным тоном, не в силах скрыть раздражение - Я просто хочу сделать тебе приятно. - Да что на тебя нашло, Шуичи! Зачем тебе это? - Затем, что я люблю тебя! - разъярённо рявкнул я - Я заполучу тебя любой ценой, даже если мне придётся взять тебя силой! С этими словами я сбил Ому с ног, когда тот потерял бдительность, повалив его на диван и оседлав его сверху. Одной рукой я принялся душить мальчика, чтобы усмирить его, а другой торопливо расстёгивать ширинку своих джинсов и спускать боксеры. - Да не вихляйся ты! Я сдавил горло фиолетововолосого ещё сильнее в порыве злости, вжимая его голову в диван и свободной рукой стаскивая с него домашние треники вместе с нижним бельём. Когда между нами больше не осталось никаких преград, я приставил свой наполовину вставший член к его заднему проходу и рывком вошёл в него, протяжно простонав. - А-а-ах~ Даже уже, чем я представлял... Обхватив чужое горло теперь уже обеими руками, я начал вдалбливаться в его промежность в своё удовольствие, не беспокоясь о том, что тот уже вот-вот потеряет сознание. Чем крепче была моя хватка, тем, казалось, уже он становился и мне это нравилось. - Я так давно мечтал об этом, ты не представляешь! - радостно воскликнул я, смотря прямо в увядающие глаза юноши. Я замедлился лишь на мгновение, чтобы устроиться поудобнее на диване и, закинув чужие ноги себе на плечи, с новой силой принялся за надругательство над его теперь уже полностью расслабившимся телом. Я получал неимоверное удовольствие от полового акта и в особенности оттого, что спустя столько лет Кокичи наконец был там, где он и должен быть – подо мной. Я был настолько увлечён самоудовлетворением, что не заметил, как мальчик перестал сопротивляться и теперь лишь пластом лежал на спине. Мне понадобилось около 10 минут беспрерывного грубого секса, чтобы обратить внимание на обездвиженность тела подо мной. - Эй, посмотри на меня. - потребовал я, остановившись и пару раз похлопав парня по щеке. Но тот не двигался. - Кокичи..? Ты меня слышишь? - я потряс его за плечи, но когда тот свободно повис на моих руках и я осознал, что он уже не дышит, то в ужасе подскочил со своего места и отшатнулся назад - Нет... Нет, нет, нет, нет... Я с опаской подошёл к его телу вновь, решив попробовать пульс на его шее перед тем, как начать паниковать и медленно запутал пальцы в локонах собственных волос. - Твою мать... Я быстро подтянул штаны и сомкнул руки на чужой груди, отчаянно пытаясь изобразить что-то вроде массажа сердца, который делать я, честно говоря, не умел. - Вернись, вернись, вернись! Кокичи, пожалуйста! Внезапно под моими руками раздался треск и я медленно отнял их от грудной клетки парня, прикрыв лицо ладонями. - О боже. Догадаться, что этот треск был сломанными под давлением рёбрами было не трудно. Даже если бы Кокичи до сих пор был жив, теперь я уж точно добил его. - Господи, прости, я не хотел... Но извиняться было поздно. Эти извинения ни за что бы не вернули его назад и даже сам Бог уж точно никогда бы меня за это не простил. Было трудно осознать совершённое. Всё вокруг казалось сном, а труп любимого, лежащий передо мной – сущим кошмаром. Я лихорадочно начал прикидывать что мне теперь вообще делать и пришёл к выводу, что мне ничего не оставалось, кроме как покончить с собой: на зоне я бы попросту не выжил, а провести остаток жизни в психушке мне не очень-то хотелось. Странно, но глаза мои были сухие и плакать совершенно не хотелось. Мои холодные руки тряслись, когда я убирал прядь волос с лица мальчика и заправил её за ухо. Милый... Что же я натворил. Я вцепился в его футболку и положил голову на его грудь, лишний раз убеждаясь в отсутствии сердцебиения. Я долго пролежал в таком положении, пытаясь вызвать слёзы и осознать, что подо мной лежал труп, но у меня так ничего и не вышло. Что же теперь будет... Как на это отреагируют его родители? А мои? Наверное, они все так разочаруются во мне и возненавидят за то, что я лишил их счастья... Я медленно поднялся и ровно сел рядом с ним, окинув его полуголое тело взглядом. Раз я всё равно умру, может... Нет, это ужасно. Я замотал головой и встал с места, отправившись на кухню, чтобы отвлечься от странных желаний и мыслей, которые лезли мне в голову. Нажав ловким движением на кнопку электрического чайника, я приземлился за кухонный стол, молча наблюдая за тем, как кипит вода, затем налил себе чаю и из холодильника достал заветрившийся кусок колбасы, дабы нарезать себе бутерброды. Наевшись и напившись, я вернулся обратно в зал, встретив там всё ту же неизменную картину и вздохнул. Моя попытка отвлечься не особо помогла, так как желание трахнуть его труп напоследок всё никак не покидало меня. Я устало плюхнулся рядом с Кокичи и обвил его уже немного остывшее тело руками, устроившись поудобнее. Хотелось просто уснуть и на утро понять, что это был лишь сон. Я лениво зевнул и вскоре задремал, прижав парня к себе как самое дорогое. Но, к моему великому сожалению, когда я проснулся где-то спустя час, на меня всё так же безжизненно пялились чужие стеклянные глаза, что заставило мурашки пробежать по моей спине и я решил дрожащими пальцами закрыть его веки. - Не смотри на меня так... Я не виноват в том, что ты не хотел идти на уступки. - утешал я себя мнимой невиновностью. Я приподнялся на локтях, дабы рассмотреть чужое тело получше. Такой нежный и изящный... Одна моя рука произвольно заползла ему под футболку, поглаживая его грудь с особым трепетом, а затем я и вовсе нетерпеливо задрал её, принявшись ласкать его розовые соски. Несмотря на то, что Ома был мёртв, он был ничуть не менее привлекательным. - Тебе нравится? - с надеждой спросил я, делая вид, что веду с ним диалог - Ты такой красивый... Я обожаю твоё тело. Я прильнул ртом к его холодным губам и просунул в приоткрытый рот язык, переплетая его с чужим. - М-м-м~ - промычал я в поцелуй, не в силах оторваться от него. Не знаю почему, но я получал от этого такое дикое удовольствие, что даже почувствовал, как член в моих штанах вновь начал затвердевать. Тяжело дыша, я оторвался от парнишки и вытер мокрый рот обратной стороной ладони. - Ах... Ты такой вкусный, я обожаю тебя! Не в силах больше бороться с искушением, я спустил штаны вновь и торопливо вошёл в промежность Кокичи, зашипев от удовольствия. Пускай он уже был холодным и не таким узким, я получил не меньше приятных ощущений от очередного полового акта. Я взял чужие запястья в свои руки и принялся беспощадно долбить его труп, да так, что под нами начал поскрипывать диван. - Да-а...~ Мх... На этот раз я намеривался кончить в него, возможно, даже не раз. На всю квартиру раздавались мои глухие стоны, которые я уже практически не сдерживал. Спустя всего пару минут я ощутил нахлынувшую волну оргазма и зажмурился, сделав последние несколько резких толчков бёдрами. Я ещё раз поцеловал мальчика в губы и, отдышавшись, прошептал: - Это было прекрасно, любимый... Я хочу ещё раз... И вновь принялся за своё дело, пока окончательно не выдохся и не свалился устало на мальчишку. - Я люблю тебя, Кичи... - влюбленно пролепетал я, обнимая его. Ну вот и всё. Теперь, когда я сделал то, что так давно хотел, мне предстояло лишь убить себя, отправиться следом за ним. Осознавать, что мне придётся умереть было страшно. Но зато теперь можно будет проверить, есть ли жизнь после смерти. Я нехотя вышел из юноши, подтянув боксеры вместе со штанами и аккуратно присел обратно рядом с ним. Я должен был сделать выбор: повеситься, вскрыть вены или попытаться на раз-два-три воткнуть нож в сердце. Ни один из вариантов мне не нравился, но в конечном итоге я всё же выбрал самый первый. С тяжёлым вздохом я поднялся со своего места в поисках чего-то, похожего на верёвку и к своему удивлению обнаружил именно то, что искал в кладовой. Теперь осталось лишь взять мыло, табуретку с кухни и подвесить себя на турнике, что висел в прихожей. Но перед этим я решил оставить после себя кое-что: небольшую предсмертную записку, чтобы вылить свои последние мысли в строчки текста и избавиться от мерзкого чувства недосказанности, что осталось у меня после убийства Омы. Я столько всего не успел ему сказать... И больше никогда не скажу. Усевшись за компьютер фиолетововолосого, я размял шею и включил его, выдвинув клавиатуру из-под стола. Начать я решил в блокноте, а потом уже решу что дальше со всем этим делать. "привет, ребята. меня зовут шуичи сайхара и я хочу рассказать историю о том, что произошло сегодня вечером. я убил своего лучшего друга. и выебал. возможно, сделаю это ещё раз, но он начинает остывать, слегка неприятно пахнуть и не такой узкий, как был в первый раз. это произошло по случайности. я бы не прибег к таким мерам, если бы он просто сделал то, что я просил. так что он сам виноват в своей смерти. как всё произошло? после практически двух недель страданий из-за того, что мои чувства не взаимны, я впервые вышел на связь и попросился в гости, желая разрешить некоторые недопонимания между нами. а после этого всё как в тумане. я пришёл и мы что-то обсуждали и уже не помню, как я к этому пришёл, но я начал выпрашивать, чтобы он дал мне хотя бы раз, а он зачем-то попытался сбежать, кричал на меня, что, мол, я ненормальный, поэтому я решил его усмирить и начал душить, но перестарался. забавно, да? кто знал, что человека так легко убить." Я откинулся на кресле и перечитал то, что написал перед тем, как продолжить. "знаете, вот в данную секунду я осознал, какой же пиздец я сделал. мне стало холодно и руки начали трястись еще сильнее, хехе. боже мой, это же надо выебать, блять, труп. таки теперь мне не остается ничего, кроме как собраться с силами и выпилиться." Я тяжело вздохнул. "я любил его. своей ебанутой любовью, но любил. мне очень стыдно перед родителями кокичи за то, что я лишил их единственного сына, но он был слишком собой и поэтому все так сложилось. вы очень хорошие люди. очень-очень надеюсь, что у вас найдутся силы это пережить. еще раз простите, хоть такое простить и нельзя. и ещё хотел бы извиниться перед своими родителями за то, что я сделаю сейчас с собой. вы воспитывали меня хорошим человеком, но я где-то по жизни свернул не туда. не вините себя, пожалуйста" Отъехав от стола на кресле, я уставился в потолок и просидел без дела около 5 минут перед тем, как добавить что-то ещё. "весьма забавно, как мозг начинает генерировать тысячи причин, чтоб жить, когда ты начинаешь думать о смерти. поставьте на моих похоронах «Der Golem — Нет» и выпейте за то, чтоб я попал в ад. прощайте. goodnight, sweet prince. 25.05.23 22:40" Напечатав это, я встал со стула и задвинул его под стол, не забыв нажать "сохранить". Несколько мгновений я бесцельно пялился в тусклый экран компьютера, ведь убивать себя мне не хотелось, но делать было нечего. Аккуратно прильнув к чужим губам в последний раз и замерев на мгновение, смакуя последние минуты жизни, я прошептал: - Я иду к тебе... И отправился в ванную за мылом. Тщательно натерев им верёвку, я начал завязывать петлю, чему меня научили, как ни странно, на продлёнке в начальной школе. Я привязал её к турнику в прихожей и притащил с кухни табуретку, дабы встать на неё и продеть голову в верёвку. Мои руки снова вспотели от нервов, а в горле образовался ком. Громко сглотнув слюну, я замешкался, неловко перетаптываясь с ноги на ногу. Может, не стоит? Нет, другого выхода нет. Я обязан это сделать. Одной ногой я начал опасно шатать табуретку, словно играясь с собственной жизнью, но вскоре перестал, так как страх взял надо мной верх. - Мне не нужна эта жизнь, если рядом со мной нет Кокичи - отчаянно убеждал я сам себя. Я рвано выдохнул, вцепившись в верёвку вокруг шеи ещё сильнее и еле слышно прошептал: - На счёт три... Раз... Мои ноги резко подкосились и затряслись вместе с табуреткой. - Два... Я зажмурился и приподнял одну ногу, приготовившись сделать шаг в пустоту. - Три– *** Убийство Кокичи Омы произошло 25 мая 2023 года в Басманном районе Москвы. 18-летний ученик школы МБОУ ЦО №29 задушил своего 18-летнего одноклассника, с которым ранее состоял в близких отношениях, а затем несколько раз вступил в половую связь с его трупом. После совершения убийства Сайхара покончил с собой, предварительно оставив предсмертную записку с подробным описанием произошедшего. Тела Омы и Сайхары были обнаружены сотрудниками правоохранительных органов 27 мая в квартире дома № 3 по улице Казакова. По факту произошедшего Главным следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве было возбуждено уголовное дело.