Ⅰ
12 февраля 2025 г., 18:56
***
«Я хочу быть с тобой. Отныне я хочу проводить каждый день до самой смерти с тобой и только с тобой», — мысленно репетировал Эрик. Эти слова он должен был произнести при встрече с Ники, но когда она наступит? Да и наступит ли вообще? Он репетировал эту легкую на вид фразу так, словно от единой запинки могла зависеть вся его жизнь.***
Эрик прекрасно знал Ники и давно изучил его повадки на расстоянии. Он научился читать его настроение, его моральное состояние и потому, когда не получал от него за день ни одного сообщения, понимал — грядет что-то не очень хорошее. В гетеросексуальных отношениях это смахивают на предменструальный синдром, якобы в этот период девушка особенно чувствительна и раздражительна. У парней же вроде Ники и Эрика никаких тяжелых периодов в месяцах не было и высчитать ничего нельзя. Сегодня же утром Эрик не сразу заметил, что нет примитивного, но уже привычного и греющего душу «Доброе утро» с двадцатью ярко-красными сердечками, но всё равно чувствовал, что что-то не так. И только после рабочего дня он осознал, что действительно не так. Эрик Клозе, 21:34 Милый, у тебя все хорошо? Ответа не последовало сразу, и Клозе списал это на изнурительные тренировки с Кевином Дэем. Ники неоднократно жаловался на жестокость сокомандника по отношению к нему, например: заставлял бегать на круг больше, чем остальные, из-за поедания фастфуда перед тренировкой. В ожидании сообщения или хотя бы прочтения от Ники Эрик прождал около двух часов, за которые принял душ и разогрел макароны. Кажется, они простояли открытые в холодильнике уже около двух дней и потому стали жесткими. Эрик слишком вымотался после работы, чтобы тратить злосчастные тридцать минут на приготовление новых, потому стал есть то, что было. Впрочем, если не можешь съесть — значит, не так сильно ты и голоден. Эрик Клозе, 23:03 Ники??? Снова тишина, которая ударила Клозе в голову новой тревожной и панической волной. Что, если с Ники что-то произошло? Но если бы это было действительно так, то Клозе получил сообщение хотя бы от Аарона. Миньярд всегда писал Эрику, если с Хэммиком что-то случалось. В основном это было связано с ушибами на тренировках, болезненным видом или странным поведением. Клозе не просил Аарона делать это, но был только благодарен за такое проявление внимания. Ничего не оставалось, кроме как в конце концов позвонить Хэммику. Часовые пояса были разными, и Клозе уже привык жить ими двумя. Утром он думает о том, как бы приготовить себе завтрак, а потом о том, как сладко сейчас спит Ники. Ему не хватало видеозвонков утром, чтобы не проводить его в одиночестве, но не мог потревожить Хэммика. Он и так слишком мало спал по сравнению со своим режимом в Германии. Трубку снял далеко не Ники, и Эрик очень удивился, когда понял, что ответил ему никто иной, как Аарон. Неужели Хэммик способен оставить свой телефон без присмотра? — Привет, Эрик, — послышался голос. — Ники отказался мыться на стадионе, поэтому сейчас в душе. — Привет, — с облегчением выдохнул Клозе. — Скажи ему, чтобы перезвонил. Аарон что-то неоднозначно хмыкнул и сбросил звонок, а Эрик, зная, что с Ники все-таки не произошло ничего непоправимого, принялся за поедание своего ужина. По новостям в очередной раз говорили об обстановке в стране. Впрочем, ничего нового и сверхъестественного. Эрик переключил канал и наткнулся на любимый мультик Хэммика — «Лунтик». За просмотром время летело незаметно, и в какой-то момент Клозе позабыл о своем ужине, который уже успел остыть. Разогревать повторно ему было слишком лень, потому он съел то, что было. Просмотр мультиков, которые любит Ники, заставляли чувствовать себя в этих гнетущих четырех стенах хотя бы немного уютнее, чем без них. В этом доме было слишком тихо, когда Хэммик находился в Штатах. Отлучившись на мойку посуды, Эрик стал фантазировать о том, как бы было хорошо, если бы Ники сейчас подошел к нему со спины и обнял за талию, как любил это делать всегда; подошел и поцеловал в висок, опускаясь мягкими влажными поцелуями по шее к трапеции; сжал бы в своих руках бедра Эрика, а потом и его ягодицы. От развратных мыслей Эрика оторвал телефонный звонок. Скулы Клозе уже покрылись румянцем от фантазий, и высветившееся имя звонящего заставило сердце биться быстрее, приливая еще больше крови к скулам. Прежде чем ответить на звонок, Эрик выключил воду, оставляя недомытую посуду на завтрашний день. — Привет, — только приняв звонок и поднеся телефон к уху, сказал Эрик. Он направился в спальню, желая, чтобы хотя бы там царил уют и комфорт от голоса Ники. — Привет. — Что с тобой? — спрашивает Эрик. Голос Ники показался ему вымотанным. Это было понятно, ведь тренировка закончилась не так давно, но затаившаяся за целый день тревога в сердце Клозе заставляла его обращать внимание на любые странности и изменения. — Я не писал тебе целый день, — игнорируя вопрос, начинает Ники. — Сейчас слишком много навалилось. Я уже двадцать раз пожалел о том, что вообще отправился учиться, — проныл он, подавляя свой голос шумом воды. Наверняка он только собирался ужинать или делал себе чай, а может, уже чистил зубы перед сном. Эрику нужно было только представить, чтобы его губы растеклись в теплой улыбке. — Милый, — вздыхает Клозе. — Я переживал. Как ты себя чувствуешь? Сколько осталось до конца сессии? — Прости, — усмехнулся Ники. — Позволил тебе отдохнуть от меня денёчек. Ну ничего! Скоро... А нет, не скоро. Ну, в общем, когда-нибудь снова буду присылать тебе мемы, — снова игнорирует вопрос. Неужели Ники просто не улавливает суть сказанных Эриком слов? Или намеренно избегает ответов, чтобы не беспокоить Клозе? Вполне в его стиле. — Любимый, — посмеялся Эрик. — Тебе бы поспать. — Было бы круто, но мне нужно сделать доклад, — с досадой в голосе уведомил он. — Давай я сделаю? — На английском? Через переводчик? Не смеши меня. — Хей, я вообще-то не так уж и плох в английском. — В разговорах может быть и да, но в грамматике даже мне плакать хоче... Хэммик не успевает договорить, потому что телефон, который тот, видимо, зажал между ухом и плечом, куда-то падает. Эрик сразу понял по звуку, что он упал в воду. Ники в спешке и с нечленораздельными звуками переживания и испуга за свой гаджет достал телефон. — Чёрт! Ты меня слышишь??? — Слышу, — посмеялся Эрик. — Это же водонепроницаемый телефон. — Ой! Точно, — с облегчением выдохнул Ники. — Когда у тебя закончится сессия? — повторил свой вопрос Эрик. — 10 февраля, думаю, — вздохнул Ники. — Завтра сдаю доклад, а потом пишу экзамен. — В один день? — Неа, завтра доклад, а послезавтра экзамен. Короче, я ничего не знаю, ни к чему не готовился, и, кажется, пора начинать делать это. — Ох, Ники, — вздыхает Эрик. — Не заморачивайся так сильно с этой учебой. Моя сестра в любом случае найдет способ устроить тебя на работу. — Ну уж нет! Я не должен ударить лицом в грязь. — Как скажешь, но сном все равно не пренебрегай. — Но так ведь не всегда, а всего пару недель, — посмеялся Ники. — Да и у нас сейчас всего лишь восьмой час. А вот у тебя почти час! Пора спать. На последок Ники и Эрик обменялись несколькими привычными для их прощания фразами, и Клозе готов был поклясться, что на втором фоне услышал фырчание Аарона. Кому-кому, а ему никогда не нравилось слушать подобные сладкие речи двух парней по отношению друг к другу. Однако в остальном Аарон относился к Эрику хорошо, в то время как сам Клозе испытывал к Миньярдам своего рода пренебрежение. Он всегда был рад, когда Ники приезжал с ними, но рад был только потому, что они все-таки приезжают. Стоило Хэммику взять над братьями опеку, как сразу прилип к ним. Это аналогично! Но неужели два взрослых парня не могут позаботиться о себе хотя бы недельку? Во всем остальном Клозе относился к братьям Ники вполне себе приемлемо. Ему нравилось баловать их традиционными угощениями Германии, нравилось наблюдать за тем, как играют искры в глазах Эндрю, когда он уплетает очередное угощение, нравилось видеть удивление в глазах Аарона, когда Эрик приносил вино шестидесятых годов. Больше всего Клозе, конечно, нравилось баловать Ники. На следующее утро Эрик первым делом зашёл в чат с Ники и увидел время, когда тот был в сети. Семь часов утра или же час ночи. Оставалось только вздохнуть и с тяжёлым чувством переживания и беспокойства в груди написать: «Доброе утро, милый. Поешь нормально. Если не успеешь утром, то купи по дороге на учёбу. Только чего-нибудь НОРМАЛЬНОГО». Ники, 7:45 Доброе утро!! У меня нет денег. Эрик не сразу среагировал на пришедшее уведомление, потому что оставил телефон в комнате, а сам отправился в ванную, где стал умываться. Обычно эти процедуры занимают у него по меньшей мере минут 5. Сегодня также не потребовалось много времени, потому совсем скоро Клозе отправлялся на кухню с телефоном в руках. Эрик, 8:20 Ты почему не спишь? Ники, 8:22 Вот собираюсь :) Эрик, 8:30 Деньги у тебя есть. На телефон Клозе было установлено несколько банков, поскольку пользовался контактами разных поставщиков из разных стран. Конечно, долларами ему приходилось расплачиваться реже, но приложение все равно имелось. Однако, если бы не Ники, Эрик давно бы его удалил. За весь оставшийся день Эрик не получил ни одного сообщения от своего возлюбленного. Осознавая причину, он испытывал ещё большее переживание, которое было вызвано лишь состоянием здоровья Ники. Клозе все еще держал у себя в голове дни, когда Хэммик изнурял себя учебой, будучи студентом в Германии. Времена были тёмные и тяжелые, а под глазами Хэммика не пропадали точно такие же синяки. К счастью, здесь Эрик мог помочь Ники, а вот сейчас не мог сделать ровным счётом ничего. Все последующие дни были похожи на предыдущие. Эрику стало тяжело открывать глаза по утрам и заставлять себя идти на работу. Ему все казалось, что пора бы принять предложение и взять себе недельку выходных. Это было весьма занятно и соблазнительно, но что Эрик будет делать целую неделю один дома? Без Ники это место не было домом, в которое хотелось возвращаться, ведь дом — это место, где тебя ждет семья. Эрик мог бы отправиться к родителям, но и там делать ему было абсолютно нечего. Поэтому Клозе выбрал путь попроще: он работал без выходных, в надежде, что так сможет взять себе отпуск в месяц или два! — Привет, — говорит Эрик в трубку телефона. — Эрик? Привет, — приветствует в ответ Аарон Миньярд. Эрик крайне редко пользовался звонками Миньярду. Да и писал только что-то связанное с Ники. Впрочем, звонит он сейчас тоже из-за Ники. — Я собирался приехать к 14 февраля. Сможешь заставить Ники поехать в Колумбию? — Его и заставлять не нужно, — фыркнул Аарон. — Зачем ты меня втягиваешь в ваши... Кхм, ладно. В последнее время он напоминает овощ. — Спасибо, — чуть ли не сквозь зубы отвечает Эрик. — Я приеду раньше, ключи у меня есть. Клозе и Миньярд обменялись ещё необходимыми уточняющими фразами и вскоре закончили диалог. Эрик позвонил Аарону, потому что тот был хоть немного приятнее Эндрю. Клозе не мог сказать наверняка, но в Миньярде с повязками он чувствовал враждебность и настороженность, словно тот не доверял Эрику, не был уверен в его искренности по отношению к Ники. И это было весьма странно! Эндрю — последний человек, которому следовало бы вмешиваться в отношения Ники и Эрика, поскольку он даже представления не имеет о том, через что парням пришлось пройти, дабы добиться того, что имеют сейчас. Что же касаемо Святого Валентина, так Эрик хотел порадовать своего возлюбленного своим приездом на несколько дней. Его давно посещала одна мысль и идея, которую ему хотелось воплотить в жизнь. Наверное, именно 14 февраля — самый подходящий день для этого. План вечера был простым: купить куриную грудку, картошку и всё необходимое для приготовления глинтвейна. Любимым напитком зимой у Ники всегда было тёплое вино с сладким привкусом. Эрик знал это и всегда держал в памяти. Потому на Рождество, на день Святого Валентина и остальные празднования на столе всегда стоял глинтвейн. Эрик уже наловчился готовить его, и Ники даже пошутил как-то, что скоро его можно будет продавать. Впрочем, Клозе был бы не против попробовать себя в роли бармена, но не хотел терять свою основную и достаточно прибыльную работу. Директор совершенно не был против внезапной просьбы о выделении недельных выходных. Узнав причину, он выдал зарплату Эрика на срок раньше, и теперь Клозе был уверен в успехе проведения романтического ужина рядом с возлюбленным практически на все сто процентов. Даже билеты на самолёт нашлись в нужное время и нужную дату! Оставалось самое сложное — приготовить всё к вечеру, ко Дню всех влюбленных. Эрик должен был прилететь вечером 13 февраля, а улететь 21 февраля. Оставалась только одна проблема — как добраться до дома в Колумбии? Клозе мог бы заказать такси, но вряд ли ночью получится найти машину на такую долгую дорогу. Заказывать раньше тоже было весьма проблематично, поскольку он все-таки находился на другом континенте. Делать было нечего, и Эрик пошел на отчаянные меры. Эрик Клозе, 19:48 Кто-нибудь может заранее вызвать мне такси? Аарон Миньярд, 19:49 А сам что? Английский забыл? Эрик Клозе, 19:53 Из другого континента заказывать такси проблематично. Аарон Миньярд, 20:00 Настолько сложно, что ты готов поехать с Эндрю? Эрик Клозе, 20:01 Ага. Вам привезти вино? Аарон Миньярд, 20:04 Он может не согласиться. Вино привози. Эрик выдохнул с неким облегчением. Всё-таки он хотя бы решился написать и спросить о возможности забрать его из аэропорта. Остальное зависело от Эндрю. Клозе не просто так спросил про вино: близнецы, находясь в Германии, постоянно просили Ники купить им что-нибудь из алкоголя, и самым любимым у них было вино. Возможно, Эрику таким образом удастся подкупить Аарона, а вместе с ним и Эндрю. Дело оставалось за малым: необходимо было купить некоторые сладости в Штутгарте, вино и пиво. «Отличное сочетание для романтического ужина», — подумалось Эрику, когда он стоял на кассе. В отличие от близнецов, Эрик любил пиво и в основном покупал только его. В нем не чувствовалась такая крепкость алкоголя, как в коньяке, и не было приторного сладкого вкуса, какой чаще всего встречался в вине. Да и к тому же ни с кем не приходилось делиться, ведь ни близнецы, ни Ники пиво не пили. 12 февраля, за день до отъезда, Эрик купил всё необходимое, что не пропадёт, пока он будет перелетать. Следующим днём ему нужно было посетить работу и дать наставления человеку, который будет заменять его целую неделю. К счастью, это было не так сложно, как Эрик думал, поэтому вечером 13 февраля он со спокойной душой мог забрать из дома чемодан со всем необходимым и отправиться в аэропорт. За все последние дни Эрик списывался с Ники крайне редко, и его начала мучить совесть, ведь из-за подготовки к сюрпризу он не мог уделять любимому необходимое количество времени и внимания. Поэтому в ожидании своего рейса, уже пройдя все необходимые проверки, он набрал телефон Ники и уже собирался заговорить с ним о происходящем в последние дни, как звонок сбросился. «Вызываемый абонент занят». Ники не писал о том, что экзамены позади, потому Эрик предположил, что Хэммик по-прежнему занят учебой. Оставалось надеяться на то, что Ники не позвонит Клозе, когда тот будет в самолете. Эрик даже не сможет ответить. По прилету Эрик постарался как можно быстрее включить свой телефон и подключиться к американской сим-карте, чтобы не тратить немецкий тариф. Пока телефон загружался, Клозе успел заметить изменения в аэропорту. Здесь точно что-то поменялось, однако он никак не мог понять, что именно. Впрочем, когда телефон стал жужжать в его руках от наплыва сообщений и пропущенных звонков, ему уже стало не особо интересно разглядывать здания и прочие изменения. За пятнадцать минут до прилета Эрику пришло сообщение от Эндрю с номером машины и её моделью. Клозе очень сомневался, что Аарон заказал ему такси, поэтому он каким-то чудом уговорил приехать Эндрю, и Эрик убедился в этом, когда отыскал нужный автомобиль. Как и ожидалось, за рулем сидел сам Миньярд, а вот рядом с ним парень с рыжими волосами и голубыми глазами. Именно глаза особенно выделялись на контрасте оранжевого цвета, они привлекали к себе внимание, и от них отнюдь сложно было отвести взгляд. Эрик видел его на матче с воронами, и, кажется, его зовут Нил? Какое-то время Ники только про этого парня и рассказывал. Эндрю смотрел куда-то вниз и не особо был заинтересован в людях, которые подходили к машине или проходили мимо. На Эрика обратили внимание, только когда он вплотную подошел к окну водительского сиденья и собирался постучать. Не успел прозвучать звук удара костяшек о стекло, как Нил полностью повернул голову к Эндрю и окликнул его. Видимо, боковым зрением увидел подошедшего Эрика. — Можешь открыть багажник? — спрашивает Клозе, когда стекло опускается. Эндрю без слов нажал на нужную кнопку, выполняя просьбу Эрика. После он глубоко вздохнул, словно что-то очень действовало ему на нервы, а пока Клозе засовывал свой чемодан в багажник, Эндрю завел машину. Эрик без проблем уложил свой чемодан. В нем также по-прежнему лежал алкоголь, который он купил для Эндрю и Аарона. К счастью, багажник закрылся. Клозе сел на заднее сиденье машины и протяжно выдохнул. По его подсчетам, он не спал уже около шестнадцати часов. В Германии время шло на шесть часов вперед, поэтому, вылетая из родной страны в шесть часов вечера и проделывая восьмичасовой перелет, он прибывает в США в восемь часов того же вечера. — В Колумбию? — вдруг спросил Эндрю, словно у Эрика были еще какие-то варианты, чтобы где-то переночевать. Конечно, он мог забронировать номер в отеле, но для чего ему это делать, если есть целый дом? К тому же, от которого у него были ключи. Эрик кивнул, даже не думая о том, что Эндрю может не смотреть на него через лобовое стекло. — Ники знает о твоем прилете? — спросил Нил, когда машина уже давно тронулась и проехала уже около десяти километров. По крайней мере, так думал Эрик. До Колумбии путь занимал около часа, который, как показалось Клозе, самый долгий и мучительный. — Нет, — наскоро ответил Эрик, только после осознавая, что Нил говорил на немецком. Это льстило и заставляло расслабиться. Говорить на английском, и уж тем более думать, было весьма затруднительно для человека, который на протяжении всей жизни говорил на нём только в рамках учебного процесса. Конечно, из-за прилётов в Америку практика присутствовала, но куда лучше было говорить на родном языке без замкнутости. — Ответь ему. С ума целый день сходил, не мог найти себе место, — невзначай бросил Нил, отрывая взгляд от дороги и переводя его на виды из окна сбоку. Эрик и правда только сейчас вспомнил о том, что Ники наверняка только и делает, что ждет ответа от Клозе. Это совсем не похоже на обычного Эрика, который отвечает Ники в течение пары часов. Ники, 14:56 Любимый, я всё сдал! Видел, что ты звонил, но не мог ответить, прости :(( Перезвоню тебе сразу, как выйду из университета! Через пятнадцать минут после этого сообщения последовал звонок, на который никто не ответил. Ники, 15:19 Перезвони мне, как освободишься. Мне столько всего рассказать нужно! Ники, 17:23 Милыыыыыыыый Следом было очень много сообщений, где Ники взывал к Эрику и даже по нескольку раз звонил ему. Клозе был уверен в том, что Ники звонил даже его родителям, и вскоре это подтвердилось появившимся сообщением от мамы. Мама, 20:32 Ответь Ники, он весь извёлся. Эрик, 20:33 Вы не сказали ему, что я к нему лечу? Мама, 20:33 Конечно нет! Порадуй моего мальчика и не вздумай заставлять его нервничать. Эрик, 20:34 Как скажешь. Эрик, 20:36 Хэй, а обо мне ты когда так будешь говорить? Мама отправила Эрику пару смайликов с поцелуйчиками, выражая к нему всю свою искреннюю и неотразимую любовь. Клозе закатил глаза и набрал номер Ники, переключаясь на сим-карту Германии. Мысленно он уже подсчитал, сколько денег ему придется заплатить за этот звонок. Намного больше, чем если бы он звонил из Германии в Штаты! — Прости, любимый, я сегодня весь день был занят, — вместо приветствия сказал Эрик, когда гудки прекратились и послышалось чужое мужское дыхание. — Ты с ума сошёл?!? Я боялся, что с тобой что-то произошло! Почему ты мне не ответил? Ох, Эрик, я и правда... — Клозе услышал, как Ники взвыл и, кажется, начал бродить по комнате из-за стресса. — Я не хотел, чтобы ты волновался, — улыбнулся Эрик. — Сегодня была встреча с возможными новыми сотрудниками, так что пришлось подготовить за пару часов презентацию и рассказать её. — Но ты был недоступен. — Телефон сел. Я даже не заметил, — усмехнулся Эрик. — Я жив и здоров, можешь больше не переживать. — Точно? Цел и невредим? Мне нужно убедиться в этом, так что ты должен прислать мне фоточку. — Ники, — посмеялся Эрик. — Может быть, завтра пришлю все доказательства, а сейчас, — Клозе показательно зевнул. — Я очень устал, а время уже полтретьего. Давай я тебе завтра позвоню, как проснусь? — Хорошо. Спокойной ночи, целую! — с радостью в голосе сказал Ники своему возлюбленному. Ему определенно стало спокойнее после звонка Эрика, и это могло только радовать и греть душу. Клозе всегда льстило, когда Ники волновался за него, и, конечно, поэтому он не мог говорить с ним без улыбки на лице в такие моменты. — Спокойной ночи, солнце, — улыбнулся Эрик. — Не сиди долго. Обменявшись напоследок парой фраз, Эрик наконец положил трубку и с облегчением вздохнул. Несколько раз за весь этот короткий разговор ему хотелось рассказать Ники о том, где он сейчас находится и что уже завтра вечером они смогут встретиться. К счастью, Эрик смог удержать свой язык и оставить всё в тайне. Совсем скоро пейзажи стали казаться знакомыми, и Эрик наконец понял, что до дома им осталось ехать всего-то около десяти минут, если не меньше. Наконец он сможет помыться и лечь в кровать. Его желудок неприятно урчал, требуя еды, но Эрик был совершенно не в том состоянии, чтобы тратить силы на готовку ужина. Он уже составил план на завтрашний день: первым делом нужно было заказать доставку продуктов из ближайшего торгового центра, вторым делом следовало бы убраться в доме. Эрик был более чем уверен, что парни приезжают туда только раз в неделю, чтобы переночевать. И третьим делом следовало начать готовку из того, что имеется: как минимум начать варить овощи. — Эрик, — позвал вдруг кто-то. Эрик сам не заметил, как за эти оставшиеся десять минут заснул. Видимо, дорога его совсем вымотала. Клозе открыл глаза и посмотрел на переднее сиденье. Нил повернулся к нему и взывал к пробуждению. — Мы приехали, — констатировал он, после чего вернулся в своё прежнее положение. Эрик протяжно выдохнул, а после вылез из машины. Эндрю предусмотрительно открыл багажник и Эрик без лишних слов смог забрать свой чемодан. — Вы привезёте Ники завтра? — спросил Эрик, пользуясь возможностью говорить через открытое окно Эндрю. — Да, — ответил Нил. — У меня в чемодане лежит вино, Эндрю, — Эрик специально обратился к Миньярду, чтобы тот точно перевёл на него внимания и услышал. — Тебе и Аарону. — Завтра отдашь, — ответил Эндрю. Эрик напоследок улыбнулся, после чего отправился к дому, попутно доставая ключи из кармана, которые предусмотрительно подготовил еще до вылета. К счастью, за последние пару лет замки никто не менял, потому Эрик без проблем вошёл в дом, закрывая за собой дверь. Перед тем как лечь спать, ему пришлось принять душ, а после устелить новое постельное белье и проветрить комнату. Запах в доме стоял не самый приятный, словно только вчера здесь был потусняк подростков, которые теперь лежали в похмелье и источали запах алкоголиков. Эрик смог лечь спать только в двенадцать часов ночи. После долгой и усердной работы и долгого перелета, а после и поездки, он заснул практически сразу же, напрочь забывая поставить будильник. Впрочем, ему он и не требовался, поскольку, даже ложась спать так поздно, он просыпался ровно в восемь часов утра.***
Звук шелеста травы и двигателя автомобиля заставил Эрика оторваться от своих мыслей и наконец выглянуть в окно. Никто не предупреждал его о том, во сколько привезут Ники, но при этом Клозе явно дал понять, что не раньше пяти часов вечера. И до чего же пунктуальным оказался Эндрю? Они и впрямь доставили Хэммика в Колумбию в указанное время. — Должно быть всё готово, — вздохнул Клозе, замыленным взором оглядывая все свои сегодняшние приготовления. Помимо того, что ему пришлось посетить продуктовый магазин — поскольку не всё можно было купить онлайн — и изготовить ужин, следовало тщательно убраться в доме. Наверное, все-таки стоило приехать за три дня до 14 февраля, чтобы успеть сделать всё на высшем уровне. Такой большой дом! И для чего нужно было покупать именно такой? И ведь Эрик сам настаивал на выборе именно этого! Как бы ему не хотелось убедиться в идеальности сотворенного приготовления — ничего не получалось. Слишком много времени он провел в этом помещении и теперь никак не мог понять, чего же в конце концов может не доставать — всё казалось таким, каким должно быть. И пока Эрик с задумчивым видом стоял на пороге гостиной, оглядывая её взором, в дом уже вошло несколько человек. Из-за своих мыслей он не обратил на это никакого внимания, и только когда кто-то очень тяжелый и довольно сильный врезался в него всем телом, он наконец пришёл в себя. — Эрик! — послышалось сзади. Всю усталость, испытываемую на протяжении всего дня, как рукой смело. Клозе обернулся на зов, с трудом преодолевая сковывающие его тиски в виде рук Ники, и, слегка наклонившись, наконец прижал к себе возлюбленного. — Почему ты мне ничего не сказал?! — возмутился Ники, умело перебегая на немецкий язык. — Так неинтересно, — посмеялся Клозе и с трудом поймал спрятанные в своем плече губы Ники. Короткий поцелуй никогда не доставлял Клозе такую бурю чувств в одночасье. Тепло разлилось по всему телу, концентрируясь в одном месте — в сердце. Радость, наполнявшая его, придавала новых сил. Словно не он целый день готовил и отдраивал дом. — Я так переживал! Ты не писал мне ничего вот уже второй день, — недовольно пролепетал Хэммик. — Подумал, что ты уже нашел себе другого красивого мальчика и убежал с ним на Мальдивы, — от сказанных Ники слов Эрик не смог сдержать рвущийся наружу смех. Смех, выражающий не только поощрение хорошей шутки, но и счастье от такой долгожданной встречи, от мягкого поцелуя в подбородок и скулу, от сжимающих до удушения сильных рук Ники. Всё вызывало трепетное и хрупкое чувство счастья и любви, которые так сильно хотелось спрятать в ладошку и никому не показывать. Простояв в объятьях всего несколько секунд, Эрик наконец опомнился и осознал, что в дом все-таки вошло несколько человек. Хоть он и был в небытие, совершенно не осознавая, что в дом действительно кто-то вошел, все равно слышал посторонние голоса, доносящиеся из прихожей. И ничего страшного, если это был Эндрю — он наверняка привык к бесконечным ласкам Ники и Эрика, но ведь рядом с ним может быть и Нил. Эрику немного, но доставляло дискомфорт, что кто-то действительно посторонний может наблюдать за ними. — Ты ведь не один пришел? — спросил Эрик, руками пробегая от талии Хэммика к его плечам. — Неа, — улыбнулся Ники, вздрагивая от прикосновения рук Клозе. Эрик был практически на все сто процентов уверен в том, что по телу любимого бегают мурашки. — Так вот почему Эндрю и Нил так хотели затащить меня в Колумбию. Чем ты подкупил моего вредного кузена, что он решил тебе помочь? — Изначально я просил Араона помочь, и, видимо, ему удалось уговорить на помощь Эндрю, — посмеялся Эрик, целуя Ники в висок. Он был совершенно не в силах оторваться от прикосновений, что так обжигали его сердце и кожу, к своему любимому. — Но, должен признать, мне нужно отдать им пакет с вином и некоторыми сладостями. — Так вот чем, — посмеялся Ники, отстраняясь от Эрика и напоследок запечатлевая поцелуй на его сомкнутых губах. — Мне тебя очень не хватает, любимый, — прошептал Хэммик, вызывая в сердце Клозе смуту, необъяснимую словами. Боль, разочарование и многомесячная тоска обрушились на него в одночасье. Но разве можно сейчас предаваться сейчас этим чувствам? Конечно, нет! Эрик спонтанно целует Ники в щёку несколько раз, а потом, преодолевая свое желание постоять рядом с ним хотя бы ещё чуть-чуть, отправляется на кухню, куда и ушли Эндрю и Нил. — Привет, — не глядя на парней, поприветствовал их Эрик. Он знал, что ни тот, ни другой не ответят ему. Потому сразу же повернулся к гарнитуру, на котором стояло несколько крафтовых пакетов с вином, сладостями и парой подарков Ники. — Сладости? — интересуется Нил. Вероятнее всего, он спрашивал не из личного любопытства, а из-за Эндрю. Крафтовый пакет действительно был из кондитерской пекарни, где Эрик часто закупался. Удивительно, что Нил сразу догадался. — Ну да, — он поставил пакет на стол перед Эндрю и Нилом. — Попробуйте немного. Если не понравится, то я отдам Ники. Эндрю посмотрел на Эрика со странным, подозревающим в чем-то прищуром, но без лишних слов достал из пакета содержимое. Сначала он осмотрел две бутылки вина, и Эрик мог только наблюдать, как поднимаются его брови ни то в удивлении, ни то в изумлении. После он передал бутылку Нилу, чтобы тот тоже посмотрел, и стал открывать коробочку со сладостями. Как раз в этот момент на кухню прошел Ники, воодушевленный содержимым на столе в гостиной. — Ты это всё за один день приготовил?! Эрик, ты... — Ники в самом деле не мог выразить всю ту благодарность и любовь, которые испытывал на данный момент. Ему и не нужно было этого делать, ведь Эрик и без этого всё прекрасно понимал. За всё то время, что парни прожили вместе, оба научились понимать друг друга с полуслова. Даже по выражению лица или бегающим глазам! — Вернешься домой — будешь месяц готовить мне завтрак в постель, — злорадно хихикнул Клозе, намериваясь в шутку поддразнить Ники, но почему-то это возымело совершенно противоположный эффект: Хэммик подошел ближе и обнял Клозе двумя руками за талию, вынуждая его поднять руку и закинуть ему на плечо. Пока Эндрю и Нил тактично избегали их взглядом, Ники пользовался возможностью обнимать возлюбленного со всей любовью и теплом. Эрик, хоть и чувствовал себя неловко, не мог противиться этим двум сияющим тайными искрами глазам и этой лучезарной широкой улыбке, от которой подкашивались ноги. Дабы совладать с самим собой, Клозе перевел взгляд к Джостену и Миньярду. Эндрю и правда решил испытать на пробу сладость, какую Эрик покупает уже не первый раз. Он привык покупать Миньярду то, что уже покупал когда-то. Само собой, не все могло понравится Эндрю, но именно от этой приторной немецкой сладости в его глазах можно увидеть хотя бы немного искр насыщения и желания отведать ещё. Возможно, Эрику просто казалось, но даже если так — Эндрю все равно каждый раз забирал себе больше всех. Нил всё это время наблюдал за Миньярдом и, заметив тот же огонек, который Эрик тоже увидел, улыбнулся и поднялся из-за стола, аккуратно складывая всё в пакет. Они определенно забирают всё то, что купил Эрик. Их больше ничего в этом не держало, потому они сразу же пошли на выход из дома. Проходя мимо Клозе, Эндрю бросил: — В следующий раз привези больше. Эрик что-то хмыкнул в ответ, но ничего не ответил. Эндрю уже признал, что парню Ники удается попасть «в яблочко» и купить что-то действительно стоящее и вкусное, потому не стал противиться неоспоримым фактам и забрал всё, что купил ему и Аарону Эрик. — Вторая бутылка Аарону, — напомнил Эрик, непроизвольно встрепав волосы Ники. Его голова была под рукой, так почему бы не испортить и до того неряшливую прическу любимого? Эндрю даже не обернулся, но Клозе знал, что он его слышит. Впрочем, раз эти двое наконец пошли в прихожую, где разулись, то Эрику больше не было надобности дожидаться ответа, потому он повел Ники обратно в гостиную. — Что с работой? — спросил вдруг Ники. И Эрику не хочется говорить о работе, совсем-совсем не хочется. — Я люблю тебя, Ники Хэммик, — невзначай прошептал Эрику на английском, заставая любимого врасплох. — Я тебя тоже, — усмехнулся Ники на немецком, раскрывая коварный план Эрика. Перекидываясь замысловатыми фразами, смысл которых знают только двое, Ники и Эрик наконец добрались до стола в гостиной. Клозе был даже отчасти рад, что Нил и Эндрю не додумались зайти в гостиную. В приглушённом свете от свечей на столе стоял ароматный ужин: запечённая куриная грудка, картофельное пюре и ещё горячий глинтвейн. Помимо основного, на столе стоял любимый салат Ники, мандарины и ещё запакованный десерт в виде бисквитного тортика. — Столько всего, — зачарованно вырвалось у Ники, пока он садился за стол. Эрик сел рядом с ним. Конечно же, было бы намного удобнее, если бы он сел напротив, но ему не хотелось разлучаться с Ники ни на секунду. — Я поражён, Эрик. — Я старался, — посмеялся Эрик и поцеловал Ники в висок. — Я даже сделал глинтвейн! Под разговоры Ники и Эрик стали уплетать приготовленную вторым еду. Всё было сделано на совесть, и Хэммик никак не мог воздержаться от мычания, выражающего удовольствие; от бесчисленных хвалебных комментариев и от признаний в любви. Когда-то давно, когда Эрик даже не подозревал о чувствах Ники к себе, Хэммик сказал: «Давай теперь ты всегда будешь готовить мне?». И Клозе очень жалел, что не мог готовить каждый день для своего возлюбленного. Какое-то время их рты были заняты только едой, поскольку оба за целый день проголодались. Пока Эрик включал на фоне какую-нибудь музыку для настроения, Ники пожаловался на то, как ему сегодня было грустно и одиноко, ведь Клозе совсем ему не писал! От этого жалобного и расстроенного голоса Эрику стало совестно, и он даже хотел было извиниться, но вовремя осознал, что сегодня целый день готовил сюрприз! Даже с занятым ртом Ники умудрялся разговаривать, в то время как Эрик покорно внимал его словам, уплетая любимое из своих приготовлений блюдо. Сегодня оно получилось особенно вкусным. Наверное, потому что он впервые за последние пару лет готовил с таким желанием, с таким рвением и с такими чувствами. Ему слишком долго не выдавалось возможности посидеть так с Ники за столом. Наедине. Предаваясь воспоминаниям и параллельно слушая болтовню Ники, Эрик уловил нотки знакомой мелодии. Это был вальс. Размеренное звучание «раз-два-три, раз-два-три» отбивало в сердце ритм, словно гипнотизируя и заставляя слова срываться с уст самим по себе. — Потанцуем? — спросил Эрик, осознавая свой вопрос только после того, как задал его. Ники, кажется, застыл. Вилка, которой он только что отломил кусочек курицы, упала в тарелку со звонким «бзыньк», заставляя сердце Клозе пропустить удар. Это прозвучало слишком нетактично? А что, если Ники уже не тот прежний Ники, который соглашался на любую подобную авантюру? За пять секунд раздумий Хэммика Эрик не на шутку испугался, но потом увидел, как Ники поднимается из-за стола и направляется к нему. — Не слишком романтично, — посмеялся Ники, протягивая руку Клозе, приглашая его на танец. Завороженный теплой и широкой улыбкой Хэммика, его протянутой рукой, которая излучала нежность, ласку и любовь, заставили Эрика почувствовать себя тем девятнадцатилетним парнем, в родительский дом которого приехал некий Ники Хэммик — студент по обмену. Их первое рукопожатие — связь на долгие годы, на всю оставшуюся жизнь. Еще тогда Эрик почувствовал исходящее от этого парня тепло, еще тогда он не мог устоять перед этой широкой улыбкой, еще тогда он искал эти глаза во взгляде каждого человека. Никогда Клозе не испытывал таких сильных чувств по отношению к кому-либо. Эрик поднялся из-за стола, и Ники сразу утащил его в плавный танец, который был ритмичен музыке, играющей из колонки. Всё такое же размеренное «раз-два-три, раз-два-три». Ритм этот заполонил тела парней целиком и полностью, он отбивался везде: в голове, в сердце, в движениях. Эрик не знал, куда себя деть, но определенно точно знал, что хочет смотреть только в эти карие глаза, только на эту улыбку и только на этого человека, к которому он готов прилететь с другого континента. — Я хочу быть с тобой. Отныне я хочу проводить каждый день до самой смерти с тобой и только с тобой, — шепчет Клозе на последних нотах музыки. — Я не могу без тебя, Ники, — продолжает он, наклоняясь к Хэммику и утыкаясь носом ему в плечо. Его руки тесно сжали Ники, плотно прижимая его к Клозе. Как же ему не хватало все эти дни этого чувства тепла, этой талии, этого человека. — Ты выйдешь за меня, Николас Эстебан Хэммик? — шепчет возле уха Клозе. Ники молчит продолжительное время, заставляя руки Эрика сжаться еще сильнее. Его пальцы стали трястись от напряжения, его сердце стало пропускать удар, в горле пересохло. Ему пришлось сглотнуть, чтобы хоть немного прийти в себя. Неужели он поторопился? Или сделал предложение не должным образом? Неужели он получит отказ? Но ведь этого просто не может, так почему же он так волнуется? Для Эрика прошла целая вечность в ожидании, когда на самом деле прошло всего несколько секунд. Руки Ники, которые он закинул за шею Клозе, скользнули вдоль по спине, вынуждая Эрика вздрогнуть и даже непроизвольно дернуться, словно только что по его телу пробежала судорога. Хэммик сжал ткань футболки Эрика и уткнулся ему в плечо, только через два глубоких вдоха и продолжительных выдоха Ники наконец сказал: — Я думал это не оговаривается.
Примечания:
конец может показаться вам немного спонтанным, но мне подумалось, что все должно закончиться на этом. я бы добавила, конечно, пару фраз в конце, но боюсь испортить то, что уже написала, хехе
не забывайте ставить лайки и писать отзывы!!!
