Утоли мое любопытство

Этот человек определенно бесстрашен. Мидей сделал свои выводы, когда оказался с Келусом плечом к плечу в бою. Чужеземец, упавший с неба, владел силой благословений своего бога, как собственной, чувствуя ее всем своим существом. Как же они это называют… Сила идущего по Пути. Мидей невольно проникся уважением к мощи парня, что не совсем был похож на воина: мышцы рук спрятаны под одеждой, мешковатый серый кусок ткани, который они зовут «футболкой», небрежно заправлен в штаны и скрывает точеный рельеф тела, а золотые ленты развеваются на ветру битвы и за них не может ухватится ни один враг. Келус кажется не самым габаритным противником, но его удары крошат камень и кости, а отдача при этом не заставляет его и дрогнуть. Но Келус может не только нападать, но и защищать. Он принимает на себя удары, обращаясь к Сохранению и становясь живым щитом. При всем Келус еще и проповедует Память, становясь наставником и ведя компаньона в бой. Прекрасное зрелище. Мидей заинтересовался им. Поэтому особо и не возражал, когда Аглая попросила его, как и остальных златиусов, помочь юному герою с исследованием земель Амфореуса, еë культуры и этикета. Но Мидей только позже понял, на что подписался. Келус из всех златиусов наиболее часто звал Мидея, пускай тот сам по себе и не обладал комфортной аурой. Мужчина выглядел так, словно был готов сорваться с цепи в любой момент и сломать кому-то лицо за малейшую провокацию. На самом же деле в глубине огненно-ярких суровых глаз в спокойное время правила рассудительность. — Я правильно понял? Ты хочешь, чтобы я сунул руку в пасть льву? Мидей нечитаемым взглядом смотрел на Келуса. Наступило неловкое молчание. Причем неловким оно было только для Мидея. — Да. Келус с довольной улыбкой кивнул. Лев истины, вырезанный из камня, сразу притих: по молчанию и напряжению в воздухе было заметно, что он уже пожалел, что решил развлечься и привлечь чужеземца к разрешению своих загадок. Мидей, если честно, ожидал более серьезную причину вызова: интерес интересом, а у него тоже свои дела есть. Ну, если уж он здесь, ладно. Можно и подыграть чужаку с неба. К тому же его самого раздражала эта львиная морда в стене. — Если ты меня укусишь, я тебе голову оторву. — Похоже, вы не очень ладите, — Келус сказал с видом глубоко задумавшегося философа. — А тебе дам подзатыльник, так что не расслабляйся. Мидей скрипнул когтями на перчатке. Келус лишь отошел в сторонку, мол, я тут не при чем. Он не стал упоминать, что Фаэнона уже цапнули, иначе Мидей, судя по всему, от льва мокрого места не оставит. Мидей тут же поймал этот беглый взгляд, поняв, что Келус уже что-то натворил. Выяснять, что именно, никто не стал. Первопроходец двигался вперед, к освоению. Даже если это значит исполнение довольно странных, по мнению местных, поступков. Как-то Мидей учуял от Келуса характерный запах земли и влажной глины, причем от лица. Мидей бы не поверил, что кто-то надрал задницу этому бедокуру и опустил его в грязь, если даже Никадор с этим не справился. — Только не говори, что ты пытался есть краснозем. Келус похлопал глазами. Он даже не пытался отмазаться. —… В свое оправдание могу только сказать, что база Дань Хэна нуждалась в пополнении новыми данными, — он важно заявил. Мидей безэмоционально вскинул бровь. С его стороны ситуация неудобная: что должен подумать житель Амфореуса, увидев, как вполне взрослый гражданин лишает бедных геозавров еды прямо у них на глазах? — Ладно. Да, я съел. Но мне же было интересно, — Келус сдался. Дальнейших комментариев не последовало. Для Мидея это тупой поступок, граничащий с ребячеством. Но для Келуса это часть освоения. Мидей наследный принц. Бесстрашный воин, что сражался с богами. Он рано повзрослел и не мог позволить себе глупостей. Одним своим суровым выражением лица и внушительной фигурой он был вполне способен сломить волю бесхребетного врага. Келус же, даже будучи взрослым и пройдя через битвы, где оказывался на грани смерти, сохранил в себе искру, что плескалась в пламени воина другим цветом. Когда смотришь в его глаза, сразу понимаешь: этот человек живёт и наслаждается каждым мигом. Мидея этот огонь сколько очаровывал, столько и бесил. Потому что бесстрашие не должно быть равно отсутствию инстинкта самосохранения. Ладно, можно простить первопроходцу попытку сделать из шипов геозавра лестницу. Пожалуй, это самое безобидное, что он мог сделать. Но… Чем дальше от Охемы, тем больше дров. — … Я в этом участвовать не буду, предупреждаю сразу, — мужчина сурово скрестил руки на груди. — Ты чересчур категоричен. Тут же невысоко. — Зачем тебе это делать? — В одной игре я видел этот прыжок… — Келус указал на повозку с сеном, что стояла под крышей одного из домов. — Он называется прыжком веры. Прыгаешь с высоты, скрываясь от погони или спускаясь с вершины здания без траты лишнего времени. — Кажется, я понимаю, почему это так называется, — Мидей проворчал. — Ты прыгаешь и просто веришь, что ты не сломаешь себе шею. Это не шутка? — Да нас тут никто не увидит, — заговорещенски прошептал Келус. — В это время суток тут мало кто ходит. — А меня ты позвал, чтобы я потом отскребал от брусчатки то, что от тебя останется? Келус покачал головой, мол, ничего ты не понимаешь. — Ты слишком низкого обо мне мнения, — он мило улыбнулся. — Судя по подсчетам, я попаду точно в цель. Дань Хэн объяснил мне основные принципы баллистики. По крайней мере пытался… Но промаха быть не должно! — Мать моя небесное светило, почему я вообще должен стоять тут и уговаривать кого-то не прыгать с крыши… — Мидей устало пророкотал. Что-то подсказывало, что Келус… Как бы помягче выразиться, нередко делал просчеты в вычислительных науках. Мидею хотелось как следует встряхнуть первопроходца. Но не стал. Он просто встал и начал смотреть, как парень забирается наверх. Собирался ли он ловить Келуса в случае провала? Вопрос спорный. Может, дитя повзрослеет и станет осторожнее, если набьет пару синяков. Волна раздражения сменилась едва заметным уколом беспокойства. А если парнишка действительно промахнется? Высота небольшая, да, но даже падение с кровати в теории способно убить. Мидей фыркнул под нос. Глупый первопроходец. Словно нарочно делает все, чтобы поплясать на нервах. Наверное, отсюда же и путь Гармонии у него начало взял. Келус сделал смелый и расчетливый прыжок. Мидей услышал звук трескающегося сена. Он предпочитал до последнего надеяться, что Келус передумает, но Фагуса там плавал. Ну реально дурак. А когда Мидей услышал, как Келус вылезает из телеги, потирая спину, и размышляет вслух о том, что он как-то неправильно прыгнул, кое-у-кого сдало одно из нервных окончаний. Мидей резким движением схватил Келуса за шкирку, вытаскивая из телеги, и поставил на ноги. Последний опешил и пошатнулся. Судя по реакции, тот неудачно приземлился и получил синяк, но Мидей был из того разряда, что не пожалеет, а еще пинка даст. — Ты вообще без тормозов? — мужчина сжал ладони на плечах Келуса и впечатал его в стену, ища хоть проблеск рациональности в его глазах, золотых, как свечение амброзии. Но он, наверное, чересчур на многое рассчитывал: Келус лишь бесстыже моргнул. С волос посыпалась сухая трава. Мидей тихо зарычал горлом, требуя ответа прямо сейчас. — Ну, вообще-то… Если ты и дальше будешь зажимать меня таким образом, то нас неправильно поймут, — Келус ухмыльнулся, демонстративно наблюдая за игрой мышц. У Мидея все руки и грудь измалеваны красными, как кровь, линиями, что придавало ему особый шарм. Келус впервые видел кого-то настолько дикого, необузданного, но при этом рассудительного. Интересно, а как он улыбается?.. Келус начал фантазировать. И Мидея снова вывело из душевного равновесия его несерьезное выражение лица. — Вот сейчас и проверим, где и какой у тебя порог, — он наклонился и выдохнул в ухо, явно пытаясь напугать. Мидей навис, как потревоженный тигр, чьи намерения трудно предугадать. Во взгляде Келуса на мгновение что-то изменилось. Мидей, едва увидев это, надавил еще сильнее, провоцируя и вытягивая на поверхность то, что находилось за маской «вечно веселого дурака». От обнаженной кожи воина веяло тяжелым запахом пота и железа, зрачки расширились в угрозе. Келус вытаращил глаза. Вот прямо сейчас, казалось, Мидей стал на шаг к истине, сейчас Келус скажет что-то серьезное, но потом послышалось: — Пожалуйста, не ешь меня. Лицо у Мидея было каменное. Келус же похлопал глазами, мол, смотри, какой я невинный, хотя это далеко не так. — Ну да. Было бы слишком просто, если бы ты так просто испугался меня, — Мидей хмыкнул. Тело первопроходца явно не сопротивлялось, словно Келус получал удовольствие от своего положения. Мидей это очень хорошо чувствовал: он ощущал сокращение мышц под тканью, их тонус и движение. Воин знал карту организма: как и какую часть тела тренировать, куда ранить, чтобы нанести наибольший ущерб, и что защищать, чтобы выжить. В этом плане Келус загадкой не казался. Но вот было то, что его отличало от других: Аура силы. И, как это ни странно, запах. Мидея охватило любопытство. Он ткнулся носом в изгиб шеи, хватая Келуса за бок, чтобы тот не удрал, и медленно вдохнул, пытаясь запомнить все до мелочей. Мидею стало интересно, насколько уникален Келус, какие тайны прячет в себе пришедший из другого мира и почему его сила так похожа на разноцветный калейдоскоп. — Я не вкусный, правда. Ну Мидей… Мидей! Келус уже не мог дальше играть беззаботного дурачка. По коже побежали мурашки, и он слегка выгнулся в пояснице под давлением жесткой ладони. — Мидей, я тебя щас укушу, если будешь провоцировать. — Считай это взаимообменом. Я подрываюсь на каждое твое сообщение, отвечаю на многие вопросы и прихожу на зов на помощь независимо от ситуации. Тебе не кажется, что мне тоже хочется что-то взамен на старания? — Мидей прорычал на ухо, чутко ощущая колебания силы Келуса вместе с эмоциями. — Утоли мое любопытство, неизвестный из чужих небес, как я утоляю твое. — Вот значит как… — Келус прищурился. Не то, чтобы он жаловался на ситуацию, но у Мидея уж слишком стерты и размыты понятия о личных границах. Что, в принципе, ожидаемо: возможно, он не понимал, насколько интимен его контакт, пока Келус выгибался и с ума сходил от волнения в груди. У каждого свои рамки, Мидей и Келус из двух разных миров. Келус попытался намекнуть, издавая тихий вздох от ощущения горячего дыхания на своей шее. — Ну, это прям как-то совсем неприлично… Мидей выразительно выгнул брови и с ухмылкой обнажил зубы. — Не волнуйся, первопроходец… — он почти промурлыкал, что звучало вопреки ожиданиям раскатисто и грозно. — За рамки приличия я не выйду. Только если ты не попросишь сам. — Так, если собрался выходить за рамки приличия, тогда сними перчатки, иначе твои когтища на мне живого места не оставят. Возмущения Келуса трудно было игнорировать. Мидей рассчитывал на проблеск волнения под всплеском адреналина, на попытку отстраниться, но точно не на такую реакцию. — Тебе бы с атмосферой момента поработать… Да, Мидею нужно получше узнать того сорванца, чтобы понять его. Не каждый же день люди падают с неба.