ЗА МИГ ДО ТЕБЯ

Тур по Европе занял целый месяц, поэтому Юнги очень переживал, что так надолго оставил Сурен. Он очень скучал по ней, особенно ночами и неважно, как сильно уставал, не мог уснуть, не услышав любимого голоса. С момента их первой встречи Мин заметно изменился, став более мягким и слегка рассеянным. Он часто витал в облаках, залипая на фотки Кан в телефоне и тогда на его лице появлялась счастливая улыбка. Мемберы прекрасно понимали его состояние и если макнэ-лайн подшучивал над ним, то Хосок с Намджуном искренне радовались за своего друга. В такой дружеской и теплой атмосфере было легко переносить разлуку, поэтому рэпер порхал словно бабочка. Он считал минуты до того момента, как сможет крепко обнять свою зайку, зацеловать до опухших губ, а потом завалить подарками, которые щедро накупил в каждой стране. Ему хотелось увидеть реакцию айдола на особенный презент, что Юнги приобрел в ювелирном магазинчике с эксклюзивными изделиями. Два изящных кольца, которых больше ни у кого не было в мире, должны были окончательно соединить их судьбы. Мин так радовался предстоящему событию, но его тревожило состояние Сурен. Хоть она и не показывала вида, но дрожащий голос сдавал ее с потрохами. На все вопросы о самочувствии она лишь отшучивалась, но ее смех больше походил на нервный. Последняя неделя далась рэперу крайне нелегко, ведь его зайка не отвечала ни на звонки, ни на сообщения. Он накрутил себя так, что готов уже был сорваться в Корею, но друзья все же уговорили его дождаться окончания тура. Байкера останавливало лишь то, что в сетях время от времени появлялась информация о деятельности группы Кан и ее участницах в отдельности. Они готовились к очередному концерту и отсняли несколько новых клипов. Однако на них айдол выглядела как-то уж слишком вызывающе и агрессивно, как будто кидала кому-то вызов. Фотосессии тоже были неестественные, словно в них снимался манекен без всяких эмоций и лишь в глазах отражалось такое отчаяние, что у Юнги сжималось сердце. Определенно бывший воспользовался его отсутствием и доставал Сурен, вопрос только, как далеко он зашел, что довел его зайку до такого состояния? Мин даже и подумать не мог, кто поспособствовал началу разрыва их отношений. Джули действительно одно время ненавидела рэпера за то, что он не смог понять ее чувств. Однако, наблюдая за тем, как байкер непринужденно развлекался с какой-нибудь девушкой, ее сердце сжималось от ревности. Трудно было признаться самой себе, что она все еще любила своего котика, но он больно разрывал когтями ее душу в клочья своим безразличным игнором. Когда же появилась Кан, Джули вообще башню снесло, ведь Юнги делал для этой девушки все, чего не было с ней. Для нее он всегда был занят, а все их встречи сводились лишь к дикому сексу или решению рабочих моментов, но никогда Мин не был с ней так трепетно нежен. Злость на этого айдола, что заняла чужое место в сердце ее котика возросла до предела и когда появилась возможность отомстить, она не задумываясь приняла предложение. К тому же девушка сорвала двойной куш, потешив свое самолюбие и заработав на этом нехилые деньги. — Привет, ты помнишь меня? — спросила она, подойдя к Сурен, когда та выходила из агентства. — Не уверена, — засомневалась Кан. — Ну, конечно, ты ведь видела меня всего один раз и то при не совсем хороших обстоятельствах. Меня зовут Джули. Мы встретились на гоночном треке, когда ты была с Юнги в закрытом клубе. — А, точно, ты его бывшая. — Я бы так не сказала. — Что ты имеешь в виду? — Слушай, на самом деле мне нужно рассказать тебе кое-какую правду, о которой ты наверняка не знаешь. Я уверена, что Мин не собирается посвящать тебя в это, но раз уж вы стали так близки, то ты просто обязана знать о нем все. — И что же это за правда такая? — Это только для твоих ушей, поэтому если не против, я хотела бы пригласить тебя к себе домой, ибо разговор будет долгим и эмоциональным. Я живу тут недалеко, поэтому ты можешь сообщить адрес кому-то из подруг, если переживаешь за свою безопасность. Девушка выглядела подозрительно открытой, как будто пыталась втереться в доверие и тревожный звоночек тренькнул в душе Кан. Однако говорила она слишком убедительно и возможно, действительно существовало то, чего айдол не знала о рэпере. — А почему ты вдруг обеспокоилась нашими отношениями? — поинтересовалась она. — Понимаю, ты мне не доверяешь и со стороны это выглядит так будто хочу отомстить, но я правда переживаю за тебя. Не знаю, что Юнги рассказывал обо мне, но он точно изменил причину нашего разрыва. — Так почему бы тебе не озвучить ее здесь? Уверена, там нет ничего такого, что могло бы меня удивить. — Ошибаешься, это может шокировать тебя настолько, что ты надолго потеряешься в своих ощущениях. Тебе понадобится время, чтобы осознать услышанное и понять, что делать дальше. — Даже так? Прям стало интересно, что же такого ужасного он натворил. — Так, ты хочешь знать подробности? — Я все еще не уверена, что мне это нужно. — Что ж, дело твое, только смотри, как бы тебе с катушек не слететь, когда ты поймешь, с кем связалась. — Оставь мне свой номер, я подумаю. — Только недолго и не советую рассказывать Юнги о нашей встрече. Он этому не обрадуется и будет все отрицать, потому как не знает, что я не уничтожила все доказательства. — Хорошо. Придя домой, Кан налила в бокал вина и немного отпив, стала размышлять над произошедшим. Все это действительно выглядело подозрительно, ведь с чего бы бывшей рэпера беспокоиться о его новой девушке? Мин был предельно честен с ней и сам рассказал о прошлых отношениях, а причиной их разрыва оказалась банальная измена. Это больше походило на правду, поэтому айдол не уловила в этом никакого скрытого смысла. Да и за байкером не наблюдалось никаких скандалов, одни лишь положительные статьи. С другой же стороны, возможно, эта информация касалась лично Джули, поэтому не просочилась в сети. Однако Сурен не верилось, что Юнги мог натворить что-нибудь страшное, непристойное или противозаконное. Он совсем не похож на Дика с его садистскими наклонностями, поэтому парня трудно представить в роли тирана. Полночи промучившись сомнениями, Кан на утро написала сообщение рэперу, спрашивая его о том, действительно ли он любил бывшую и точно ли они расстались из-за измены. Мин ответил, что рассказал всю правду и не понимал, почему его зайка вдруг вспомнила о Джули. На вопрос, окончательно ли они расстались, он ответил «Да» и заверил, что его сердце полностью принадлежит только любимой. Более чем убедительно, но червяк ревности все же не давал айдолу сосредоточится на работе. — Привет, Джули, это Сурен, — сказала она, набрав ее номер. — Я готова тебя выслушать, но у меня есть условие. — Какое? — спросила девушка. — Если я сочту, что твоя информация для меня бесполезна, ты при мне уничтожишь все, что у тебя есть на Юнги. — Думаешь, если я молчала все это время, то смогу воспользоваться этим сейчас? — Я не знаю, насколько все серьезно, просто не хочу, чтобы это хоть как-то навредило ему. — Прям завидую, как ты его защищаешь. Ладно, сейчас скину адрес. Двухэтажный дом и правда находился в двух улицах от агентства, поэтому Кан решила прогуляться пешком. Стоя возле двери и занеся руку над звонком, она снова почувствовала какую-то тревогу. Не хватило всего пяти секунд, чтобы развернуться и уйти, как дверь внезапно распахнулась сама. — Я знала, что ты придешь, — сказала Джули. — Проходи. Айдол с сомнением посмотрела на девушку, а затем неуверенно шагнула внутрь. Ее проводили в гостиную, усадили на диван и угостили чаем, но разговор все никак не подходил к самому главному. — Ты обещала рассказать что-то очень важное, но я пока лишь слышу о ваших отношениях с Юнги, о которых и так знаю, — сказала Сурен. — Да, но, чтобы подвести к этому, ты должна знать, с чего все началось, — ответила она. — Послушай, я очень устала, поэтому давай опустим эти подробности. — Что ж, ты права, поэтому извини. — За что ты извиняешься? — Вот за это. Джули кивнула в сторону, а Кан проследила за ней взглядом и в ужасе подскочила с места, но тут же рухнула обратно, потому как в голове все поплыло, а ноги не хотели ее держать. — Дик? — она все еще не верила своим глазам. — Да, малышка, это я, — довольно улыбнувшись, ответил он, а затем обратился к бывшей рэпера. — Я не сомневался, что ты сможешь выполнить эту работу, так что проверь свой счет и проваливай. — Спасибо, господин Дэниелс, с Вами было приятно сотрудничать, — ответила девушка и проходя мимо айдола, подмигнула ей. — Если любишь, нужно доверять, а ты усомнилась в Юнги, думаешь, он не сочтет это за предательство? Как только за ней закрылась дверь, кузен тут же подсел к Сурен, одной рукой притягивая к себе, а другой оглаживая овал ее лица. — Как же я скучал по тебе, малышка, — сказал он и хотел было прильнуть к ее губам, но она нашла в себе силы оттолкнуть мужчину. — А я — нет и вообще, я еще тогда тебе сказала, чтобы ты больше не приближался ко мне! — Думаешь, этот хиппи сможет сделать тебя счастливой? — Он любит меня и этого достаточно! — Так я тоже люблю тебя, малышка. Люблю так, что не могу дышать без тебя, почему ты этого не ценишь? — Потому что это не любовь, а насилие. Ты никогда не был нежен со мной и трахал так, будто я — дешевая шлюха. Ты всегда заставлял меня чувствовать вину и быть обязанной тебе. Хоть раз ты подарил мне что-то просто так или устроил романтическое свидание? Нет, ты постоянно накидывался на меня, словно дикий монстр и терзал до тех пор, пока мне не становилось плохо. — Монстр, говоришь? Обидно, ведь это я сделал из тебя известную певицу и до сих пор не выдал секрет о наших отношениях. — Так ведь это ты меня принудил к этому. — Ты права, но ведь и ты была не против, поэтому должна быть благодарна мне, а не осыпать упреками. — Ты пичкал меня наркотиками, из-за этого я не могла сопротивляться, а когда стала айдолом, ты шантажировал меня теми видео, что тайком заснял. Ты подлый и аморальный урод, которого я ненавижу всю свою жизнь. — Не хило же этот рэпер запудрил тебе мозги, что ты совсем страх потеряла. Что ж, придется напомнить, кому ты обязана своей популярностью, и кто действительно имеет право тебя трахать. — Не трогай меня! Сурен сопротивлялась изо всех сил, но их катастрофически не хватало против обезумевшего кузена. Он легко поднял ее на руки и отнес в спальню, что находилась на втором этаже, а затем очень быстро избавил от одежды. Чужие грубые руки лапали изящное тело, оставляя на нем синяки, а противные губы раз за разом сливались в жадном поцелуе, не давая отдышаться. Дэниелс схватил младшую за запястья и одним резким толчком вошел в нее без всякой подготовки. Она громко закричала от боли, но старший и не думал ее жалеть, поэтому начал двигаться, вгоняя свой член по самые яйца. Он наслаждался всхлипами и мольбами, которые еще больше распаляли в нем дикую страсть. Кан понимала, что сама попала в эту ловушку и на этот раз могла справиться с Диком, если бы не его подлый прием с наркотиками. Ведь он явно подсыпал что-то в чай, раз ее тело стало таким тряпичным, а где-нибудь на полке сто пудов стояла камера и снимала весь этот ужас. Кузен айдола был безумцем, потому как много раз заставлял ее смотреть отснятые записи, но просмотр всегда заканчивался еще более сумасшедшим сексом. Мужчина был одержим своей малышкой и никакой нормальной любовью тут не пахло. Таким место в психушке причем пожизненно, но на людях старший вел себя как законопослушный гражданин и имел большую власть, поэтому так трудно доказать наличие его второй сущности. Она словно дьявол управляла им, когда рядом находилась Сурен и тогда Дик начинал творить с ней ужасные вещи, о которых даже психологу стыдно рассказать. За пять секунд из нормального человека кузен превращался в чудовище, которое максимальную жестокость выдавало за неземную любовь. Принуждая младшую к сожительству и приковывая по ночам наручниками к кровати, он заявлял, что таким образом защищал ее от ненужных связей. Свои гнусные поступки Дэниелс оправдывал заботой, которая по сути являлась тиранией. Много раз Кан готова была уже заявить о нем в полицию, но ее постоянно останавливал страх за родителей. Она не была уверена в том, что они бы поняли ее, поэтому продолжала молчать и терпеть издевательства, проклиная себя за трусость. Когда в ее жизни появился Юнги, надежный, сильный и заботливый, девушка впервые почувствовала себя любимой. Ей стало легче дышать, понимая, что за широкой спиной можно спрятаться от любых проблем. Мин показал, что настоящая любовь очень трепетная и нежная, от которой бабочки порхают в животе, а не волосы встают дыбом. Он окутал свою зайку такой заботой и лаской, что хотелось растечься лужицей от умиления, а не чувствовать себя пленницей. Они могли просто целоваться, не переходя к интимной близости, потому что им нравилось чувствовать друг друга на более высоком уровне. Рэпер никогда не настаивал, если видел, что айдол сильно устала, а наоборот, заваривал ей расслабляющий чай и убаюкивал, завернув в одеяло. Между ними были настолько высокие отношения, что многие позавидовали, если бы узнали. Теперь все это в прошлом, ведь Дик обязательно покажет видео этой ночи Юнги, а тот вряд ли поверит, что Сурен не пришла к нему добровольно. По факту ведь так и было, а Джули оказалась права насчет предательства. Она не должна была ей верить, ведь Мин не давал повода усомниться в его чувствах, да и просто не мог быть подлецом. Ну, не такой он человек, так почему же Кан повелась на этот обман? Теперь уже неважно, ибо ее любовь трещала по швам с каждым грубым толчком. — Прости, — прошептала айдол, заливаясь слезами. Однако кузен принял это на свой счет и довольно оскалившись, ускорился.