Коварно Разные

Вся ситуация наш крах

Слезы на моих глазах

На полках пустует прах

***

Рюджин и Йеджи сидели рядом, попивая красное вино. Их взгляды не пересекались, лишь иногда соприкасались на мгновение, будто невзначай. — Романтично, не так ли? — произнесла Рюджин, легко усмехнувшись. — С тобой — нет, — отрезала Йеджи, закатив глаза. Рюджин лишь пожала плечами и икнула, от чего щеки стали ещё краснее. — Вот ты быстро пьянеешь, ещё и от вина, — Йеджи фыркнула, заметив, как у подруги покраснели щеки. — Пойдем на улицу. Мне хочется покурить, — предложила Рюджин, задумчиво поглядывая на окно. — Только обещай, что не будешь тушить сигарету об себя, — проговорила Йеджи с легкой насмешкой, но в глазах промелькнула искренняя тревога. Рюджин глубоко вздохнула, словно обдумывая что-то важное, и быстро кивнула.

***

На улице снег тихо ложился на землю, воздух пах свежестью и чем-то необъяснимо теплым, несмотря на зимний холод. Они стояли близко, но не смотрели друг на друга. От Рюджин пахло ванильными сигаретами и цитрусом — этот аромат стал до боли знакомым для Йеджи. — Смотри, снег пошел... — сказала Йеджи, подняв взгляд на небо. Белые хлопья падали ей на ладони. — Человек, с которым ты попадёшь под первый снег, останется с тобой весь год, до следующего первого снега, — задумчиво сказала Рюджин, глядя на её ладонь. — Лучше бы с кем-то другим попала, — пробормотала Йеджи, тихо, почти шепотом. Рюджин усмехнулась, краем глаза замечая Минхо и Хенджина, стоящих чуть поодаль. — А где Феликс? Куда вы его потеряли? — спросила Йеджи, обернувшись через плечо. — Он домой уехал, — ответил Хенджин. — А вы тут первый снег решили вместе встретить? — Да, то есть... нет. Рюджин просто захотела покурить и меня потащила заодно, — Йеджи быстро отвела взгляд. — Эх, судьба у малышей, — поддел Минхо, вызывая хмурые взгляды обеих. — Может, пойдём уже домой? — предложил Хенджин, кивая на их легкие куртки. — Нет, — неожиданно ответила Йеджи, схватив Рюджин за запястье. — Мы ещё пойдём в магазин за вкусняшками, правда, Рюджин? Рюджин растерянно замерла, но быстро кивнула, чтобы не вызывать подозрений. Она лишь заметила, как её запястье сжали мягкие пальцы Йеджи. — Дурочка ты, лисёнок, — тихо пробормотала Рюджин, глядя на рыжеволосую.

***

На перемене перед уроком алгебры Рюджин лениво листала ленту соцсетей, облокотившись на парту. Её мир нарушила строгая, почти недовольная фигура Йеджи. — Нам предложили организовать поездку с классом. Возможно, ещё и с параллельным. Что будем делать и куда поедем? — Хоррор-квест, — не отрывая глаз от телефона, ответила Рюджин. Йеджи нахмурилась, её раздражало безразличие Рюджин. Она резко забрала телефон из её рук. — Эй, чего творишь? — возмутилась Рюджин, вскочив со стула. — Когда с тобой разговаривают, будь добра оторваться от своего смартфона! Он никуда не убежит! — Какая ты зануда, Хван. — А ты безответственная, — Йеджи твёрдо посмотрела ей в глаза. — Как дети малые, — подметил Сынмин, наблюдая за перепалкой издалека.

***

Класс разделился на две группы, и, на удивление, в этот раз споров удалось избежать. Возможно, потому что все были слишком погружены в свои мысли. — Да почему директор решил это одобрить?! — возмущалась Йеджи, буквально сверля взглядом Рюджин. — Ты просто боишься, глупышка, — с ухмылкой бросила та, скрестив руки на груди. — Я? Боюсь? Да я смелее тебя буду! Спорим? — Йеджи резко протянула руку, будто бросала вызов самому дьяволу. Рюджин на мгновение замерла, оценивая старшую, но потом с лёгкой усмешкой пожала её руку. — На поцелуй, — сказала она, слегка наклонив голову, чтобы посмотреть на Хван из-под тёмной чёлки. Йеджи тут же напряглась, чувствуя, как жар стремительно поднимается к её щекам. Она сжала ладонь брюнетки чуть сильнее, будто это могло скрыть её смущение. — Хорошо. На поцелуй, так на поцелуй, — выдохнула она, пряча волнение за притворным равнодушием. Когда они вошли внутрь здания, их встретила дружелюбная команда сотрудников. Первые этапы квеста казались вполне безобидными: задания, головоломки, лёгкие шутки актёров. Но вскоре атмосфера стала более напряжённой. С каждой минутой страх захватывал большую часть группы. Рюджин, напротив, двигалась уверенно, словно ловила адреналин в каждом шаге. Почти весь квест держался на ней и Джисон, которые, как два заговорщика, легко уворачивались от актёров. Йеджи, хоть и пыталась сохранять самообладание, всё же держалась ближе к Рюджин. Когда раздался громкий звук, она невольно вскрикнула и судорожно схватилась за футболку младшей. — Всё нормально, лисёнок. Это просто звук, — тихо сказала Рюджин, слегка оглядываясь назад. Но затем из-за угла выбежал актёр, заставивший Хван буквально взлететь на руки брюнетке. — Ух ты, не знала, что ты такая пугливая — с усмешкой заметила Рюджин, поддерживая старшую. Но Йеджи не обратила внимания на слова — её глаза встретились с карими глазами младшей, и в этот момент весь мир будто остановился. Её сердце стучало так громко, что казалось, Рюджин тоже должна это слышать. Они стояли так, не двигаясь, пока... — Блять! — раздался громкий крик Черён. Йеджи дёрнулась, а затем потеряла равновесие. Черён, не успев затормозить, споткнулась и рухнула, утащив за собой актёра и двух девушек. — Ой, извините... — пробормотала Черён, поднимаясь и пытаясь стряхнуть пыль с одежды.

***

— Ты проиграла спор, Йеджи. Я жду! — Рюджин скрестила руки, глядя на старшую с явно выраженным триумфом. — Это не считается! Я просто испугалась звука и актёра! — начала оправдываться Йеджи, но голос её звучал неуверенно. — В этом и смысл, лисёнок. Если бы ты знала всё заранее, то это был бы не квест, — Рюджин слегка наклонилась вперёд, смотря прямо в глаза рыжеволосой. Понимая, что спор уже не выиграть, Йеджи закатила глаза и быстро наклонилась к Рюджин, чтобы чмокнуть её в губы. Рюджин остолбенела, не зная, как реагировать. Она чувствовала, как щёки заливает румянец. — Не обязательно было в губы... — пробормотала она, стараясь выглядеть спокойно, но голос предательски дрожал. — Прости, чертёнок, — хихикнула Йеджи, видя замешательство на лице младшей. Уголки губ Рюджин слегка дрогнули, и она с трудом удержалась, чтобы не улыбнуться.

***

Позже вечером Рюджин сидела на диване, сжимая в руках подушку. Её мысли кружили вокруг одного момента. «Поцелуй...» — вновь и вновь этот эпизод всплывал перед глазами. Она потянулась за телефоном и, набрав контакт «Цыплёнок Ликс», нажала на вызов. — Феликс, мне кажется, я люблю Йеджи, — тихо проговорила она, прикрывая глаза рукой. В трубке повисла тишина, которая длилась чуть дольше, чем ожидала Рюджин. — Тебе повезло, что я не включил громкую связь, — прошептал Феликс, и в его голосе послышалась явная усмешка. Рюджин почувствовала, как холодок пробежал по спине. — Она там? — Да. И, кстати, ждёт тебя. Слова прозвучали как удар молнии. Не успев придумать ответ, Рюджин сбросила звонок. Её сердце стучало так громко, что казалось, соседи должны это слышать. Начав быстро переодеваться, напшикав на себя парфюм, Рюджин направилась к квартире старшего Хвана. Постучав, она почти тут же услышала звук шагов за дверью. — С добрым утром, страна, — сказала она, ухмыляясь. — Рюджин, дурында, сейчас вечер, — ответила Черён, скрестив руки на груди. Шин только хмыкнула в ответ, шагнув внутрь.

***

— Рюджин, я совсем не понимаю эту алгебру! — почти плакала Йеджи, уткнувшись лбом в учебник. — Давай-давай, решай. Формулу я тебе уже показала, решение — тоже. Всё получится, лисёнок. — Ты такая жестокая, Рю... Они были единственными в школьной библиотеке, так что могли позволить себе говорить громче обычного шёпота. Рюджин лениво обвела взглядом полки с книгами, пока Йеджи изо всех сил пыталась справиться с примером. Вдруг её взгляд остановился на книге с необычной обложкой. На корешке значилось название: «Потухла Звезда». Она понятия не имела, почему её так тянет именно к этой книге. Возможно, дело было в яркой обложке, а может, в каком-то интуитивном ощущении. Брюнетка не была большим любителем книг, в отличие от Йеджи, которая могла провести часы за чтением. — Смотри, я смогла, чертёнок! — радостно воскликнула старшая, поднимая взгляд от тетради. — Такая счастливая, будто миллион долларов на карту получила, — ухмыльнулась Рюджин, но в её голосе всё же звучала гордость. — Ну... почти, но ты же рада? Гордишься? Рюджин на секунду задумалась, смотря на неё. Йеджи напоминала ей ребёнка, который ещё не познал всей жестокости мира. Этот ребёнок, возможно, и нуждался в защите — защите, которую брюнетка хотела дать. — Горжусь-горжусь, лисёнок, — мягко ответила Рюджин, погладив Йеджи по голове. Затем, взяв с полки ту самую книгу, она направилась к выходу. — Реши последние две задачи и иди домой. Не мучай себя.

***

Йеджи шла по коридору школы. До первого урока оставалось совсем немного, но её шаги замедлились, когда к ней подошла раздражённая Рюджин. В руке та сжимала телефон, будто боялась отпустить его. — И тебе привет, Рюджин. Чего такая нервная? — Даже не пытайся со мной разговаривать! Тебе же мерзко от меня! — голос брюнетки дрожал от подавляемых эмоций. — Так и катись к чёрту, Хван. Видеть тебя никогда не хочу. Никогда. И не давай мне больше ложных надежд! Эти слова, как нож, вонзились в сердце Йеджи, оставив её стоять посреди коридора в полном недоумении. Она не успела ничего сказать — Рюджин уже скрылась за дверью туалета. «Ещё этого не хватало...» — промелькнуло в её голове, но внешне она оставалась спокойной. Зайдя в кабинет, она почувствовала на себе презрительные взгляды Феликса и Чонин. Йеджи хмуро посмотрела в их сторону и, ничего не сказав, опустилась на своё место.

***

Рюджин сидела в кабинке туалета, сжав в руках выключенный телефон. В воздухе витал слабый запах вишнёвых сигарет. — Ненавижу тебя так сильно, Хван, что аж люблю, — прошептала она, устремив взгляд в потолок. На глаза наворачивались слёзы, и Рюджин не могла понять, от чего она плачет больше — от обиды, боли или накопившегося внутри хаоса. — То ли от ненависти плачу, то ли от того, что душа больше не может это выносить, — пробормотала она себе под нос. Рюджин провела рукой по лицу, пытаясь стереть слёзы, но они лишь текли сильнее. Её пальцы дрожали, когда она потушила сигарету об ладонь. Боль казалась ничтожной по сравнению с тем, что происходило в её сердце. Она закрыла лицо руками, тяжело дыша. «Почему всё так сложно, Хван? Почему я вообще тебе это позволила?» Рюджин чувствовала себя маленькой и разбитой в этом огромном мире.

***

Все, что их отличало друг от друга, — это то, что они были словно ангел и дьявол. Но при этом схожи в одном: они действовали одинаково и любили до одури, до боли. Влюблённость — чертов наркотик, который Рюджин и Йеджи потребляли, даже не осознавая этого. Она захватывала их, отравляла разум и заставляла забывать обо всём на свете. Рюджин вышла из кабинки, пропустив весь урок. Подойдя к раковине, она включила воду, но не спешила умыться. Вместо этого, глядя в своё отражение, рассматривала покрасневшие, уставшие глаза. Они горели от боли, словно выжигали всё, что осталось внутри. Она провела дрожащими пальцами по лицу, с трудом подавляя желание снова расплакаться. Вдохнула глубоко, стараясь вернуть себе хоть частицу контроля. Осознание накатывало, как волна: этот день только начался, и впереди её ждали столкновения с Йеджи. Снова видеть её, слышать её голос, делать вид, будто ничего не происходит. Они президент и вице-президент. Больше ничего. Никаких чувств, никаких надежд. Лишь обязательства перед другими. Но разве можно спрятать то, что разрывает тебя изнутри? Когда Рюджин вышла из туалета, она столкнулась лицом к лицу с Йеджи. Сердце екнуло, а в мыслях уже метались тревога и страх, от которых было невозможно скрыться. — А теперь объясни мне, что, мать его, происходит? — Йеджи смотрела прямо в глаза, требуя ответа, её голос звенел от возмущения. — Ты сама знаешь, — коротко бросила Рюджин, стараясь сохранять холодное выражение лица. — Уж нет, говори! Что случилось и почему ты избегала меня в этой кабинке? Рюджин прикусила губу, отвела взгляд, но Йеджи, чуть склонив голову, продолжала буравить её взглядом, ожидая ответа. — Твоё сообщение Феликсу. То, что я и ты — просто одноклассницы и коллеги, — произнесла Рюджин сдержанным голосом, в котором угадывались нотки разочарования. —Разве это не так? Слова Йеджи ударили словно плеть. Рюджин замерла на мгновение, затем подняла на неё взгляд — в нём читалась безнадёжность, спрятанная за тонкой маской равнодушия. Она пыталась удерживать в себе эмоции, которые рвались наружу: обиду, гнев, боль. — Верно. Так и есть. Просто коллеги и одноклассницы. Ничего больше, — проговорила младшая, её голос звучал ровно, но в груди всё будто рушилось. Рюджин прошла мимо, слегка толкнув плечом Йеджи. Шин не обернулась, но знала, что оставила её стоять там, в коридоре, растерянной и, возможно, с едва уловимой тенью сожаления.