Пятая стена

 ❝ Единственная вещь, которую открыл Колумб, — это то, что он заблудился. ❞ 🎬 Твин Пикс (Twin Peaks)

Над макушкой Дотторе надрывно крикнул ворон и взметнулся вверх к шпилям особняка, скрывающимся в темных тучах. На юношу посыпались сухие, безжизненные листья. Это было странно – самый разгар лета. При чем не такого жаркого, чтобы листья сохли и желтели. Его пальцы дрогнули. Он не решался тронуть черную калитку. Это место было из разряда таких, куда совершенно не хотелось входить, когда где-то в подсознании внутренний голос и чуткая интуиция орут: «Уходи, уходи отсюда, сумасшедший!». Но такая зарплата и условия проживания без опыта работы и полного образования заставляли отодвинуть надоедливые советы своего нутра подальше. Облизнув губы, мужчина в последний раз взвешивал все за и против, когда его плеча коснулась рука. Сначала ему показалось, что не рука, а лапа стервятника. Длинные бледные пальцы. Очень худые, как у анарексичного пианиста. Острые короткие черные ногти и правда напоминали когти хищной птицы. — Дотторе? Я вас ждал — после руки проявился и сам человек, как чеширский кот после своей улыбки. Улыбка у него к слову была притягательная. Глаза его собеседника хитро блеснули, он аккуратно взял ученого под руку. — а... да-да, он самый. — мужчина придержал его руку, мельком обращая внимание на трость незнакомца с серебряной головой стервятника и обилие колец. – а вы, осмелюсь спросить? — Панталоне. Мы с вами списывались Кажется эта расслабленная, располагающая улыбка никогда не сходила с лица его собеседника. Надо сказать, что Дотторе представлял его несколько иначе. Более старым, хмурым, строгим. Единственное в чем он не ошибся – хищный. — понял. – только теперь он толкнул дверь калитки и ступил на мощенную камнем дорогу. Рядом послышалось три щелчка, два сильных один слабый – за ним шагнул Панталоне, слегка опираясь на трость. Проблемы с левой ногой? — как вы добрались? Были какие-то трудности? – тон Панталоне правда располагал к себе. Он был похож на врача, а не дипломата. — Вы пприслали слишком молчаливого водителя, я успел заснуть. – расслабленно съязвил ученый. На такой ноте и продолжился диалог, под монотонный стук достаточно высоких для мужчины каблуков и трости. Панталоне. Как часы – раз, два, слабый; раз, два, слабый. Лоне еще раз повторил его условия, про испытательный срок и подобное. Рядом мелькнули светлые цветы на дереве, на которые молодой врач легко переключился с диалога, скорее даже монолога начальника. Больше напрягало не то, что сезон явно не для цветов яблок, а какая-то ядовитая красота растений. Идеальность, не реалистичность. Цветочек к цветочку, лепесточек к лепесточку. Не настоящее, кукольные, мёртвое. И все это место было таким. Не живым. Не настоящим. — с этим вроде все должно быть ясно. – в свою очередь продолжал Панталоне. – северное или левое крыло запрещено посещать, южное же, правое, разбито на два отсека. Прошу за мной. одним легким толчком худой когтистой руки тяжелая дверь отварилась. — а что там с северным? — ремонт. Свалится еще на вас потолок – спросят с меня. – рассмеялся мужчина, нажимая тростью на кнопку лифта. Двери открылись и он вошел первым, дожидаясь Дотторе за собой. Ученый кивнул, понимая что теперь он точно туда пойдет. Ненавидел эту черту своего характера, но не мог ничего поделать. Загадки его привлекали до ужаса! Лифт начал подъем. Вечером на диктофон доктор говорил об этом: "это самое комфортное место во всей больнице. Мужской этаж обжилой и живой, что важнее. С пониманием, что рядом существуют люди, мозг подсознательно перестпоился на режим " В стаде безопасно". Панталоне дал мне ключи, я положил сумку на кровати и мы поговорилио моих новых "подопечных - пациентах. Интересные личности, см стр 68 тетрадь 10. Это по хронологии. После меня оставили в гордом одиночестве, объявив об элементы в два и ужине с пяти до восьми. Столовая тут кстати такая.. Стандартно-универская. Нагоняет воспоминания. Новые знакомства: см страницу 69 тетрадь 10. Люди здесь интересные, им нужно уделить больше времени. Но врачи здесь не меньше психи, чем психи.. Из интересного: регратор стер надпись мелом со стены, а потом сказал, что мне показалось. Примечания: мне настрого запретили выходить из комнаты в промежутке с 2х до 5и утра." После ухода начальника в основных задачах значилось: "взять в библиотеке все, полагающиеся ему книги", " Узнать почему в библиотеку нельзя ходить без специального разрешения", "изучить взятые в библиотеке, см первый пункт, досье на пациентов и сводку правил" и "сходить в левое крыло". Но с последним нужно повременить - он на испытательном сроке. Соответственно идем по порядку. Часы стукнули два. Мужчина дернулся и привстал, собирая сознание в кучу. Заснул что-ли?.. Свет настольной лампы дрогнул. Теперь, когда стало темно, атмосфера ощущалась совсем по-другому. Это напрягало. Рука машинально схватила блокнот и ключи. Библиотека.. Как там этот говорил?.. Вниз, направо, вперёд до тупика и снова направо. Дотторе натянул воротник на лицо, когда проходил мимо массивных дверей лифта. Ночь завладела зданием, и тихие звуки шагов эхом раздавались в пустых коридорах. Что-то в атмосфере заставляло его чувствовать себя неуютно, его охватило странное ощущение. Стены, которые днем были увешаны огромными рамами с холстами черными, безжизненными, как тень теперь выглядели не такими скучными. Картины казалось, ожили - каждая смотрела на него, их искривленные лица словно сильнее искажались в тёмном свете, теряя человеческие черты. Взгляды их были настойчивыми, как будто картины ждали, чтобы их заметили. Коридор будто стал сужаться, а мрак, казалось, нарастал, давя на него. Каждый шаг отзывался вдали, словно он не одинок в этом месте. Сейчас это вовсе не обнадеживало! Сука, почему он не остался в комнате! Паника нарастала, а страх обострялся.сердце стучало в унисон с дрожью в пальцах. Внезапно за спиной послышался тихий шёпот, нарастающий с каждой секундой - множество едва уловимых голосов. Взгляды картин становились всё более настойчивыми, и леденящими. В каждом взгляде зрела жестокость, словно картины знали то, что он ещё не понимал. Он ускорил шаг, стараясь не поддаваться все нарастающей панике. Темнота вокруг давила, он постепенно, кажется, терял рассудок. Возникало ощущение, что он не просто блуждает по коридору, а становится частью какого-то зловещего представления. В воздухе витала напряженность, и как бы он ни старался не замечать этого, страх всё больше пронзал его. Он понимал, что ветвистая структура института вокруг него становилась похожей на замысловатый лабиринт, где каждый поворот — это ещё один шаг к чему-то неуловимо пугающему Вдруг, холодная рука схватила его за плечо, резко заставив шагнуть назад. Вокруг всё начало стремительно меняться, коридор стал растягиваться, а картины снова темнет. Он почувствовал, как его тянут вглубь какой-то комнаты. Он будто пересекал границу между реальностью и сном. А может он правда спит.. Боже, пожалуйста.. Кажется это была библиотека. Полки книг казались бесконечными. Они поднимались высоко до потолка, и каждый том, кажется заставлял взять именно себя - глаза разбегались. Ноги совсем перестали держать и он упал на колени. Плечи задолжали. Только сейчас он понял, как снилось его дыхание. А ещё почувствовал влагу на своих щеках. В этом месте ощущалась какая-то магия.. И болезненная тайна. Рука покинула его плечо, но когда он обернулся - сзади никого не было. Стены начали ощутимо приближаться,а книги, казалось, живут своей жизнью. Он встал и придерживаясь за стены и мебель зашёл в один из проходов. На огромном груглом столе лежали кучи книг. На мгновение ему показалось, что каждую страницу кто-то листает, а глаза персонажей, о которых рассказывали истории, пронизывали его так же, как и картины в коридоре. Чем больше он изучал пространство, тем больше чувствовал, что за ним следят. Заглядывая в глубь библиотеки, он заметил, как тени ложатся на книги, создавая странные фигуры. Они все что-то говорили и язык, кажется, даже был знаком ему, но голоса были такими тихими, что разобрать хоть что-то в перебивающем друг друга давящем шепоте было попросту невозможно! Каждый миг здесь вводил его в состояние тревожного ожидания. Сука.. Он понимал, что это место держит его на краю, как будто само изменение пространства угрожает его разуму. Картинки, которые прежде были просто черными, теперь были живыми, и он осознал, что сам стал частью этого странного действа. Кто-то вдруг шепнул ему: «Ты не единственный здесь, мы ждали тебя». Тени, обретая форму, начали медленно двигаться вокруг него, создавая ощущение живого пространства. Каждое движение было плавным, окутанным темнотой, которая словно дышала, и исчезала в воздухе. У каждой тени были уникальные движения и даже какое-то свечение. Приблизившись к одной из фигур, он увидел её лицо — это была женщина с печальными, но мудрыми глазами. Она протянула ему руку и произнесла: «Я была здесь, когда сама искала ответ на свои вопросы». Её голос звучал как эхо, отзывающееся в его разуме. В тот момент он прочувствовал какую-то тяжесть. В глазах потемнело и он упал на пол — Герта! — ой.. Это было последнее, что он слышал, прежде чем потерять сознание окончательно. В маленьком городке, затерянном среди болот, наводнивших его тёмным мраком, появился чумной доктор. На нём была длинная черная мантия и характерная маска с клювом, которую местные жители соединяли с ужасом и смятением. Слухи о чуме, захватившей город, быстро распространились. Каждый вечер в домах слышался плач и шёпот. Говорили, что чумной доктор днём скрывался в заброшенной церкви, а ночью бродил по улицам, чтобы собирать души умиравших. Однажды он заглянул в дом старого бедняка, поджидавшего конца, и увидел там девушку, страдающую от болезни. Вместо того чтобы помочь, доктор предложил ей сделку: жизнь в обмен на счастье её семьи. Бедняк крикнул, призывая её не соглашаться. Доктор восхитился страхом бедных и принял жертву. Девушка стала его марионеткой, указывая лица следующей жертвы, пока сам доктор заполнил свои карманы их страданиями. С каждого сброшенного капли жизни он становился сильнее, оставляя за собой пустые дома и опустошённые сердца. Горожане вскоре поняли, что единственное спасение — это избавиться от доктора. Но он был ловким, словно тень, всегда на шаг впереди. Дотторе давно не снилось снов, особенно таких, как этот. С ним в главной злодейской роли.. Наконец, люди, собравшись, решили сжечь заброшенную церковь, где он прятался. Но когда они подожгли её, из пламени вырвался чумной доктор в своей чёрной мантии, смеясь зловеще. Он исчез в ночи, оставив только горящие руины и запачканные души. С того дня городок забыл о радости. Говорили, что доктор продолжает бродить, искушая невинных — и, возможно, однажды они станут его следующими жертвами. Тьма накрыла город, как густой туман. С каждым днём люди теряли надежду, а страх складывался в ужасные легенды. Постепенно их жизнь превращалась в бесконечный кошмар. Дети больше не играли на улице, а взрослые прятались в тени, чтобы не встретить взгляд чумного доктора. Слухи о его могуществе росли, и некоторые начали считать его не только злом, но и загадкой, которую невозможно разгадать. Каждый вечер горожане собирались на тихих улочках, обсуждая, как победить доктора, но каждый раз бессилие и отчаяние поднимались в их сердцах, как пустота в душе. Те, кто пытался противостоять ему, исчезали, как размытые тени, и никто не решался бросить вызов. Однажды группа отчаянных решилась на последнее, что могли — чтобы сразиться с ним в открытом поле, но этот шаг лишь освободил больше тьмы. Доктор подошёл, смеясь над их наивностью, и высосал дух их последней надежды. Так город в огне забвения стал лишь памятником страха, и лишь ветер шептал в ночи о тех, кто когда-то мечтал о свободе. В конце концов, только тьма осталась, а в ней — вечный чумной доктор, продолжающий свой ужасный танец среди забытых душ.