Неожиданность

Рон с Гермионой постоянно беспокоятся. Словно он маленький ребёнок. Да, его мучают кошмары, да, он периодически видит как Тот-Кого-Нельзя-Называть пытает своих людей, но он ничего не может с этим сделать. Он уже некоторое время не спал нормально, и даже не помнит, когда последний раз высыпался. Может неделю, две назад? Оклюменция здесь тоже не помогает. Делает только хуже. Стоит ему перед сном отчистить своё сознание, как видения становятся ярче и насыщеннее. — Профессор, стоит мне отчистить сознание перед сном, как я вижу его действия более чётко и ярко. Так и должно быть? — спросил он как-то Снэйпа во время их тренировок, но встретил лишь хмурый взгляд. — Ваша связь с Тёмным Лордом индивидуальна, возможно на этапе очищения сознания вы лишь даёте больше свободы для неё. Могу лишь предложить, чтобы вы попробовали нащупать связывающую вас нить и перекрыть её. Возможно прикрыть её мыслями, завязать её в узел. Здесь только вы можете что-то сделать, Поттер. В тот раз его отпустили раньше. Не стали снова пытать легилименцией. Но перекрыть эту странную связь он не смог. Чтобы он не делал, выстраивал вокруг неё стену, связывал в сотню узлов, пытался её разрушить, связь только и делала, что «посмеивалась» над его потугами. Гарри не знал, что делать. Он хотел отдохнуть и поспать, но ему видимо суждено было умереть от недосыпа. Может Дамблдор знает, как с этим справиться? Может именно по этой причине он позвал Поттера к себе в кабинет в воскресенье вечером? Гарри не знал, и даже не хотел туда идти, лучше бы лёг пораньше спать. Вот он уже диктует пароль, и статуя пропускает его к лестнице. Ступеньки поднимаются быстро, практически мгновенно на взгляд подростка, он оказывается у двери в кабинет. Кажется он пришёл минут на пятнадцать раньше. Но он не стучит. Останавливает руку за пару сантиметров до деревянного покрытия, прислушиваясь к голосам за дверью. — Ты хочешь, чтобы мальчишка помог тебе найти все крестражи прежде, чем убить его? — крестражи? Убить? Грифиндорец задерживает дыхание. Кого они хотят убить? — Гарри крестраж, в нём частица души Воландеморта. Он связан с ними всеми. Случай с Артуром это подтвердил, он сказал, что видел глазами змеи, он будто был змеёй. Как только я найду все крестражи, уничтожу и их, и Гарри. Только так мы победим Воландеморта. Поттер убежал. Он убежал подальше от директора и того странного незнакомого голоса. Они хотят его убить. Он крестраж, чтобы это не означало. Он… Он хочет сбежать, спастись, но не знает, что делать, куда идти, к кому обращаться. Он чёртов школьник, он должен думать об уроках, о домашке, но не о спасении собственной жизни. Мерлин, помоги! Гарри не знал, на что надеялся, взывая к помощи, но точно не ожидал, что в стене, радом с которой он расхаживал взад вперёд появится большая резная дверь. Будь проклято всепоглощающее желание разузнать, что за ней. Гарри открыл дверь и заглянул внутрь. Это было небольшое круглое помещение с высоким потолком и практически пустое. Посередине стоял круглый стол, на котором что-то лежало. Поттер двинулся внутрь, приближаясь к центру. На столе лежал ключ. Простой ключ размером в два дюйма, серебряный. Что это за место? Парень снова огляделся, но не нашёл ничего необычного. Он здесь никогда не бывал, пусть и обшарил замок вдоль и поперёк за четыре с половиной года. Он был уверен, что, когда проходил мимо, никогда не замечал в этом месте чего-либо, что могло напоминать дверь. Потянувшись к ключу, Гарри смутно показалось, что что-то здесь не так. Но он уже коснулся предмета и почувствовал, как его внутренности скрутило в трубочку и раскрутило обратно за секунду. Приземлился он на какую-то отполированную поверхность лицом вниз. — Какого чёрта… — прохрипел грифиндорец, приподнимаясь на локтях. Он был уверен, что из Хогвартса нельзя аппарировать, и что на территории школы не работают порт-ключи. — Нагайна. Гарри вскинул голову в сторону звука. Нет… Только не это… Он оказался в чёртовом зале собраний Пожирателей перед самим Воландемортом. Как такое возможно?! Он просил помощи, а не скорой смерти! Молниеносно поднявшись на ноги, Поттер вытащил палочку. За столом, помимо Тёмного Лорда, сидели также чета Малфоей, Беллатриса, Снэйп и двое неизвестных Пожирателей. Все в равной степени удивлённые. Патовая ситуация. Но не успел он что-либо сделать, как что-то с силой толкнуло его в спину и Гарри снова распластался на столе. Палочка вылетела из руки, а его начало что-то обвивать. Кто-то. Парень запоздало вспомнил о змее Воландеморта, Нагайна уже сжала его ноги и туловище, приближая свои клыки к тонкой шее. Гарри пытался бороться, но у него вышло только перевернуться на спину. Потянув руки к шее змеи, чтобы хоть как-то её затормозить, подросток практически всхлипнул. Он не хотел умирать, он даже школу не закончил. Если бы не чёртов ключ, он бы может написал Сириусу о подслушанном разговоре и вместе они бы что-нибудь придумали. Может даже сбежали подальше от Англии и от всего этого дурдома. — Как ты здесь оказался, Поттер?! — гневно прошипел Воландеморт. Голова пульсировала так, будто к ней каждую секунду прикладывали раскалённую кочергу. — Я не знаю! — на грани срыва прохрипел грифиндорец. — Круцио! Гарри неестественно выгнулся, открывая рот в немом крике. Он не издал ни звука. Возможно его пытали не особо долго, возможно его гордость встала выше этого, но он терпел. Терпел, как всё внутри него горело, как выворачивалось наизнанку. Пытка закончилась. Гарри обмяк в твёрдой хватке змеи и тяжело дышал. Слёзы текли ручьями. К чёрту, пусть лучше убьют. — Ребёнок пахнет как хозяин. Запах очень похож. — прошипела змея лизнув ухо подростка кончиком языка. — Мальчишка… — Я правда не знаю, как оказался здесь. — срываясь, проревел мальчик. — Он хочет убить меня. Дамблдор сказал… Сказал, что убьёт, как только что-то найдёт с помощью меня. Он назвал меня крес… Крестражем. Я не знаю что… — Легилименс! Проникновение в сознание было резким и болезненным. Все его «картонные» защиты жестоко и без особых усилий разрывали на части, пробираясь всё глубже и глубже. Гарри кричит. Вот он стоит у кабинета директора, подслушивает разговор. «…крестраж, в нём частица души Воландеморта…видел глазами змеи…был змеёй…найду все крестражи, уничтожу и их, и Гарри…мы победим Воландеморта» Вот он бежит. Дверь. Странное помещение. Ключ. Неприятное перемещение. Гарри сорвал голос и надеялся, что это всё, что тёмный волшебник хотел посмотреть, но тот продолжает переворачивать всю его память с начала учёбы в Хогвартсе. Вот его только распределили, шляпа пыталась уговорить его пойти в Слизерин. Странный мужчина рядом с Квирлом. Боль в шраме… Прохождение испытаний. Встреча с Квирлом и Воландемортом перед зеркалом. Искушение согласится на возвращение родителей. Адская боль в шраме, убийство профессора… Второй курс. Покушения. Тайная комната. Дневник Тома Реддла. Василиск. Убийство Василиска. Уничтожение дневника. Спасение девчонки. Феникс Дамблдора… Третий курс. Ничего, напрямую связанного с Воландемортом. Ненависть к Блэку. Раскрытие правды. Ненависть к Хвосту… Четвёртый курс. Испытания. Редкая боль в шраме. Кладбище… Пятый курс. Видения. Кошмары. Головная боль. Недосып. Нападение на мистера Уизли. Чужое присутствие в голове исчезает. Голова раскалывается и Гарри позволяет себе провалиться во тьму. Никто не произносит ни звука. Все сидят тихо, не позволяя себе поднять взгляд на господина. Воландеморт позволяет своей магии клубиться вокруг него. Слишком много совпадений. Мальчишка крестраж, но он всё равно проведёт ритуал и подтвердит это. Сейчас о нём надо позаботиться. — Нарцисса. — шипяще зовёт Лорд, обращая внимание женщины на себя. — Покои рядом с моими. Подготовь их и убедись, что мальчишка не сможет выйти из них без моего разрешения. Малфой кивнула и, поднявшись, покинула зал. — Северус, подготовь восстанавливающее, укрепляющее и зелье сна без сновидений. — Снэйп пошарил по карманам мантии и выудил из них нужные склянки. — Ты меня радуешь, Северусс. Нагайна, принеси его ближе. Змея подтянулась к хозяину, который вскинул палочку и заклинанием заставил подростка очнуться. Гарри подорвался, и Нагайна, всё ещё обвившаяся вокруг тела, позволила ему сесть. Желая освободиться, мальчик дергался и сопротивлялся, но змея лишь крепче сжимала свои кольца. — Поттер, — услышав голос Воландеморта, Гарри поднял взгляд, понимая, что находится в полуметре от него, и попытался отползти назад, но ему не позволили, схватив за волосы на затылке. — Пей. Тёмный Лорд поднёс к губам Поттера одну из трёх склянок с зельями, но тот плотно сжал губы, проявляя протест. — Мальчишка! — раздражение разливалось изнутри, и Лорд видел, что Поттер тоже чувствует это. — Глупо тебя травить, когда я могу направить на тебя палочку. Не заставляй меня прикладывать силы! Гарри не поддавался. Он с особым остервенением сжимал челюсть, и даже мысли не допускал, что Воландеморт с благими намерениями пытается опоить его зельями. Но терпение Тёмного Лорда быстро закончилось, его рука переместилась с затылка на челюсть мальчика и с нечеловеческой силой впилась в щёки. Под давлением Поттер разжал зубы и открыл рот, после чего зелье сразу влили в сопротивлявшегося ребёнка. Голову резко запрокинули, надавливая на подбородок, и не дали выплюнуть зелье. Гарри ничего не оставалось, кроме как проглотить. Остальные два зелья были влиты также. — Ублюдок! — гневно выплюнул Гарри, когда его челюсть наконец-то отпустили. Реакцией на его длинный язык стало лишь небольшое покалывание в шраме, внешне же Лорд оставался спокоен. Почему-то Поттера начало клонить в сон и он не мог сопротивляться. Обмякая в кольцах змеи, он запаздало думал о том, почему Хогвартс отправил его к заклятому врагу. Что-то явно крылось за этим действием. Но неужели замок состоит из настолько удивительных чар, что он может сам создавать порт-ключи? Почему он об этом раньше никогда не слышал? Как только мальчишка заснул, Воладеморт повернулся к Яксли и Розье, направляя на них палочку. Подправив им память, стирая момент с признанием Гарри в том, что он крестраж, Лорд выгнал их из зала собраний. — Ну чтож, мои скользкие друзья, надеюсь факт того, что Гарри мой крестраж, должен храниться под секретом, всем понятен? — зловеще прошипел Лорд, оглядывая оставшихся трёх Пожирателей. — Так как Дамблдор знает об этом, Поттер не вернётся в Хогвартс. Во всяком случае пока там находится старый интриган. И запомните, мальчишка теперь неприкосновенен. Белла, ты меня поняла? Беллатриса пылко закивала. — Милорд, позвольте спросить. — Люциус дождался кивка и продолжил. — Вы собираетесь проверять данный факт? Я могу посоветовать пару ритуалов. — Принеси мне их в кабинет. Есть ещё вопросы? — после непродолжительного молчания, он закончил. — На этом всё. Северус, идёшь со мной. Нагайна, отпусти его. Змея что-то недовольно зашипела и положила мальчика на стол. Реддл магией поднял Гарри в воздух и вышел из зала, слыша за собой размеренный стук каблуков Снэйпа. Как только разберётся с мальчишкой, Воландеморт придумает, что делать с скользким предателем.

***

Гарри очнулся с ощущением, которое он почти забыл. Его тело было тяжёлым, словно налитым свинцом, голова гудела, но в то же время… отдохнувшим. Он не мог вспомнить, когда последний раз спал так крепко. Никаких кошмаров, никаких видений, только глубокая, беспробудная тьма. Кровать была ему явно незнакомой. Слишком мягкая для дома Дурслей, слишком широкая для Хогвартских. Он медленно открыл глаза, пытаясь понять, где находится. Комната была просторной, но мрачной. Высокие потолки, стены из тёмного камня, мебель из чёрного дерева. Всё вокруг дышало роскошью, но в то же время холодом и отчуждённостью. — Странно, как я раньше не заметил, что ты мой крестраж. — раздался знакомый шипящий голос. Гарри резко повернул голову и увидел Воландеморта, сидящего в кресле у окна. Тёмный Лорд наблюдал за ним с холодным интересом, его красные глаза сверкали в полумраке. — Это же было так очевидно. «Бежать!» — первое, о чём подумал Поттер, но удержал себя от поспешных действий. Он без палочки на неизвестной территории, а перед ним Воландеморт. Грифиндорец сглотнул, переведя взгляд с двери на своего врага. У него ещё были вопросы. — Что такое крестраж? — спросил он, не особо надеясь на ответ. Когда Тёмный Лорд, не отвечая, хмуро смотрел на него пару минут, Гарри уже не надеялся на ответ. Воландеморт усмехнулся. Его тонкие губы растянулись в улыбке, которая не сулила ничего хорошего. Гарри сглотнул. — Крестраж, Поттер, — начал он, — это вещь, в который заключена часть души. Посредством темного ритуала, душа разделяется и часть заключается в предмете. Это способ достижения бессмертия. — Я не предмет. — резонно заметил парень, нервно теребя край одеяла. — Я не могу быть крестражем. — Верно. — растянув слово, согласился Воландеморт. — До того, как ты стал крестражем было принято считать, что крестражами могут стать лишь предметы. Но я знал, что это не так. — Нагайна? Она тоже крестраж? — нахмурился Поттер, неуютно поёрзав. — Я поэтому могу со змеями общаться? И дементоры. Из-за лишней части души они на меня сильнее влияют, чем на остальных? Воландеморт поднялся и медленным размеренным шагом приблизился к кровати. Гарри же попытался отползти на другую сторону, чтобы быть как можно дальше. — Вероятно, да. — ответил Воландеморт. Взмахом руки он притянул мальчишку ближе и ухватил его за подбородок длинными бледными пальцами. Гарри пытался вырваться, но на вид слабая хватка не позволяла двинуться. — Ты остаёшься здесь, и это не обсуждается. — Что?! Нет! Ни за что! — вскинулся грифиндорец. — Почему я должен здесь оставаться?! — Так я смогу защитить крестраж. — надменности в голосе Тёмного Лорда было не занимать. Он ослабил хватку, позволяя мальчику вырваться, и, развернувшись, плавным шагом направился к двери. — Твоё мнение меня не интересует. Гарри хотел было вскочить с кровати в порыве злости, но тут же почувствовал, как невидимая сила прижала его к матрасу. — Ты не можешь просто держать меня здесь! — закричал он, отчаянно пытаясь высвободиться. — Могу, — холодно ответил Воландеморт, не оборачиваясь. — И буду.

***

Прошло несколько дней. Гарри не видел Воландеморта — тот больше не появлялся. Видений тоже не было. Комната, в которой его держали, была больше похожа на роскошную тюрьму или же золотую клетку. Книги на полках, еда, появлявшаяся по расписанию, даже свежая одежда — но ни палочки, ни возможности сбежать. Окна были зачарованы, а бьющиеся предметы не разбивались. Гарри это понял, когда кинул вазу в окно, но всё осталось целым. Ручка двери била его током каждый раз, когда он до неё дотрагивался. Он не мог сбежать. Его тюремщик появился вечером пятого дня, связал руки Поттера за спиной взмахом палочки и повёл куда-то. Гарри подумывал попробовать убежать, но стоило ему сделать хоть шаг в сторону, как он натыкался на преграду в виде плотной стены магии, которая его окружала и направляла, чтобы он шёл за Воландемортом. Когда они уже спустились по трём лестничным пролётам, Гарри начал паниковать. — Куда ты меня ведёшь? Ответом его не удостоили. Они прошли предположительно по первому этажу, и Воландеморт распахнул магией самую дальнюю дверь, за которой было довольно темно. Гарри затормозил, но магия за спиной продолжала толкать вперёд. — Прекрати сопротивляться, это бессмысленно. — не оборачиваясь, сказал Тёмный Лорд. Он не замедлялся, и теперь они спускались по тускло освещённой лестнице. Гарри был почти уверен, что они сейчас окажутся в темнице. Что изменилось? Воландеморт как-то выяснил, что парень не является крестражем и теперь можно не тратить на него комнату? Помещение, в которое они спустились было огромным и полностью каменным. На полу чем-то белым был нарисован кругообразный узор с… Рунами? Гарри был не уверен. — Я собираюсь проверить, есть ли на самом деле в тебе часть моей души. Встань в центр круга. — приказ эхом разнёсся по помещению. Не то, чтобы он был необходим. Даже если бы Гарри хотел послушаться, магия вокруг него отреагировала быстрее, чем он успел понять, куда ему встать. Как только он оказался в центре круга, магия вокруг него рассеялась. Воландеморт взял в руки большую чашу и подошёл к Поттеру. Взмахом палочки он испарил рубашку на теле крестража и верёвки на его руках,. — Подними правую руку. — приказал тёмный волшебник, и Гарри нехотя повиновался, а когда их взгляды встретились, он содрогнулся от алого блеска. — Не. Шевелись. Реддл поднёс палочку к раскрытой ладони мальчика и провёл по ней кончиком. На руке Гарри появился глубокий порез, из-за чего Гарри зашипел, но побоялся притянуть руку. Кровь полилась прямо из открытой раны в чашу, подставленную Воландемортом. Когда чаша наполнилась на одну треть, маг остановил кровотечение и залечил рану Поттера. Потом чаша оказалась в руке мальчика, и Воландеморт проделал тоже самое с своей рукой. Когда кровь Реддла текла тонкой струйкой в чашу, смешиваясь с кровью подростка, Гарри пробрала брезгливость. В голове появилась навязчивая идея вылить всё это в лицо Тёмного Лорда, но его останавливало то, что потом пришлось бы повторить всё это. А он был не уверен, что смог бы потерять ещё больше крови без особых последствий. Кубок был полон, поэтому Воландеморт забрал его. Взмах палочки заставил появиться кандалы на запястьях Гарри и цепи от них уходили в противоположные углы потолка, разводя его руки в стороны. Теперь мальчик при всём желании не мог даже слегка согнуть колени, не говоря уже о перемещениях. — Зачем это? — спросил Гарри, коря себя за предательскую дрожь в голосе. Он заметно начинал паниковать. Его грубо проигнорировали. Воландеморт окунул указательный палец правой руки в чашу и поднёс к шее Поттера, где отчаянно билась венка и что-то нарисовал. Точно также симметрично он нарисовал с другой стороны. Гарри предположил, что это руны, когда следующий рисунок появился на его груди посередине. Грифиндорец видел что-то подобное в учебнике Гермионы по Рунологии. Рун было нарисовано всего девять. Две на шее, по две на предплечьях, одна на груди и две на боках. Тёмный маг не удосужился вытереть свою руку от их общей крови и пошёл к краям круга, выливая кровь на четыре равноудаленных крупных символа на периметре. Гарри покрылся мурашками. В помещении было довольно холодно, а отсутствие рубашки вовсе не помогало. Кровь на его теле начинала подсыхать, неприятно ощущаясь на коже. Как только вся кровь была вылита, чаша была отправлена в угол зала, а Воландеморт встал перед Поттером вне рунического круга. На его лице застыла бесстрастная маска, но в чужих глазах Гарри заметил пугающий блеск. Его передёрнуло, когда он понял, что на него смотрят как на подопытную крысу. Маг начал говорить. Незнакомый мальчику язык разрезал тишину и наполнил ритуальный зал магией. Сначала Гарри показалось, что заклинание говорилось на Парселтанге, но он не мог понять ни слова, поэтому отмёл это предположение. Кровь, находящаяся в четырёх концах круга начала течь по нарисованным мелом линиям, медленно приближаясь к Гарри. Когда кровь уже практически коснулась его ног, он судорожно поднялся на носочки, прекрасно понимая, что это ничего не изменит. Он мог бы попробовать поднять ноги и повиснуть на кандалах, но он не знал поможет ли это, да и его не хватит надолго. Стоило крови коснуться его ступней, как руны, нарисованные на его теле, начали нагреваться. Гарри зашипел, опускаясь на пятки и непроизвольно дёргая цепи. Эта боль не идёт ни в какое сравнение с Круциатусом, но Гарри больше переживал, что, вероятно, это только начало. Воздух в зале стал душным от количества магии в нём, из-за чего у парня участилось дыхание. Руны нагрелись до определённой температуры, после которой наверняка останутся ожоги, и начали светиться ярким бело-голубым светом. Воландеморт всё ещё произносил заклинание, а Поттер начал чувствовать себя всё хуже. Что-то, что находилось внутри него и о существовании которого он не подозревал, начало тянуться куда-то наружу. Всё его тело покрылось потом, в то время как из его груди вырвалась серебристая нить формируя на своём конце бело-голубой шар. И теперь, когда шар сформировался и стал размером с футбольный мяч, Гарри перестал что-то чувствовать. Да, он чувствовал боль от рун, но не ощущал никаких мыслей по этому поводу. Просто пустота. Пустота и боль. Тёмный Лорд закончил произносить заклинание, что, видимо, означало, что шар, что бы это ни было, стал полноценным. Он ступил ближе к шару, осматривая его со всех сторон. Сначала казалось, что шар полностью светлый, но при детальном рассмотрении можно было заметить чёрный уголок, по размерам не больше одной тридцатой части шара. — Твоя и моя души слились, стали одним целым. — с маниакальным восторгом прошипел Реддл, но никакого отклика со стороны Гарри не услышал. Видимо, потому что его душа сейчас вне тела. Воландеморт приблизил руку к тёмному пятну на душе Поттера. Если он сейчас схватит и оторвёт свою часть души, в мальчике не будет необходимости. Он не стал медлить. Душераздирающий крик разнёсся по всему помещению, как только Воландеморт коснулся души Гарри. Поттер кричал так, как не кричал никогда. Даже под Круциатусом он скорее хныкал, чем кричал как сейчас. Парень натянул цепи, раздирая руки в кровь, его тело билось в агонии, а из глаз лились потоки слёз. Значит самая ужасная боль для человека это боль при истерзании души? Что ж, милосердный Лорд возьмёт это на заметку. Но даже если ему и нравилось слушать чужие крики, сейчас ему надо было узнать, мог ли он оторвать часть своей души от Поттера. Он сжал то место, где находилась часть его души и сам почувствовал сильную боль везде, где только можно. Она вероятно не шла ни в какое сравнение с тем, что ощущал сейчас Поттер, уже охрипший и всё ещё бьющийся в агонии. У Гарри мучалась вся душа, в то время как у него только мизерная часть. Он проигнорировал адскую боль и потянул свою часть души. Произошёл взрыв чистой магии, исходящей прямиком из шара. Воландеморта откинула в стену и он начал терять сознание. Последнее, что он видел, это как чужая душа возвращается в своё тело. — Я разочарована в тебе, Том. — прозвучало то ли в его голове, то ли из самих стен. Женский голос сказал что-то ещё, но Реддл уже не слышал, погружаясь во тьму.

***

Рядом с ним взорвалась наверняка дорогостоящая ваза. Прошло пять дней с момента ритуала. У него не получилось. Поттер всё ещё был крестражем, а на него в зеркало смотрело его тридцатилетнее лицо. Он не знал, что произошло и это его изрядно бесило. Он терпеть не мог, когда что-то шло не по его планам. Даже если у него не получилось забрать часть своей души, что-то в момент взрыва всё же произошло. Теперь он мог чувствовать свои крестражи как тогда, когда их было пять и меньше. Теперь он выглядел как в свои тридцать. Теперь он не мог даже подумать о смерти Поттера. И кто-то был в нём разочарован. Но никто, кроме Дамблдора, не называл его Томом уже лет пятьдесят. Он не узнал этот голос, да и никто не мог быть в тот момент в ритуальном зале. Если только кто-то из Малфоев не появился там, но он был уверен, что никто из них не знает его имени. Но сейчас была другая проблема. Ему надо было выпустить пар. Поттер ещё был без сознания, за ним следила Нарцисса. Он не мог смотреть сейчас на этого раздражающего ребёнка. Тот только лишний раз напоминал о произошедшем. Но был кое-кто, на ком он мог сорваться. В подземельях Малфой-менора находился предатель. Снейп.

***

Шаги гулом отзывались в коридорах подземелья. И вот, спустя пару минут он стоит в камере перед человеком, которому дал слишком много власти. — Такая потеря, Северус. — перекатывая палочку в руке, сказал Воландеморт. — Я возлагал на тебя большие надежды. Зельевар сидел у стены с подвешенными с помощью цепей руками. Выглядел он болезненно. Он находился здесь уже около десяти дней, а еду он получал всего раз в день. Стоило Тёмному Лорду войти, как мужчина поднял на него свой бесстрастный взгляд. Ни страха, ни ненависти, ничего. Смирившаяся отчуждённость. — И мне казалось, ты всегда был мне благодарен. Но в какой-то момент всё пошло под откос. — маг посмотрел прямо в глаза своего бывшего последователя. — В тот момент, когда погибла твоя ненаглядная грязнокровка. «Круцио» прозвучало для Снейпа неожиданно. Он стиснул зубы и сжал кулаки, но взгляд не отвёл и не закричал. Он знал, что сейчас это скорее разминка, чем пытка. — Я умолял вас сохранить ей жизнь. — прохрипел мужчина, как только с него сняли заклятие. — И я трижды сказал ей отойти. — парировал Воландеморт, замечая удивление в чужих глазах. — Лорд Воландеморт всегда держит обещания. Не моя вина, что свою жизнь она любила меньше, чем собственного сына. — Это ничего не меняет. — процедил Снейп, явно не зная, как реагировать на эту новость, но стараясь снова нацепить маску. — И это ничего не меняет. — согласился Реддл. — Ты меня предал. Второе Круцио было в разы сильнее, но зельевар всё ещё не проронил ни слова, хотя и бился в конвульсиях. Несколько раз он приложился затылком об стену. Пытка закончилась через три минуты, хотя казалась вечностью. Северус безвольно повис на цепях, пытаясь перевести дыхание. — Но я начал сомневаться в вас ещё до того, как услышал слова пророчества. — начал было Снейп, закашлявшись. — За пол года до этого вы начали забывать о своих целях, уходя с головой в геноцид. — И ты всё равно принёс мне то пророчество? — приподнял бровь Воландеморт, насмехаясь. — Ты понимаешь как глупо это было с твоей стороны? — Конечно понимаю. — это прозвучало почти с насмешкой. — Мне было двадцать и я следовал за амбициозным лидером. Я надеялся, что ваша мания убийств пройдёт через какое-то время. Но как же я ошибался. Вы просто стали самым отвратительным ублюдком. — выплюнул зельевар и стиснул зубы. И правильно сделал. Следующее заклинание поразило всё его тело. Сектумпсемптра. Его собственное изобретение, было использовано против него же человеком, которому он хвастался созданием подобного заклинания. Кровь хлынула из ран, заливая собой пол. — На самом деле, я планировал держать тебя здесь очень долго. — с брезгливостью Реддл приподнял свою палочку, на конце которой загорелся зелёный свет. — Но ты действительно был мне полезен и нравился мне. Так что я ускорю твою смерть, Северус. Авада Кедавра. Он отвёл руку в сторону. Заклинание ударило в стену рядом с пленником, который в шоке уставился на своего бывшего господина. Воландеморт не отводил руку. Он собирался убить этого скользкого предателя. О, это был я. — прозвучало в его голове совершенно отчётливо. — Поттер?! Как ты… — у Реддла даже слов не было, чтобы описать всю свою растерянность. Чтобы он, великий Лорд Воландеморт, был одержим кем-то? Так ещё и Поттером? Ну, я не знаю. Я просто хочу и у меня получается двигать твоим телом. Но это тратит очень много энергии и твоей магии. В прошлый раз я вон проспал пять дней. — В прошлый раз?! — взревел маг, совершенно не обращая внимания, что его сторону разговора слышит шокированный Снейп. А ты как думаешь, как ты оказался в кровати после ритуала? — прозвучало совершенно самодовольно. Раньше он избегал этого вопроса. Сама мысль о том, что кто-то вынес его из ритуального зала, сама по себе была унизительной, не говоря о том, что это попросту было некому сделать. Он строго настрого запретил Малфоям появляться там раньше, чем он выйдет. — Почему ты остановил меня? Я был уверен, что ты терпеть не можешь Северуса. — переводя взгляд на озадаченного пленника, сменил тему он. Даже если он и бесит меня, он частенько спасал мне жизнь. Знаешь, он даже перед оборотнем встал без палочки, чтобы закрыть меня с друзьями. Может он мне и не нравится, - Воландеморт почему-то стал уверен, что Поттер сейчас пожал руками — Он хотя бы не такая мразь как ты. Поэтому вылечи его! — Почему я должен его лечить? — презрения в голосе было не занимать. Дай-ка подумать… Если ты его вылечишь… Я так уж и быть, поведаю, что тебе сказала Леди Магия. Леди Магия? Ага. Она самая. — явно читая чужие мысли, подтвердил Гарри. — Ты ведь абсолютно ничего не помнишь, не так ли, Том? Реддл закрыл глаза. Спокойно. Этот мальчишка исчезнет из его головы, как только его тело очнётся. Ему стоит просто перетерпеть, раз уж он даже оклюменцией не может выдворить этого мелкого негодяя. На самом деле, обычно он с завидной лёгкостью мог избавить себя от чужого присутствия, если дело доходило до этого, но основная проблема была в том, что Поттер не ощущался как чужой. Если бы мальчик не решил с ним поговорить, то Воландеморт бы даже не знал о его существовании в его голове. — В ком-то проснулись слизеринские наклонности. Резкий взмах палочкой заставил кровь, разлившуюся на полу, вернуться в тело Снейпа и залечить раны. Допустим. Северус ещё мог ему пригодиться. — Благоволи Поттеру в том, что он такой заносчивый беспрецедентный идиот. — зло процедил Воландеморт и развернулся, выходя из камеры. — Доволен? Говори! Ладно, ладно. Не кипятись. Я цитирую: — дальше Гарри пытался сымитировать голос, которым говорила Магия. — «Я разочарована в тебе, Том. Я видела твою любовь к магии и возлагала на тебя большие надежды. Ты должен был поднять магию со дна, но лишь сделал хуже. Поэтому я собрала все части твоей души воедино, кроме частей в Гарри Поттере и Нагайне. И оставила тебе подарок в наказание за все твои деяния.» Тёмный Лорд не позволил себе остановиться посреди коридора. Мерлин! Он больше не мог даже помыслить о смерти Поттера. У него осталось всего два крестража. Его верная Нагайна и этот мальчишка! Реддл сжал свою палочку, направляясь в покои мальчика. Что-то пыталось его успокоить. На него резко нахлынули волны умиротворения и спокойствия. Маг замедлил шаг. Почему он чувствует себя подобным образом? Он не помнит, чтобы хоть раз он испытывал что-то подобное в своей жизни. О, отлично, ты успокоился. — раздался облегчённый выдох. — Не думал, что сработает. Мальчик. Это сделал Поттер. Воландеморт остановился перед входом в покои Гарри. Что он хотел сделать, когда решил идти сюда? Теперь, когда мальчишка унял его гнев, Реддл не мог понять. Неужели он настолько подвержен влиянию гнева, что не смыслит, что творит? До тебя наконец-то дошло. — закатил глаза мальчик. Откуда он знал, что Поттер закатил глаза? Воландеморт повернулся и зашёл в свои покои рядом. Он должен был кое-что узнать. — О каком подарке в наказание говорила Леди Магия? — Тёмный Лорд разместился в кресле и закрыл глаза, стараясь разобрать в голове всю полученную информацию. Я… Не уверен. — робко проговорил Гарри. Воландеморт нахмурился. Этот ребёнок ещё никогда не звучал… Робко. — Поттер. Аргх! Но это только мои размышления, ясно? — раздражённо начал мальчик, и Реддл был практически уверен, что тот насупился и скрестил руки на груди. — Сейчас моё присутствие в тебе ощущается по другому. Точнее никак не ощущается. Изначально я даже не понял, что нахожусь не в своём теле, когда завладел твоим. Раньше, когда вселялся в тебя или в Нагайну, не мог с вами взаимодействовать или как-то влиять на ваши движения. — И к какому выводу ты пришёл? — нетерпеливо подтолкнул Реддл, но Гарри уклончиво молчал. — Мальчишка! Тебе не понравится. — довольно легко сказал Поттер. — Вероятно, это я. — Поясни. — опасно спокойно приказал маг. Я думаю, что ты стал моим крестражем. — Это глупо. Для создания крестража надо убить человека. — невозмутимо парировал тёмный маг. Знаешь, там была сама Магия. Ты думаешь ей не под силу это сделать? — Это не имеет смысла. Зачем ей даровать кому-то бессмертие, если по законам смысл жизни в том, что она конечна? Ты вернёшься в своё тело как только проснёшься. Ты сам себе противоречишь, ты знаешь? Но в любом случае, пока моё тело не проснётся ты застрял в моей компании. — дерзость валила из мальчишки клубами. — Ты ведёшь себя хуже, чем раньше. — резонно заметил Воландеморт, понимая, что предыдущий Поттер ему нравился больше. Я думаю, благодаря моему везению по отношению к тебе и твоему невезению по отношению ко мне, тебе досталась самая плохая часть меня, которая только может быть. Воландеморт помассировал виски на чужое злорадство. Это не на долго. Надо всего лишь перетерпеть.