There's nothing personal about it, I'm just a villain.

      В первый день экзамена солнце пекло особенно сильно, хотя уже началась осень. Ланцелот и Авалон прибыли из своей компании последними. Их группа заняла третий ряд от сцены, а другие студенты сели от них подальше.        Омега подмигнул Антонио, который покраснел, как только их взгляды пересеклись, и, не заметив ступени, споткнулся: эльф полетел на какого-то парня, вызвав испуг у рядом идущих девушек и смешки со стороны драконов.       Задание экзамена омеге не понравилось. Первый курс смотрел на бои старших. Они всю неделю будут наблюдать за другими, пытаясь разобрать, какие заклинания использовались.       Гамельтон и Ванистекара взяли с собой толстые тетради, не собираясь пропускать ни одной детали.       Каллиста скучающе смотрела на сцену.       Таумиэль спал, а Эминарин была больше заинтересована тем, что рисовала углём в альбоме.       Родня-драконы были не возле своих друзей, а около сцены. Мирида говорила со старшими сородичами, пока близнецы тихо стояли рядом.       Беркут самодовольно задрал голову, когда Авалон взглянул на него, за что получил раздражённый рык от Ганца.       Ланцелот занял место рядом с Таумиэлем, толкая его локтем в бок, призывая проснуться.       Авалон уселся возле мага, заглядывая в тетрадку, где уже была написана пара заклинаний и нарисован магический круг.       Экзамены начались тухло, по меркам Авалона, который посмотрел слишком много фильмов с неплохими спецэффектами, чтобы его впечатляли фаерболы, волны ветра или потоки воды. Это было интересно лишь в первый раз.        Омегу пробило током, когда Беркут уложил своего соперника разрядом молнии. Парень встрепенулся, а дракон самодовольно оскалился, принимая реакцию человека как свою заслугу.       — Гами, — прошептал Авалон, не отводя затуманенный взгляд со сцены, — можешь описать процесс создания огня?       Каллиста с интересом перевела взгляд на друга, услышав необычную просьбу.       — Сосредотачиваешься на ощущении тепла, потом увеличиваешь его, — маг не понимал, зачем это нужно, однако ответил. — Затем создаёшь искру… Нужно что-то резкое. Обычно это делают щелчком…       Омега перевёл невидящий взгляд на свою руку и хмыкнул:       — Ну конечно! Закон сохранения энергии, — усмехнулся парень, привлекая внимания Таумиэля и Ланцелота. — Зачем тратить кучу запасов на создание чего-то нового, когда можно изменить одно в другое.        Разряд возникает, когда крупные частицы льда с отрицательным зарядом сталкиваются с мелкими положительными. Их разница требует разрядки. В итоге образуется молния.       Авалон напрягся, чувствуя мелкие частицы воды в воздухе. Магия – это про искажения реальности для получения выгоды.       Девушки охнули, когда разряд молнии ударил возле ног омеги.       — Кажется, я понял, что к чему! — усмехнулся парень.       — Что там происходит? — раздражённо рыкнул Ганц. Беркут кинулся к ним, отчётливо видя молнию.       — Ты не представляешь тепло, ты создаёшь, объединяя частицы в кислороде до нужного газа, — счастливо улыбается, смотря на непонимающих друзей.       Омега хотел сказать что-то ещё, однако его резко дёрнули. Беркут схватил его за запястье и поднял на уровень своей головы. Парень болезненно шикнул.              От звонкого удара в грудь Беркут отошёл на шаг, а Авалона подхватил Ланцелот. В чужой хватке юноша провёл меньше минуты, но многие уже сделали выводы.       Рык Ганца оглушил:       — На сегодня закончили! Разошлись!

***

      Как оказалось, свободны были не все. Авалона отчитали за самодеятельность, отстранили от занятий и только тогда отпустили. Единственный плюс во всём происходящем был засчитанный экзамен почти по всем предметам. Оказалось, молния – это одно из самых сложных заклинаний, для которых не требуют магический круг.       Гамельтон удосужился растолковать, что магия делится на три типа. Первый — простая или базисная. Данные заклятья не требуют ничего, кроме маны. Вторыми выступают высокие заклятья, как их назвала Мирида. Данный тип требует схемы, формулы, какие-то травы или металлы. Последняя – запретная, о ней знают только кровавые чародеи!               Если омега и раньше многим не нравился за свой длинный язык и поганый характер, то теперь масла в огонь подливал ещё и уникальный талант.       Ребята отнеслись поначалу с лёгким недоверием, однако длинное объяснение всё прояснило, и все дружно принялись разбирать новый подход.       У Ланцелота и Мириды получилось создать ледяные кристаллы довольно быстро, Гамельтон возился с пламенем недолго, а вот близнецы-драконы тупили знатно. В итоге получился такой себе огонёк. На удивление, Таумиэль разобрался с молнией с третьей попытки, а эльфийки предпочли сначала углубиться в теорию.       Все простые заклятья, те, что не требуют магический круг, можно использовать более энергозатратно и намного быстрее.       

***

      Авалон надеялся, что от него отъебутся, когда он послал одного из преподавателей на главной улице, только любимчиком у Госпожи Фортуны он никогда не был. Так и получилось, что омега оказался в доме Леди Гары, которая считалась прекрасным наставником.       — Вы удивительный юноша, — сладко пела женщина, — просто драгоценность!       — Я уже заявил, что не заинтересован в наставнике и всём в этом роде, — скалится парень.       — Не в моих принципах упускать таланты!       — Не в моих правилах заниматься тем, что мне не нравится!       — Думаю, я могу вас заинтересовать, — усмехнулась леди Гара, доставая из кованого сундука разваливающуюся книгу, которую передала юноше. — Ознакомьтесь с этим, а потом дайте мне ответ.       Авалон с сомнением взглянул на женщину, однако рукопись взял.

***

      Учёба протекала на удивление спокойно и быстро. Как-то незаметно прошло уже три года. Ребята не ссорились. Только первые экзамены вызвали проблемы, но остальные прошли спокойно. Если за покой можно считать нервно дёргавшийся глаз Ганца, разрежённый рык драконов, брезгливые комментарии эльфов и усталые вздохи людей.       Авалон всё-таки принял предложение Леди Гары. Книга оказалась мемуарами какого-то старого почтенного мага. Когда их увидел Гамельтон, то сверкал от счастья.        Омеге не составило труда выучить и освоить множество заклятий. У него всё-таки в учителях находилась принцесса драконов, принц эльфов, сын верховного мага, да и остальные много чего знали и умели.       Ребята, конечно, наладили отношения с собратьями, однако больше держались друг друга. Они превратились в небольшую странную семью, где каждый имел свои травмы и тайны.       Леди Гара взамен на свои знания и навыки требовала помощи в исследованиях. Впрочем, было интересно, поэтому Авалон не особо жаловался. Женщина оказалась сведуща во многих отраслях, а самое главное – была человеком, так что обошлось без расовых оскорблений.       Парень иногда страдал из-за отсутствия привычного мира, но желание найти сестру, а потом вернуться к ребятам, давало сил. Юноша не раз размышлял, как Донна познакомится со всеми, точно подружится с близнецами-драконами и сёстрами-эльфийками. Ей точно понравится Вавилон. Они вместе посетят все королевства, проживут отличную жизнь здесь, где нет кровоточащих ран и старых обидчиков.

***

      — Пошли уже, — Мирида заглядывает в комнату.       — Не хочу! — Авалон забурчал, уткнувшись лицом в подушку и завернувшись в тонкое одеяло из драконьей чешуи – подарок от близнецов на местный аналог Нового года.       — Пошли! Ярмарка просто чудесна!       — Я пойду только при одном условии, — буркнул омега в подушку.       Девушка закатила глаза и вошла в комнату, прикрывая за собой дверь.       — Нууу, — протянула Мирида, садясь на край кровати, с интересом смотря на друга.       Омега, недовольно ворча, повернулся лицом к девушке и загадочно улыбнулся.       — Знаешь, — мечтательно произнёс молодой маг, на что Мирида не сдержала смешка, — приснился, значит, мне сон. Такой! О небе, облачках, лёгком ветерке и пейзажах…       — Я знаю, что ты ценитель прогулок! — перебила девушка, складывая руки на груди.       — У вас это семейное — меня перебивать? — парень состроил притворно-обиженное лицо.       — У нас это у правящих особ общепринятое правило, — улыбнулась Мирида. — Так что там про сон?       — Ну так вот. Значит, вокруг меня облака, звёздное небо…       — Разве…       — До этого я не говорил какое конкретное! Так что уточняю, оно было звёздным!       — Верю-верю.       — А внизу водичка плескается, радуга на горизонте, — омега замолк, создавая паузу для интриги, — а я лечу на драконе над острыми скалами…       — Ты хочешь покататься на мне? — в удивлении подняла брови Мирида.       — В твоём исполнении это звучит двояко, — парень надул губки, а девушка пихнула его в бок.       — Ты просишь принцессу драконов! — недоумённо улыбнулась Мирида, однако в её глазах плескалось веселье. — Ты сумасшедший человек, Авалон.       — Наглость – второе счастье, — усмехнулся юноша, хватая подругу за руку и притягивая на себя, — а я хочу быть самым счастливым.       Ребята смеялись, смотря друг другу в глаза с минуты две, а потом Авалон потянулся ближе, и Мирида прикрыла глаза.       Лёгкое прикосновение защекотало её нос, и девушка чихнула, чем вызвала у омеги умиление. Кончики ушей покраснели, и Мирида уткнулась лицом в чужую грудь.       — Никогда бы не подумала, что кто-то попросит меня прокатить на себе…       — Никогда не говори никогда!       Мирида хмыкнула, потом приподнялась и вновь взглянула в алые глаза. Девушка поцеловала человека в лоб.       — Хорошо, — улыбнулась дракон, — я подарю тебе небо… Авалон прикрыл глаза и кивнул.       — Тогда позволь взять с тебя обещание, что исполнишь моё желание.       — Какое?       — Узнаешь, когда я загадаю, — улыбалась красавица, укладывая голову на плечо парня.       Лежали они недолго. Мирида всё-таки утащила Авалона на ярмарку.

***

      Главная площадь Вавилона украшена летающими фонариками, множеством цветочных композиций и разноцветными лентами, привязанными буквально на всё. Полная луна и россыпь звёзд, словно алмазная стружка вокруг мелких бриллиантов, сверкали на полотне тёмного неба. Люди, эльфы и драконы крутились в танцах на площади, или рассматривали товары курсов, или гуляли в весёлых пьяных компаниях.       Авалон, братья-драконы и Ланцелот пробирались сквозь толпу к главному фонтану, где ребята и договаривались встретиться. От смеха закладывало уши, а веселье подхватило всех.       Кривая дорожка несколько раз почти привела омегу к таверне или к компашке с кучей пива, однако эльф возвращал на правильный путь.       — Мальчики, — крикнул Каллини, привлекая к себе внимание.       Девушки нашлись у входа в узкий переулок.       Авалон поднял руку, чтобы поприветствовать подруг, как скривился, падая на землю. Бок пронзила резкая боль. Окружающие испуганно закричали.       Парень и не понял как, но очутился в центре круга. Перед глазами всё плыло, а в ушах звенело. Болью било по всему телу, а страх охватил и парализовал. В памяти сразу всплыла боль от ножевого ранения, полученного ещё в родном мире.       Испуганный крик смешался в одну кашу, слышимую из-под толщи воды, однако паникующий мозг смог выцепить одну общую мысль.       «Кровавый чародей... Убийства... Жертва...»       Боль становилась только сильнее, когда парень скрючился на земле. Всё, что хотелось – исчезнуть, заглушить шум и избавиться от боли.       Перед глазами засверкали искры.