Глава 7. Тёмное притяжение
3 февраля 2025 г., 00:47
Тишина давила. Тяжёлая, липкая, пропитанная запахом лекарств и отдалёнными звуками капающей воды.
Лэйн открыла глаза, и на мгновение мир вокруг показался неузнаваемым. Всё было размытым, зыбким, будто она всё ещё застряла в зыбком, пугающем сне. Комната, в которой она находилась, казалась клеткой — тесной, душной, неуютной.
Она попыталась приподняться, но тело не слушалось. Голова была тяжёлой, мысли разбросаны, как куски разбитого стекла.
Воспоминания хлынули разрозненными обрывками.
Темнота. Густая, удушающая.
Боль.
Голос Дмитрия, полный злости и тревоги.
И кровь.
Боже… её руки.
Слабый свет пробивался сквозь приоткрытую дверь. Голоса.
— Ты не понимаешь, что делаешь, Дмитрий, — голос был резким, наполненным негодованием. Лэйн узнала Анну. — Она опасна!
— Я понимаю больше, чем ты думаешь, — его голос был ровным, но ледяным.
— Она чуть не убила тебя!
— Я знаю.
В комнате наступила гнетущая пауза.
— И всё равно выпускаешь её?
— Я сказал, что она в строю. Разговор окончен.
Тишина за дверью растянулась, потом раздались удаляющиеся шаги.
Лэйн судорожно выдохнула.
Её выпустили.
Дмитрий… вопреки протестам отряда.
Но никто не был доволен.
***
После нескольких дней бессознательного состояния Лэйн вернулась в реальность, но эта реальность теперь давила на неё, сковывала каждое движение, каждое слово.
С того момента, как Дмитрий выпустил её, никто не доверял ей.
Отряд не скрывал своего отношения.
Каждое утро начиналось с долгих взглядов. В каждом – напряжённость, подозрение, холодная враждебность. Они не говорили этого вслух, но ей не нужно было слов, чтобы понимать.
Она была чужой. И, похоже, останется таковой навсегда.
— Эй, — голос Грега вывел её из мыслей. Она обернулась, и он протянул ей миску с горячей едой.
— Спасибо, — сухо ответила она, садясь за дальний стол.
Рядом шумно опустился Каин, он склонился к ней ближе, как будто оценивая её.
— Ну что, как там твоя тёмная сущность? Спит? Или в любой момент снова захочет зарезать кого-то из нас?
В голосе была откровенная насмешка, но в глазах – подозрение.
Лэйн не вздрогнула, не подала вида, что его слова задели.
— Не волнуйся, Каин, если она проснётся – ты узнаешь первым.
Он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.
Остальные бойцы сидели дальше, но Лэйн чувствовала, что о ней говорят. Чувствовала, как Кира и Анна то и дело поглядывают в её сторону, как будто обсуждая, стоит ли с ней вообще разговаривать.
— Лэйн, — голос Анны был холоден, резок.
Лэйн подняла глаза.
— Ты должна уйти.
Прямота удара сбила её с мысли, но она быстро взяла себя в руки.
— Простите, генерал приказал мне оставаться.
— Я знаю. — Анна сжала руки в кулаки. — Но он ошибается.
— Ты играешь с ним, — добавила Кира, скрестив руки. — Ты влезла ему в голову. Дмитрий не должен был отпускать тебя, но он сделал это, потому что ты слишком сильно на него влияешь.
Лэйн посмотрела на неё и нахмурилась.
— Ты хочешь сказать, что я промыла ему мозги?
Кира пожала плечами.
— Я хочу сказать, что если из-за тебя он потеряет концентрацию, то погибнет не только он, но и мы все.
Грохот металлической ложки, ударившейся о край миски, разрезал тишину.
Все повернулись к Дмитрию. Он стоял у стены, наблюдая за ними.
— Разошлись, — его голос был холодным, но внутри него что-то бурлило.
Анна не двигалась.
— Ты не видишь, что она с тобой делает?
Дмитрий медленно перевёл на неё взгляд.
— Я сказал: разошлись.
Анна сжала губы, глядя на брата, но подчинилась.
Отряд молча вернулся к еде, но напряжение никуда не исчезло.
Лэйн чувствовала, что атмосфера сгущается, как грозовые тучи.
***
Её сон был тревожным, обрывистым, наполненным смутными образами.
Когда она проснулась, губы пересохли, и тело казалось ватным. Она поднялась, стараясь не разбудить никого в коридоре, и направилась вниз, к столовой, где хранились запасы воды.
Тишина в лагере была почти осязаемой.
Но, дойдя до холла, Лэйн замерла.
Камин горел, отбрасывая оранжевые отблески на стены, наполняя комнату теплом. Но атмосфера здесь была далека от уюта.
Дмитрий сидел в кресле у камина, его плечи были напряжены, но взгляд рассеян. Запах алкоголя висел в воздухе густым, терпким облаком. Пустой графин стоял на стеклянном столике, бокал в его руке был наполовину полон.
Она не хотела, чтобы он её увидел.
Но он заметил.
— Что, крадёшься, как тень? — его голос прозвучал неожиданно резким.
Она не ответила, собираясь уйти.
— Не устала?
Она остановилась.
— От чего?
— От их взглядов. От их ненависти.
Она медленно повернулась.
— А ты? Не устал утоплять всё в виски?
Он усмехнулся, покрутил бокал в руке.
— Меня не судят.
— Судят, Дмитрий. Просто тебе плевать.
Его глаза вспыхнули в полутьме.
— Ты тише, чем обычно, — сказал он.
— А ты пьёшь чаще, чем обычно.
Он сделал небольшой глоток, поставил бокал на столик и лениво потёр щетину.
— Возможно, потому что теперь я знаю, на что ты способна.
Она напряглась.
— Думаешь, я могла бы снова…
— Не знаю, Лэйн. Могла бы?
Она сжала кулаки.
— Я не помню. Я очнулась и… всё уже случилось.
— Как удобно, — в его голосе было что-то обжигающе-едкое.
Лэйн почувствовала, как в груди вспыхнул глухой гнев.
— Ты правда думаешь, что я сделала это осознанно?
Он пристально смотрел на неё.
— Я думаю… что ты не знаешь, что живёт внутри тебя.
Эти слова резанули по нервам.
— Я не монстр.
— Разве?
Она сделала шаг назад, развернулась, чтобы уйти, но вдруг он резко схватил её за запястье.
Она дёрнулась, но он не отпустил.
— Не уходи.
— Зачем? Чтобы услышать ещё одно обвинение?
— Нет, — его голос сорвался на хрип.
Рывок — и она оказалась у него на коленях.
Её ладони легли на его плечи. Его руки крепко сжимали её талию.
Она замерла.
Он смотрел на неё… по-другому.
— Откуда ты такая? — тихо произнёс он, его пальцы провели по её щеке.
Её дыхание сбилось.
— Как будто не с этого мира…
Она не знала, что сказать.
— Возможно, и не с этого, — прошептала она.
Его пальцы скользнули ниже, к её подбородку.
— Тогда понятно, откуда такая красота… неземная, — его голос был низким, проникающим в самую глубину. — Ты словно ангел. Светишься. И я не могу отвести взгляд.
Она не могла дышать.
Дмитрий наклонился ближе.
И поцеловал её.
Сначала медленно, почти осторожно, но затем всё переросло в что-то неуправляемое.
Его губы стали требовательными, жадными.
Она застонала, когда его рука скользнула по её спине, притягивая ближе.
Её пальцы зарылись в его волосы.
Он пах табаком, алкоголем и чем-то дорогим, тёплым.
Он жадно скользил языком по её губам, притягивая сильнее.
— Чёрт… Лэйн… — его голос сорвался.
Она изогнулась, когда его руки начали бродить по её телу.
— Может, мы… поднимемся наверх? — её голос был дрожащим.
Он замер.
А затем отстранился, закрыл глаза и резко провёл рукой по волосам.
— Нет.
Лэйн медленно убрала руки.
— Ты играешь со мной, — её голос был напряжённым.
Он хрипло рассмеялся, но в этом смехе было что-то надломленное.
— Это ты начала.
Она нахмурилась.
— Я?
— Да. Тогда. В моём кабинете.
Она застыла.
— Я не помню.
— Конечно. Потому что это была не ты, — его голос стал грубее. — Но ты всё равно пришла.
— Я… — она сжала кулаки. — Я только помню, что ранила тебя.
Её голос сломался.
— И мне было стыдно. Больно. Я…
Она резко закрыла глаза.
— Значит, это я начала.
Её глаза наполнились слезами.
— Тогда забудем об этом. Сделаем вид, что ничего не было.
Она вырвалась из его рук и бросилась прочь.
— Лэйн!
Она не обернулась.
— Чёрт… — он вскочил, но не пошёл за ней.
Она убегала, едва сдерживая рыдания.
— Только не плачь, прошу, — его голос был полон чего-то необъяснимого, но она уже не слышала.
А в комнате он стоял, сжав кулаки.
— Я не прощу себе твоих слёз…
Он провёл рукой по лицу, ощущая, как сердце сжимается в груди.
Чёрт.
Она поселилась в его мыслях.
Захватила его разум.
И теперь из-за неё он не мог ни на кого смотреть.
Потому что перед глазами была только она.
И если он не справится…
Они все погибнут.
