BlueViolet

ㅤㅤХва работал в клубе, когда это произошло. ㅤㅤЕму едва ли исполнилось семнадцать; воспитывал извечно пьяный отчим, потому приходилось зарабатывать своими силами, чтобы хоть как-нибудь выжить в этом мире, продолжить учебу в школе, обеспечить себя принадлежностями, одеждой и другими важными вещами. Сначала не брали, ибо проблем с несовершеннолетним никому не хотелось, а после, с попытки, наверное, третьей-четвертой, его всё-таки устроили в качестве уборщика. Место как раз освободилось. Впрочем, на уборку туалетов никогда не было длинных очередей... ㅤㅤПак не помнит, что произошло в тот день. Кажется, он вообще был не в состоянии что-то понимать. ㅤㅤВсе как в тумане. Размытые огоньки. Яркие фейерверки. Запах дыма. Чужие руки абсолютно везде. На бедрах. Талии. Паху. Шее. Груди. Он пытается оттолкнуть, пытается кричать, но никто, как на зло, никто его не слышит, никто к нему не приходит на помощь. По щекам льются слезы. Он жмурится. Голос срывается от рыданий. Удар по щеке. Ещё один. ㅤㅤ— А ну-ка, заткнулся!.. ㅤㅤСигаретный дым душит, вызывает приступы кашля. Или он задыхался от новых слез и боли?.. Руки упираются в чужие плечи, вновь пытаются отпихнуть, но не получается. Словно забрали все силы. Сменили слабостью, что обычно не была свойственна Хва. Его переворачивают на живот. Страх способствует ещё большему сопротивлению. Он пытается вырваться, вновь кричать, умолять, просить, но его все ещё не слышат. ㅤㅤИли не пытаются услышать?.. ㅤㅤ— П-прошу вас... Не нужно, п-пожалуйста!.. ㅤㅤ— Заткнись, я сказал! ㅤㅤ У него никогда не было крыльев. Глупо думать о том, что у людей есть крылья. Но если бы они вдруг были и прямо сейчас их решили бы оторвать, то ощущения явно было бы те же, что испытывал, что чувствовал Сонхва в тот момент. ㅤㅤСловно отрывают крылья. С корнем. Оставляя после этого шрамы. ㅤㅤИ полностью состоящий из серых красок мир. ㅤㅤㅤㅤ*** ㅤㅤХва вздрагивает, возвращаясь в реальность после внезапно накрывших воспоминаний, растерянно в глаза Хонджуна смотрит, а после медленно взгляд вниз опускает, на небольшой букет, что тот протягивал. Цветы. Очень красивые цветы. Явно очень яркие, теплые по цветовой гамме. ㅤㅤПрошло уже семь лет. Семь лет с того самого дня. ㅤㅤ— Большое... Спасибо, Джуни. ㅤㅤ— Ты плохо себя чувствуешь?.. ㅤㅤПак сглатывает невольно и головой тут же качает, пытаясь тем самым успокоить возлюбленного и не выдать своей тайны, в коей ещё не успел нормально признаться. Впрочем, и желания-то особо не имелось сознаваться в жуткой правде: не хотелось жалость вызывать или, наоборот, пугать, отталкивать подобным. ㅤㅤ... Ибо кому нужен человек, что сам себя считает ненужным в этом сером и мрачном мире?.. ㅤㅤ— Нет, все хорошо. Я... Просто не ожидал, что ты принесешь букет. Мы договаривались, что ты не будешь тратиться на меня, вот я и... ㅤㅤ— Я очень сильно хотел порадовать тебя. Не знаю, какой ты цвет любишь, поэтому взял голубой и фиолетовый. Тебе нравится?.. — Ким улыбается, его глаза любовью горят, и Хва, честно, даже не знает, как реагировать и что отвечать. ㅤㅤОн не мог любить эти цвета, ибо даже от красного с жёлтым не мог отличить, но при этом так не хотелось расстраивать Джуни, не хотелось, чтобы лицо его счастливое вдруг гасло в непонимании или ужасе. Возможно, его глаза были тем, ради чего ещё хотелось жить, ещё хотелось пытаться разбираться в серых оттенках... ㅤㅤ— Д-да, наверное... Я не придирчив к цветовой гамме. Любые цвета люблю. ㅤㅤУголки губ Хонджуна вздрагивают, он немного брови в непонимании хмурит. ㅤㅤ— То есть, как?.. Совсем нет никаких предпочтений?.. Быть может, тебе нравится салатовый, бирюзовый?.. Очень необычные и яркие цвета. Я видел недавно розы в цвет бирюзы, такая красота. ㅤㅤСоль на раны. Сердце Хва сжимается, он губы поджимает, снова взгляд свой на цветы опускает и сглатывает. Голубой и фиолетовый. Какие из этих чудесных цветов голубые, а какие — фиолетовые? Из детские воспоминаний фиолетовый был темнее, особенно фиолетовые фломастеры, но вдруг это был сиреневый?.. Если сиреневый, то любой светло-серый цветок может оказаться фиолетовым, а темнее оттенком — голубым. Но вдруг всё-таки наоборот?.. ㅤㅤГлаза бегают по цветам в многочисленных вопросах, Хва правда пытается обдумать все это, понять, какого же цвета какие цветы в его руках, но... Ничего не выходит. Он строит кучу теорий, море предположений, но каждый раз они встречаются с серостью, и уже ничего в голове не остаётся кроме как отчаяния. Съедающего все изнутри отчаяния. ㅤㅤИз-за которого тут же глаза застилает пелена слез. ㅤㅤШмыганье носом. Пак не сразу осознает, что в раздумьях своих невольно заплакал, а как понимает, как отвлекается от мысленных рассуждений о цветах, так сразу же теряется и спешит спрятать стыдливо слезы. Отвернуться от Джуни, чтобы тот ничего не спрашивал. ㅤㅤДа только Ким не был из тех людей, что игнорировал боль своих близких или молчал, мол, ничего страшного не происходит. ㅤㅤ— Хва, я... Я как-то обидел тебя?.. Скажи мне сразу, если это так. ㅤㅤ— Нет, совсем нет, просто... ㅤㅤВсхлип. Дрожащая ладонь слезы стирает. Пак становится до безумия стыдно, что он так внезапно расплакался, как маленький мальчик, но и поделать он также с собой ничего не мог — он давно не выпускал эмоции, давно так не переживал и не волновался, как прямо сейчас перед Джуни — человеком, которого слишком сильно боялся потерять. ㅤㅤ...Человеком, что прямо сейчас вместо того, чтобы уйти, аккуратно притягивает его к себе и обнимает, по спинке поглаживать ласково принимаясь и чмокать в плечо нежно, невесомо. В центре парка. На глазах у многих прохожих. ㅤㅤ— Ты не различаешь цвета, так?.. — слышится тихо-тихо недалеко от уха. — Извини, что начал эту тему. Я не знал об этом, мне правда не нужно было. Я, наверное, напомнил тебе о прошлом... Извини меня. ㅤㅤ— Это ты меня извини, что сразу не сказал, ты... Ты... — судорожный выдох, попытка успокоиться, — ты просто потерял время. Если бы я сказал тебе сразу, то... Не пришлось бы так долго ухаживать за мной и... Вот так узнавать об... ㅤㅤ— Что?.. — вопрос полный недоумения, и Ким, не выпуская из объятий, в глаза заглядывает заплаканные. — Ты думаешь, что я считаю время, проведенное с тобой, потерянным? Даже не вздумай говорить о подобном, Хва. Я не жалею. И прямо сейчас после того, как все понял, все равно не жалею. Ни о чем. Что бы не произошло и не случилось. ㅤㅤПак снова носом шмыгает, но глаз не отрывает, смотрит с выжиданием, почти неверием, что слышит все это. Слышит то, что так давно мечтал услышать. ㅤㅤ— И как бы банально не звучало это, но... Хва, я тебя за душу люблю, а не за то, каким ты мир видишь, — нежная улыбка, Джуни щеки мокрой касается, чтобы дорожки стереть аккуратно, в губки быстро чмокнуть и зашептать в них тихо-тихо. — И я готов стать твоими глазами в этом мире на столько, сколько сам смогу видеть этот мир своими, любимый... Ибо сильно-сильно тебя люблю, понял?.. ㅤㅤГубы вновь вздрагивают. На мгновение улыбка касается губ, новый всхлип тут же слышится, и Пак уже не сдерживает громких рыданий. Бормоча частое "спасибо", в шею родную утыкается, стискивая в объятиях одной рукой, а другой все тот же букет сжимая крепко-крепко. Дыхание чаще, но легче. Грудь уже не сдавливает боль и стыд за свой недуг, за свое прошлое, за то, каким он видел прямо сейчас этот мир. Теперь все это не имело никакого значения! ㅤㅤ... Ведь какая разница, на сколько сер этот мир в твоих глазах, если в нем есть хотя бы один человек, что готов сделать его для тебя цветным?..