Стук в груди

Чонгук не знал, куда ведёт его эта дорога, но почему-то не хотел останавливаться. Они с Тэхеном вышли из парка и просто шли по улицам, разговаривая обо всём и ни о чём. Их тени растягивались под уличными фонарями, шаги эхом отдавались в тишине. — Когда ты в последний раз делал что-то спонтанное? — вдруг спросил Чонгук. Тэхен задумался. — Даже не вспомню. А ты? — Пару минут назад, когда сказал "пошли". Тэхен усмехнулся. — Тогда продолжим. Он вдруг свернул с дороги и направился к круглосуточному магазину. Чонгук последовал за ним, наблюдая, как Тэхен уверенно заходит внутрь. — Что ты задумал? — Сейчас увидишь. Тэхен быстро подошёл к холодильникам и достал две бутылки газировки и пачку мятных леденцов. Затем подошёл к кассе, расплатился и протянул одну бутылку Чонгуку. — Знаешь, что мне всегда хотелось попробовать? — Что? — Смешать это, — Тэхен потряс леденцы перед его лицом, — с этим, — он показал на бутылку. Чонгук поморщился. — Это же жуткая химия. — Именно. В этом и весь смысл. Давай попробуем. Чонгук посмотрел на него, затем пожал плечами. — Ладно. Но если умру — это на твоей совести. Они вышли обратно на улицу. Тэхен открыл пачку леденцов, закинул один в рот и сделал большой глоток газировки. Его лицо сразу же исказилось. — Чёрт… это хуже, чем я думал. Чонгук рассмеялся, наблюдая за его выражением. — Ты сам это предложил. — Теперь твоя очередь. Чонгук покачал головой, но послушно повторил действия Тэхена. Как только жидкость смешалась с мятой во рту, он резко замер, а потом согнулся пополам от кашля. — Твою ж мать! — прохрипел он. Тэхен хохотал так, что на глазах выступили слёзы. — Это худшее, что мы могли придумать! Чонгук пытался отдышаться, но потом тоже засмеялся. — Господи, мы как подростки. — Может, это и к лучшему. И в этот момент Чонгук вдруг осознал, что впервые за долгое время смеётся по-настоящему. Не из вежливости, не чтобы скрыть боль — просто смеётся. И ещё он понял, что ему нравится смеяться вместе с Тэхеном. Они продолжили прогулку, уже без плана, просто наслаждаясь моментом. Разговоры стали легче, смех — искреннее. Но вместе с этим в воздухе повисло что-то ещё. Чонгук начал замечать, как Тэхен слегка кусает губу, когда задумывается. Как его глаза светятся, когда он улыбается. Как он отбрасывает волосы назад, когда они падают ему на лоб. Это не должно было значить ничего. Но значило. А Тэхен тем временем ловил себя на мысли, что ему нравится, как Чонгук смеётся. Что ему хочется снова услышать этот звук. Что он замечает, как мягко свет фонарей отражается в его глазах. Это не должно было быть чем-то важным. Но было. — Уже поздно, — сказал Чонгук, глядя на часы. — Да, — кивнул Тэхен. Они стояли на перекрёстке. Тэхену нужно было идти направо, Чонгуку — налево. Мгновение они просто смотрели друг на друга. — Увидимся? — неуверенно спросил Чонгук. Тэхен усмехнулся. — Думаю, да. Они разошлись в разные стороны, но впервые за долгое время у обоих на губах осталась улыбка. И где-то глубоко внутри зародилось что-то опасное. Что-то похожее на надежду.