И взошла Синистра

Элиза поднялась на цыпочки, едва касаясь ладонями прохладной каменной стены. Из маленького полукруглого окна открывался чарующий вид на море. Вернее, Элиза читала об этом в одной из древних мудрых книг, на морской пролив – естественную границу королевства её отца и остального таинственного и пугающего мира. Элизе предстояло отправиться в этот пугающий мир через несколько месяцев. Утро выдалось солнечным, волны миролюбиво скользили по песчаному берегу, а над волнами лениво и величаво плыли по голубому небу белоснежные облака. Золотистое солнце грело мир ещё мягко, до наступления полуденного зноя оставалось несколько часов. Элиза любила солнце и радовалась каждому погожему дню. Солнечных дней за последние годы становилось всё больше, прошлое лето вообще выдалось на редкость жарким. Говорили, что когда-то, много-много лет назад, такая погода была в порядке вещей. Но потом на сотни лет небо закрылось серыми тучами. Элизе не довелось жить в те тяжёлые времена, их не застала даже её старая няня, но прапрадед с прапрабабкой няни, по её словам, хлебнули горя сполна. – Говорили, тучи периной накрывали землю, – рассказывала няня Элизе долгими зимними вечерами. – В их-то время уже научились более-менее во тьме жить, а вот сначала… Люди тысячами от голода помирали. А то как же? Посевы-то погибли, скот помер. Теперь-то, хвала богам, не так… – А почему всё это произошло? – спросила как-то ещё маленькая Элиза, заливаясь слезами. – Прогневали мы Небо и Землю, – твёрдо ответила няня. – И богов её. Хорошо ещё, что совсем они нас не сгубили… …Солнечные зайчики скакали по волнам, морской воздух приятно освежал лицо. Элизе захотелось отправиться на прогулку. Да, хорошо бы съездить верхом к святилищу: Элизе нравился открывавшийся с утёса вид, её очаровывал ритм ударов волн о камни – иногда волны поднимались так высоко, что тушили курящиеся жертвенники – некоторые люди считали это плохой приметой. Но Элиза не пугалась и в приметы не верила: брат Эрик объяснил ей, что волны поднимаются не по воле богов, а из-за силы ветра. Он же в прошлом году обучил её верховой езде. – Хотя и не уверен, что отец одобрит нас, – улыбался Эрик одним жарким летним утром, подведя к Элизе белую степенную лошадь. Но Бартоломью, ко всеобщему удивлению, обучение одобрил. – Я счастлив, что мои дети не растут лентяями и увальнями, – заявил он своей свите. – А в жизни всякое учение полезно. Но против обучения Элизы внезапно восстал лорд-советник. – Что ещё за блажь? – обычная маска иронии сошла с бледного лица лорда. Он стоял перед королём, с гневом смотря то на него, то на принца с принцессой. Элиза до сих пор помнила тягостную тишину, повисшую в тронном зале. – Но дорогой мой, – улыбнулся Бартоломью лорду. От Элизы не скрылось волнение отца. Пожалуй, даже страх. – Что ж плохого в обучении? Девочка просто… – Её Высочество, принцесса Элиза имеет свои обязанности, – наставительно произнёс лорд. – В соответствии с её силами, разумом… И с её полом. – И чем же верховая езда мешает исполнению каких-то обязанностей? – голос принца Эрика прозвучал так неожиданно, что многие присутствующие вздрогнули. Лорд промолчал, очевидно, не желая отвечать принцу. – Так чем же? – Эрик подошёл к лорду почти вплотную. – Поведайте нам. Все здесь сгорают от любопытства. Лорд продолжал сохранять молчание. – Не стоит столь дерзко разговаривать с колдуном! – прошептал кто-то за спиной Элизы. Лорд с принцем смерили друг друга оценивающими взглядами, при этом принц взялся за рукоятку своего кинжала. Напряжение достигло пика, казалось, что по залу летают шаровые молнии. Элиза уже решила, что сейчас противники бросятся друг на друга. Ну или лорд просто превратит Эрика в жабу… – …Дорогой мой! –  от голоса Бартоломью вздрогнули уже абсолютно все присутствующие. –  Что же ты молчишь?! Ответь, пожалуйста, моему сыну. Король улыбался, словно не замечая стычки. Лорд приложил ладонь к груди – многочисленные перстни на его длинных пальцах весело блеснули, и улыбнулся в ответ. – Как пожелает Ваше Величество, – лорд обратился к Эрику. – Возможно вы, сиятельнейший принц, забыли, но Её Высочеству в будущем году предстоит отправиться в южную страну Алголь, чтобы сочетаться браком с тамошним принцем… – Я прекрасно помню об этом, – оборвал лорда Эрик. – Все здесь знают, как больно мне расставаться с дорогой сестрой! Элиза грустно улыбнулась: ей тоже было больно расставаться с братом и отцом. Да и покидать родину ей страшно не хотелось. – Это обязанность Её Высочества, – продолжил говорить лорд, с иронией наблюдая за грустью принца. – Ваши родители поклялись друг другу, а клятвы нужно соблюдать. – Я и без вас знаю это! – Эрик снова взялся за рукоятку кинжала, но на лорда этот жест не произвёл никакого впечатления. Гнев принца лишь забавлял его. – Так вот... Её Высочеству предстоит, – лорд указал на Элизу и взгляды всех присутствующих устремились на неё. – Родить принцу наследника. Это её главная обязанность. И поэтому ей следует всячески оберегать своё здоровье. Если с ней что-то случится, смысл её жизни будет навсегда утерян. Обычно любившая внимание Элиза стояла, не смея поднять глаз. Значит, всё её существование, вся радостная и светлая жизнь – лишь плата за выполнение «обязанности»? – Моя сестра – не животное для разведения, – сказал тогда Эрик. – И не смейте впредь рассуждать о её обязанностях и смысле жизни. Спор закончился. Потом уже втайне от лорда Бартоломью разрешил Элизе продолжать учиться верховой езде. – Но заклинаю тебя, – увещевал он Эрика. – Не ссорься с ним больше. Ты не знаешь могущество этого человека! «Если он вообще человек», – подумала тогда Элиза и поёжилась. Действительно в облике лорда ей чудилось что-то инфернальное. – Неужели ты не можешь его прогнать? – Эрик раздражённо махнул рукой. – Да, наверное, он владеет какой-то таинственной и древней магией, хотя, думаю, он просто дурачит всех нас… – Он даёт мне мудрые советы. Много мудрых советов, – разговор происходил в спальне короля, но Бартоломью всё равно говорил почти шёпотом. – Именно благодаря нему мы обнаружили залежи золота в Западных горах, прогнали наконец доставлявших нам столько бед пиратов... – Я знаю, отец, – Эрик вздохнул. – Но он теперь позволяет себе... – Он всего лишь высказал своё мнение, – Бартоломью подозвал к себе Элизу, с нежностью глядя на неё. – Дочь моя, не обижайся на него. Мужчины иногда ставят долг выше здравого смысла. – Я не обижаюсь, но вели ему впредь не распекать нас на людях, – улыбнулась Элиза. Ей хотелось как можно скорее забыть неприятный разговор. Ведь ясно же: отец советника не прогонит. –  Хорошо, я поговорю с ним, – Бартоломью пожал руку дочери и обратился к сыну. – Эрик, прошу тебя, примирись с ним. Ты – будущий король. Уверяю тебя, советник во многом сможет быть тебе полезен. – Хорошо отец, – кивнул Эрик. – Хотя этот старый змий мне отвратителен... ...Элиза закрыла окно и обернулась. Комната, откуда она сейчас любовалась морским видом, примыкала к тронному залу. Во время больших празднеств здесь накрывали столы для знати. Стены украшали гобелены с вытканными на них чудесными растениями и животными. Элиза могла подолгу любоваться ими. Лишь один гобелен она обходила стороной: на нём было изображено подобие карты – замки, реки, леса. Но все они горели. Вокруг пожарищ вели хоровод отвратительные скелеты. А над всем этим горделиво возвышалась зелёная звезда.