Между светом и тьмой

      После премьеры продвижение фильма продолжалось: социальные сети наводнялись видео из закулисьев, которые теперь можно было раскрыть публике; количество фан-аккаунтов росло в геометрической прогрессии; актёры радовали чуть ли не ежедневным контентом. Алина с Женей были в числе последних, хотя иногда складывалось впечатление, что вся инициатива исходила от Алины, а Женя пыталась поддерживать образ таинственной и роковой женщины. Разве что наедине со своей девушкой можно было быть откровенной и отпускать двусмысленные шутки.       Расписание было ещё плотнее, чем во времена съёмок. Объективы камер всё ещё вылавливали их силуэты, и Алина начинала привыкать к повышенному вниманию. Всё-таки она была юной начинающей актрисой, которая снялась в одной картине с живой легендой кино. Неудивительно, что новостные заголовки были заполнены её именем и именем Жени. Даже здесь их не разъединяли, воспринимая в дуэте. Видеть собственные фотографии в прессе — это однозначно тешило самолюбие Алины, над чем Женя постоянно смеялась.       Фотосессии сменялись шоу, а те, в свою очередь, сменялись интервью. Алина никогда не устанет от вопросов о себе, фильме и Жене, даже если они будут повторяться тысячи раз. Всегда приятно говорить о любимых вещах. Вот и сегодня Алина с нетерпением ждала начала совместного с Женей интервью, перед которым нужно было поправить макияж у гримёров. Усидеть на одном месте более получаса было невероятно тяжело, над чем посмеивались опытные гримеры, видевшие перед собой множество икон, бывших и нынешних. От румян они отказались в пользу естественного румянца, а атласными тенями подчеркнули счастливый блеск в глазах.       Наконец её отпустили на волю, и она тут же порхнула к Жене, от которой не привыкла отходить больше, чем на шаг. Несмотря на холодную сдержанную энергетику, Алина видела в ней тёплое солнышко, и приватность их отношений делала их ещё более особенными. Наконец она заняла место на диванчике рядом с Женей напротив кресла интервьюера по имени Стас — давнего знакомого Жени. Его улыбка была блистательной и широкой, вызывающей неожиданную дрожь по спине.       Ни Стас, ни съёмочная команда — никто, кроме Жени и Алины, не заметил, как Женя положила руку на спинку диванчика, чтобы коснуться открытой спины Алины и вызвать у неё новую волну мурашек, на этот раз приятных.       — Начинаем? — улыбка Стаса стала ещё шире, и от этого Алину едва ли не пробрало на смех. — Добро пожаловать на новое интервью со Стасом и прекрасными дамами. Сегодня у нас в гостях Евгения Медведева и Алина Загитова. Как всем известно, недавно вышел фильм «Власть притяжения» с вами в главных ролях, верно? Хочу отметить замечательное название, оно идеально отражает динамику героинь в фильме…       — Да-да, полностью согласна, — нетерпеливо залепетала Алина. — Сначала мы выбирали между двумя другими названиями, но Женя придумала этот вариант. Вы даже не догадываетесь, какой она может быть поэтичной.       Стас перевёл взгляд в сторону Жени, как бы спрашивая у неё, что она думала на этот счёт.       — Возможно, во мне есть немного романтичности, — усмехнулась Женя, не желая это признавать, но мелодичный голос Алины и её природное очарование творили чудеса. — Но за романтизм в нашей паре отвечает точно Алина.       — Что правда, то правда.       Заливистый смех разнёсся по студии, которую использовали для интервью. Общая обстановка была вылизана до идеала: всё стояло строго на своих местах, и временами Алина ощущала себя в чересчур стерильном месте, где даже дышать нельзя было. Она, активная и взбудораженная, не могла усидеть на месте, пока Женя сидела в сдержанной закрытой позе подобно мраморной статуе. Она закинула ногу на ногу, подчеркнув их длину. От остроты её туфель образ становился ещё более грозным.       — У вас, наверное, уже тысячу раз это спрашивали, но какой съёмочный день вам запомнился больше всего? — Стас тут же перевёл взгляд на Женю, заметив воодушевление Алины. — Евгения, что вы на этот скажите?       С губ Жени, покрытых красной матовой помады, сорвался тяжёлый вздох размышлений.       — Последний. Потому что съёмки закончились, а значит, дальше отдых, — хмыкнула Женя, сцепив ладони на коленях, — если, конечно, не считать промо.       — Можно? Можно я? — лепетала Алина, пока Стас не дал ей зелёный свет почти неразборчивым кивком. — Я бы сказала, что съёмки постельной сцены, потому что Женя… — Алина вовремя опомнилась, потому что Женя положила ладонь на её бедро, чуть сжав его в напоминании. Пришлось в судорожном темпе менять ответ, — или нет. Всё-таки первый день съёмок запомнился больше всего. Женя была такой грозной…       — Ты уже это говорила, милая. А я уже говорила, что это ты вела себя как провинившийся котёнок.       Алина стрельнула глазами в сторону Жени, ощущая, как румянец жаром расползался по щекам.       — Ладно, тогда я расскажу тот случай с кофе.       — Ты не расскажешь, — Женя послала ей дерзкую ухмылку, прекрасно осознавая своё превосходство над Алиной. — Но мы можем рассказать, что наш дуэт начался с конфликта.       — Представляете? — Алина повернулась к камере, не в силах сдержать воодушевление. — Женя чуть ли не объявила мне войну в первый день съёмок. Для меня это смерть.       Стас хлопнул в ладоши, привлекая внимание к своей персоне.       — Вот, что бывает, когда в пару ставят людей из разных поколений. Каково живой легенде кино сниматься с начинающей актрисой? Женя, пожалуйста.       Женя в снисходительной манере выгнула левую бровь, удивляясь, что так много вопросов задавали сегодня именно ей.       — Когда я смотрю на Алину, я вижу в ней Алину, а не просто начинающую актрису. К тому же, мне тысячу раз говорили, что я сыграю химию с любым, так что лучше обсудим сам процесс съёмок, а не наш прекрасно работающий дуэт.       Стас был близок к тому, чтобы заскрипеть зубами. Женя была известна тем, что чётко, уверенно и категорично отвечала на вопросы медиа-представителей, словно она воспринимала их за личные оскорбления. Отсюда и пошёл её образ рыцаря в доспехах, который с честью защищал приватность своей жизни и тем более личной её составляющей. Разве что Алина умудрилась растопить защиту Жени, чем очень гордилась.       — Алина?       — Разумеется, я польщена такой возможностью. Знаете, я ещё с подросткового возраста засматривалась фильмами Жени и мечтала о ней. Она же и вдохновила меня на карьеру актрисы, что привело к съёмкой с ней. О да, я невероятно удачливая.       — Ты ещё расскажи, что у тебя со мной дома висели плакаты, — добродушно усмехнулась Женя.       Смущение вылилось в предательский румянец на щеках Алины.       — Значит, это правда.       — Не факт! — Алина тут же вскинула руки вперёд, как бы защищаясь, но глаза Женя уже хищно блеснули: она восприняла плакаты с ней как комплимент. — Только я, Сабина и мама знают, правда это или нет.       — Что ж, тогда мне придётся познакомиться с твоими родителями.       — Только для того, чтобы побывать в моей спальне? Какие низкие у тебя стандарты.       — Мои стандарты не так важны. Важнее тот факт, что ты у нас ниже меня.       Остановиться от флирта с Женей было невозможно: Алина просто смотрела в её шоколадные глаза, ныряла в эту бездонную пропасть и уже не хотела возвращаться на поверхность. Её всегда накрывало с головой волной энтузиазма, когда Женя рядом с ней отпускала хмурое состояние и позволяла себе веселиться. Рядом с ней Алина тоже начинала чувствовать себя живой, и это вызывало трепет бабочек в животе.       — Теперь я определённо понимаю фанатов, которые любят вашу пару, — Стас растянул губы в неестественной улыбке, явно стеснённый происходящим. — Скажите, как вы относитесь к тому, что вас хотят видеть вместе не только на экране, но и в реальной жизни?       — Положительно, — прежде чем интернет успеет взорваться, Женя продолжила фразу: — Это же подогревает интерес к фильму и нашим персонам. Представляю, сколько людей ежедневно гуглят, вместе ли Загитова и Медведева.       — Так значит, всё, что было между нами, это фальш? — Алина вздохнула с наигранной оскорблённостью. — Ты смотрела на просмотры, пока я смотрела на тебя?       Разумеется, это всё было шуткой. Они до сих пор хранили отношения в секрете, но это не мешало им наслаждаться шипперством фанатов. Алина была в курсе всех статей, ищущих подтверждения их отношений, фанфиков и эдитов благодаря Сабине. Женя тоже была в курсе всего, и, хоть она и делала вид, что ей такое творчество не интересно, её сердце замирало от каждого до жути реалистичного видео или арта.       — Не злись, милая, я готова сняться в ещё одном фильме с тобой, чтобы доказать свою любовь.       — Ради просмотров? — рассмеялась Алина. — Я так понимаю, выбора у меня нет?       — Правильно, понимаешь. Я тебя отпускать не собираюсь.       — Что ж, дамы, давайте вернёмся к интервью? У меня осталось не так много вопросов, — Стас снова подал голос, нарушая атмосферу. — Итак, Евгения, как вы готовились к роли Виктории? Насколько это было сложно?       — О, для неё это было совсем несложно. Она же вылитая Виктория.       — Алина права, — хмыкнула Женя.       — И всё-таки ответьте вы.       — Ненавистью к людям я вдохновлялась. У меня прекрасно получается играть закрытых, холодных и серьёзных героинь. Алина помогла мне добавить нежности в образ Виктории.       Стас заводил пальцем по экрану планшета, листая список вопросов.       — Были ли какие-то забавные истории со съёмок?       — Они были забавными только в самом моменте, смысла рассказывать о них сейчас я не вижу. Следующий вопрос.       — Какой вопрос вам надоедает больше всего?       — Любой, — раздражённо вздохнула Женя. — Есть что-нибудь для Алины?       Стас задал какой-то совершенно глупый вопрос Алине, и в остальном интервью продолжилось в том же духе, пока Женя не сказала: «На этом всё». Она уже устала осаждать Стаса и видеть погрустневшую Алину, которая вместо умиляющего щебетания была вынуждена пялиться на свои ладони, лежащие на коленях. Коротко поблагодарив Стаса за интервью, они покинули студию и вызывали такси. Над ними раскинулось серое небо с хмурыми облаками под стать горькому послевкусию после интервью.

***

      Женя жила в остеклённом небоскрёбе, на который Алина смотрела и думала: «Вот так и ощущается роскошь». Её дыхание перехватывало каждый раз, когда она, держась за руки с Женей, ехала в лифте минут десять до нужного этажа. Они словно стремились к звёздам. Женя, уже привыкшая к богатствам за долгую успешную карьеру, показывала Алине новый мир. И плевать, что этот новый мир начинался с шёлковых простыней в спальне Жени.       — Я надеюсь, ты не думаешь сейчас о придурке Стасе, — сухо хмыкнула Женя, когда дверцы лифта разъехались перед ними, пропуская вперёд к квартире. — Если тебе станет легче, то я уже отписалась от него во всех социальных сетях.       — Никогда не понимала, почему люди придают подпискам так много значимости, — шмыгнула носом Алина, плетясь за Женей.       — Я тоже не понимаю, но все уже строят теории о том, что случилось. Отсутствие мозга — вот, что с ним случилось.       — Я думала, он твой давний друг.       — У меня нет друзей, не в этой индустрии. Просто я часто ходила на его интервью. Все слова о нашей якобы дружбе — его заслуга. Он наивный мальчик, пытающийся нажиться на мне. Почти ни одного вопроса у тебя не спросил, хотя, чёрт, ты невероятно интересная. И цепляющая. И манящая.       — Главное, что ты меня ценишь, — хихикнула Алина, заметно повеселев.       Женя в моменты раздражения не притворялась, всегда выражая истинные чувства. Значит, и сейчас, осыпая Алину комплиментами, она была максимально честна. Это радовало, в отличие от Стаса, который почти не обращал на неё внимание, а если и делал это, то максимально неохотно и то, из-за просьб Жени. Если бы её агент не настоял, интервью даже не было бы совместным.       Они прошли внутрь квартиры Жени, которая почти ничем не отличалась от минималистичной обстановки в её бывшем номере в отеле. Если, конечно, не считать размеры, потому что квартира поражала воображение Алины: высокие потолки, множество открытого пространства и куча горизонтальных поверхностей, которые можно было использовать для не совсем приличных вещей. Тёмные оттенки смешивались со светлыми, но ничего яркого здесь не было. До появления Алины в жизни Жени.       Женя сняла пальто с плеч Алины и повесила его в прихожей рядом со своим, а потом потянула её в гостиную. Они снова заняли место на диване, только сейчас перед ними стоял плазменный телевизор, а не Стас.       — Может быть, нам и правда стоит ходить на интервью по отдельности, — вдруг нарушила тишину Алина. — Чтобы не затмевать друг друга.       — Глупышка, даже не думай о таком.       — Почему? — захныкала Алина, кладя голову на плечо Жени. — Очевидно, что люди больше хотят видеть тебя, а не меня. Я же правда всего лишь начинающая актриса, которой повезло сняться в одном фильме с тобой.       — Боже, я убью Стаса за то, что он заставил тебя думать о таком.       В голосе Жени появились хрипловатые нотки от злости. Она переложила голову Алину на свои колени и стянула с её тёмных волос резинку. Локоны водопадом растеклись по коленям, и Женя запустила в них ладони, наслаждаясь их шелковистостью и мягкостью. Интимность момента отзывалась трепетом в груди. Алина прикрыла глаза, но это не помешало мыслям без конца гудеть в голове.       — Но это ведь правда.       — Так, всё, я же сказала не думать о таком, — Женя включила грозный режим, но наклонилась, чтобы поцеловать Алину в макушку. — А дальше что, ты захочешь сняться в фильме с кем-то другим? Нет уж, ты теперь моя.       Алина расплылась в улыбке, которую не было смысла сдерживать: они же наедине.       — Знаешь, я так часто бываю в твоей квартире в последнее время…       — М-м-м, на что ты намекаешь, милая? — непринуждённо отозвалась Женя, продолжая гладить Алину по голове как котёнка.       — На полноценный переезд к тебе, например. Или на знакомство с родителями. Или на официальное объявление наших отношений.       Женя затихла ненадолго, но Алина всё равно слышала её ритмичное дыхание, казавшееся слишком громким во всеобщей тишине квартиры. К счастью, когда Женя начала говорить, в её голосе зазвучали тёплые нотки:       — Если это то, чего ты правда хочешь, то я не могу отказать тебе.

***

      В скором времени у Алины и Жени планировалась совместная фотосессия на обложку журнала, в выпуске которого будет статья, посвящённая их потрясающему дуэту. Не воспользоваться возможностью было грехом, поэтому, открывшись агентам по продвижению и посоветовавшись, они решили объявить об этом через статью. Пока что о них знали только Алина, Женя, Сабина, журналист, отвечающий за статью, и фотограф, но совсем скоро узнает и весь мир. Не быть воодушевлённой было невозможно; на этот раз всё складывалось даже лучше, чем при интервью со Стасом.       Короткие диалоги с гримёрами уже входили в привычку, а работа с фотографом напоминала работу с режиссёром. Им снова говорили, как лучше встать и какую эмоцию лучше показать, но в остальном они прекрасно справлялись с задачей — быть до безумия влюблёнными в друг друга. Глаза постепенно начали болеть и краснеть из-за постоянных вспышек и яркого света. В такие моменты Женя целовала Алину и говорила: «Зато представь, как мы будем красиво смотреться на обложке. Вместе», и это здоровски поднимало настроение.       — Так, Евгения у нас сегодня прекрасно смотрится в костюме, поэтому давайте посадим её в кресло, — задумчиво лепетал фотограф, одним взмахом руки показывая помощница, куда девать декорации.       Женя действительно отлично смотрелась в брючном костюме, состоящего из оверсайз-пиджака и расклешённых к низу брюк. В качестве акцентов — цепи, которыми были увешаны плечи и лацканы. На шее тоже обязательно цепь, которую Жене сказали взять в руки и состроить дерзкий образ. У Алины без преувелечений подкашивались коленки от её божественной красоты. В родные шоколадные глаза она и вовсе старалась не смотреть, потому что не хотела в них тонуть раньше конца фотосессии.       — Алина, нежная моя, встаньте за Евгенией, — фотограф постучал пальцем по подбородку в порыве задумчивости. — Можете даже положить руки ей на плечи. Она ведь ваша опора и в жизни, верно?       Алина одёрнула твидовую юбку-карандаш нежно-розового цвета и встала, как ей и сказали. Несмотря на то что она возвышалась над Женей, та всё смотрела на неё по привычке сверху. Они перебрасывались шутливыми взглядами, в которых было больше слов, чем в признаниях в любви, пока не заметили, что их уже снимали. Алина тут же запылала от смущения, зато Женя лишь усмехнулась, чувствуя себя комфортно — в роскоши и всеобщем обожании.       — Мне кажется, Алине не хватает чего-то в её образе, — нахмурился фотограф, перешёптываясь с помощницей. — Посмотри в шкатулке жемчужное ожерелье. Сыграем на её невинности.       Оставив Женю без тепла ладоней на её плечах, Алина прошла к помощнице фотографа, которая держала в руках ожерелье. Два раза обмотав его вокруг лебединой шеи Алины, она поспешила его застегнуть, но из-за дрожащих рук и мелкой застёжки ничего не получалось. Очки помощницы съехали на нос, и Алина помогла вернуть их в прежнее положение. Это стало последней каплей для Жени, которая и без этого нервно топала ногой и прожигала их взглядом.       — Так, отойдите от моей девушки, — грозно сказала она, одной величественной фигурой напугав низкорослую помощницу. — Я сама всё застегну.       Алина невольно обомлела, будто поражённая громом, но не смогла ничего сказать — просто повернулась к Жене, которая ловким движением разобралась с застёжкой ожерелья.       — Никакого стыда у людей нынче нет, — раздражённо вздохнула Женя рядом с ухом Алины, опалив его жаром. — Ты бы видела, как она на твою грудь пялилась. Прекрасно зная, что мы вместе. Ты ей почему ничего не сказала?       — Я и не заметила даже…       — Замечать надо, — хищно блеснула глазами Женя, как агрессивная пантера, защищающая свою территорию. — Ещё и такую блузку надела…       Женя обвела недовольным взглядом блузку Алины с запахом, но ни волшебный цвет слоновой кости, ни нежный шёлк она не оценила. Слишком сосредоточилась на вырезе: он открывал слишком много бархатистой кожи, которую так и хотелось прикусить. Оставить отметину, чтобы показать всем, кто кому принадлежал.       — Я думала, тебе понравится, — неловко пробормотала Алина.       — Мне-то понравилось. Но такое должно нравиться только мне, — поджала губы Женя, одёрнув блузку Алины. — Ладно, давай возвращаться к фотосессии. Чем быстрее закончим, тем быстрее выйдет статья. И все узнают, что мы вместе.       Алина расплылась в улыбке довольного кота. Она уже представляла, как Интернет взорвётся от новостей и как их фильм «Власть притяжения» получит ещё больше сборов. Популярность уже кружила голову, но самое главное — разделить этот момент с любимым человеком. Всё-таки для Алины важнее, как смотрели на неё не толпы назойливых папарацци, а Женя. Только Женя. Потому что она вызывала бабочки в животе и заставляла чувствовать себя особенной своими взглядами «Ты моё сокровище».