Существует ли любовь с первого взгляда в киберспорте?

Яо Сен внезапно выпрямился, пристально глядя в глаза Шао Хана, и струна в его сознании натянулась. В его голове пронесся шквал мыслей: «Я встречусь с отцом Шао Хана », «Понравлюсь ли я его отцу?», «Черт возьми, я так нервничаю», «Ты можешь дать мне немного времени, чтобы подготовиться?» «Нет, Яо Сен, ты чемпион Азии, тебя нельзя бояться». И множество других мыслей толкалось в его голове, в результате чего выражение его лица на несколько секунд стало отсутствующим. Спустя, казалось, целую вечность, он нервно выдавил: «…Ты серьезно?» Шао Хан редко видел уверенного в себе Яо Сена в таком растерянном и встревоженном виде. Он не смог удержаться от того, чтобы не улыбнуться. «Да, мой папа просто хочет с тобой поболтать. На самом деле он довольно дружелюбный человек». После того, как они начали встречаться, Шао Хан сказал Яо Сену, что он уже признался семье в своей ориентации, когда учился в старшей школе. У него была отличная семья. Его родители были непредубежденными, и понимание его семьи позволило ему не проходить через борьбу и испытания, с которыми ему пришлось бы столкнуться в противном случае. На новогодних каникулах Шао Хан также сообщил родителям, что у него появился парень. Поскольку его родители были готовы уважать его желания, он не хотел, чтобы Яо Сен чувствовал какое-либо давление. Яо Сен счел необходимым немного узнать своего тестя, чтобы подготовиться заранее. «Чем дядя Шао зарабатывает на жизнь?» «Он профессор права». «……» Яо Сен чувствовал, как давление на него возрастает в геометрической прогрессии. Его трепет перед профессией учителя, которого он придерживался с детства, постепенно сформировал в его сознании образ строгого учителя — в любом случае слово «дружелюбный» никоим образом не могло быть применено к такому человеку. Яо Сен: «Есть ли у него какие-то требования к твоему парню? Должен ли я разбираться в законах? Есть ли у меня еще время учиться?» Шао Хан беспомощно посмотрел на Яо Сена. — «Мы только пообедаем вместе». «Я беспокоюсь, что я не понравлюсь моему тестю», — беспомощно сказал Яо Сен. Услышав слово «тесть», слетевшее с губ Яо Сена, Шао Хан на мгновение отключился, а затем слегка поджал губы, и его уши покраснели. «Я уже показывал твою фотографию своим родителям, а также рассказал им кое-что о нас… Ты им очень нравишься». Яо Сен приподнял бровь, внезапно заинтригованный. Улыбаясь, он спросил: «Что ты им сказал?» По правде говоря, тем, кто тогда начал говорить о Яо Сене, была Сяо Мэн. После того, как Шао Хан признался, Сяо Мэн больше не могла сдерживаться и обрушила на Яо Сена поток экстравагантных похвал. Она даже рассказала о любимых блюдах Яо Сена, как будто Яо Сен встречался с ней. Шао Хан даже почувствовал легкую ревность, пока слушал. Его родители тоже заинтересовались, и они начали расспрашивать обо всех тонкостях отношений Шао Хана. Шао Хан, который всегда был тонкокожим, действительно стеснялся говорить об этих вещах со своими родителями, покраснев, он мог только ответить, что Яо Сен был действительно хорошим парнем. Увидев, что их сын покраснел от допроса, муж и жена переглянулись. Они узнали все, что им нужно было знать, и перестали спрашивать. Шао Хан: «Ничего…» «Я хочу знать, как ты хвалил меня». Яо Сен придвинулся ближе к уху Шао Хана и усмехнулся. «Неужели ты не можешь удовлетворить даже это маленькое мое желание?» «На самом деле, единственным, кто говорил, была Сяо Мэн. Я просто согласился с тем, что она сказала». Шао Хан сделал паузу, затем продолжил: «Мне слишком неловко говорить что-либо перед мамой и папой… но они видят, как сильно ты мне нравишься, и они знают, что ты относишься ко мне искренне. Этого достаточно». Яо Сен на мгновение замолчал, а затем медленно выдохнул. Он наклонился и поцеловал Шао Хана в губы, вздохнув: «Ты мне действительно очень нравишься». Такое простое и прямолинейное признание в любви могло неожиданно вызвать прилив крови. Ресницы Шао Хана задрожали, а его сердце выдало желание своего владельца снова услышать эти слова. Иногда Шао Хану казалось, что он ужасно лицемерен. До того как он влюбился, он часто холодно смотрел на флиртующие пары и рационально полагал, что никогда не будет вести себя так, как они. Однако теперь, столкнувшись лицом к лицу с Яо Сеном, были моменты, когда Шао Хан не мог удержаться от желания, чтобы его обняли, чтобы его уговорили, но отстраненность и замкнутость, которые культивировались в его сердце столько лет, были препятствием, которое он все еще не мог перепрыгнуть. Вдобавок ко всему, то, что произошло с Шэнь Ю в прошлом, сделало его более восприимчивым к чувствам людей. Он обычно размышлял о том, не причинит ли его поведение неприятности другим, особенно его возлюбленному. Время от времени, после физической близости с Яо Сеном, Шао Хан немного баловал себя и больше полагался на него. Отправив Шао Хана обратно, Яо Сен разблокировал свой телефон и увидел, что Бай Юэ несколько минут назад написал ему в групповом чате. [Бай Юэ]: @Яо Сен, когда ты собираешься забрать эту дохлую свинью, Ван Юйси? Он заснул в нашей комнате. [Яо Сен]: Разбуди его, Шао Хан уже ушел. [Бай Юэ]: Слава богу, я думал, ты оставляешь его здесь на ночь. [Яо Сен]: Как это возможно. [Яо Сен]: Кровати в общежитии слишком узкие, чтобы что-либо начинать. [Бай Юэ]: …… [Бай Юэ]: Простого «нет» было бы достаточно, остальное мне знать не нужно, спасибо. Несколько минут спустя Ван Юйси, зевая, вернулся в общежитие. Как только он толкнул дверь, в него ударил запах еды, и он тут же проснулся. «Что Шао Ге принес тебе?» - выпалил он. «Пока не обращай на это внимания», — сказал Яо Сен. «Я увижусь со своим тестем через два дня, помоги мне придумать, что мне нужно подготовить». «……вы двое собираетесь пожениться в следующем месяце?» Ван Юйси ахнул, широко раскрыв глаза. «Если бы Шао Ге был девочкой, я думаю, твой второй ребенок уже играл бы в игры». «Так что мне следует подготовить?» «Я думаю лучше принести какие-нибудь подарки, верно? И надень что-нибудь приличное и немного формальное». У Ван Юйси также не было опыта в этой области, и он мог полагаться только на свое воображение, накопленное за долгие годы просмотра дорам с мамой. «Кроме того, чем зарабатывает на жизнь отец Шао Ге?» «Он профессор права». «……» — Взгляд Ван Юйси стал острым. «Почему бы тебе не посмотреть юридический канал на ночь?» В конце концов, он почувствовал, что ему лучше спросить Шао Хана, чем следовать слепым советам Ван Юйси. Услышав, что дяде Шао нравится тайская кухня, Яо Сен немедленно начал искать тайский ресторан поблизости. Поскольку дядя Шао был академиком, Яо Сен порылся в своем гардеробе в поисках белой рубашки, которую он не носил много лет, и гладил ее, пока она не стала хрустящей и без единой морщинки. Утром в день встречи с дядей Шао Яо Сен оделся и вышел за дверь, выглядя в глазах Ван Юйси утонченным негодяем. Даже Шао Хан был ошеломлен, как только увидел его. Яо Сен привык носить повседневные футболки, но даже когда он носил рубашки, он выглядел модно и стильно. Однако Шао Хан впервые видел Яо Сена одетым так официально. Яо Сен всегда был ходячей вешалкой для одежды, а его красивые черты лица были дополнительным бонусом. Внезапный формальный наряд сделал так, что все его тело излучало редкую зрелую и утонченную ауру. Это, наряду с его обычной самоуверенностью и слегка хулиганским обаянием, казалось, было, точным определением слова «очаровательный». Шао Хан необъяснимо покраснел. Он был с Яо Сеном так долго, но иногда все еще оставался во власти обаяния Яо Сена. Хотя этот парень был его бойфрендом, обаяние Яо Сена нельзя назвать принадлежащим только ему одному: это могли почувствовать все вокруг. Человеку свойственно хвастаться людьми и вещами, которыми он владеет, но большую часть времени Шао Хан чувствовал себя беспомощным и расстроенным. Внезапно Шао Хану не очень понравилась идея вывести Яо Сена на улицу. «Почему ты так официально одет?» «Так я выгляжу более надежным. Разве это плохо?» В настоящее время в голове Яо Сена не было ничего, кроме сцены его встречи со своим тестем, и он был очень доволен своим сегодняшним видом. У него не было времени замечать маленькие мысли своего парня. «Пошли, не заставляй дядю Шао ждать». У Шао Хана не было другого выбора, кроме как стиснуть зубы и последовать за Яо Сеном. Они направились прямо в тайский ресторан, и пришли первыми, но дядя Шао прибыл довольно быстро. Дядя Шао был очень элегантным и высоким, и в нем можно было увидеть тень черт характера и темперамента Шао Хана. Но по сравнению со своим сыном дядя Шао был гораздо более непринужденным. Дядя Шао был совсем не таким строгим профессором университета, каким его себе представлял Яо Сен. У него была легкая и открытая улыбка, а атмосфера вокруг него не заставляла окружающих напрягаться. Увидев, что Яо Сен встал, чтобы поприветствовать его, дядя Шао улыбнулся и сказал: «Садись, садись, не нужно быть таким вежливым». Несмотря на то, что он нервничал, внешне Яо Сена оставался спокойным и уверенным. От приветствия тестя до того как они заняли свои места и заказали еду, его вежливая и сердечная речь и поведение были естественными, и он был чрезвычайно внимателен во всех аспектах. Дядя Шао был разговорчивым человеком, и вскоре его беседа с Яо Сеном потекла свободно. Когда они действительно разговорились, Яо Сен почувствовал, что, хотя дядя Шао и был спокойным человеком, его манера говорить производила на него впечатление человека чрезвычайно стойкого и проницательного. Он ни капельки не удивился, что дядя Шао смог вырастить такого ​​восхитительного и очаровательного малыша, как Шао Хан. Видя, что отношения между Яо Сеном и его отцом идут хорошо, Шао Хан сидел в стороне, не вмешиваясь, но время от времени украдкой наблюдал за двумя мужчинами. Когда официант принес суп, телефон в кармане Шао Хана завибрировал. Это было сообщение от его отца. Сердце Шао Хана бешено забилось в груди, и он про себя подумал: вот оно. [Папа]: Сходи в туалет через десять минут, я хочу немного поговорить с твоим парнем наедине. [Шао Хан]: Папа, можно я останусь? [Папа]: Нет. Не волнуйся, я не буду его напрягать. Шао Хан поднял глаза. Папа Шао улыбался, и внушительная и неоспоримая аура, невидимая для посторонних, проглядывала сквозь его дружелюбное лицо. Шао Хану ничего не оставалось, кроме как слегка кивнуть, извиниться и через десять минут отправиться в туалет по просьбе отца. В тот момент, когда Шао Хан встал, Яо Сен понял, что вероятно начинается главная сцена. Дядя Шао отложил палочки для еды, которые держал в руке, его голос по-прежнему оставался дружелюбным: «Ты ведь встречался с МэнМэн, верно?» Яо Сен кивнул. «Иногда их маме и мне хочется, чтобы эти брат и сестра были немного более похожими. МэнМэн такая болтушка, но ХанХан по большей части замкнут». Дядя Шао усмехнулся: «Когда ХанХан был маленьким, мы с женой были с ним довольно строги. ХанХан уже с юных лет был таким разумным, и теперь я думаю, что, возможно, тогда мы были слишком строгими». «Однажды маленький ХанХан случайно разбил мой глиняный чайник. Это мучило ребенка чувством вины! Он сел за свой стол посреди ночи и написал мне эссе для самоанализа, а в конце года даже взял на себя инициативу подарить мне все свои новогодние деньги». Говоря о детстве Шао Хана, дядя Шао казался одновременно раздосадованным и веселым. «Я не знал, то ли расстраиваться, то ли смеяться». «С юных лет ХанХан знал, что ему не следует беспокоить других людей. После того, как у нас родилась МэнМэн, он стал еще более внимательным, особенно к своей младшей сестре. Когда он подрос, он подошел ко мне и сказал, что у него есть две просьбы. Во-первых, он хотел стать профессиональным киберспортсменом», — улыбнулся дядя Шао, — «и, во-вторых, он сказал нам с матерью, что, когда у него начнутся отношения, он надеется, что мы одобрим их». «Ситуация ХанХана отличается от ситуации других людей. Мы с женой постоянно беспокоились о нем. Мы были так счастливы, что он смог нам открыться. Я здесь сегодня потому, что просто хочу поговорить с тобой. Вы двое не так давно вместе. Вам не нужно беспокоиться, не торопитесь и не беспокойтесь о том, что могут подумать другие люди. В общем, это первые отношения ХанХана. Мы с женой хотели бы узнать тебя поближе, надеемся, ты поймешь». Выслушав слова дяди Шао, разум Яо Сена наполнился образом маленького Шао Хана, ростом с талию взрослого человека, с красным носом, когда он писал эссе для самоанализа — этот маленький ребенок медленно взрослел, и теперь он стал человеком, который больше всего нравился Яо Сену, человеком, которого он больше всего хотел обожать. Яо Сен не мог не вспомнить некоторые мелкие детали своего обычного общения с Шао Ханом. Внезапно он почувствовал, что, несмотря на то, что, он считал, что был внимателен, есть еще много вещей, которые он упустил из виду.