пламя

            Каждый день как старая песня на новый лад. Чувствовать себя хомяком, бесконечно бегающим в колесе - стало абсолютной обыденностью. А еще хуже было своими же руками превращать свою жизнь в колесо.             И все-таки, не просто, когда человек заменяет воздух. Заменил еще тогда, в огромном темном здании, с яйцом внутри. Продолжал заменять, когда вылупились из этого яйца. И сколько бы он не пытался прийти в себя, и понять, насколько это порицаемо и неправильно в их то мире - ничего не работало. Потому что человек не может жить без воздуха.             Ким Сону. И что было в нем такого? Лисьи, янтарного цвета глаза; мягкие черты лица, что в простонародье привыкли называть просто «baby face»; выпуклые щечки, что почему-то вечно хотелось щипать и кусать; алые, пухлые и до ужаса сладкие губы. Он был очень красив уже тогда.             Справедливый и честный. Вот, каким он его полюбил. Даже увидев на экране после выхода новых серий то, какОн, искренне не понимая: «Таки, он тебя хотел выгнать!» ругался, очевидно, презирая предательство, Ни-ки лишь восторженно хихикал над его милой манерой.А ведь Таки он выбрал не по причине недостатка навыков.             Ревность. Вот, что съедало его в ту ночь перед выступлением, когда Таки все лип к любимому хёну, и Нишимура злился, поддаваясь эмоциям:«Вот же ж..! У него же есть Кей хён, чего увязался за ним?!»             Он много раз вспоминал их первый поцелуй в тот день. Утром, когда Сону завтракал, Ни-ки словно не нашел никакой другой посуды, бесстыдно отпивал из стакана хёна, и даже позволял себе просить «откусить только один раз», причем из его палочек. Сону будто и не сопротивлялся. Лишь делал вид, что против. Смеялся, отталкивал, раздражался, но никогда не прогонял. Единственное, что ненавидит Рики в Сону.             Он никогда не держит, и не отпускает. Так было всегда.             После дебюта отношения стали еще более неоднозначными. Точнее, он не знал, в каких отношениях они находятся. Сону позволял себя трогать, обнимать, гладить, трепать за волосы, целовать и даже иногда с продолжением. Часто был инициатором и в свою очередь, тоже проявлял любовь. Но Ким не любил говорить. Он только действовал.             Рики до сих пор не знает, кто они друг другу. Последний раз, когда он поднял эту тему Сону лишь мягко улыбнулся и чмокнул в губы. Возможно, это был его ответ.             После 2020 года их отношения стали заканчиваться лишь на быстрых поцелуях в губы. Ни-ки успокаивал себя тем, что после дебюта они просто стали сильно заняты расписанием. Но не помогало. Только надеяться было мало. Поэтому он решил сделать что-нибудь еще.             - Хён, давай поговорим? - давит из себя детский голос, так было всегда, когда он говорил с Сону.             - Что такое, малыш? - взволнованно отвечал Ким, так же смягчая тон.             - Ты… перестал меня искать и… - сложно подбирая слова, - реже меня целуешь. Я тебе больше не нравлюсь? - в глазах мелькают слезы.             - Рики, ты что такое говоришь? - не поверив своим же ушам, он придвигается ближе к младшему, быстро захватывая в объятия. - Нет, конечно. Просто… занят был. Прости, котенок.             И он снова поверил. Не то, что Сону врал, но в действительности причина была не только в этом.             Признаться честно, в свободное время, лёжа в обнимку поздно ночью, они часто просматривали хештег с источающим тепло названием «Сонки». Рики нередко делал это и в одиночку. Улыбался, вспоминал, и снова влюблялся. И так по кругу.             Пока это не стало проблемой. Фанаты будто знали все, что происходит между ними. Он был удивлен, но и ужасно напуган этим фактом. И это было обоснованно. Осознал он это, когда агентство стало косо глядеть на них двоих, намекая на то, чтонельзя. Вы - парни. Вы - айдолы. Вы - коллеги.             «Нет, не коллеги. И что, что парни? Я не могу любить человека своего пола?»кричал в себе Рики, каждый раз, когда болезненно ощущал, как они все: фанаты и агентство действительно стали влиять на Сону. Точнее, на его чувства.             И он снова молчал. Не озвучивал, почему молчит, и почему снова не смотрит в глаза. Было страшно понимать, что снова нужно об этом говорить.             - Рики, все в порядке? У тебя глаза красные.             - Ого, - фыркает, - ты наконец смотришь на меня? - с ноткой глубокой боли и обиды, отвечает он.             - Малыш, я же говорил…             - Что ты говорил? Что занят? - переходя на крик, сдается он. - Это не причина, хён.             - Прости. Прости, я просто запутался, - опуская голову вниз.             - Тогда закончим это все.             Не просто так говорят, что тот, кто уходит, не всегда этого хочет. Наоборот, уходить оказалось намного больнее. Но Рики вырос, и был в состоянии понимать, что его не ценят.И, наверное, уже не любят.             - Пламя уже угасло, Сону хён, - ныряя в шарф в холодный день, шепчет он. Ким останавливается, заметив, что ткань на шее почти развязалась, и аккуратно касаясь чужой кожи, завязывает его туже. - Ты меня душишь, - жалуется парень. Сону ослабляет узел, - Не в том смысле, - Ким реагирует сразу: долго смотрит в глаза, пытаясь понять, о чем говорит младший.             - Почему ты всегда в позиции жертвы? - замерев, опускает руки от чужой шеи, что все это время пылала огнем от запрещенных касаний.             - Ты первый отказался от меня.             - Рики, хватит.             - Зачем ты вообще меня позвал? Соскучился по мне? - с болью в груди произносит он. Сону куксится, прежде чем отвечает:             - Да, соскучился. А мне нельзя по тебе скучать?             - А можно?             Вопрос висит не отвеченным слишком долгое время.             - Ты думаешь, мне приятно, когда ты меня все время избегаешь? Думаешь, я не знаю, что ты номер мой удалил? Мне не больно, когда ты меняешься с другими местами, лишь бы не чувствовать мое присутствие рядом? - срываясь на плач, вопит Сону. - Ты всегда думал лишь о себе.             - А ты не умеешь говорить.             - Я уже сказал, все что хотел. И еще, пламя еще не все угасло. Оно еще тлеет.