miss his wings

      Впервые так близко увидеть белоснежное оперение крыльев ангела Лилит смогла, когда Утренняя звезда спустился к ней с небес и нежно обхватил пальцами её ладони. В минуту отчаяния и безысходности после ссоры с Адамом, Первая женщина ощутила истинное тепло и искреннее понимание со стороны небесного создания. Она была крайне рада встретить единомышленника и не могла отвести глаз от размаха его огромных крыльев, когда он взлетал ввысь. Проявляя любопытство, Лилит осторожно касалась мягких пёрышек Люцифера, пока тот рассказывал ей о чудесах Творца. А женщина лишь отметила про себя, что перья ангельских крыльев схожи с перьями утки, но всё же пушистее и мягче, словно недавно созревший одуванчик, готовый при малейшем дуновении ветерка освободиться от своих семян-парашютиков. Эти изумительные крылья источали тепло, укрывая от ночной прохлады женское обнажённое тело, когда серафим засиживался допоздна, указывая пальцем на яркие огни небесной тверди, которые он называл звёздами. Под чудесный голос Люцифера, который словно убаюкивал её, Лилит нежилась, объятая белоснежным оперением, и проваливалась в глубокий сон.       Вскоре Лилит уже более уверенно гладила крылья ангела, наслаждаясь их нежностью и зарываясь в них лицом, чем вызывала яркий румянец на щеках Люцифера. Во время непогоды серафим заботливо укрывал Первую женщину от капель дождя своим крылом. Лилит видела, как вода просачивалась в светлые перышки ангела, заставляя их темнеть под своей тяжестью. Но как только дождь заканчивался и из-за тёмных туч выглядывало солнце, то Утренняя звезда отрывался от земли и одним мощным взмахом крыльев стряхивал с себя всю скопившуюся влагу в перьях. Словно уточка. Лилит, наблюдая за этим действом, видела как капельки воды разлетались в стороны и, подсвечиваемые солнечными лучами, создавали видимость радуги. Женщина мгновенно вскакивали на ноги и радостно хлопала в ладоши, принимая радугу за волшебство.       В солнечную же погоду крылья Люцифера укрывали её от ярких лучей солнца. Лёжа в густой изумрудной траве, Лилит любовалась белоснежными крыльями ангела, иногда жмурясь от света, пронизывающего их своими лучами. Первая женщина часто украдкой рассматривала спину ангела, с любопытством изучая основания крыльев и предавалась мечтам о собственных. Она прекрасно знала, на что способны крылья серафима, ведь Люцифер не единожды брал на руки женщину, возносился с ней в небесную твердь дабы показать как прекрасен Эдем с высоты птичьего полёта. О, эта мощь от каждого взмаха и дуновение ветра, что создавали огромных размеров крылья Утренней звезды, восхищали до глубины души Лилит. А само ощущение полёта вызывало на глазах женщины солёную влагу, широкую улыбку с искренним смехом, и все её лицо светилось искренним счастьем.       А когда первая женщина и ангел прониклись взаимной симпатией друг к другу глубже, то эти огромные крылья серафима часто скрывали влюблённых от всего существующего мира. Находясь словно в коконе, каждый раз эти два мотылька слишком близко порхали к жгучему пламени гнева божьего. То тепло, что создавали крылья ангела вокруг влюблённых пронизывало их насквозь и объединяло одновременно. Крохотная пернатая каморка от всевидящих глаз Творца, несмотря на все усилия, не смогла скрыть великих замыслов обречённых энтузиастов. И уж тем более крылья не смогли защитить их после того, как был нарушен запрет Творца на плод Познания.       Едва заметное, но ощутимое периодическое содрогание каждого пёрышка во время вынесения страшного приговора изгнания чувствовала Первая женщина, пока была спрятана от братьев серафима за его спиной. Ангел, не задумываясь, закрыл собой Лилит, мягко укутав крыльями, когда на этих двоих ополчился весь Рай. Украдкой женщина выглядывала из-за спины Люцифера и всматривалась в грозные лица напротив. Все они были словно выточены из камня, с суровыми лицами и крылья их выглядели угрожающе, словно ангелы были готовы напасть на бедную пару с минуты на минуту. Перья выглядели словно заточенные кинжалы, к которым страшно было бы прикоснуться. А в их голосах с металлическим звоном не было ни капли милосердия. Холодные, мрачные и строгие в отличии от Утренней звезды.       Его чистый, уверенный, пронизывающий всё тело голос взывал к пониманию остальных ангелов и серафимов. Мольбы Люцифера были также обращены и к Творцу, но тщетно. Острые золотые наконечники копий были направлены на своевольных жителей Рая, подталкивая их к краю чёрной бездны. Лилит, шокированная печальным исходом, с мокрым лицом от слёз, отчаянно цеплялась за нежные крылья Люцифера, как за соломинку, надеясь спастись. Позабыв о хрупкости перьев, ледяные от страха дрожащие пальцы Лилит сминали нежное оперение, не желая расставания с их обладателем. Мысль о том, что она больше никогда не будет укрыта теплом и лаской крыльев серафима причиняла физическую боль.       Первой соскользнула с крутого обрыва Лилит, с застывшим в груди сердцем, но оно вскоре забилось маленькой пичужкой, когда мутный взгляд выцепил в темноте блеклое оперение крыльев Люцифера. А затем Лилит сквозь горькие слёзы видела, как некоторые перья Люцифера, что самопроизвольно отрывались от него, мгновенно сгорали в воздухе при падении в бездну. Женщину охватил ужас от того, что её любимый рассыпался на части, и если могучие крылья серафима сгорят, то им не выжить. В тот момент казалось, что падение было бесконечным, но руки ангела крепко обхватили женское тело. Крылья Люцифера не сгорели полностью во враждебной атмосфере бездны и смягчили приземление, но сами при этом сильно пострадали. Обгорелые, почерневшие, перепачканные — они уже не были белоснежными и пушистыми. В первые минуты запах гари вперемешку с серой и другими ядовитыми веществами, что наполняли воздух Преисподней вызывал тошноту и затруднял дыхание. Заплаканное лицо Лилит было устремлено ввысь, где ярким ореолом светило нечто напоминающее солнце. А затем женщина с жалостью взглянула на падшего ангела, что обессиленно распластался на земле. Осторожно прикоснувшись к его обезображенным крыльям, она зарыдала, оплакивая их былую красоту. После, с содроганием сердца, женщина, захлебываясь слезами, собирала перья разбросанные вокруг и прижимала их к обнажённой груди, а затем оставляла поцелуй на каждом, прощаясь. Лилит лишь питала толику надежды на то, что когда-нибудь поредевшие и изрядно потрёпанные крылья её любимого вновь отрастут и будут ещё лучше, чем прежде.       В первое время после Великого Падения, когда двое из Рая более менее освоились в Преисподней, Лилит окружила заботой своего ангела и особое внимание уделяла его крыльям. Она старательно ухаживала и выхаживала новые пёрышки, которые в скором времени начали произрастать на пустующем месте. Она радовалась, как дитя, видя как покалеченные крылья серафима обновляются и приобретают былую белизну и мягкость. Лилит, как и прежде нежилась, утопая лицом в нежных крыльях ангела. Но эти мгновения становились все реже и реже с каждым годом, с каждым десятилетием, с каждым веком. Падший Люцифер так и не оправился, в отличии от своих раскидистых пышных крыльев. В то время, как они восстанавливались и крепчали, сам серафим мрачнел и падал духом, разочаровываясь в том, что его идеи так и не воплотились в реальность. Когда надобности в лечении больше не было, Люцифер и вовсе прекратил расправлять свои чудесные ангельские крылья серафима.       Часто Лилит поджимая губы, смотрела в спину своему уже супругу, лёжа в постели и аккуратно прикасалась подушечками пальцев к тем местам откуда произрастали его крылья. Она мечтала лицезреть их вновь, болезненно скучала по их теплу и мягкости. В то время, как Люцифер проваливался в глубокий сон, Лилит позволяла себе прикасаться губами к белоснежной коже спины падшего ангела. Покрывая его поцелуями, она таила надежду, что сможет излечить от тьмы, что угнетала его с момента Падения. Какое-то время Лилит ещё просила Люцифера расправить крылья, что она выхаживала столько времени, что она любила и лелеяла. Но ему было это в тягость, даже ради своей Лили, которую он любил всем своим разбитым сердцем.       — Иногда мне кажется, что ты любишь их больше, чем меня, — с грустью вполголоса промолвил Люцифер, не повернув головы к супруге, лишь приоткрыв глаза, задумчиво рассматривая рисунок на стенах.              — Лу, они часть тебя…я люблю тебя всего целиком, — мягко прошептала Лилит, мгновенно заключив в нежные объятия своего ангела и уткнувшись тому в шею носиком.       —…прости, — уже с горечью еле слышно произнес Люцифер, накрыв руку любимой чернильного цвета ладонью.       В этот момент Лилит просто осознала, что ей необходимо сделать, чтобы её ангел вновь расправил крылья и вознёсся ввысь.