Портретист

Звонок.

Очередные убийства.

      Сначала они пугают вас. Первое тело доводит до ужаса и долгих ночных кошмаров. Даже если это фото. Тяжело видеть девушку, которая едва ли закончила школу со свернутой шеей и вспоротым животом. К тому же, когда за этой девушкой следует еще одна и еще одна. Он старается, чтобы следующих было меньше. Делает все, чтобы полиция могла сузить круг подозреваемых с миллиона, до пары сотен человек. В идеале до одного, но это невозможно. У него нет божественного глаза, чтобы видеть каждого маньяка в момент убийства, но он пытается. Пытается видеть жизнь маньяка его глазами, видеть как тот заносит нож, как душит жертву, как стреляет, как насилует.      Пытается понять почему тот делает это и от чего бежит или к чему. Каждый преследует свою цель. Пойми цель убийцы и ты сможешь поставить ловушку. Сможешь понять его психологию и слабые стороны, из-за которых тот в итоге ошибется.       Ему повезло. Его первое серьезное дело было несложным. Маньяк не был социально гибким человеком, не был осторожным. Им руководило слепое желание отомстить. Отомстить матери, которая все детство заставляла его присмыкаться, отомстить первой девушке, которая высмеяла его за то, что тот не мог достигнуть оргазма, если вообще мог возбудиться, что происходило редко. Из-за слепой мести он был не внимателен. Не старался скрыть улики или свою личность, что в итоге и помогло поймать его. Не без помощи Арсения.       Арсений был профи в своем деле. Его блокноты пестрили записями портретов серийников с подписями внизу. "Пойман. Пожизненное". "Пойман. Убит при задержании". "Пойман. Суицид". Арсений знал, что каждый, кто попадал под его внимательный взор получал правосудие. Не важно земное или небесное.       Но этот звонок обещал что-то новое и интересное.       Нужно понять. Серийный убийца по натуре слаб, он под властью своего желания убивать, но в 98% лишает жизни тех, кто слабее. Девушки, дети, пожилые люди, алкаши, физически или ментально больные люди. Нужно конкретно утонуть в делах, чтобы найти маньяка, убивающего равного себе или более сильного противника. Таков естественный закон, который сильнее любого желания. Даже больной человек, имея хоть каплю здравого смысла не выберет жертву, способную повергнуть убийцу.       Но в этот раз все иначе. Убит молодой человек. Уже третий, поэтому Арсению и звонят с самого утра. Со смерти до обнаружения прошло около пяти часов. Жертва здорова, не отличается избыточной мускулатурой, но и слабым назвать сложно. Типичный парень, таких в Москве полно. Разве что более ухоженный, чем большинство. И по оценке Арсения, если вообще гуманно оценивать внешность трупа, то симпатичнее многих живых. На шее след от веревки, которой он задушен, не самое частое орудие убийства, поскольку требует от убийцы физической подготовки, чтобы удерживать жертву достаточно долгое время, к тому же при удушении жертва часто теряет сознание, что может заставить маньяка ошибочно поверить в завершенность своего начинания. Но веревка не самое необычное. На шее аккуратно завязан небольшой платок. Насыщенный синий цвет привлекает внимание Арсения сразу. Метка убийцы. Многие приходят к подобному, только обычно это проявляется в способе убийства или сокрытия тела, а не в декорациях, тем более таких....                   "Эстетичных", - приходит в голову Арсению. Платок завязан настолько аккуратно и красиво, что не каждый стилист мог бы похвастаться подобным навыком. Кроме того есть следы изнасилования, хотя жидкостей не обнаружено, но физические повреждения явно говорят о произошедшем.       – Вы можете что-то сказать? - из мыслей Арсения вырывает следователь. Сабуров Нурлан. Они знакомы давно, не общаются помимо работы, однако последние несколько лет почти при каждом серийном случае, которое попадает в папку к Нурлану, присутствует Арсений. Оба работой живут и каждый раз убеждаются в профессионализме друг друга.       – Что по крови? - анализ крови на самом деле дает намного больше представлений о серийном убийце. Иногда даже больше, чем его жертва. Если у той в крови есть наркотики или другие вещества, влияющие на сознание, то это сильно меняет портрет, делая жертву слабее убийцы, даже если на первый взгляд кажется иначе.       – Почти чистый. Небольшое количество алкоголя, но незначительное совсем. Выпил скорее всего бокал вина или слабый коктейль. Если бы нашли немного позже, то и не обнаружили бы, - Нурлан говорит устало. Очевидно, что вызвали его еще раньше, скорее всего где-то в ночи, мешки под глазами кричат о том, что последнее время тот почти не спит. Для этого Арсению не нужны никакие навыки, только житейский опыт.       – Когда были найдены другие жертвы? - Арсений смотрит на две другие папки, на которых лежат фотографии похожих парней. Похожее телосложение, цвет волос отличается, хотя все ближе к темному цвету, у всех следы удушья и одинаковые платки и все красивы до неприличия.       – Первый две с половиной недели назад, второй восемь дней назад. Маленький перерыв совсем.       – С большой уверенностью могу сказать, что это не первые его жертвы. У него уже есть характерный почерк, когда он убивал первую жертву, то уже знал, как и что делать. Не сомневался в своих действиях. К тому же почти всегда после первой жертвы серийный убийца пытается остановить себя и прощупать почву, а тут двух недель между первым и вторым случаем не прошло, - Арсений отходит от тела, опираясь на стол и потирая глаза, стараясь собрать картинку воедино.       – А что про нашего маньяка сказать можете? - Нурлан подходит к нему, садясь на стул рядом и смотря на холодное безжизненное тело на столе хирурга, вздыхая и переводя взгляд на Арсения.       – Это очевидно мужчина. Я бы сказал, что ему от тридцати до сорока пяти лет. Он следит за собой, находится в хорошей физической форме. К тому же скорее всего часто выходит на люди. Гей или бисексуал. Он социально адаптирован, причем скорее всего лучше, чем мы с вами. Я пытаюсь, но пока не могу точно понять его мотив. Он старается максимально сохранить красоту жертвы, но при этом в таком случае странно, что он оставляет их в обычных местах. Парки, скверы...он словно демонстрирует их окружающим, - Арсению сложно. Впервые за долгое время он не может понять преступника. В его жертвах нет жестокости, нет желания грубо отнять их жизнь. Наоборот, он о них заботится. Арсений встает, вновь подходит к трупу, осматривая его руки, ноги и лицо.       – Видите, он испачкан. На ногах следы земли, его волокли, к тому же следы и на плечах и на коже между плечом и локтем. На кисти тоже осталась грязь, хоть и немного, видимо случайно отпустил его. Но при этом шея сзади идеально чистая, ее явно протерли.       Арсений все не мог понять. Убийца не был некрофилом, из чего можно было сделать вывод, что сексуальная связь происходила до убийства. Возможно удушение начиналось в момент полового акта. Это объясняло бы, почему жертва не оказывала сильных сопротивлений. Но в какой-то момент молодые люди бы явно начали осознавать, что игры переходят грань разумного, должны были вырываться, должны были оставить хоть какие-то следы борьбы, но их не было совсем. К тому же полоса на шее была идеально ровная. Возможно он душил их, когда те уже не были в сознании, но как убийца мог довести их до такого, не нанося никаких увечий и не вводя препараты. "Затрахал до потери сознания" - мысль пришла в голову сама, от чего мужчина невольно скривил лицо. Он подумал, что возможно маньяк пытается таким образом оставить часть своей любви к ним, но судя по периодичности убийств молодые люди не могли долгое время находиться в отношениях с ним, тем более между убийством и оставлением тела проходил совсем короткий период. Он не пытался побыть с ними, не пытался фантазировать после убийства. Для него смерть была почти конечной точкой. Он убивал, привозил тело и приводил его в порядок, завязывая платок и ставя таким образом точку в их связи.       Он явно убивал жертв не в местах обнаружения, такой человек не стал бы пачкаться и пачкать человека, занимаясь с ним сексом на земле. Тем более тела находили в почти незакрытых от людских глаз местах, а шанс быть замеченным случайным прохожим во время соития был бы велик.       – А одежда на них их или новая? - Арсений перевел взгляд на Нурлана, который все это время молча стоял в углу кабинета, спокойно наблюдая за действиями психологом-криминалиста.       – В первом случае точно не знаем. Опознавал отец. Он почти не общался с жертвой, не смог принять его ориентацию. Жили отдельно, поэтому за его гардеробом тот не следил. Во втором случае точно знаем, что одежда его. Родители при опознании узнали футболку. Какая-то фирменная от дизайнера, он ее очень хотел и они подарили на двадцатилетие. К тому же мать опознала браслет на руке, парень купил его не свою первую зарплату и показывал ей.       – Что по поводу нашей жертвы? - Арсений осмотрел вторую руку убитого, опуская ее обратно, на ней был браслет с различными кулонами. Взяв фотографии с папки второй жертвы, он перебрал их, находя ту, на которой детально было видно браслет, похож, хотя декорирован другими брелоками, – Браслеты похожи.       – По поводу данной жертвы неизвестно, пока не опознали, в базе пропавших он пока не появился, браслеты и правда похожи. На данный момент точно неизвестно связана ли третья жертва со второй, пытаемся узнать.       – Он выбирает заведомо ухоженных жертв. Но для него одежда не имеет значения. Я бы даже сказал иначе. Для него тело не имеет значения, только шея и лицо. Смею предположить, что наш убийца возможно имеет власть, поскольку не боится, что через жертв мы легко выйдем на него. Лицо ведь на самом деле главное в опознании убитых. И он хочет, чтобы мы опознали их. И чтобы люди о них узнали. Это словно его работы, которые он показывает нам. Картины, если можно так сказать.       – Портретист. Даже подпись свою поставил платком, - Нурлан грустно усмехается. Работа делает черствым, поэтому подобные фразы вызывают скорее забавный импульс в мозгу, чем что-то пугающее.

***

      Кабинет залит теплым светом. Арсений уже несколько часов сидит рядом с Нурланом, рассматривая папки с делами об улучшениях за последние годы. Постепенно те формируют две стопки. Потенциально подходящие и не подходящие. Арсений для себя отмечает, что подходящих пугающе много. В целом удушений молодых людей слишком много. Он достает очередную папку, открывает ее и долго смотрит на фотографию. Жертва задушена, а веревка на шее завязана способом, очень похожим на тот, который использовал их убийца с платками. Отвлекая Нурлана от другой папки, которая тут же ложится в стопку не подходящих, Арсений показывает ему на узел на шее убитого.       – Это точно наш. Платка нет, но веревка завязана его стилем. К тому же снова подходит типаж и аккуратность с лицом. Думаю, что это не первая жертва, но одна из ранних. Можно смело сделать вывод, что убивает он как минимум с 2020 года, - голова гудит. От теплого света глаза устают, а отсутствие еды в желудке последние сутки вызывает головокружение.       – Соглашусь. Техника отличается, но почерк наш, - Нурлан, вздыхая, смотрит на листы в деле, пытаясь найти логичное завершение, - Есть обвиненный. Петр Кувищев. Я займусь получением разрешения на разговор с ним, а вы, Арсений, сходите отдохните и поешьте. На вас лица совсем нет.       Арсений устало улыбается Нурлану. Многие следователи его не любят, стараясь спихнуть в дальний угол кабинета или архива, что уж говорить про заботу или искреннее уважение. Однако Сабуров его уважает, это взаимно и оба благодарны друг другу за комфортные отношения, способствующие совместной работе. Арсений знает, что Нурлан выслушает любую его мысль, обдумает и честно скажет согласен он с ней или нет. Оба понимают, что перерыв не поможет. Они не знают, когда он нападет следующий раз. Арсений лишь делает предположение, что у них есть около недели. И время работает против них, поэтому ближайшие ночи будут наполнены кофе и бессонницей. Для Арсения все не так тяжело, в отличии от Нурлана он не обременен обильной документацией, поиском улик и попыток найти свидетелей. Но все равно, для него это важное дело, которое явно займет все его время и внимание.

***

      Купив в ближайшем магазине кофе и пару булок с вишней, Арсений идет в кабинет, выделенный ему на время. Он мог бы работать и дома, но ему не хочется тратить часы на заполнение форм для получения копий дел, ему не хочется сесть на кровать и потерять время на сон из-за усталости.       Кабинет хороший, он отмечает, что в нем не так давно сделали поверхностный ремонт. Поверхностный, потому что, несмотря на новый стол, шкаф все еще отсылает к добрым советским временам, а лампа выглядит точь в точь, как у его бабушки в деревенском доме. Но ему нравится. Он не любит эти новые кабинеты, созданные в холодном рабочем стиле. В таких работаешь, а выходя и закрывая дверь, не можешь вспомнить, что находилось вокруг тебя. А этот кабинет имеет душу, имеет прошлое.             Открыв папку, Арсений утопает в мыслях и попытках оказаться посторонним наблюдателем убийства. Он может представить само убийство, процесс. Но переводя взгляд на маньяка видит только черную фигуру и заботливую улыбку, с которой он создает свое творение. Звонок рассеивает мрачный пейзаж парка, возвращая мужчину в кабинет. Взяв телефон, он видит входящий от лучшего друга.       Дмитрий Позов. Он не понимает на чем они сошлись, характеры и планы на жизнь у них разные. Из общего разве что своеобразная любовь к криминалу. Хотя для Димы это скорее интересная тема для обсуждения и построения теорий, а Арсений криминалом живет, стараясь самому не стать одним из тех, кого Дима обсуждает с Фаустом в своем шоу.       – Арс? Привет. Как тебе мысль сходить сегодня на одно мероприятие. Тебе понравится.       Арсений тяжело вздыхает, переводя взгляд с часов, показывающих девять вечера, на папку.       Та закрывается с громким стуком.