Игра в чувства

Сеул в ночи — неспокойное, пульсирующее сердце, бьющееся в ритме неоновых огней и приглушенных звуков. Летняя жара сгустилась, как тяжелый шелк, окутывая город в красивую, влажную пелену. Воздух был пропитан запахом уличной еды, выхлопных газов и легкой дымкой от бесконечных забегаловок, тянущихся вдоль узких, извилистых переулков. В такие летние вечера, парочки особенно любили погулять по ночному Сеулу, мило болтая, поедая уличную еду, наслаждаясь летом... Теплой ночью, с приятным ветерком. И в этом хаосе, среди сверкающих вывесок и шумных толпов, двигалась одинокая фигура — Хван Джун Хо, полицейский, а точнее, бывший полицейский. Его движения были плавными, хоть и быстрыми, как будто он был не человеком, а частью городского пейзажа. Он был одет в темную куртку, которая закрывала очертания его фигуры, надвинутым на глаза капюшоном, закрывая его лицо от любопытных взглядов. Однако, мужчина не смотрел на дорогу или на свои ноги, быстро передвигающиеся по асфальту, он выслеживал кое-кого. Кое-кого,чей внешний вид, словно призрак, скользящий между теними. И в этого "призрака" был принят чужой, серьезный, карий взгляд. После того, как они поставили Сон Кихуну вместо зуба жучек, нашли людей чтобы искать того на острове и что в результате оказалось тщетно, ведь, походу, они ожидали, что игрок 456, который три года пытался найти/связаться с ведущим и остановить игры, просто прийдет без какой-либо подлянку. Естественно его обыскали намного скурпулезнее чем других игроков. Жучек они нашли у рыбака и вернулись обратно в Сеул, где Джун Хо то и дело хватался за голову, что же делать!? Нет, они конечно продолжат искать острова, обыскивать их благодаря другим, но у них мало времени... И тут мысль пронзительный голову мужчины, ведь чтобы попасть на остров, нужна была визитка, по которой нужно было позвонить, а ее давал специальный человек! -ТОЧНО! - Вскрикнул Джун Хо, тем самым испугал весь свои экипаж. Он извинился и помчался по городу, к месту куда залез в окно ночью, в место которое направило его к Кихуну. Перед глазами снова стоял тот маникен в прекрасно выглаженом костюме с портфелем в одной руке, а в другой визитка. Вербовщик. Несколько дней ему понадобилось на слежку, изучая его привычки, его маршруты, его мимолетные встречи, превратив это в своего рода ритуал. Он был одержим этим человеком, чувствуя, как терпение угасает с каждым часом. Вербовщик был для него жестоким кукловодом, играющим с жизнью других, а как по другому? Он буквально давал людям визитку на смерть. А пару часов назад этот человек высыпал на землю дюжину булочек и... Станцевал? Чечетку? Злую чечетку на булочках, если смотреть с того расстояния, с которого наблюдал Джун Хо. Сегодня ночью, как и в прошлые, он держался на расстоянии, сохраняя невидимость, но в то же время не сводил глаз со своей цели. Он фиксировал каждое движение, каждый жест, каждое слово, пытаясь разгадать его тайну, его мотивы, его слабости. Он рядом с ним, словно старинный манускрипт, надеется найти там ключ к разгадке зловещих игр. Вербовщик шел неспешным шагом, как бы прогуливаясь по парку, его осанка была непринужденной, спокойной. Он был одет в идеальный костюм черного цвета, который был словно сшит на заказ, его волосы были немного растрепаны от дневных танцулек, а его лицо выражало самодовольное спокойствие, что лишь слегка усиливало злобу в Джун Хо. Вербовщик неожиданно свернул в один из темных, заброшенных переулков, где царила зловещая тишина, нарушаемая лишь случайным скрипом старых досок, капающей воды и качающейся заржавеющей качели, как из фильмов ужасов. Джун Хо почувствовал, как в его груди забилось сердце. Он знал, что это может быть ловушка, но он не мог отступить. Он слишком долго ждал этого момента, чтобы отступать сейчас. Перед мужчиной встала внушающих размеров заброшенное здание. Ночью оно выглядело еще зловещее, лунный свет как будто проважал Джун Хо в него, а туман, у первого этажа, давал понять, что лучше бы тебе оставаться на месте или вообще бросить эту затею. Он подкрался к складу и прижался к холодной, шершавой стене, прислушиваясь. Тишина внутри казалась какой-то пугающей, зловещей, как будто перед бурей. Он вытащил телефон из кармана, чтобы сделать снимок, зафиксировать это место, раз сюда пошел этот псих, значит это важное место и могут быть какие-нибудь зацепки. Но у судьбы были другие планы и в тот момент, когда он выставил край телефона из своего угла,нажимая на кнопку, на горле сомкнулась холодная сталь, перекрывая дыхание. Сильные, цепкие руки прижали его к стене, не позволяя вырваться. В кожу щеки болезненно впились рубцы этих заброшенных стен, Джун Хо задыхался, сердито вздохнул, но хватка была слишком сильна. Он пытался дергаться, но его противник был сильнее, быстрее. Из-за давления, кислород в его легких кончился, и он, наконец, уловил этот знакомый, бархатистый голос: – Не стоит так пристально за мной следить, детектив, – прошептал голос у самого его уха. Это был Вербовщик. Джун Хо понял, что попал в ловушку. Он попытался крикнуть, но из горла вырвался лишь хрип, на это мужчина в костюме только усилил хватку. Он чувствовал, как начало его зрение расплылось, а мир вокруг поплыл, как бы под воду. Он пытался выбиваться, пытался пнуть того, но его силы таяли с каждой секундой. Руки, Вербовщик, еще в первые секунды заломал за спиной бывшего полицейского, а после придавлены его телом. Он боролся, но эта борьба была бессмысленна. Он почувствовал укол в шею, как будто чья-то холодная игла пронзила его кожу. Мир закружился, а потом померк, оставив его наедине с темнотой. Последнее, что он ощутил, прежде чем полностью потерять сознание, был торжествующий взгляд Вербовщика, его довольная усмешка, полного презрения и извращенного удовольствия. - "Ублюдок" - единственное, что мог подумать на тот момент Джун Хо.